Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!

Участник:Air_Cool:ru/Ретвизан

Перейти к: навигация, поиск

Эта статья редактируется участником Air_Cool.

"Ретвиза́н" (1901-1904)
"Хидзэ́н" (1905-1923)

Retvisan.jpg
Служба
Флаг_России.svg Россия

Флаг_Японии.svg Япония
Исторические данные
17.07.1899 года Заложен
10.10.1900 года Спущен на воду
29.08.1901 года Выход на испытания
декабрь 1901 года Введен в строй
24 ноября 1904 (Россия)
23 сентября 1923 (Япония)
Выведен из боевого состава
июль 1924 Гибель
Общие данные
12 746 / 12 902 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
116,5 / 22,0 / 7,6 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
ЭУ
Экипаж
761 чел. Общая численность
19 чел. Офицеры
67 чел. Мичманы
675 чел. Матросы
Бронирование
51,152,229 / 127 мм. Пояс/борт
51,63,76 мм. Палуба
178 / 178 мм. Траверз
(носовой/кормовой)
102,203 мм. Барбеты
229 / 229 / 229 / 51 мм. Башни ГК
(лоб/бок/тыл/крыша)
254 мм. Боевая рубка
Вооружение

2х2 - 305мм ; 12 - 152мм ; 20 - 75мм ; 2 - 64мм ; 24 - 47мм ; 8 - 37мм ; 2 - 7,62мм ; 6 457мм торпедных аппарата

Однотипные корабли

эскадренные броненосцы типа "Main"

ЭБ «Ретвиза́н» (швед. Rättvisan(«Справедливость»), позже линейный корабль «Хидзен» - яп.肥前国) - Эскадренный броненосец русского флота. Спущен на воду в Филадельфии с верфи завода William Cramp & Sons в 1900 году. Вошел в состав Тихоокеанской эскадры. Участвовал в Русско-японской войне. Затонул в конце 1904 года при обороне Порт-Артура. Поднят японцами в 1905 году и включен в Императорский флот Японии. Участвовал в операциях Первой мировой войны. В 1923 году выведен из состава действующих кораблей и в 1924 году потоплен при испытаниях торпед у острова Кюсю.

Содержание

Общие сведения

Роман (Роберт) Васильевич Кроун (будущий адмирал российского флота, шотландец по происхождению), поступив в Британский королевский флот, а позже в Балтийский флот России, не мог предположить, что однажды он станет основоположником «династии» кораблей с гордым именем «Справедливость» — именно так переводится со шведского слово «Rättvisan».
Кроун, командуя 44-пушечным фрегатом «Венус», за взятие которого получил чин капитана 2-го ранга и орден Святого Георгия 4 степени (кстати, за всю историю существования этого ордена, всего около 2 000 человек получили его за боевые заслуги), в ходе сражения со шведами в Выборгском заливе 23 июля 1790 года, вступил в бой с превосходящим его по всем параметрам кораблем «Ретвизан» и заставил его спустить флаг. Только смелость, величайшая отвага и мужество могли заставить фрегат вступить в бой с линейным кораблем.
Но, именно эти качества уже капитана 1-го ранга Кроуна(очередной чин получен за захват линкора «Ретвизан») послужили первопричиной создания ряда кораблей с тем же именем, в надежде вместе с именем передать и то мужество, и ту отвагу, героизм, которые витали вокруг «Ретвизана». А моряки, как известно, народ суеверный.

Важные даты в династии «Ретвизан»

  • 23 июля 1790 года — захват трофея — линкора «Ретвизан».
  • 1818 год — в Архангельске спущен на воду 74-пушечный линкор «Ретвизан».
  • 1839 год — там же спущен на воду брат-близнец — еще один 74-пушечный линкор «Ретвизан».
  • 1855 год — в Санкт-Петербурге вышел в море винтовой 84-пушечный линейный корабль с таким же именем.
  • 11 апреля 1898 года — подписан контракт на постройку в США эскадренного броненосца.
  • 13 июля 1898 года — прибытие специальной комиссии в США.
  • Сентябрь-октябрь 1898 года — разбивка плаза(неофициальная дата начала постройки).
  • Декабрь 1898 года — начало установки шпангоутов, назначение председателем комиссии Э. Н. Щенсновича.
  • 11 января 1899 года — броненосцу официально присвоено имя «Ретвизан».
  • Февраль 1899 года — капитаном ЭБ «Ретвизан» назначен Э. Н. Щенснович.
  • 17 июля 1899 года — церемония официальной закладки ЭБ.
  • 10 октября 1900 году в США спущен на воду последний из «ретвизанов» — один из лучших кораблей российского флота к моменту начала русско-японской войныэскадренный броненосец «Ретвизан».
  • Август 1901 года — заводские испытания.
  • Октябрь 1901 года — официальные испытания.
  • 10 марта 1902 года — поднятие флага и вымпела. Начало компании ЭБ «Ретвизан».
  • Июнь 1902 года — стоянка в Кронштадте.
  • Сентябрь 1902 года — вышел на Дальний Восток.
  • 26 января 1904 года — первые повреждения от японских торпед. Сел на мель.
  • 26 мая 1904 года — окончание ремонта. Возвращение в строй.
  • Июнь-ноябрь 1904 года — активное участие в Русско-Японской войне и обороне Порт-Артура.
  • 23 ноября 1904 года — ЭБ «Ретвизан» затонул. Выведен из состава флота.
  • 22-24 сентября 1905 года — поднят японцами и включен в состав Императорского флота, как линкор 1-го класса «Хидзен».
  • Ноябрь 1905 — ноябрь 1908 — ремонт и модернизация в Сасебо.
  • 1914 год — участие в Первой Мировой Войне.
  • 1921 год — переведен в класс броненосцев береговой охраны.
  • 20 сентября 1923 года — выведен из состава флота Японии.
  • 25 июля 1924 года — расстрелян и потоплен в качестве корабля-цели.

История создания и предпосылки

В конце 19-го века у Российской империи неожиданно появился новый оппонент на море. Англия, долго считавшаяся главным соперником и наиболее вероятным противником на водных просторах, выступила в новом ключе. Туманный альбион решил разыграть дальневосточную карту с помощью державы лишившейся, благодаря России, плодов своей победы над Китаем — Японии. Страна восходящего солнца, еще недавно не воспринимавшаяся Россией всерьез, лихорадочно готовилась к войне за господство на Дальнем Востоке. Все британские верфи были заняты выпуском для микадо крейсеров, броненосцев, миноносцев-истребителей и других кораблей.
Японская кораблестроительная программа (с изменениями 1896 г.) предусматривала постройку четырех броненосцев 1-го класса, шести броненосных и шести бронепалубных крейсеров, трёх минных крейсеров (авизо), 11 истребителей (эскадренных миноносцев), 89 миноносцев и одной плавучей базы для минного флота. Суммарное их водоизмещение составляло 146 495 т.
Даже учитывая, что Россия входила в тройку сильнейших морских держав, надо было срочно менять свою морскую политику.
И ответ России не заставил себя ждать.
27 декабря 1897 г. в Санкт-Петербурге прошло особое совещание, результатом которого стала рекомендация Морскому министерству к 1903 г. сосредоточить в Тихом океане 10 эскадренных броненосцев, 5 броненосных крейсеров, 10 крейсеров-разведчиков водоизмещением 5-6 тыс. т, 10 крейсеров 3-го класса по 2-2,5 тыс. т, один-два минных транспорта по 8 тыс. т (носители миноносок), два минных заградителя и 36 истребителей — эскадренных миноносцев (часть последних могла быть заменена миноносцами). Для достижения указанного состава по особой программе «Для нужд Дальнего Востока» в 1898—1902 гг. предстояло построить 5 эскадренных броненосцев, 5 крейсеров 1-го ранга и другие корабли.

По другим данным: В начале 1898 года, в придачу к внуши­тельной кораблестроительной програм­ме 1895 года, была принята дополнитель­ная программа «для нужд Дальнего Вос­тока». Она предусматривала постройку пяти эскадренных броненосцев, 16 крей­серов, двух минных заградителей, 36 ми­ноносцев и истребителей.

Отечественные верфи были заняты выполнением основной кораблестроительной программы, поэтому было решено часть заказов разместить за рубежом.

Слухи о выделении огромной суммы на усиление русского флота быстро разлетелись по всему миру.
За право выполнить заказ Российской короны начали бороться три солидные фирмы — немецкая «Крупп», итальянская «Ансальдо» и американская «Крамп и сыновья».
И пока немцы и итальянцы предоставляли свои проекты в Морской технический комитет, пытаясь выполнять все правила и регламенты МТК, господин Чарльз Крамп самолично прибыл на берега Невы и начал раздавать обещания построить «самые лучшие» в мире корабли практически сразу.
Есть основания полагать, что свои обещания он подкреплял весьма солидными суммами, что еще больше внушало доверия отдельных чиновником к его персоне.
Крамп готов был построить для России целую эскадру (два броненос­ца, четыре крейсера и 30 миноносцев), но, видимо, наличные(или «борзые щенки») у него быстро кончились и, в итоге, контракт был подписан только на 1 броненос­ец(Ретвизан) и 1 крейсер(Варяг).
Немцам и итальянцам оставалось только наблюдать, как 11 апреля 1898 года Крампу официально передали заказ на строительство броненос­ца в 12 000 т и крейсера в 6000 т на общую сумму в 6,5 млн долларов.

Историческая справка:
Завод фирмы «Вильям Крамп и сыновья» Одно из старейших судостроительных предприятий Америки, завод со времени основания фирмы в 1830 г. находился в единоличном управлении семьи Крампов.
Ее глава — Чарльз Крамп имел более чем 40-летний опыт проектирования и строительства броненосцев, крейсеров и коммерческих пароходов. Не раз выполняла фирма и заказы русского флота — переоборудовала и строила небронированные крейсера в 1878—1879 гг., выполняла ремонтные работы для атлантической эскадры, участвовавшей в 1893 г. в торжествах по случаю 400-летия открытия Америки.
С работой завода был знаком ряд русских специалистов, а адмирал Макаров в качестве гостя участвовал в испытаниях броненосца «Массачузетс».
Завод располагался на окраине Филадельфии (штат Пенсильвания), на левом берегу реки Делавер в 170 км от места ее впадения в Атлантический океан.

общая стоимость постройки «Ретвизан» — 12,55 млн рублей

Предшественники и потомки

Контракт предусматривал постройку для российского флота эскадренного броненосца «подходящего по типу и размерам к „Пересве́ту“», но без деревянной обшивки и с 12" орудиями.

Проект, американского инженера, основывался на специально составленной в МТК программе (водоизмещение не свыше 12700 т) и на вооружении русского производства.

Схема броненосца «Ретвизан»
Retvizan_47.jpg
«Ретвизан» должен был отличался от прототипа некоторым усилением бронирования (закалка брони по способу Круппа), двумя винтами и отсутствием полубака.
Высокие тактико-технические элементы «Ретвизана» произвели сильное впечатление на Морское министерство США, в результате задания российского Морского ведомства и сам проект были использованы при создании серии американских броненосцев типа «Мейн». Блыо построено 3 эскадренных броненосца этого типа.

Не известно, по каким причинам Морской Технический Комитет отверг предложение Крампа о строительстве 2-х броненосцев типа «Ретвизан» и 4-х бронепалубных крейсеров типа «Варяг». Вторая загадка — была ли рассмотрена МТК, перед отказом Крампу, возможность при заказе 2-х «Ретвизанов», вместо 4-х «Варягов» заказать еще 2 «Ретвизана», чтобы в итоге Российский флот мог получить 4 эскадренных броненосца, полностью соответствующих т. н. «мировому стандарту того времени»?
Недостатки «Ретвизана» (слабая броня в носу и корме) можно было бы исправить в ходе строительства этой серии, сохранив основные сильные стороны (артиллерия, дальность плавания) практически не увеличив фактическое водоизмещение.
Как бы то ни было, у «Ретвизана» из «потомков» существовало только 3 броненосца типа «Мейн».

Проектирование

Морской технический комитет в «программе для проектирования броненосца» выставил требования: по скорости — 18 узлов, по дальности плавания — 8300 миль, по вооружению — 4×305 мм, 12×152 мм, 20×75 мм, 20×47 мм и 6 торпедных аппаратов.
Это не устраивало мистера Крампа, который настаивал на выборе в качестве прототипа американской «Айовы», так как его завод недавно закончил производство такого корабля. В этом «сражении» победил МТК, указав, что «Айова» не соответствует современным требованиям ни по скорости, но по запасу хода.
В качестве прототипа был принят «Пересвет» с заменой главного калибра, ЭУ и части обшивки. Это было только начало противостояния коммерческих интересов с интересами государства.
Во избежание возможных убытков, американец добился изменения энергетической установки(с системы Бельвиля на Никлосса), увеличения водоизмещения до 12 700 т, разрешения на форсировку котлов на испытаниях (невиданный до того момента прецедент в Русском флоте). Также с большим упорством Крамп и Санкт-Петербургский Металлический завод отстаивали свое право на производство орудийных башен. В итоге, заказ ушел в Санкт-Петербург с требованием изготовить и подготовить к транспортировке две башни к 1 января 1900 года.
С самого начала проектирования между двумя сторонами велась огромная переписка. Множество вопросов оставались нерешенными целыми неделями и месяцами. В основном из-за бумажной волокиты госаппарата, но и географическая удаленность исполнителя от заказчика также не сокращала сроков производства.

« Что-нибудь да надо предоставить усмотрению нашему. Одно и то же судно не может строиться в России и Соединенных Штатах!
Чарльз Крамп
»

Весной 1898 года Морское министерство приняло решение отправить на завод «наблюдающую комиссию» во главе с бывшим командиром черноморской канонерки «Запорожец» капитаном 1 ранга М. А. Данилевским (позже его сменил капитан 1 ранга Э. Н. Щенснович) заниматься всеми вопросами «по постройке, снабжению и вооружению заказанных судов», а так же пресекать стремления Крампа нарушать принципиальные положения контракта.
Результаты работы комиссии не замедлили сказаться. Была выявлена серьезная ошибка в расчете водоизмещения, обнаружена недостаточная метацентрическая высота (0,91 м), запрещено форсирование котлов. Часть недостатков нередко приходилось исправлять уже в металле, на стапеле.

Постройка и испытания(не готова)

Точная дата начала постройки «Ретвизана» (корпус № 300) на Крамповской верфи неизвестна; по всей вероятности, разбивка плаза началась осенью, а установка шпангоутов — в декабре 1898 года. Официальная же закладка состоялась значительно позже, когда на стапеле уже были выставлены все шпангоуты, обшивка доведена до уровня броневой палубы, а вес корпуса корабля уже приближался к 1000 т. На серебряной закладной доске, прикрепленной к набору, была выгравирована следующая надпись: «Эскадренный броненосец „Ретвизан“ заложен 17/29 июля 1899 года в Филадельфии на заводе фирмы В.Крамп и К° при управлении Морским ведомством Его Императорского высочества государя великого князя генерал-адмирала Алексея Александровича при управляющем Морским министерством вице-адмирале Тыртове. В присутствии председателя комиссии, наблюдающего за постройкой судов в С.Америке, капитана 1 ранга Щенсновича и члена младшего судостроителя Черниговского». Кстати, церемония закладки прошла весьма скромно, без торжественного молебна и даже без подъема русского флага.

Работы на стапеле шли быстро — сказывались передовая американская технология, достаточно высокая квалификация рабочих и насыщенность завода станками и механическим инструментом. Производительность труда при таких распространенных операциях, как рубка металла и клепка соединений, у Крампа была в два, три, а то и в пять раз выше, чем на судостроительных предприятиях в России. Правда, начавшаяся в августе 1899 года забастовка, а затем авральная достройка крейсера «Варяг» нарушили график работ по сборке корпуса. Видя, что спуск «Ретвизана» на воду, намечавшийся на май 1900 года, придется отложить на несколько месяцев, Крамп принял решение устанавливать паровые котлы уже во время стапельного периода (обычно во всех странах это делалось во время достройки корабля на плаву). В целом рискованная операция оправдала себя, позволив позже существенно сократить сроки достройки броненосца у заводской стенки. Спуск «Варяга» и его авральная достройка привели к замедлению работ на броненосце «Ретвизан». Лишь к апрелю, после настойчивых требований Щенсновича, число ежедневно занятых на корабле рабочих возросло до 400 чел. Спуск броненосца, назначенный на 1 мая, пришлось отложить сначала до 15 июня, а затем и вовсе на неопределенный срок. Лихорадочной работой Крамп пытался наверстать упущенное время; на корабль, находившийся на стапеле, устанавливали котлы и судовые механизмы, но спуск по-прежнему задерживался из-за неготовности корпуса к испытаниям на водонепроницаемость. Лишь 10 октября 1900 г. «Ретвизан» оказался на воде. А к началу 1901 г. готовность броненосца по корпусу составляла 78 %. Полностью был установлен продольный и поперечный набор всех палуб и платформ, завершался монтаж каютных переборок, котельных и машинных кожухов, элеваторов подачи боеприпасов, разворачивались работы по насыщению погребов боезапаса и других помещений, устанавливались надстройки, мостики, водонепроницаемые двери и рельсы палубной подачи, продолжалась напряженная работа в машинном отделении. Последующие работы, как и взаимоотношения комиссии с Крампом, чрезвычайно осложнились из-за решения Морского министерства о взыскании с фирмы штрафа за семимесячное опоздание сдачи «Варяга». Немедленно за океан отправился эмиссар Крампа отставной генерал Вильяме, не раз уже находивший нужные ходы в лабиринтах Морского министерства. Этот «очень ловкий господин», по выражению Щенсновича, приступил к новой и небезуспешной осаде Адмиралтейства. В свою очередь Крамп предъявил комиссии целый ряд требований об отсрочке работ, не вызывавших у него до этого никаких претензий. Так, за уже сделанный перенос динамомашины на броненосце с одной палубы на другую требовалось (помимо дополнительной платы) два месяца, за испытания водонепроницаемости отсеков по новым правилам МТК, внесенным в свое время в спецификации обоих кораблей, семь месяцев добавочного времени. МТК отверг эти требования, однако Крамп продолжал осаждать комиссию массой мелочных счетов, чем буквально парализовал ее работу. Несостоятельными оказались американцы и при сборке башен броненосца, запаздывая на два месяца против графика Металлического завода. Лейтенанту Кетлинскому пришлось обучать техников Крампа регулировке реле башенных установок. Миновало 14 апреля 1901 г. — срок безусловной сдачи броненосца, названный Крампом Кутейникову во время его пребывания на верфи летом 1900 г., а готовность корабля по корпусу составляла лишь 93, по механизмам — около 80, по устройствам и оборудованию —65 %. В конце мая впервые развели пары в котлах для проверки водонепроницаемости соединений, но еще три месяца корабль не был готов к выходу на испытания. Предварительные заводские испытания начались 29 августа 1901 г., а в октябре приступили к официальным. Закончились они, по словам Щенсновича, «довольно скандально». Первый 12-часовой пробег не удался: из-за неправильно выбранной частоты вращения машин скорость составила лишь 17 уз. Огненные факелы из дымовых труб, 70-градусная температура у дымовых кожухов, сгоревшая на них краска, — такова картина испытаний. Отчаянное форсирование котлов заводской командой, выжавшей из механизмов вместо 16000 17600 л. с., смогло обеспечить только 17,91 уз; и даже на мерной линии средняя скорость двух 33-минутных пробегов составила лишь 17,90 уз. А ведь контрактом предусматривалось «легкое достижение 18-узловой скорости». МТК в своем докладе управляющему Морским министерством предупреждал, что 18-узловая скорость будет недостижимой для «Ретвизана», имеющего обычных флотских кочегаров. Поэтому вопрос о снятии штрафа за недостаточную скорость, о чем уже просил Крамп, следовало рассматривать лишь в связи с общей оценкой исполнения заказа.

11 декабря в ответ на требование Крампа о последнем платеже комиссия предъявила ему замечания о крупных недоделках (52 пункта): не закончены переговорные трубы, не испытана система вентиляции, не готова электрическая рулевая машина и т. д. Полную готовность корабля к сдаче Крамп обещал к 7 января 1902 г., но и это обещание оказалось несостоятельным.

И все же, невзирая на акты комиссии и вмешательство самого адмирала Верховского, обеспокоенного неполадками на «Варяге» и «Ретвизане», фирме были прощены все штрафы. Понять подобный либерализм русского правительства тем более трудно, что в отношении флота проводился режим жестокой экономии, в результате чего корабли все еще не имели абсолютно необходимых, уже применявшихся за рубежом новейших оптических прицелов и дальномеров. Разместить заказ на такие прицелы в США (200 долл. за комплект), приобретенные Японией еще в 1899 г., не решились, опыты с собственными прицелами затянулись, поэтому ни «Варяг», ни «Ретвизан», как и вся 1-я Тихоокеанская эскадра — ядро с флота в ту войну — так и не получили необходимых приборов.

Лишь 30 апреля, после завершения доделочных работ «Ретвизан» покинул американские берега. 14-дневный переход через океан экономической 10-узловой скоростью, затем13 дней стоянки в Шербурге, и 27 мая «Ретвизан» продолжил путь. Однако уже 1 июня при попытке развить полный ход, когда в действие были введены все 24 котла, в одном из них разорвало трубку — шесть кочегаров получили сильные ожоги, для троих оказавшиеся смертельными.

Расследование обстоятельства первой аварии с котлами (а она оказалась не единственной) подтвердило мнение МТК о ненадежности и конструктивных недостатках котлов Никлосса, концентрические двойные трубки которых неизбежно перегорали при нередких в условиях эксплуатации случаях их соприкосновения. Ряд мер, рекомендованных впоследствии комитетом, вплоть до утолщения трубок и создания аварийных водяных завес у топок для кочегаров, уже не мог спасти репутацию этих котлов, вошедших в историю техники примером несостоятельности в повседневной практике теоретически остроумных, но чрезмерно сложных конструктивных решений. Спуск «Ретвизана» состоялся 10 октября. К концу года готовность корпуса составляла 78 %. Крамп, которому грозило заплатить штраф за 7-месячное опоздание сдачи «Варяга», стремился всячески ускорить работы на броненосце. К сожалению, этому отнюдь не способствовала ситуация, складывающаяся с изготовлением орудийных башен.

Как мы уже знаем, заказ на две 12-дюймовые башенные установки достался санкт-петербургскому Металлическому заводу. Это были первые в русском флоте установки с электрическим приводом, более эффективным, чем применявшийся ранее гидропривод (Речь идет о 12-дюймовых установках. Электрические башни для 10-дюймовых орудий для броненосцев «Пересвет» и «Ослябя» заказали Металлическому заводу несколько раньше, но они были испытаны стрельбой лишь осенью 1901 года, то есть значительно позже контрактного срока сдачи башен для «Ретвизана».). Но опыта в их проектировании и изготовлении явно не хватало. К тому же часть деталей традиционно приходилось заказывать за границей. Так, имея горький опыт получения отливок для орудийных станков из Англии (доставленные в 1897 году отливки для броненосцев «Пересвет» и «Ослябя» оказались с большим количеством раковин), Металлический завод заказал их вместе с воздушными резервуарами для накатников заводу «Шкода» в Пльзене (Австро-Венгрия). Однако и здесь получился «прокол». Хотя большинство отливок и резервуары были изготовлены качественно, в четырех балках для орудийных станков обнаружились микротрещины, и эти балки пришлось забраковать. Все это вкупе с обычной российской неорганизованностью привело к срыву утвержденных производственных графиков. В ноябре 1899 года дирекция Металлического завода заявила, что уложиться в предписанные контрактом сроки никак не удастся. Узнав об этом, Щенснович немедленно сообщил в Петербург: «Неготовность башенных установок дает основание заводу Крампа заявить Морскому министерству претензию на общую готовность корабля».

Опасаясь, что теперь в случае задержки сдачи броненосца к американской фирме нельзя будет применить никаких санкций, МТК взял дальнейший ход работ под свой жесткий контроль. Металлическому заводу разрешили провести полную сборку в цехе лишь одной башни, а вторую смонтировать без электрооборудования. Кроме того, допускалось испытать орудийные станки на полигоне не до, а после контрольной сборки башен. Эти меры должны были ускорить завершение работ.

Одновременно в Америку отправились директор Металлического завода Венцелидес и старший помощник инспектора морской артиллерии полковник Бринк. Прибыв в Филадельфию в конце 1899 года, они обнаружили, что строившийся броненосец еще не скоро будет готов к монтажу башен. Попутно они упрекнули и членов наблюдающей комиссии, особенно специалиста по артиллерии подполковника Алексеева, в том, что тот направлял в Петербург необъективную информацию, и, дескать, не следовало форсировать гонку с изготовлением башенных установок… Постоянные претензии друг к другу между Крампом, наблюдающей комиссией, Металлическим заводом и Морским министерством не прекращались на протяжении всего периода проектирования и постройки «Ретвизана».

Основные элементы башенных установок были сданы заказчику в мае 1900 года, упакованы и немедленно отправлены на пароходах в США. А вот станки 305-мм орудий пришлось переправлять позже. МТК настоял на их тщательных испытаниях по полной программе. С мая по июль на Охтинском полигоне произвели отстрел пушек, доставленных с Обуховского завода. Три пушки смонтировали на станках для совместных испытаний систем; из них сделали по 10 выстрелов. Четвертый станок испытали с орудием, имевшимся на полигоне, сделав 20 выстрелов. Все элементы установок работали без сбоев и получили хорошую оценку приемной комиссии.

Сдачу «Ретвизана», запланированную на апрель 1901 года, пришлось перенести на более отдаленный срок. К тому времени готовность корабля по корпусу составляла 93 %, по главной энергетической установке — около 80 %, по устройствам и оборудованию — 65 %. Не последнюю роль здесь сыграла задержка с поставкой орудийных башен, а также ряд дополнительных требований, высказанных заказчиком уже в ходе строительства корабля — например, требование переместить часть динамо-машин с одной палубы на другую.

Швартовые испытания броненосца начались в конце июля, а заводские — 29 августа 1901 года. На следующий день провели пробные стрельбы — в них участвовал прибывший из Петербурга А. Ф. Бринк, недавно произведенный в генерал-майоры. В целом первый этап испытаний прошел успешно.

Несколько хуже обстояли дела на официальных испытаниях, состоявшихся 8—11 октября. Хотя мощность машин превысила проектную более чем на 1000 л.с., максимальная скорость в первом пробеге на мерной миле составила лишь 17 узлов. Лучший результат 12-часовых испытаний полным ходом — 17,99 узла при мощности 17 111,7 л.с. и 125,5 оборотах винтов в минуту. И это несмотря на то, что заводская команда пыталась выжать из корабля все возможное: из труб вырывались языки пламени, на дымовых кожухах горела краска, температура в котельных отделениях превысила все допустимые нормы. В конце концов техника не выдержала: у среднего цилиндра паровой машины лопнула колонка, и броненосец срочно вернули на завод для ремонта.

По результатам испытаний наблюдающая комиссия составила список крупных недоделок из 52 пунктов, исправить которые Крамп обязался к 7 января 1902 года. Предметом бурных споров стал недобор контрактной скорости в 0,01 узла. Причиной его явился, по-видимому, неоптимальный шаг гребных винтов. После долгих дебатов и переписки с Петербургом решили считать контрактную 18-узловую скорость достигнутой. А по прибытии в Россию запланировали провести повторные испытания, предварительно изменив шаг винтов.

10 марта 1902 года «Ретвизан» начал кампанию, подняв флаг и вымпел. К тому времени он был полностью укомплектован прибывшим из России экипажем ('Морское министерство, напуганное массовым бегством матросов со строившегося крейсера «Варяг», приняло решение отправить экипаж «Ретвизана» в Америку лишь к самому окончанию работ, а до того держать на корабле только офицеров и кондукторов. В результате во время испытания артиллерии 30 августа 1901 года для чистки орудий и подноса снарядов пришлось нанимать гражданских лиц из числа американцев! Нижние чины стали прибывать на броненосец в январе 1902 года. Но все эти ухищрения не помогли: все равно с «Ретвизана» сбежали и остались в США 17 человек). Командиром назначили капитана 1 ранга Э. Н. Щенсновича. Отойдя от заводской стенки, броненосец стал на якорь в устье реки Делавэр.

В целом постройка «Ретвизана» заняла чуть больше трех лет. Хотя завод Крампа и не уложился в обусловленные контрактом сроки, все равно для крупного корабля отечественного флота это был рекорд. Французская фирма «Форж э Шантье» строила заказанный почти одновременно с «Ретвизаном» «Цесаревич» значительно дольше, не говоря уже о наших заводах. Вероятно, поэтому, а также и из-за того, что в срыве сроков есть доля вины и российской стороны, Морское министерство не стало прибегать к штрафным санкциям и выплатило Крампу всю причитающуюся сумму — 4 358 000 долларов (8 628 840 руб.) по контракту плюс 489 839 долларов за дополнительные и не предусмотренные контрактом работы.

Распределение нагрузки броненосца «Ретвизан» (согласно техническому заданию от 11/23 апреля 1898 г.)

Корпус 4 472 т
Броня (с болтами) 2 140 т
Машины и котлы 1 318 т
Артиллерия 1 484 т
Снаряжение и судовое снабжение 649 т
Уголь (нормальный запас) 1 016 т
Суммарный вес 11 966 т*
  • В это значение входит ряд конкретно не оговоренных статей нагрузки — таких, как вес экипажа, продовольствия, воды и др.

Результаты ходовых испытаний «Ретвизана» (октябрь 1901 года)

Число пробегов Средняя скорость, узл. Средняя мощность, индикаторных л.с. Среднее число оборотов валов в мин. Скольжение,%
2 17,63 14 048,74 119,08 21,09
2 15,65 7 303,20 99,93 16,62
2 10,29 1 748,03 62,81 12,83
2 18,00 17 111,71 125,52 23,54

Тактико-технические элементы эскадренного броненосца «Ретвизан»

Водоизмещение нормальное проектное 12 746 т
Водоизмещение нормальное фактическое по результатам кренования 05.01.1902 г. 12 410 т
Водоизмещение нормальное фактическое в 1903 г. 12 902 т
Водоизмещение порожнем 10 571 т
Длина наибольшая 117,9 м
Длина по ватерлинии 116,5 м
Ширина габаритная 22 м
Осадка в нормальном грузу 7,6 м
Осадка порожнем 6,43 м
Высота корпуса 13,1 м
Мощность механизмов проектная 16 000 л.с.
Мощность механизмов максимально достигнутая на испытаниях 17 600 л.с
Скорость хода проектная 18 узл
Запас угля нормальный 1 016 т
Запас угля полный 2 250 т
Удельный расход угля на полном ходу по результатам испытаний в октябре 1901 г. 0,853 кг/л.с. в час
Дальность плавания 10-узловым ходом с нормальным запасом угля 4 900 миль
Дальность плавания 10-узловым ходом с полным запасом угля 8 000 миль

Описание конструкции (не готова)

Корпус(не готова)

framless

По архитектуре и конструкции «Ретвизан» представлял собой оригинальный проект, весьма отдаленно напоминавший как «Пересвет» (предложенный МТК в качестве прототипа), так и последнюю серию американских броненосцев типа «Иллинойс». В нем переплелись элементы русской, английской и американской кораблестроительных школ — в этом отношении «Ретвизан» был уникальным судном.

Корабль имел гладкопалубный корпус с достаточно высоким подводным бортом (по требованию МТК ось орудий носовой башни должна была возвышаться над ватерлинией, как минимум, на 8,2 м). От штевня до штевня шли три сплошные палубы — верхняя, батарейная (главная) и жилая (броневая). Под ними в носу и корме имелись еще две палубы — верхняя и нижняя платформы, разделенные машинно-котельными отделениями. Обводы корпуса отличались значительной полнотой (коэффициент общей полноты — 0,678, самый большой среди русских броненосцев), сечение по мидель-шпангоуту было почти прямоугольным.

framless

Корпус делился 14-ю переборками на 15 водонепроницаемых отсеков. Переборки располагались на 6-м, 12-м, 16-м, 21-м, 26-м, 30-м, 40-м, 45-м, 54-м, 64-м, 69-м, 75-м, 80-м и 84-м шпангоутах; по высоте они доходили до жилой палубы. «Ретвизан» стал первым броненосцем Российского флота, обладавшим принципиально новой системой обеспечения непотопляемости. В частности, на нем отсутствовала не оправдавшая себя на практике магистральная водоотливная труба. Каждый отсек оснащался автономными водоотливными средствами, а электродвигатели вместе с насосами устанавливались в водонепроницаемых кожухах. Система вентиляции была снабжена оригинальными клапанами с пустотелыми шарами: при затоплении отсека шар всплывал и перекрывал сечение трубы.

В конструкции корпуса имелось множество нетрадиционных для российского (да и вообще европейского) судостроения решений. В качестве стоек у переборок широко использовалась профильная сталь Z-образного сечения или швеллеры, в то время как у нас стойки были клепаными и, соответственно, более тяжелыми и трудоемкими в изготовлении. Кницы по крамповской технологии обычно также крепились не клепкой, а специальной кузнечной сваркой. Зачастую вместо соединительного треугольника применяли отогнутый край кницы. При этом на верфи велся строгий контроль за соблюдением весовой дисциплины. Кренование броненосца, проведенное у заводской стенки 5 января 1902 года, показало, что его фактическое нормальное водоизмещение составляет 12 409,9 т против 12 745,6 т по проекту. То есть строительная перегрузка — неизбывная беда отечественного судостроения — у «Ретвизана» напрочь отсутствовала, и даже появился незапланированный запас водоизмещения в 335,7 т. Для Российского флота факт неслыханный! Правда, у этого явления имелась и обратная сторона: метацентрическая высота по результатам того же кренования оказалась меньше расчетной и составила всего 93,3 см. Представители наблюдающей комиссии посчитали ее недостаточной и предложили уложить 227 т балласта или же принимать в трюм забортную воду.

Настил верхней палубы — деревянный, тиковый. Чтобы избежать его повреждения раскаленными пороховыми газами, в носу и корме на уровне среза стволов 305-мм орудий планировалось установить покрытие из стальных плит шириной около 4 м. Такое «противопламенное» (anti-flash plate) покрытие запроектировано на отправленных в Петербург чертежах, однако реально его, по-видимому, так и не сделали. Во всяком случае, на всех известных палубных фотографиях «Ретвизана» оно не просматривается.

Бронирование(не готова)

framless

Главный броневой пояс «Ретвизана» имел высоту 2,14 и длину 78 м и состоял из 17 плит. Толщина его составляла 229 мм, под водой она плавно уменьшалась до 127 мм. Выше по той же длине шел верхний пояс высотой 2,3 м и толщиной 152 мм. В носу и корме на 11-ми 79-м шпангоутах оба пояса замыкались 178-мм траверзами, образуя внушительного объема цитадель. В нос и корму от цитадели до самых штевней борт на протяжении от нижней платформы до батарейной палубы был бронирован 51-мм плитами. Над цитаделью возвышался 127-мм каземат, защищавший все 6-дюймовые орудия. В центральном плутонге пушки отделялись друг от друга 37-мм противоосколочными переборками.

Броневая палуба имела карапасную форму и примыкала к нижней кромке главного пояса. Она была двухслойной; толщина ее в горизонтальной части составляла 51 мм, на скосах — 63 мм, за пределами цитадели — 76 мм.

Барбеты башенных установок ниже батарейной палубы (внутри цитадели) защищались 102-мм, а выше — 203-мм плитами. Сами башни имели 229-мм вертикальную броню и 51-мм — крышу.

Вся вертикальная броня была крупповской (то есть закаленной по способу Круппа), палубная — из так называемой «экстрамягкой никелевой стали». И та и другая считались последним достижением в тогдашнем кораблестроении и потому настоятельно рекомендовались МТК. Однако в США эти типы брони на момент заказа «Ретвизана» еще не были освоены. Крамп, пользуясь недостаточно четкими формулировками в заключенном контракте, соглашался выполнить условия заказчика только при условии их дополнительной оплаты. После очередной серии препирательств стороны кое-как договорились. 229-мм крупповские плиты (34 шт.) подрядилась изготовить американская фирма «Бетлехем стил компани» (тогда в России ее почему-то именовали Южно-Вифлиемским заводом), а 178-мм, 152-мм, 127-мм и палубную броню — «Карнеги стил компани». За это русскому Морскому министерству пришлось «раскошелиться» на 310 тыс. долларов сверх оговоренной контрактом суммы.

Вертикальная броня башен и барбетов устанавливалась на деревянной подкладке толщиной 76 мм. В России к тому времени от подобного решения уже отказались, и у башен новых броненосцев плиты крепились к металлической рубашке. Но для Крампа сделали исключение: он не хотел менять отлаженную технологию.

Самой толстой 254-мм броней защищалась боевая рубка, однако ее конструкция была неудачной: она имела слишком широкие смотровые щели и выпуклую грибовидную крышу, выступавшую краями за вертикальную броню. Опыт русско-японской войны показал, что осколки часто влетали в смотровые щели и, срикошетив от крыши, поражали находившихся внутри людей. К сожалению, такая конструкция рубки была типовой для всех крупных кораблей Российского флота и стоила жизни многим морякам.

Общий вес брони на «Ретвизане» составлял 3300 т, или 25,9 % от проектного водоизмещения. Это был наилучший показатель среди русских кораблей, построенных до начала войны с Японией.

Энергетическая установка и ходовые качества(не готова)

Чарльз Крамп, озадаченный необходимостью обеспечить довольно значительную скорость корабля при его ограниченном водоизмещении, видел в применении французских «чудо-котлов» единственную возможность достичь контрактной скорости. Русское Морское министерство пошло ему навстречу и согласилось с установкой котлов Никлосса на «Варяге» и «Ретвизане».

Основная статья: Котлы Никлосса

Главная энергетическая установка броненосца включала в себя две вертикальные паровые машины тройного расширения и 24 водотрубных котла Никлосса. Машины располагались параллельно друг другу и отделялись водонепроницаемой продольной переборкой, шедшей по диаметральной плоскости. Диаметры цилиндров высокого, среднего и низкого давления составляли соответственно 97,8, 106,7 и 233,7 см. Котлы объединялись в группы по четыре штуки, причем через среднюю группу проходила поперечная переборка (на 45-м шпангоуте), разделявшая первое и второе котельные отделения. Давление пара в котлах— 18 атм, перед машинами — 14 атм. Гребные винты — трехлопастные, бронзовые, диаметром 4,88 м и шагом 5,8 м. Любопытная особенность энергетической установки — довольно близкое расположение гребных валов и, соответственно, винтов, из-за чего в ахтерштевне пришлось сделать специальный вырез (под лопасти винтов).

Котельные отделения почти по всему периметру были окружены угольными ямами. К топкам уголь подавался на тележках, передвигавшихся по рельсам. Шлак поднимался наверх электрическими лебедками.

Вспомогательное оборудование(не готова)

Питание корабля электроэнергией обеспечивали шесть парогенераторов (по тогдашней терминологии — пародинамо) производства фирмы «Дженерал Электрик». Каждый из них состоял из одной паровой машины тройного расширения и двух шестиполюсных генераторов постоянного тока напряжением 105 В, установленных на концах ее вала. Два таких агрегата имели мощность по 132 кВт, четыре — по 66 кВт. Располагались они тремя автономными группами в корпусе за броневой защитой: четыре на верхней платформе и два (по 66 кВт) — на жилой палубе. Примечательно, что по проекту последние предусматривалось установить в кормовой части надстройки под спардеком, напротив орудийной башни. Но после вмешательства наблюдающей комиссии, потребовавшей переноса парогенераторов за броню, их разместили палубой ниже по левому борту в носовой части. Правда, за это пришлось дополнительно заплатить, поскольку изменения вносились после утверждения чертежей в Санкт-Петербурге.

Всего на «Ретвизане» было установлено 53 электродвигателя суммарной мощностью 528 кВт, а также 1300 лампочек. Кроме того, имелось шесть 75-см боевых прожекторов. Из последних два располагались на мачтах (высота над ватерлинией 23,5 м, угол освещения 320°), два — на носовом мостике (соответственно 15,9 м и 260°) и два — на кормовом (15 м и 120°). Еще два дополнительных 40-см прожектора устанавливались на 56-футовых минных катерах.

Для аварийного освещения и питания ходовых огней служила специальная аккумуляторная батарея.

Экипаж и обитаемость(не готова)

моряки ЭБ «Ретвизан»
framless
Retvizan_44.jpg

По штату экипаж «Ретвизана» насчитывал 28 офицеров и 722 нижних чина. Фактическая численность команды в январе 1904 года составляла 743 человека.

Броненосцу изначально отводилась роль флагманского корабля, поэтому всю кормовую часть батарейной палубы занимали обширные адмиральские помещения — спальня, салон, роскошный зал заседаний. Там же размещались каюты для офицеров штаба. Соответственно кают-компания, каюты командира и офицеров корабля находились под ними, на жилой палубе. В целом помещения для экипажа отличались хорошей планировкой и продуманностью. Они обеспечивали вполне комфортные условия проживания, хотя в них преобладала рациональность. Так, вся мебель была изготовлена из металла — для русского флота это выглядело необычно.

Важным нововведением стало наличие двух прекрасно оборудованных лазаретов. Оба располагались на жилой палубе: походный — по левому борту в носу, боевой — по правому, в районе носовой башни, за броневым поясом. Размещение лазарета внутри броневой цитадели в отечественном флоте было применено впервые.

Традиционно высокий стандарт бытовых условий в американском флоте нашел свое отражение и в проекте «Ретвизана». Прибывших на его борт русских моряков приятно удивили разные мелочи — например, обилие душевых для кочегаров, просторная прачечная, наличие всевозможных облегчающих труд приспособлений. Чего только стоит электрическая тестомешалка на камбузе — нашим кокам подобные вещи на кораблях отечественной постройки и не снились!

Вооружение(не готова)

Все вооружение «Ретвизана» было изготовлено на российских заводах. В окончательном варианте проекта оно включало в себя 4 305-мм, 12 152-мм, 20 75-мм орудий, 24 47-мм и 6 37-мм пушек Гочкиса, 2 64-мм пушки Барановского, 2 (позже 4) пулемета, 4 надводных и 2 подводных торпедных аппарата.

305-мм орудия с длиной ствола в 40 клб изготавливались на Обуховском заводе. Во время их испытаний на Охтинском полигоне, при монтаже на прибывшие с Металлического завода станки, внезапно выявился значительный перевес орудий на казенную часть —для уравновешивания к дулу пришлось подвешивать груз весом в восемь пудов! Оказалось, что фактический центр тяжести орудия смещен от проектного почти на дюйм. Пришлось в экстренном порядке подгонять станки к готовым пушкам — стачивать передний срез рубашки и задний срез поршня компрессора. Поскольку Обуховский завод и впредь не гарантировал точного соответствия центра тяжести стволов обозначенному на чертежах, станки для башен последующих броненосцев типа «Бородино» заранее снабдили приспособлениями, позволяющими уравновешивать качающиеся части.

Орудийные башни Металлического завода конструктивно повторяли башни «Пересвета» и «Осляби», но вращались на конических катках, расположенных под станком, как на броненосце «Три святителя» (10-дюймовые «пересветовские» установки вращались на нижнем пятнике). Соответственно стол башни и подачная труба тоже были сделаны по типу «Трех святителей». Вертикальная наводка осуществлялась с помощью двух подъемных винтовых секторов (у орудий на «Пересвете» имелось по одному сектору); предельный угол возвышения составлял 15°, снижения — 5°.

Как уже говорилось, башенные установки «Ретвизана» вместо традиционной гидравлики были оснащены системой электроприводов. Двигатели и все основное электрооборудование поставляла французская фирма «Соттер, Арле и К°». Электромоторы приводили в действие системы вертикального и горизонтального наведения, подачи снарядов в башню, их досылку прибойником. Открывание замков производилось вручную, так как применение для этих целей электропривода на «Пересвете» и «Ослябе» себя не оправдало. Также отказались и от использования электромагнитных муфт, заменив их обычными сцепными.

Строительство «Ретвизана» по времени совпало с начавшейся в Морском министерстве дискуссией о повышении скорострельности крупнокалиберной артиллерии. В 1898 году из Англии пришла информация, что на маневрах броненосцы Ройял Нэйви ухитрились давать залпы с промежутками от 49 до 54 с, в то время как русские 12-дюймовые орудия могли делать максимум два выстрела за три минуты. МТК призвал конструкторов Обуховского и Металлического заводов приложить все усилия, чтобы повысить скорострельность артиллерийских установок новых броненосцев. Тем более, что внедрение электропривода способствовало успешному решению проблемы.

В башнях «Ретвизана» был опробован ряд нововведений, теоретически сокращавших время заряжания. Так, в гнездах зарядников установили специальные выдвижные желоба, которые выдвигались при переднем ходе прибойника и убирались при заднем. Это позволило исключить такую операцию, как вставку зарядных труб в орудия и сэкономить таким образом около 10с. Однако ручное открывание замка все равно требовало порядка 30 с, а подача снаряда из погреба — 70 с. Представители МТК провели хронометраж операций при подаче снарядов в кормовой башне «Ретвизана» и получили следующие результаты. В снарядном погребе необходимо было провести такие манипуляции: наложить храп (5 с), поднять снаряд (35 с), подать к первому поворотному кругу (3 с), повернуть поворотный круг (2 с), подать ко второму поворотному кругу (5 с), повернуть второй круг (2 с). В подбашенном отделении: подать снаряд к желобу башни (10 с), опустить на желоб (3 с), снять храп (5 с). Итого — 70 с. После тренировки орудийной прислуги цикл удалось довести до 66 с, но пришлось признать, что увеличить скорость заряжания дальше не удастся. Причем подчеркивалось, что речь идет именно о скорости заряжания, а не о скорострельности. Время между залпами неизбежно будет больше, поскольку в ходе опытов зарядник поднимался без снаряда и полузарядов, а прибойник работал вхолостую. А самое главное — не учитывалось время, необходимое на вертикальное наведение (ведь заряжание орудий производилось в фиксированном — строго горизонтальном — положении стволов), откат, накат и выстрел. (Мы столь подробно остановились на рассмотрении работы башенных установок потому, что реальная скорострельность будет играть важную роль в баталиях русско-японской войны.)

Любопытной особенностью башен «Ретвизана» стал тип ручного привода их вращения. Он состоял из ручных лебедок, установленных не внутри, а снаружи подбашенных помещений на жилой палубе и верхней платформе. Крутящий момент от лебедок передавался с помощью цепей. Ранее подобная схема вспомогательного привода применялась на «Пересвете».

От «Пересвета» достались «Ретвизану» и размеры броневых дверей башен — 1,22×0,69 м.

Противоминная артиллерия — 152-мм и 75-мм пушки системы Канэ — изготавливалась на Обуховском заводе и была отправлена в США в конце 1899 года на пароходе «Владимир Савин». Восемь 152-мм пушек устанавливались на батарейной палубе в бронированных спонсонах; еще четыре — в таких же спонсонах палубой выше. Все орудия оснащались полукруглыми 51 -мм броневыми щитами, что обеспечивало 6-дюймовой артиллерии хорошую защиту. А вот у 75-мм пушек какая-либо защита отсутствовала. Шесть таких орудий располагались в спонсонах на верхней палубе в районе миделя, остальные 14 —на батарейной палубе за пределами бронированного каземата.

47-мм пушки Гочкиса, также производства Обуховского завода, размещались в носовой части спардека (2 шт.), на нижних ярусах носового и кормового мостиков (2 шт.) и боевых марсах (по 4 шт). Одноствольные 37-мм пушки Гочкиса устанавливались на верхнем ярусе носового мостика — по три на каждом крыле. При необходимости их можно было снять и перенести на паровые катера. Для 64-мм десантных пушек Барановского имелись как колесные лафеты, так и неподвижные станки, расположенные в кормовой части спардека. Штатное место двух пулеметов «максим» — коечные сетки верхнего яруса кормового мостика.

Угол обстрела 305-мм башен составлял 260°, 152-мм орудий в казематах на батарейной и верхней палубах — соответственно 120° и 122°. Боезапас для 305-мм, 152-мм и 75-мм пушек — по 76, 199 и 325 выстрелов на один ствол соответственно.

Система управления стрельбой была смонтирована по прибытии «Ретвизана» в Россию. Она включала в себя один дальномер Барра и Струда и пять микрометров Люжоля, позволявших определять расстояния по углу к известной вертикальной величине цели (например, высоте мачт). Замеренная дистанция с микрометров поступала в боевую рубку на главный дальномерный циферблат, где артиллерийский офицер выставлял на дающем циферблате ту дистанцию, какую он считал наиболее вероятной. Там же, в боевой рубке, находился боевой указатель, определяющий курсовой угол цели, и снарядный циферблат, указывающий тип снаряда. Вся эта информация с помощью синхронной электрической связи поступала на принимающие циферблаты в башнях, батареях и погребах.

Недостатками этой системы являлись ограниченная дальность действия (до 40 кбт) и слабая защита от короткого замыкания. Так, во время боя в Желтом море 28 июля 1904 года в результате попадания японского снаряда в амбразуру носовой башни на «Ретвизане» вышли из строя все циферблаты левого борта, а затем, после очередного взрыва снаряда и замыкания — и правого. Вследствие чего оставался единственный способ передачи информации — шустрый ординарец, перебегавший от боевой рубки к наводчикам орудий…

Забегая вперед, заметим, что эффективность артиллерийского огня зависела, прежде всего, от уровня подготовки комендоров. Увы, здесь Российскому флоту хвастаться было нечем. Наводчики, как писал впоследствии Э. Н. Щенснович, в силу недостаточной образованности, зачастую не понимали десятичных дробей и не могли правильно пользоваться таблицами стрельбы. Уже после начала русско-японской войны, в Порт-Артуре, офицер «Ретвизана» лейтенант К.Кетлинский сконструировал прибор для практического обучения комендоров. Его идея заключалась в том, что непосредственно перед орудием устанавливался щит, изображающий цель, а к стволу орудия крепились электромагнит и шпилька, делающая укол в щите при замыкании контакта после прицеливания. К сожалению, этот прибор был изготовлен в единственном экземпляре и оказать серьезного влияния на уровень подготовки «ретвизановских» артиллеристов не мог.

Главный калибр (не готова)

08_Retvizan-ready.jpg

305-мм 40-калиберное орудие

Вспомогательная/зенитная артиллерия (не готова)

152-мм пушка Канэ с длиной ствола 45 калибров

152-мм пушка Канэ/40 калибров
75-мм пушка Канэ/50 калибров
47-мм пушка Гочкиса
37-мм пушка Гочкиса
63,5-мм десантные пушки системы Барановского
пулемет Максим

Минное вооружение(не готова)

Торпедные аппараты для «Ретвизана» поставлял Металлический завод. Четыре из них устанавливались неподвижно, два (надводных бортовых) были поворотными. Носовой и кормовой штевневые защищались 51-мм броней; расстояние от их осей до ватерлинии составляло соответственно 7 и 6,5 фута. Два траверзных подводных аппарата находились на нижней платформе в районе 17-го шпангоута; они были углублены на 9 футов (2,75 м) ниже ватерлинии.

Запас торпед составлял 17 единиц. Это были 450-мм (официально их именовали 17-дюймовыми) мины Уайтхеда образца 1897 года.
Мины Уайтхеда обр. 1897
Кроме того, на борту броненосца хранились четыре 380-мм мины Уайтхеда образца 1880 года для 56-футовых минных катеров.
Мины Уайтхеда обр. 1880
Четыре метательные мины для 40-футовых паровых катеров и 45 мин заграждения образца 1893 года. Последние хранились на нижней платформе в погребе впереди отделения подводных торпедных аппаратов и могли выставляться с помощью паровых катеров и специальных плотиков.

Противолодочное и противоминное вооружение (не готова)

Авиационное вооружение (не готова)

Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование(не готова)

Рулевое устройство «Ретвизана» — винтовые системы Дэвиса с электрическим, паровым и ручным приводами и указателями положения руля. Механическое управление рулем осуществлялось из боевой рубки, ручное (аварийное)— из румпельного отделения.

Якорное устройство включало в себя паровой брашпиль, установленный на батарейной палубе, и два шпиля на верхней палубе — паровой (в носу) и электрический (в корме). Якоря Холла — три рабочих и один запасной — заказывались в Англии. С наружной стороны бортов по-походному крепились четыре верпа. Укладка якорей осуществлялась с помощью установленного на баке крана-крамбола. Помимо двух рабочих якорных цепей длиной по 320 м имелась одна запасная (213 м).

Штатное противоторпедное ограждение включало в себя стальную сеть и 22 шеста-выстрела — по 11 с каждого борта. В походном положении шесты укладывались в нос.

Броненосец оснащался целой флотилией плавсредств: по техзаданию их должно было быть 14, фактически же, судя по отчетным чертежам и фотографиям, — 18 единиц. Самыми крупными из шлюпок были 56-футовые минные катера (2 шт.). Они имели длину корпуса 17,08 м (по другим данным — 18 м), ширину 2,97 м, водоизмещение 18 т и могли развивать скорость 12,5 узла. Вооружение каждого из них составлял один 380-мм торпедный аппарат; могли устанавливаться также 47-мм пушка и пулемет. Кроме того, на спардеке находилось еще два так называемых «метательных» паровых катера. Эти 40-футовые суда имели длину 12,2 м, ширину 2,82 м, водоизмещение 11,7 т и скорость 9,5 узла.

Вооружение — один аппарат для стрельбы метательными минами; его можно было установить либо на носу, либо на корме. Остальные шлюпки являлись гребными, особенностью их было то, что они изготавливались из стали по обводам стандартных деревянных аналогов, принятых в русском флоте. Гребной комплект состоял из двух 20-весельных баркасов длиной по 11,7 м, двух 16-весельных рабочих катеров длиной по 11,13 м, четырех 14-весельных катеров, двух 12-весельных вельботов, двух 8-весельных и двух 6-весельных ялов. Для спуска и подъема всех шлюпок, располагавшихся на спардеке, имелись два мощных электрических крана с вылетом стрелы около 8 м. Среди внедренных на «Ретвизане» технических новинок — телефонная связь и система звонковой сигнализации. А вот радиостанции поначалу не было: ее установили в 1902 году уже в Кронштадте. Впрочем, именно так и было предусмотрено контрактом.

Модернизации и переоборудования (не готова)

История службы(частично готова)

В июне 1902 г. Прибыл на Балтику, оттуда в октябре отправился на Дальний Восток. 26 января 1904 г. в ходе внезапной атаки Порт-Артура японскими миноносцами получил попадание торпеды (5 убитых), принял свыше 2200 тонн воды и сел на мель при попытке перейти с внешнего рейда на внутренний. 24 февраля снят с мели, а 26 мая закончил ремонт. 25 июля получил попадание 120-мм снаряда (принял через пробоину 500 т воды). В бою 28 июля 1904 г. получил попадания 18 снарядов калибром 203…305-мм, но не был серьезно поврежден (убито 6 и ранено 43 человека). Ремонтировался до середины сентября. До конца осады Порт-Артура получил попадания 26 280-мм и 9 152-120-мм снарядов, 3 из которых нанесли ему тяжелые повреждения (1 взорвался в котельном отдалении). Затонул 23 ноября 1904 г. 22.09.1905 — поднят японцами в гавани Порт-Артура (Рёдзюн) 24.09.1905 — включен в списки Императорского флота как линейный корабль 1-го класса «Хидзэн». 11.1905-11.1908. — восстановительный ремонт и модернизация в военно-морском арсенале Сасэбо. Участвовал в Первой Мировой войне (в сентябре 1914 года совместно с броненосными крейсерами «Асама» и «Идзумо» был отправлен на поиски эскадры адмирала Шпее в центральную часть Тихого океана. 15 октября "Хидзэн и «Асама» вошли в Гонолулу). 1.09.1921 — корабль береговой обороны 1-го класса. 20.09.1923 — по Вашингтонскому соглашению исключен из списков флота. 25.07.1924 — расстрелян и потоплен как корабль-цель в проливе Бунго. Уже 22 сентября 1905 г. /5/ подняли «Ретвизан». Переименовав его в «Хидзен»,

В некоторых источниках указано название "Хизен". Корабль был назван в честь провинции в Японии, которая именовалась, как Хидзен. Однако, в англоязычных источниках корабль проходит под именем "Hizen"
японцы отбуксировали его в Сасебо, где приступили к ремонту, завершившемуся в ноябре 1908 г. Котлы Никлосса заменили на котлы системы Миябара, износившуюся артиллерию — пушками Армстронга, подводные торпедные аппараты сняли, надводные установили 457-мм. Исчезли с мачт боевые марсы, телескопические трубы, столь характерные для броненосца, заменили обычными цилиндрическими. С 1908 по 1921 г. корабль числился линкором.

С 1908 по 1921 г. «Хидзен» числился как линкор. К началу первой мировой войны он находился в Сасебо, а потом действовал против германских сил, совместно с «Асама» вынудив интернироваться в Гонолулу канлодку «Гаер», охранял морские перевозки союзников у берегов Северной Америки, принимал участие в поисках эскадры Шпее.
С вступлением Японии в первую мировую войну «Хидзен» действовал в составе японского флота в Тихом и Индийском океанах. В годы японской интервенции корабль не раз заходил во Владивосток, обеспечивая действия японских войск в Приморье. В 1921 г. «Хидзен» перечислили в корабли береговой обороны, а через год разоружили, переоборудовав в корабль-цель.
В начале 1915 г. «Хидзен» послали в Соединённые Штаты в качестве флагманского корабля особой эскадры, но в феврале отозвали. В 1916 г. он входил в состав второй дивизии второй эскадры, а с 1916 по 1918 гг. (включая и его службу во Владивостоке) в состав пятой эскадры третьего флота.

Во время японской интервенции в Приморье броненосец обеспечивал действия своих войск и неоднократно заходил во Владивосток. Первого сентября 1921 г. «Хидзен» перевели в ранг корабля береговой обороны первого класса, а в апреле 1922 г., исполняя решения Вашингтонской конференции, его разоружили в Сасебо, переоборудовав в корабль-цель.

Гибель

В июле 1924 г., старый броненосец затонул в результате испытаний новых торпед. Так закончилась трагическая судьба одного из красивейших броненосцев русского флота, в составе которого он числился всего 6 лет (с 1899 по 1905 г.), а долгих 19 лет нес службу под флагом Страны восходящего солнца.

Место гибели

Место последнего плавания эскадренного броненосца «Ретвизан»
‎Пролив Бунго. Между островом Сикоку и островом Кюсю
На западе острова Кюсю находилось княжество Хидзен, в честь которого назвали корабль

Командиры

Chensnovich.jpg
Retvizan_43_1.jpg
Единственный и бессменный командир эскадренного броненосца «Ретвизан».

Эдуард Николаевич Щенснович (25 декабря 1852, Соломбала — 20 декабря 1910, Санкт-Петербург) — русский вице-адмирал, герой русско-японской войны, член Адмиралтейств-совета, один из первых организаторов минного дела и подводного плавания в русском флоте, первый русский адмирал подводного плавания, первый командир Учебного отряда подводного плавания. Автор «Положения о службе на подводных лодках», «Плавание эскадренного броненосца „Ретвизан“ 1902—1904».
В конце 1898 года направлен в Филадельфию в качестве председателя комиссии, наблюдающей за постройкой эскадренного броненосца «Ретвизан» и крейсера «Варяг».
15 февраля 1899 года переведён в 12-й флотский экипаж и назначен командиром броненосца «Ретвизан».
21 сентября 1902 года в составе отряда кораблей вышел на Дальний Восток и прибыл в Порт-Артур 20 апреля 1903 года.
О капитанах линкора «Хидзен» ничего не известно

Награды

Рапорты капитана ЭБ «Ретвизан»

Этот корабль в искусстве

Галерея изображений

См. также

Примечания

Литература и источники информации