Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!
Варианты
/
/
Эскадренные миноносцы типа «Сторожевой» проекта 7У

Эскадренные миноносцы типа «Сторожевой» проекта 7У

Перейти к: навигация, поиск
Тип 7У «Сторожевой»
Smyshlenyy.jpg
Тип 7У «Сторожевой»
Постройка и служба
18 ед. Заказано
18 ед. Построено
1938-1939 гг. Годы постройки
1940 - 1966 гг. Годы службы
Заводы 189,190,200 Место строительства
Общие данные
1854 / 2404 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
112,0 / 10,2 / 4,1 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
2×ТЗА «Метро-Виккерс»(8 шт.), «ГТЗА-24»(6 шт.) Харьковского завода, «Парсонса»(4 шт.) Энергетическая установка
37 - 39,6 узл. Скорость хода
1680 миль Дальность плавания
Экипаж
271 (в том числе 15 офицеров) чел. Общая численность
Вооружение

Артиллерия главного калибра

Универсальная артиллерия

Минно-торпедное вооружение

  • 2 × 3 — 533-мм торпедных аппарата типа 1-Н серии 2;
  • 2 бомбомета БМБ-1.
Построенные корабли
Proekt_7y.jpg
Эскадренные миноносцы типа «Сторожевой» проекта 7У — тип эскадренных миноносцев, строившихся для Советского Военно-Морского Флота в 1930-х годах. Проект 7У был заложен, как усовершенствованный проект 7.


История создания

Компоновка эсминца Hunter. Схема затопленых отсеков

Проект 7У фактически обязан свои появлением инциденту, который произошел 13 мая 1937 года с британским эсминцем Hunter у берегов Испании. Hunter имел такую же схему ЭУ как и проект 7. Линейное расположение котельно-турбинной установки стало причиной того, что попадание всего лишь на одну мину полностью обездвижило эсминец. В следствии данного инцидента руководство СССР издало предписание переделать часть кораблей проекта 7 по новому проекту 7У. В течение периода с 1938 по нач. 1939 года 18 корпусов эскадренных миноносцев проекта 7, которые находились на тот момент на стапелях ленинградских заводов имени А. А. Жданова (№ 190), имени С. Орджоникидзе (№ 189) и николаевского имени 61 коммунара (№ 200), были перезаложены по проекту 7У («улучшенный»). Для этого, почти готовые корпуса проекта 7, потребовалось частично демонтировать. Были убраны ряд конструкций в районе машинно-котельных отделений. Эскадренные миноносцы проекта 7У вошли в состав только двух флотов — Балтийского и Черноморского.

Проект 7У улучшенного эсминца типа «Сторожевой» был разработан совместно конструкторскими бюро ЦКБ-17 (до октября 1936 года — ЦКБС-1) и Северной судостроительной верфи им. А. Жданова (главный конструктор — Лебедев Н. А.), куратором проекта от ВМФ был назначен А. Э. Цукшвердт. Окончательный проект был утвержден Наркоматом ВМФ 29 августа 1938 года.

Компоновка проектов 7 (линейное расположение котельно-турбинной установки) и 7У (эшелонное расположение котельно-турбинной установки)

Изначально планировалось перезаложить абсолютно все эскадренные миноносцы проекта 7, но заместителю наркома оборонной промышленности Тевосяну И. Ф. все же удалось убедить военный комитет ВМФ достроить 29 кораблей по проекту 7 и только следующие 18 перезаложить по проекту 7У. Последние 6 строившихся единиц, которые на тот момент были только на начальной стадии строительства, было решено полностью разобрать.

Первый корабль проекта — эсминец «Сторожевой» — был заложен на этой верфи в августе 1936 г., спущен на воду в октябре 1938 г. и сдан флоту в октябре 1940 г.

Во время первых заводских испытаний, которые прошли осенью 1939 года, была обнаружена проблема - значительная перегрузка корабля, что привело к понижению его остойчивости. Эта информация стала известна высшему партийному руководству страны. Из Комитета Обороны было направленно множество грозных директив: «провести расследование», «устранить конструктивные недостатки», «выявить и наказать виновных».

После проведенного анализа ситуации, конструкторы приняли решение повысить остойчивость эсминцев проекта 7У за счет укладки твердого балласта. Эти работы, а также устранение множества обнаруженных дефектов затянули процесс испытаний более чем на год. И даже после того, как первый эсминец проекта 7У «Сторожевой» был принят Постоянной комиссией в октябре 1940 года, официальный вход в состав кораблей Балтийского флота состоялся еще через 6 месяцев. Всего к началу Великой Отечественной войны судостроители успели сдать заказчику лишь половину всех эскадренных миноносцев проекта 7У — 8 на Балтике и 1 на Черном море. Остальные 9 эсминцев пришлось достраивать и испытывать уже в условиях боевых действий.

Помимо Северной судостроительной верфи эсминцы пр. 7У также строились на судостроительных заводах в городе Николаеве. По проекту 7У построено 18 кораблей. Эшелонное расположение главной энергетической установки — основное нововведение на эсминцах проекта 7У. Как показал опыт Великой Отечественной войны, такое расположение обеспечило повышение живучести механической установки, а, следовательно, и корабля в целом. При получении боевых повреждений эсминцы с эшелонным расположением машинно-котельной установки имели большую возможность для движения и маневра, они лучше противостояли ударам противника и меньше гибли. Анализ опубликованных данных о боевых повреждениях эсминцев показывает, что из числа эсминцев построенных по проекту 7У, получивших боевые повреждения в ходе минувшей войны, погибло 50 %, а кораблей пр. 7 с линейным расположением машинно-котельной установки, подвергшихся боевым повреждениям, погибло 73 %.

Конструкция

Кор­пус

Эсминец пр.7У — общий вид

Главное отличие эсминца проекта 7У от своего предшественника — компоновка машинно-котельных отделений. Теперь на корабле появился четвертый котел, и энергетическая установка была разбита на два эшелона, каждый из которых состоял из двух котлов и одного ГТЗА. Соответственно эсминец стал двухтрубным. Все остальные внесенные изменения оказались менее существенными.

Схема разреза по 41 шпангоуту

Корпус в принципе остался тем же, что и у эсминцев проекта 7, но между 58-м и 159-м шпангоутами был основательно перекомпонован. Носовую водонепроницаемую переборку первого КО перенесли на 3 шпации вперед: с 61-го на 58-й шпангоут. Также на три шпации (1,5 м) переместили и носовую надстройку вместе с КДП (командно-дальномерный пост) и 130-мм орудиями.

Паровые котлы кораблей проекта 7 по своим габаритам не умещались внутри корпуса и возвышались над главной палубой примерно на 2 м, поэтому новая схема ГЭУ «съела» значительный объем центральных надстроек. Последние пришлось перепланировать. В частности, камбуз перенесли из-под 76-мм артустановок в нос и разместили палубой выше, в районе 80-го и 90-го шпангоутов, сразу за первой дымовой трубой. А впереди второй трубы появилась неплохо оборудованная механическая мастерская.

Схема разреза по 82 шпангоуту

Обводы корпуса и его конструкция были идентичны проекту 7. Схема набора — в основном продольная, в нос от 44-го и в корму от 173-го шпангоутов — поперечная. Высота надводного борта до верхней палубы −1,9 м, до полубака — 4,9 м. Верхняя палуба шла непрерывно по всей длине корпуса, нижняя — только в оконечностях. Материал корпуса — маломаргацонвистая сталь толщиной 510 мм. Большая часть соединений была клепаной, стрингеры, часть верхней палубы и ряд других элементов имели сварную конструкцию.

Маломарганцовистая сталь обладала повышенной хрупкостью и была использована конструкторами с целью облегчения корпуса, но без необходимой проверки. В ходе войны выяснилось, что выбранный материал оказался неудачным. Листы, изготовленные из него, при попадании осколков бомб и снарядов раскалывались и сами давали большое количество осколков, поражавших личный состав, приборы и механизмы. Обычная же сталь 3, применявшаяся в конструкции палуб и надстроек, не растрескивалась и таких осколков не давала.

«Хлипкость» чрезмерно облегченных корпусов и надстроек советских эсминцев привела к тому, что они не только постоянно получали повреждения от штормовых волн, но и нередко страдали от сотрясений при стрельбе собственных орудий (такое происходило со «Стойким», «Строгим», «Стройным»). Особенно неприятными были случаи, когда от стрельбы из 130-мм орудий № 2 выходили из строя приборы, установленные на носовой переборке штурманской рубки.

Вооружение

Главный калибр

Схема орудий Б-13-2с

Артиллерия главного калибра у эсминцев проекта 7У осталась такой же, что и у проекта 7. Она представляла собой четыре 130-мм орудия Б-13-2с с длиной ствола 50 калибров, изготовленных заводом «Большевик». Согласно утвержденным чертежам на надстройках для защиты прислуги первой и четвертой артустановок должны были находиться газоотбойные козырьки, но в процессе строительства от последних отказались, поставив непосредственно на орудийных щитах более легкие козырьки. Углы обстрела носовой пары пушек составляли от 0° до 140° на каждый борт, орудий № 3 и № 4 — соответственно от 55° до 180° и от 40° до 180° на каждый борт. Боезапас включал в себя 150 выстрелов на ствол, в перегруз (по вместимости погребов) корабль мог брать до 185 выстрелов на ствол — то есть в сумме до 740 снарядов и зарядов. Подача боеприпасов осуществлялась вручную, досылка — пневмодосылателем. Последний, кстати, вызывал больше всего нареканий у моряков, хотя в целом специалисты положительно оценивали артустановки Б-13.

Зенитное вооружение

Основные характеристики артиллерийских установок эсминцев проекта 7У

Зенитное вооружение в проекте 7У было несколько видоизменено. Пара 76-мм универсальных установок 34-К переместилась в корму. Появился третий 45-мм полуавтомат 21-К: теперь все три малокалиберные зенитки располагались на площадке позади первой дымовой трубы, ради чего пришлось пожертвовать тяжелыми 90-см прожекторами (вместо них теперь устанавливался один 60-см на фокмачте).

Число 12,7-мм пулеметов ДШК увеличилось вдвое — к двум на верхнем мостике добавили еще два за срезом полубака. Однако несмотря на некоторое усиление по сравнению с предшественниками, зенитное оружие проекта 7У продолжало оставаться крайне слабым и неудачно размещенным: с носовых курсовых узлов корабль был практически беззащитным, а скученность всех противовоздушных средств на двух площадках делала их крайне уязвимыми. Опыт первых месяцев войны показал, насколько опасно пренебрегать угрозой воздушных атак. Поэтому уже с июля 1941 года на эсминцах начали дополнительно монтировать 37-мм автоматы 70-К—на надстройке в районе второй трубы, а затем заменять ими малоэффективные «сорокапятки».

В мае 1942 года на «Сильном» установили два 20-мм «Эрликона» и один четырехствольный 12,7-мм пулемет «Виккерс». К концу войны балтийские эсминцы (в частности, тот же «Сильный», «Стойкий», «Славный», «Сторожевой», «Строгий», «Стройный») получили третью 76-мм артустановку 34-К (на юте). К 1943 году наиболее мощные в отношении средств ПВО черноморские «Способный» и «Сообразительный» имели на вооружении по две 76-мм пушки 34-К, по семь 37-мм автоматов 70-К, по четыре 12,7-мм пулемета ДШК и по два спаренных 12,7-мм пулемета «Кольт-Брау­нинг» с водяным охлаждением стволов. Как показала практика, даже этого усиленного зенитного оружия было явно недостаточно для отражения массированных атак бомбардировщиков люфтваффе.

Торпедное вооружение

Схема поста управления торпедными аппаратами

Торпедное вооружение эсминцев проекта 7У было представлено двумя 533-мм трехтрубными торпедными аппаратами 1-Н с растворением крайних труб 7°. основное отличие от пороховых аппаратов 39-Ю - 1-Н имел комбинированную систему стрельбы (пороховую и пневматическую). Скорость вылета торпеды была равна примерно 15 — 16 м/с (против 12 м/с у 39-Ю), что позволило значительно расширить секторы обстрела: эсминцы проекта 7 не могли выпускать торпеды на острых курсовых углах из-за риска, что те заденут за палубу. Так, аппарат 39-Ю эсминца «Грозный» имел углы обстрела 62,5° — 118° на оба борта, а аппарат 1-Н «Сообразительного» — 45°—135°. Кроме того, в конструкцию торпедного аппарата был внесен ряд усовершенствований, что вдвое повысило точность его наведения на цель. К сожалению, эсминцам проекта 7У ни разу не довелось применить свое вполне современное торпедное оружие в бою.

Противолодочное и противоминное вооружение

Минное и противолодочное вооружение эсминцев типа «Сторожевой» практически ничем не отличалось от используемого на эсминцах проекта 7. На расположенные на верхней палубе рельсы корабль мог принять 58 мин КБ-3, или 62 мины образца 1926 г., или 96 мин образца 1912 г. (в перегруз). Стандартный набор глубинных бомб — 10 больших Б-1 и 20 малых М-1. Большие бомбы хранились непосредственно в кормовых бомбосбрасывателях; из малых—12 в погребе и 8 — в кормовом стеллаже на юте. Применять бомбосбрасыватели можно было лишь при волнении моря до 3 баллов — в более свежую погоду ют эсминцев проекту 7У и проекта 7 сильно заливало водой.

Уже в ходе войны эсминцы получили по два бомбомета БМБ-1, способные стрелять бомбами Б-1 на дальность до 110 м.

Противоминное вооружение состояло их четырех параванов К-1 (в том числе двух запасных). В первые же дни войны на эсминцах проекта 7У начался монтаж размаг­ничивающих обмоток ЛФТИ; на ЧФ эти работы были закончены уже к 1 августа, на Балтике к октябрю 1941 года.

Система управления огнем

Эсминцы проекта 7У «Сторожевой» и «Сильный»

Система управления огнем главного калибра — ПУС (прибор управления стрельбой) «Мина», созданная ленинградским заводом «Электроприбор» для кораблей проекта 7. Ее основным элементом являлся центральный автомат стрельбы ЦАС-2 — счетно-решающий прибор (своего рода механический «компьютер»), который на основе поступавших с дальномерных постов данных непрерывно рассчитывал координаты, скорость и курсовой угол цели, параллельно выдавая полные углы горизонтальной и вертикальной наводки орудий. ЦАС-2 считался относительно малогабаритным аппаратом. К сожалению, на практике его возможности были сильно ограничены, по причине низкой точности гирокомпаса «Курс», который автоматически передавал в схему данные о курсе своего корабля.

Информация о цели шла в систему ПУС от дальномеров командно-дальномерного поста КДП2-4 (заводской индекс Б-12) и ночных визиров 1-Й. Система «Мина» позволяла разделять огонь носовой и кормовой группы артиллерии, а также вести огонь по временно скрывающейся морской цели. Помимо этого, «Мина» обеспечивала стрельбу торпедных аппаратов. На некоторых эсминцах проекту 7У (например, на «Способном» и «Сообразительном») дополнительно устанавливались автокорректоры для ведения прицельного огня по берегу.

А вот с приборами управления зенитным огнем дело обстояло значительно хуже. Как известно, уже в проекте 7 для обеспечения эффективной стрельбы 76-мм орудий предусматривалась установка МПУАЗО, но к моменту ввода в строй большинства эсминцев эти приборы существовали лишь как проект на бумаге. Первая система МПУАЗО «Союз-7У» была установлена буквально за несколько дней до войны — в июне 1941 года на черноморском эсминце «Способный». Она включала в себя достаточно совершенный зенитный автомат стрельбы «Союз» (по принципу работы — аналог ЦАС-2, но предназначенный для огня по воздушным целям), гировертикаль «Газон» и стабилизированный визирный пост СВП-1. Несмотря на тот факт, что система действовала в одной плоскости и была малоэффективна в борьбе с пикирующими бомбардировщиками, но она все же значительно усилила ПВО корабля.

В 1942 году «Союз-7У» (с заменой неудачного СВП-1 на новый СВП-29) установили еще на двух эскадренных миноносцах — черноморском «Свободном» и балтийском «Строгом». На этом все закончилось. На остальных кораблях проектов 7 и 7У 76-мм пушки 34-К были «самоуправляемыми» — проще говоря, стрельба из них велась на глазок. Ну а об управлении огнем малокалиберной (45-мм и 37-мм) артиллерии в то время речь вообще не шла.

Навигационное оборудование

Штурманское и навигационное оборудование, а также средства связи на эсминцах проекта 7У остались теми же, что и на их предшественниках проекта 7.

Радиолокационными станциями (РЛС) в годы войны в первую очередь оснащались корабли Северного флота: те в условиях полярной ночи и непогоды наиболее остро нуждались в радарах. Корабли проекта 7У, служившие на Черном море и на Балтике, получили РЛС только в конце войны (в большинстве своем — в 1945 году). На «Строгом» смонтировали отечественную станцию «Гюйс-1», на «Сообразительном», «Сторожевом», «Страшном», «Сильном», «Славном», «Свирепом» и «Вице-адмирале Дрозде» —английские типа 291. Помимо последних, использовавшихся для обнаружения целей, на большинстве эсминцев дополнительно установили РЛС управления огнем типа 284. Антенна радара 291 размещалась на топе фокмачты, радара 284 —на крыше КДП.

Из гидроакустических средств эсминцы проектов 7 и 7У поначалу оснащались шумопеленгаторами «Марс» и гидрофонами станции звукоподводной связи «Арктур». Противолодочные возможности советских кораблей сильно повысились, когда на них начали устанавливать получаемые по ленд-лизу английские сонары «Дракон-128с» («Асдик»). К концу войны такие станции стояли на всех оставшихся в строю «семерках» и «семерках-У».

Имеются сведения, что перед самой войной в Германии было закуплено несколько комплектов гидроакустических станций. Так, по воспоминаниям ветеранов Тихоокеанского флота, немецкая ГАС стояла на эсминце «Ревностный». А на «Стойком» в августе 1941 года смонтировали некий импортный гидроакустический прибор «Ультрафон» — правда, никаких подробностей об этом аппарате не известно.

Энергетическая установка

Советские эсминцы проекта 7У тип «Сторожевой» идут пеленгом.

Первые турбины эсминцев проекта 7 были сконструированы с солидным запасом: фактически каждый ГТЗА-24 был способен развить 27 000 л.с., но, опасаясь, что на испытаниях такой результат не будет достигнут, проектировщики в официальных документах сознательно занизили мощность, указав значение в 24 000 л.с. За счет установки четвертого котла и, соответственно, повышения производительности ожидалось увеличение мощности каждого ГТЗА до 30 000 л.с. Правда, и здесь конструкторы решили не рисковать и, чтобы не оказаться в числе «вредителей», в документацию внесли цифру на 3000 л.с. меньше, чем предполагалось в действительности. Таким образом, расчетная мощность ГЭУ эсминцев проекта 7У равнялась 60 000 л.с., официальная проектная — 54 000 л.с.

В то же время советское правительство, принимая программу строительства «большого флота», осознавало, что самым узким местом в ее реализации станет создание главных механизмов. Так, Харьковский турбинный завод, обязанный поставить ГТЗА для всей серии эсминцев, с самого начала никак не мог уложиться в заданные сроки. Поэтому уже в конце 1936 года Наркомат внешней торговли заказал для проекта 7 у английских фирм «Метро-Виккерс» и «Парсонс» 12 комплектов ГТЗА и вспомогательных механизмов. Они должны были иметь несколько меньшую мощность (24 000 л.с.), зато могли запускаться в холодном состоянии, без предварительного подогрева, что теоретически уменьшало время подготовки корабля к выходу в море.

В марте 1938 года полученные из Англии турбины распределили по заводам. Из восьми комплектов ГЭУ фирмы «Мет­ро-Виккерс» 7 достались ленинградским № 189 и № 190, а еще один отправили на базу КБФ в качестве резервного. Четыре комплекта фирмы «Парсонс» ушли на Черное море: 3 — на Николаевский завод № 200 и один — на базу ЧФ в Севастополь.

Все импортные ГТЗА попали на корабли, перезаложенные по проекту 7У. За счет увеличившейся паропроизводительности их мощность также удалось поднять до 27 000 л.с., однако оснащенные ими эсминцы оказались все же тихоходнее, чем имевшие отечественные механизмы. Например, «Страшный» с харьковскими турбинами развил на испытаниях скорость в 39,6 узла, в то время как обладатели английских показали 36,3 — 37 узлов. Правда, что касается качества изготовления механизмов, то тут сравнение будет не в нашу пользу (Несмотря на более высокое качество стали, английские турбины также не выдерживали экстремального режима эксплуатации в годы войны. Так, отмечалось, что за первый год войны шестерни валоповоротного устройства ГТЗА «Парсонс» эсминца «Способный» износились на 60 — 70 %).

Расположение машинно-котельной установки эсминца проекта 7У

Пар для турбин вырабатывали 4 шатровых вертикальных водотрубных котла с боковым экраном и односторонним протоком газов, снабженные петлевыми пароперегревателями. Поверхность нагрева каждого котла — 655 м2, производительность— 80 т пара в час. Параметры пара примерно те же, что и у «чистых» «семерок» — давление 27,5 кг/см2, температура 340°С. Каждый котел размещался в изолированном отделении.

Эсминцы последних серий оборудовались паровыми котлами типа 7У-бис с автоматом питания системы «Робот». Правда, последний работал удовлетворительно только при постоянной нагрузке. Поэтому в боевых условиях питание котлов обычно осуществлялось вручную вахтенными механиками. Вообще моряки котлами 7У-бис остались недовольны: 6 мощных (1200 кг/ч), но нерегулируемых форсунок не обеспечивали достаточной гибкости при работе котла, что зачастую приводило к снижению КПД и повышенной дымности.

Разумеется, четыре котла по сравнению с тремя у проекта 7 отличались повышенной прожорливостью. Однако увеличить запас топлива у «семерок-У» не удалось: после монтажа более громоздкой ГЭУ в тесном корпусе места для дополнительных цистерн уже не оставалось. А после укладки твердого балласта запас мазута даже пришлось немного уменьшить. Поэтому если скорость кораблей типа «Сторожевой» следует признать вполне удовлетворительной, то дальность плавания оказалась никудышной. Так, в 1943 году «Сооб­разительный» и «Способный» могли пройти экономическим ходом лишь 1380 миль, в то время как проектным заданием для «семерок» определялась дальность в 3000 миль — в два с лишним раза больше.

Любопытны расчетные данные о дальности плавания эсминца «Сообра­зительный», полученные по результатам похода этого корабля к о. Фидониси в ноябре — декабре 1942 года (см.таблицу).

Дальность плавания эсминца «Сообразительный», рассчитанная на основе реального расхода топлива в ноябре—декабре 1942 г.

В штормовую погоду радиус действия эсминцев был, разумеется, еще меньше. Во время конвоирования транспортов из Туапсе к Босфору и обратно в ноябре 1941 года «Сообразительный» подчистую сжег полный запас топлива, пройдя всего 1066 миль за 114 ходовых часов. То же самое можно сказать и о бал­тийских кораблях проекта 7У — правда, в силу ограниченности театра, где они использовались, недостаток радиуса действия особенно не ощущался.

Причин, приведших к двукратному увеличению расхода топлива по сравнению с показанным на заводских испытаниях, довольно много. Основные из них — перегрузка кораблей, увеличение числа действующих котлов в боевых условиях (2 — 3 против 1 на испытаниях), увеличение числа действующих сопел на главных турбинах с целью повышения маневренности, загрязненность котлов, износ и коррозия механизмов, ухудшение теплоизоляции паропроводов, низкое качество сборки главных холодильников и использование мазута с большим количеством примесей.

Что же касается надежности механизмов, то в целом она оказалась вполне удовлетворительной. В ходе войны при эксплуатации турбин эсминцев проекта 7У нередко приходилось нарушать инструкции. Так, зафиксирован случай экстренной съемки с якоря эсминца «Славный» при налете авиации, когда пар в котлах был поднят всего за 17 минут и ход дан холодными турбинами без их предварительного прогрева. Кроме того, на «Стойком» и том же «Славном» при уклонении от плавающих мин и атак бомбардировщиков применялось срочное реверсирование турбин, причем давление контрпара достигло 7—10 кг/см2 вместо 3 кг/см2, предусмотренных правилами эксплуатации. Во всех упомянутых случаях механизмы работали без сбоев и поломок.

Вспомогательные устройства и системы

Электрооборудование кораблей проекта 7У по сравнению с проектом 7 было значительно усовершенствовано. Мощность главных турбогенераторов повысилась со 150 до 200 кВт. В режиме «поход» нагрузку теперь мог обеспечить один турбогенератор; при работе же двух создавался резерв мощности в 50 — 60 %. Как показала практика, это было важным достоинством. На эсминцах проекта 7 при выходе из строя одного главного генератора второй и третий сильно перегружались, из-за чего сгорали предохранители и корабль временно оставался без энергии (например, по этой причине 8 января 1943 года произошла посадка на камни эсминца «Разъяренный»). Эсминцы проекта 7У были застрахованы от таких неприятностей.

Схема распределения энергии у проекта 7У отличалась большей гибкостью — в частности, при необходимости можно было отключать второстепенных потребителей прямо на главных распределительных щитах. На последних кораблях, вошедших в строй в 1941 году (в частности, на «Способном»), обычные предохранители в электрических системах заменили на защитные автоматы, позволявшие быстрее возобновить подачу электроэнергии после устранения короткого замыкания. К тому же, по сравнению с проектом 7, улучшился доступ к щитам турбо- и дизель-генераторов.

Из недостатков электрооборудования эскадренных миноносцев проекта 7У отмечался быстрый износ подшипников турбогенераторов ПГ-3 и потребность в высококачественных импортных щетках. К концу войны запас последних был полностью израсходован, а близких к ним по качеству отечественная промышленность не выпускала.

Эсминцы проекта 7У оснащались 2-мя дизельгенераторами мощностью по 50 кВт, созданными на базе дизелей «Рустон». Правда, размещение одного из них в котельном отделении было явно неудачным — из-за высокой температуры и влажности он нередко выходил из строя. Следует заметить, что дизель-генераторы, установленные как аварийное средство, зачастую использовались в качестве повседневного источника энергии, особенно на плохо оборудованных стоянках в Новороссийске, Туапсе, Поти, Ленинграде. В результате дизели быстро вырабатывали свой ресурс и в ходе войны постепенно заменялись на отечественные М-52.

В электро системах эсминцев проектов 7 и 7У использовался постоянный ток напряжением 110В. Однако один из кораблей — «Страшный» — в порядке эксперимента получил все электрооборудование, рассчитанное на переменный ток (ему даже присвоили собственное обозначение проекта — 7УЭ). Испытания «Страшного» полностью завершились после окончания войны и были признаны удачными. Тем не менее перевод энергосистем на переменный ток состоялся в нашем флоте только в 50-е годы на эсминцах проекта 56. Якорное устройство эсминцев проекта 7У по сравнению с кораблями проекта 7 стало более надежным: два становых якоря имели массу по 1,5 т и якорь-цепи длиной по 200 м (против 1 т и 180 м соответственно).

Водоотливная, противопожарная, вентиляционная и прочие системы принципиально остались теми же, что и в проекте 7. Правда, увеличившаяся у «улучшенных» эсминцев осадка привела к тому, что часть забортных отверстий осушительной системы оказалась ниже ватерлинии, что создавало опасность затопления отсеков при неисправностях клапанов (так называемых «хлопушек») эжекторов. На некоторых кораблях (в частности, на «Способном») пришлось дополнительно устанавливать специальные болты, прижимавшие «хлопушки» к своим гнездам и обеспечивавшие их герметичность. Вместе с тем эта мера вынуждала вывинчивать болты вручную, прежде чем запустить водоотливные средства, что в боевых условиях было весьма опасно.

Мореходность и маневренность

Мореходность эсминцев типа «Сторожевой» была еще хуже, чем у их предшественников: смещение в нос надстройки усиливало зарывание в волну.

Маневренность осталась на прежнем уровне и считалась вполне удовлетворительной. «Способный» при положении ру­ля в 15° на скорости 35 узлов разворачивался на 180° за 2 мин 10 с, на скорости 20,5 узла — за 5 мин 10 с..

Список построенных эсминцев проекта 7У

Список построенных эсминцев проекта 7У
Название Завод Стапельный № Заложен по проекту 7 Перезаложен по проекту 7У Спуск В стою Флот
«Сторожевой» ССЗ № 190 517 1936 1938 1938 1940 БФ
«Стойкий» ССЗ № 190 518 1936 1938 1938 1940 БФ
«Страшный» ССЗ № 190 519 1936 1938 1939 1941 БФ
«Сильный» ССЗ № 190 520 1936 1938 1938 1940 БФ
«Смелый» ССЗ № 190 521 1936 1938 1939 1941 БФ
«Строгий» ССЗ № 190 523 1936 1938 1939 1942 БФ
«Скорый» ССЗ № 190 524 1936 1938 1939 1941 БФ
«Свирепый» ССЗ № 190 525 1936 1938 1939 1941 БФ
«Статный» ССЗ № 190 526 1936 1938 1939 1941 БФ
«Стройный» ССЗ № 190 527 1936 1938 1941 1942 БФ
«Славный» ССЗ № 189 293 1936 1939 1939 1941 БФ
«Суровый»
до 1940 — «Летучий»
ССЗ № 189 297 1936 1939 1939 1941 БФ
«Сердитый»
до 1940 — «Лихой»
ССЗ № 189 298 1936 1938 1939 1940 БФ
«Совершенный»
до 1940 — «Бесстрашный»
ССЗ № 200 1073 1936 1938 1939 1941 ЧФ
«Свободный»
до 1940 — «Бесшумный»
ССЗ № 200 1074 1936 1938 1939 1942 ЧФ
«Способный»
до 1940 — «Подвижный»
ССЗ № 200 1075 1936 1939 1939 1941 ЧФ
«Смышлёный»
до 1940 — «Полезный»
ССЗ № 200 1077 1936 1938 1939 1940 ЧФ
«Сообразительный»
до 1940 — «Прозорливый»
ССЗ № 200 1078 1936 1939 1939 1941 ЧФ

См. также

Источники информации

Литература

  • В. Н. Буров Отечественное военное кораблестроение в третьем столетии своей истории. — Судостроение, 1995. — 606 с. — 2000 экз. — ISBN 5-7355-0508-4

Ссылки

Галерея изображений