Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!
Варианты
/
/
Гневный (1936)

Гневный (1936)

Перейти к: навигация, поиск

«Гневный»

Гневный.jpeg
Служба
Исторические данные
27 ноября 1935 года Заложен
13 июля 1936 года Спущен на воду
30 октября 1938 года Введен в строй
23 июня 1941 года Гибель
Общие данные
1425 / 1715 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
112,5 / 10,2 / 3,1 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
ЭУ
Экипаж
197 чел. Общая численность
15 чел. Офицеры
44 чел. Мичманы
138 чел. Матросы
Вооружение

Артиллерия главного калибра

Универсальная артиллерия

  • 2 × 1 — 76-мм АУ 34-К;
  • 2 × 1 — 45-мм АУ 21-К;
  • 2 х 1 — 12,7-мм пулемета ДШК.

Минно-торпедное вооружение

  • 2 × 3 — 533-мм ТА 39-Ю (6 торпед 53-38);
  • 2 кормовых бомбосбрасывателя; запас глубинных бомб: 30 Б-1 и 24 М-1;
  • до 56 мин КБ-3 или до 80 образца 1908 г..
Однотипные корабли


Гневныйсоветский эскадренный миноносец, головной корабль проекта 7. Принимал участие в Финской и Второй мировой войнах. 23 июня 1941 подорвался на мине при тралении в 16 милях от маяка Тахкуна, оставлен экипажем, дрейфующий эсминец добит тремя немецкими Ju-88.

Предпосылки к созданию

К началу 1930-х годов в составе Военно-Морских Сил (ВМС) РККА, как тогда назывался наш весьма немногочисленный флот, было всего семнадцать эскадренных миноносцев (ЭМ) — «новиков»[1].

Их артиллерийское (102-мм орудия) и торпедное (калибра 450 мм) вооружение, механизмы и другое оборудование, созданные перед первой мировой войной, недостаточные скорость хода и дальность плавания уже не соответствовали достигнутому к тому времени мировому техническому уровню развития военного кораблестроения. Такие ЭМ не могли решать с высокой эффективностью расширившиеся боевые задачи кораблей своего класса.

Оперативно-тактические возможности подводных лодок и торпедных катеров, строившихся с конца 1920-х годов высокими темпами также не позволяли считать их универсальными средствами обороны морских рубежей. Достройка трех заложенных в 1913 году легких крейсеров (КРЛ) типов «Светлана» и «Адмирал Нахимов», строительство по программам 1926 и 1929 годов восемнадцати сторожевых кораблей (СКР) типа «Ураган» и трех лидеров ЭМ (ЛД) типа «Ленинград», не решали в полном объеме острой проблемы требуемого усиления легких сил флотa, без чего нельзя было ни заметно обновить Морские силы Балтийского и Черного морей, ни создавать новые — на Севере и Дальнем Востоке.

Совет Труда и Обороны (СТО) СССР, обсудив в июле 1931 года вопросы дальнейшего развития Военно-Морских Сил, по предложению И.В. Сталина принял решение предусмотреть в очередной программе военно-морского строительства на вторую пятилетку форсированное создание новых КРЛ и ЭМ. «Строить должны бешено», — подчеркнул в своем выступлении Сталин. Это ускорило разработку требований флотa к серийным ЭМ, которые должны были заменить устаревшие «новики».

Проектирование

Главный инженер ЦКБС-1 В. А. Никитин - один из создателей эсминца проекта 7

Постановление «О программе военноморского судостроения на 1933-1938 гг.», при­ня­тое 11 июля 1933 го­да Советом Труда и Обороны, предусмаривало строительство 1493 боевых и вспомогательных кораблей, включая 8 крейсеров и 50 эсминцев.

Разра­ботка проекта нового эсминца была поручена Центральному конструкторскому бюро спецсудостроения ЦКБС-1 еще в 1932 го­ду, главным руководителем проекта назначили В.А. Никитина, ответственным исполнителем - П.О. Трахтенберга. К тому времени в коллективе уже имелся некоторый опыт аналогичных работ (созда­ние лидера эсминцев типа «Ленинград»), однако недостатки последнего и сжатые сроки проектирования вынудили прибегнуть к помощи итальянских компаний «Ансальдо» и «Одеро».

Этот выбор был отнюдь не случаен. Именно этими фирмами в 1928-1932 годах была построена серия кораблей типа «Дардо», предвосхитивших собой тип эсминца второй мировой войны. В них все было необычно: общая компоновка, одна дымовая труба, 120-мм артиллерия в спаренных палубных установках. Модификацией этого проекта стали 4 увеличенных эсминца типа «Маэстрале», заложенные в 1931 году. Последние корабли и были выбраны в качестве основы для создания новых советских эсминцев.

В 1932 году Италию посетила делегация конструкторов-кораблестроителей во главе с Никитиным, и привезенный ею комплект чертежей «Маэстрале» лег в основу будущего проекта. Наши конструкторы заимствовали компоновку машинно-котельной установки и общую архитектуру корабля, однако отечественные вооружение, механизмы и оборудование заставили во многом отойти от прототипа. Реально вклад итальянских коллег ограничился разработкой теоретического чертежа (фирма «Ансальдо») и прогонкой модели в опытовом бассейне в Риме.

Прототип "семёрки" - итальянский эсминец «Маэстрале» (1934 г.)

Технический проект эсминца (получившего наименование «проект №7») утвердили в декабре 1934 года. Основные тактико-технические элементы его были следующими: водоизмещение стандартное 1425 т, полное 1715 т, длина наибольшая 112,5 м, ширина 10,2 м, осадка 3,3 м, скорость хода 38 узлов, вооружение - четыре 130-мм орудия и два трехтрубных торпедных аппарата калибра 533 мм. Следует отметить, что к тому времени большей части оборудования и вооружения не существовало даже на бумаге, однако никакого запаса водоизмещения в проект заложено не было.

Заключительные проектно-конструкторские работы проводились в крайней спешке, поскольку требовалось заложить первые эсминцы уже в 1935 году, а всю серию (увеличенную до 53 единиц) сдать флоту в 1937-1938 годах. Правительство явно переоценивало тогдашние возможности отечественной промышленности.

Постройка и испытания

«Гневный» был был заложен 27 ноября 1935 года на ленинградском кораблестроительном заводе имени А. Жданова (№190). Спущен на воду 13 июля 1936 года.

24 апреля 1938 в Финском заливе на Красногорской мерной линии начали ходовые испытания на «Гневном». Затем их продолжили между маяками Нерва и Соммерс. На первых выходах отмечалась высокая температура воздуха в машинных отделениях (МО), до 53°С и перегрев пара в котлах (до 400°С вместо 350° по спецификации), что устранили переделками вентиляции МО и конструкции пароперегревателя.

Восемь раз горели подушки главных упорных подшипников, прежде чем удалось обеспечить их подвижность при перекосах линии вала. Тепловая деформация конденсатора вызывала расцентровку ротора ТНД и касание его лопаток с корпусом турбины. Это прекратилось только с увеличением радиального зазора между ними шлифовкой торцев лопаток. После получения 5 августа на режиме полного хода 38,08 узла приступили к приемным испытаниям корабля; они проводились в тех же районах, а также между маяками Гогланд и Родшер.

Атмосфера на испытаниях была тяжелой. Они сопровождались штурмовщиной, повышенной взаимной подозрительностью, требованиями обеспечения сдачи кораблей любой ценой. От конструкторов требовали немедленных решений возникающих вопросов без изменения выполненной заводом конструкции или с минимальными ее переделками. При этом строители часто пытались переложить на них и чисто заводские неувязки и неполадки, включая брак и недобросовестный монтаж в условиях спешки, обвиняя в выпуске некачественных чертежей. Кроме «Гневного», на разных этапах испытаний находились еще девять кораблей четырех заводов. Принятые на головном ЭМ решения нужно было срочно внедрять на остальных.

Положение усугублялось еще и тем, что в бытность в ноябре 1938 — марте 1939 годов наркомом ВМФ бывшего заместителя наркома внутренних дел Н.И. Ежова командарма М. П. Фриновского отношения флота с промышленностью обострились до предела. При проведении испытаний кораблей и оформлении их результатов, в отношении заводов-строителей комиссиями применялась порочная практика «выкручивания рук», делались попытки свалить на них недопоставки вооружения до договорам с ВМФ.

Так, в приемном акте и заключительном протоколе испытаний по «Гневному» в качестве «крупнейших недостатков, понижающих тактико-технические и мореходные качества корабля» отмечались не только превышение водоизмещения на 120 т, осадки — на 0,14 м, но и низкий вакуум в конденсаторах, дымность на всех ходах корабля, дальность плавания 2720 миль вместо 3000 миль, установленных постановлением Комитета Обороны от 15 августа 1938 года, уменьшение углов обстрела установок Б-13, оговоренных спецификацией, низкая мореходность командирского катера, непоставка МПУАЗО, СВП, торпедного автомата стрельбы, пулеметов, гидрофонов и другой спецаппаратуры, неудовлетворительная работа звукоподводной связи.

Вместе с тем комиссия отметила как достижения при постройке корабля: скорость на полном ходу — 38,33 уз., на максимальном ходу — 39,37 уз., мощность главных турбин на полном ходу — 50500 л. с., ряд улучшений при монтаже механизмов, систем и в оборудовании жилых помещений. Качество цеховых и монтажных работ завода и его контрагентов признали удовлетворительными. Отметив в заключительном протоколе испытаний, что «ЭМ «Гневный», будучи значительно насыщенным техникой и обладая хорошими ТТЭ, резко выделяется среди кораблей такого же класса дореволюционной постройки как современный боевой корабль», комиссия сочла возможным передать его в состав КБФ.

«Гневный» был сдан в эксплуатацию 30 октября 1938 года.

Описание конструкции

Корпус

Схема общего расположения эсминца "Гневный"

По архитектуре «Гневный» представлял собой двухпалубное судно с коротким полубаком, транцевой кормой и значительным отношением длины к ширине (10,8). Высота надводного борта до верхней палубы — 1,9 м, до полубака — 4,9 м. Верхняя палуба шла по всей длине корабля, нижняя (жилая) — только в оконечностях корпуса, за пределами машинных и котельных отделений, то есть фактически была не палубой, а платформой.

В отсеках ГЭУ бортовые участки палубы (шириной 850 мм) ограничивали сверху цистерны жидких грузов. От цистерн двойного дна бортовые отсеки отделялись скуловым стрингером. Под нижней палубой (в носу — до цепного ящика, в корме — в районе погребов) располагалась платформа. Расстояние между палубами равнялось 2,1 м. Палубы полубака и верхняя имели погибь со стрелкой 400 и 200 мм соответственно.

Клепаный корпус эсминца выполнялся из маломарганцовистой стали марок 20Г и З0Г, имевшей повышенную прочность, но одновременно и большую хрупкость. Сталь-3 применялась в конструкции палуб и надстроек.

В проекте 7 была применена смешанная система набора — в основном продольная, а в оконечностях — поперечная. Места же перехода от одного набора к другому (44-й и 173-й шпангоуты) не имели достаточных подкреплений, и высокая концентрация возникающих там напряжений вкупе с хрупкостью обшивки подчас приводила к разламыванию корпуса — несмотря на то, что работы по усилению связей набора начались еще до войны.

Толщина обшивки корпуса составляла 5 — 9 мм (ширстречный пояс — 10 мм), настила палуб — 3—10 мм, водонепроницаемых переборок — всего 3—4 мм. Вертикальный киль изготавливался из стальных листов толщиной 8 мм, днищевые стрингеры — 5 — б мм. В основном конструкции были клепаными, но при монтаже переборок, платформ под нижней палубой и ряда других элементов применялась электросварка. Клепка наружной обшивки по проекту предусматривалась потайной, однако уже в ходе строительства руководство заводов настояло на ее замене на полупотайную с высотой головки 2 мм.

Для обеспечения непотопляемости корпус «семерки» разделялся поперечными переборками на 15 водонепроницаемых отсеков. Согласно расчетам корабль должен гарантированно сохранять плавучесть и остойчивость при одновременном затоплении любых двух отсеков.

Паровые котлы по своим габаритам не умещались внутри корпуса и возвышались над главной палубой примерно на 2 м, поэтому новая схема ГЭУ «съела» значительный объем центральных надстроек. Последние пришлось основательно перепланировать. В частности, камбуз перенесли из-под 76-мм артустановок в нос и разместили палубой выше, в районе 80-го и 90-го шпангоутов, сразу за первой дымовой трубой. А впереди второй трубы появилась неплохо оборудованная механическая мастерская.

Энергетическая установка и ходовые качества

Линейное размещения ГЭУ

Главная энергетика эсминца включала в себя два трехкорпусных агрегата Харьковского турбинного завода модели ГТЗА-24, расположенные в двух турбинных отделениях. В первом корпусе ГТЗА располагалась турбина высокого давления активного типа; во втором корпусе — турбина среднего давления переднего хода и турбина высокого давления заднего хода, обе — активного типа; в третьем корпусе — турбина низкого давления переднего хода реактивного типа и турбина высокого давления заднего хода активного типа. Зубчатая передача — одноступенчатая, скорость вращения гребного вала — 430 об/мин.

Пар вырабатывали три котла шатрового типа с симметричным расположением пароперегревателей, также размещенные в отдельных отсеках. Паропроизводительность котлов №2 и №3 составляла по 98,5 т/ч, а переднего N1—83 т/ч, поскольку в нем из- за сужения корпуса имелось 7 форсунок вместо 9 (поверхность нагрева 1077 м2 вместо 1264 м2). Параметры пара: давление 26,5 кг/см2 температура 340° — 360° С.

Проектная мощность обычно указывается в 48 000 л.с. «с возможностью форсировки до 54 000 л.с». В действительности это не совсем так: никакой форсировки турбин не предусматривалось. Ясность в этот вопрос внес один из создателей энергетической установки В.В. Смирнов, лично выполнявшего расчеты ГТЗА. Дело в том, что проектировщиками механизмов был взят на вооружение опыт ряда иностранных фирм, которые в документах умышленно занижали мощность своих кораблей и затем получали премии за превышение мощности и скорости по сравнению с проектной (так, в частности, было с лидером «Ташкент»).

Правда, в отличие от итальянцев, у советских конструкторов главным стимулом подобного «маскарада» являлись не премии, а стопроцентная вероятность оказаться в лагерях НКВД в случае, если проектная мощность по каким-либо причинам не будет достигнута. Поэтому ГТЗА, изначально рассчитанные на мощность 27 000 л.с., по инициативе начальника отдела ЦКБ-17 Б.С. Фрумкина спешно пересчитали упрощенным методом на 24 000 л.с., и в итоге в проектную документацию попало значение в 48 000 л.с., которая была названа «мощностью полного хода». Мощность в 54 000 л.с. значилась сначала «перегрузочной», затем «максимальной» и, наконец, «мощностью при форсировке».

Весьма нетрадиционным на «Гневном» было размещение топливных цистерн. Необходимость экономии веса и объема вынудила конструкторов для хранения мазута использовать не только специальные танки, но и между донное пространство.

Дальность плавания, определенная по результатам испытаний эсминца «Гневный», составила 2640 миль экономическим ходом (19,83 уз.) и оказалась, таким образом, ниже проектной (3000 миль). В штормовую погоду радиус действия эсминцев был, разумеется, еще меньше.

Причин, приведших к двукратному увеличению расхода топлива по сравнению с показанным на заводских испытаниях, довольно много. Основные из них — перегрузка корабля (в том числе из-за укладки балласта), увеличение числа действующих котлов в боевых условиях (2 — 3 против 1 на испытаниях), увеличение числа действующих сопел на главных турбинах с целью повышения маневренности, загрязненность котлов, ухудшение теплоизоляции паропроводов, низкое качество сборки главных холодильников, использование мазута с большим количеством примесей, износ и сильная коррозия механизмов вследствие низкого качества стали.

Вспомогательное оборудование

Якорный шпиль

Силовая электрическая сеть эсминца питалась постоянным током напряжением 110 — 115 В. Электроэнергию вырабатывали три турбогенератора ПСТ 30/14 завода «Электросила» мощностью по 50 кВт и два аварийных дизель-генератора ПН-2Ф мощностью по 31,5 кВт, созданными на базе дизеля «Рустон». Турбогенераторы располагались в машинных отделениях — два в носовом и один в кормовом; дизель-генераторы — в надстройке на верхней палубе позади дымовой трубы.

«Гневный» оснащался противопожарной системой с единой магистралью и выводом трубопроводов на верхнюю палубу и надстройки. На конце каждого ответвления устанавливался пожарный рожок (всего — 25 шт.). Система обслуживалась двумя турбопожарными насосами производительностью по 45 т/ч и напором воды 16 кг/см2; насосы располагались по одному в первом котельном и втором машинном отделениях. Кроме того, имелась мотопомпа производительностью 50 т/ч, пять пеногенераторных установок и индивидуальные огнетушители системы «Минимакс».

Для тушения нефти использовался отдельный пожарный паропровод, подававший насыщенный пар от котлов под днище котла и в любую из топливных цистерн. Погреба боезапаса оснащались системами орошения и затопления. Первая представляла собой дырчатый трубопровод, расположенный над стеллажами боезапаса, вторая — комплекс эжекторов затопления. Обе системы подключались к пожарной магистрали.

Водоотливная система обслуживалась мотопомпой и девятью эжекторами, из которых пять имели производительность по 80 т/ч, два — по 30 т/ч и еще два — по 10 т/ч. Заметим, что это проектные данные; на деле состав водоотливных средств на разных кораблях существенно различался. Руль — один полубалансирный, устанавливался в диаметральной плоскости. Рулевой привод — электрический и ручной (аварийный). Управление рулем осуществлялось с основного и запасного ходовых мостиков, а также из штурманской рубки; аварийное — из румпельного отсека. Якорное устройство включало в себя два электрических шпиля, два якоря Холла и один кормовой стоп-анкер. Масса станового якоря — 1 т, длина якорных цепей — 184 м.

На эсминце устанавливалось по два боевых 90-см прожектора МПЭ-9 и три 45-см сигнальных.

По спецификации «Гневный» оснащался одним рабочим катером и тремя 6-весельными ялами.

Грузоподъемные устройства на ЭМ: две катерные шлюпбалки грузоподъемностью по 2 т, две яловые шлюпбалки по 1,5 т, две параван-балки по 2 т.

Экипаж и обитаемость

По штату мирного времени в 1940 году численность экипажа эсминца проекта 7 составляла 197 человек (15 офицеров, 44 старшины и 138 рядовых). Впоследствии из-за установки дополнительного зенитного вооружения, радиолокационного и другого оборудования численность команды значительно увеличилась.

Офицеры размещались в каютах — трех одноместных и шести двухместных, старшинский и рядовой состав — в пяти кубриках на нижней палубе. По проекту на «семерке» предусматривалось всего 87 спальных мест для краснофлотцев (67 стационарных и 20 подвесных коек). Позже за счет оборудования дополнительных мест отдыха в разных помещениях число спальных мест довели до 161, но этого все равно было мало. Поэтому матросам и старшинам зачастую приходилось спать на своих боевых постах, на палубе или вдвоем на одной койке.

Вооружение

Главный калибр

Основная статья: 130-мм орудие Б-13
Главный калибр - 130 мм орудие Б-13 2-й серии (Б-13-2с)
Щит 130-мм орудия Б-13
45-мм орудие 21-К

Эсминцы проекта 7 изначально создавались под «крейсерский» калибр — 130 мм. Правда, пушки Обуховского завода с длиной ствола в 55 калибров, являвшиеся основным оружием крейсеров советского флота в 1920-е годы, оказались слишком тяжелыми, и заводу «Большевик» (бывшему Обуховскому) поручили разработать. В 1935 году новая артсистема, получившая обозначение Б-13, была принята на вооружение и начала устанавливаться на лидерах типа «Ленинград». Она имела длину ствола в 50 калибров, но за счет увеличения давления в канале удалось сохранить баллистику предшественницы — удачной обуховской пушки.

Первоначально орудия Б-13 создавались под снаряды 55-калиберных пушек, и их стволы имели мелкую (глубиной 1 мм) нарезку. К сожалению, повышенное давление пороховых газов приводило к быстрому износу канала ствола.

Поэтому в 1936 году стволы орудий решили лейнировать. Сначала применили лейнеры АНИМИ (Артиллерийского научно-исследовательского морского института) со средней нарезкой (глубиной 1,95 мм), а затем перешли на лейнеры НИИ-13 с глубокой (2,7 мм) нарезкой, под которые были разработаны новые снаряды. Таким образом, для одной и той же модели орудия требовались три типа различных боеприпасов.

Орудие Б-13 в палубной установке со щитом из противопульной брони толщиной 13 мм имело длину ствола 50 калибров, вес 12,8 т, угол вертикального наведения от -5° до +45°. Все типы снарядов (осколочно-фугасные, полубронебойные и дистанционные гранаты) были одинакового веса — 33,5 кг и выпускались из ствола с начальной скоростью 870 м/с на максимальную дальность 139 кбт (27,5 км). В боекомплект входили также ныряющие снаряды весом 33,14 кг и осветительные весом 34,5 кг. Стрельба ими велась с помощью уменьшенных зарядов на дальность соответственно 17 и 58 кбт. Живучесть ствола поначалу (у орудий с мелкой нарезкой) составляла всего 130 выстрелов, за счет внедрения лейнера АНИМИ ее повысили до 450 выстрелов, а после перехода на лейнеры НИИ-13 она была доведена до вполне приличной величины — 900 выстрелов (средние данные для кораблей ЧФ, 1942 г.). Качающаяся часть снабжалась устройством продувания канала ствола. Боезапас — раздельный, затвор — поршневой, с пластическим обтюратором. Боекомплект, составлявший 150 выстрелов на ствол (175 в перегруз), размещался в четырех погребах. Его подача осуществлялась двумя элеваторами (один для зарядов, другой для снарядов) на каждое орудие; в случае отказа имелись трубы для ручной подачи. Заряжение осуществлялось вручную, досылка — пневмодосылателем.

Скорострельность зависела от угла возвышения и колебалась в пределах 6 — 10 выстрелов в минуту. Углы обстрела пары носовых орудий «семерки» — от 0° до 140° на оба борта, кормовых — от 40° до 180°.

Вполне соответствовала артиллерии и система управления огнем главного калибра — ПУС «Мина», созданная ленинградским заводом «Электроприбор» специально для кораблей проекта 7. Ее основным элементом являлся центральный автомат стрельбы ЦАС-2 — счетно-решающий прибор (своего рода механический «компьютер»), который на основе поступавших данных непрерывно вырабатывал координаты, скорость и курсовой угол цели, одновременно выдавая полные углы горизонтальной и вертикальной наводки орудий. Информация о цели шла в систему ПУС от 4-метровых дальномеров командно-дальномерного поста КДП2-4 (заводской индекс Б-12). ЦАС-2 вел свою родословную от «централи» итальянской фирмы «Галилео» (эта система устанавливалась на лидерах типа «Ленинград»). Он размещался в боевом отделении под носовой надстройкой и считался относительно малогабаритным аппаратом. В целом система «Мина» позволяла разделять огонь носовой и кормовой группы артиллерии, а также вести огонь по временно скрывающейся морской цели. Кроме того, она обеспечивала стрельбу торпедных аппаратов. Теоретически ПУС отвечали современным требованиям и не уступали лучшим зарубежным аналогам, но на практике их возможности, к сожалению, были сильно ограничены из-за низкой точности гирокомпаса «Курс», от которого в схему автоматически поступали данные о курсе своего корабля.

Вспомогательная/зенитная артиллерия

Схема расположения зенитного вооружения на эсминце «Гневный»

В противовес главному калибру зенитное вооружение на момент их ввода в строй было весьма скромным. Оно состояло из двух 76-мм орудий 34-К, двух 45-мм полуавтоматов 21-К и двух 12,7-мм пулеметов ДШК. Увы, такой состав вооружения нельзя назвать удовлетворительным ни по количеству, ни по качеству. 45-мм пушки обладали малой скорострельностью, 76-мм орудия располагались весьма неудачно, а пулеметы вообще оказались почти бесполезными. Правда, необходимо иметь в виду, что недостаточность зенитных средств выявилась позже, уже в ходе войны. А по концепции 1930-х годов противовоздушное вооружение «семерок» выглядело вполне достаточным. Во всяком случае, у многих иностранных эсминцев оно было еще слабее.

Минно-торпедное вооружение

Пост управления торпедной стрельбой аппарата 39-Ю.

Торпедное вооружение эсминцев включало в себя два трехтрубных торпедных аппарата 39-Ю с растворением крайних труб 7°, представлявших собой копию «новиковских» аппаратов увеличенного до 533 мм калибра вместо 450 мм. Способ стрельбы — пороховой. Скорость вылета торпеды — 12 м/с, углы обстрела 62,5° — 118° на оба борта. Правда, это лишь теоретически. На практике аппараты 39-Ю часто не обеспечивали проектной скорости вылета торпед, и из-за риска, что те заденут за палубу, сектора обстрела приходилось уменьшать до 35° на борт. Кроме того, в ходе эксплуатации выявилась ненадежность торпедного стопора, приводившая к самопроизвольному вываливанию торпед из аппаратов 39-Ю при качке.

В 1940 году торпедные аппараты 39-Ю прошли модернизацию, в ходе которой удалось исправить их основные недостатки (увеличена скорость выхода торпед, добавлена система стрельбы сжатым воздухом).

Система управления торпедной стрельбой — с помощью ПУС «Мина» артиллерии главного калибра.

«Гневный» нёс дополнительно 6 запасных торпед в стеллажах, но перезарядка аппаратов вручную в свежую погоду оказалась невозможной.

Чаще использовали минное оружие. Эсминцы проекта 7 и 7У могли принять на палубу до 60 мин КБ-3 или 62-65 мин обр. 1926 г. или 96 мин обр. 1912 г. (в перегруз).

Противолодочное и противоминное вооружение

Противолодочные бомбометы БМБ-1

Противолодочное вооружение состояло из рычажных бомбосбрасывателей и ныряющих снарядов для 130-мм орудий. Запас глубинных бомб на составлял всего 25 штук — 10 больших Б-1 и 15 малых М-1. Применять бомбосбрасыватели можно было лишь при волнении моря до 3 баллов — в более свежую погоду ют эсминца сильно заливало водой.

«Гневный» оснащался кормовой дымоаппаратурой ДА-2Б (время непрерывного действия 30 минут, производительность 50 кг/мин), паро-нефтяной аппаратурой ДА-1 с выхлопом через дымовую трубу (по три форсунки белого и черного дыма) и дымовыми шашками МДШ (10—20 штук). Противохимическая защита обеспечивалась фильтровентиляционными установками, питающими очищенным воздухом кают-компанию, каюты офицеров и носовой обмывочный пункт. Для ликвидации отравляющих веществ имелись два боевых химических поста и два обмывочных пункта. Общий запас дегазирующих веществ — 600 кг хлорной извести и 100 л реактивов. Кроме того, на каждом корабле хранилось 225 комплектов защитной противохимической одежды.

В качестве противоминного оружия «Гневный» располагал двумя комплектами параван-тралов К-1. Нельзя не отметить качество отечественных параванов. Их «капризы» доставили немало неприятностей советским морякам. Но это еще полбеды. Вместо того, чтобы бороться с минами, параваны К-1 нередко превращались в «убийц» собственных кораблей, затраливая минреп и подводя мину к борту. Подобные случаи произошли, в частности, с эсминцами «Гордый», «Грозящий», «Стерегущий», «Сметливый», «Славный», «Суровый»

Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование

Кормовой дальномер ДМ-3

Из гидроакустических средств эсминец оснащался малоэффективными шумопеленгаторами «Марс» и гидрофонами станции звукоподводной связи «Арктур».

На «Гневном» было установлено два оптических дальномера ДМ-4 с базой 4 м (оба размещались в КДП), одним ДМ-3 с базой 3 м, зенитным ЗД-1 с базой 1 м и двумя стереотрубами БСТ.

Штурманское оборудование: гирокомпас «Курс-1», четыре 127-мм магнитных компаса ЗМИ, лаг типа ГО, эхолот и механический лот ЗМИ. Типовое радиооборудование включало по одному передатчику «Шквал-М», «Бухта», «Бриз», приемопередатчик «Рейд», по два приемника «Метель» и «Дозор», один приемник 45-ПК-1. Кроме того, имелся радиопеленгатор «Градус-К».

История службы

Командир "Гневного" капитан 2-го ранга М. Т. Устинов
Эсминцы 1-го дивизиона ОЛС маневрируют в финском заливе, 1940 г. Снимок сделан с борта "Сметливого", справа видны «Гордый» и «Гневный», слева - крейсер "Киров"
Схема боевых повреждений эсминца «Гневный» 23 июня 1941 г.

«Гневный» формально вошел в строй в октябре 1938 года, фактически — в декабре. Участвовал в войне с Финляндией (14 — 15 декабря 1939 года обстреливал неприятельские батареи на островах Уте и Кирккомансаари, выпустил 34 130-мм снаряда; кроме того, в ходе зенитных стрельб израсходовал 4 76-мм, 22 45-мм снарядов и 71 12,7-мм патрон). К началу Великой Отечественной войны входил в отряд легких сил Краснознаменного Балтийского флота и базировался в Риге (Усть-Двинске).

В первый день войны командир отряда легких сил получил приказ обеспечить прикрытие минных поставок в устье Финского залива. Во главе отряда вышел в море «Гневный», а за ним — крейсер «Максим Горький», эсминцы «Гордый» и «Стерегущий». Корабли держали курс прямо на минное заграждение «Apolda», выставленное накануне немецкими заградителями «Танненберг», «Ханзештадт Данциг» и «Бруммер».

В 3.45 23 июня 1941 года в 16 милях от маяка Тахкуна «Гневный» захватил левым параваном мину, которая взорвалась у самого борта. Корабль подбросило так, что шлюпка с правого борта перелетела через прожекторную площадку и упала на первый торпедный аппарат. Торпеды сорвались со стопоров и вышли из обоих аппаратов, упершись в стенки расположенных впереди надстроек. Носовая часть корабля до 44-го шпангоута вместе со 130-мм орудием № 1 оторвалась и мгновенно затонула. 20 человек погибли, еще 23 были ранены.

В результате сильного сотрясения большинство вспомогательных механизмов, включая все турбонасосы 1-го котельного отделения, сорвало с фундаментов, трубопроводы оказались разрушенными. Давление в котлах село (а в котле № 1 вообще упало до нуля), остановились главные турбины и турбодинамо. Во всех отсеках погас свет, аварийное освещение не работало, так как перед выходом корабля в море аккумуляторы не были заряжены. Дизель- генератор запустить не удалось из-за того, что ударившая в его помещение торпеда деформировала стенку, та же, в свою очередь, закоротила пусковой аккумулятор.

Переборка на 44-м шпангоуте получила повреждения и утратила водонепроницаемость. Наружная обшивка с левого борта и внутренняя переборка, ограничивающая топливные цистерны, в районе 1-го котельного отделения были разорваны, в результате чего все носовые отсеки до 78-го шп. начали заполняться водой. В кормовой части (190 — 192 шп.) и между машинными отделениями (133 — 138 шп.) образовались гофры и трещины в обшивке, из-за чего в кормовые отсеки также стала поступать вода.

Борьба за живучесть эсминца осложнялась тем, что находившийся в своей каюте командир БЧ-5 погиб в момент взрыва мины, а командир эсминца капитан 2 ранга М.Т. Устинов тяжело контужен. Тем не менее, удалось запустить мотопомпу, укрепить подпорами переборки. Для выравнивая дифферента на нос затопили помещение химической кладовой. Через 15 — 20 минут поступление воды внутрь корпуса прекратилось и корабль принял устойчивое положение с небольшим дифферентом и креном на левый борт порядка 3°.

Однако в этот момент поступило сообщение, будто бы обнаружены перископы подводных лодок. Командир отряда капитан 2 ранга И.Г. Святов, учитывая обстановку (а помимо «Гневного», на мине подорвался и «Максим Горький»), приказал личному составу покинуть корабль. Экипаж «Гневного» принял подошедший к нему «Гордый», причем при отходе в параванах последнего одна за другой взорвались две мины. эсминец потерял ход, а среди спасенных моряков «Гневного», уже перенесших одну трагедию, началась паника... К счастью, повреждения механизмов «Гордого» удалось устранить, и корабль вышел с минного поля.

Оставленный «Гневный» по приказу И.Г. Святова был расстрелян 130-мм фугасными снарядами. Но, несмотря на пожар и взрыв боезапаса одного из артиллерийских погребов, брошенный эсминец упорно не хотел тонуть. Через двое суток дрейфовавший «Гневный» обнаружила немецкая авиация. Три «юнкерса» Ju-88 добились двух «попаданий в середину корпуса, корабль разломился и скрылся под водой,

Этот корабль в искусстве

Корабль представлен в игре World of Warships.

Примечания

  1. 12 — на Балтийском море и 5 — на Черном.

См. также

Ссылки

Литература и источники информации

  • Балакин С.А. Легендарные "Семёрки". Эсминцы "сталинской" серии - М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2007, - 208 с.: ил.
  • Морин А. Б. Эскадренные миноносцы типа «Гневный» - С.-Петербург: Гангут, 1994, - 34 с.