Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!
Варианты

Brummer (1940)

Перейти к: навигация, поиск

Минный заградитель Brummer
(1-15.05.1940 г. - Albatros)

OlavTryggvason_Pic_48.jpg
Служба
Третий_Рейх_флаг_ВМС_с_тенью.png
Третий Рейх
Исторические данные
09.1931 г. Заложен
21.12.1932 г. Спущен на воду
06.1934 г. Выход на испытания
01.05.1940 г. Введен в строй
03.05.1945 г. Гибель
Общие данные
1763 / 2072 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
97,3 / 11,45 / 3,6-4,03 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
ЭУ
Экипаж
136 чел. Общая численность
25 чел. Офицеры
16 чел. Мичманы
95 чел. Матросы
Бронирование
8-10 мм. Башни
Вооружение

Артиллерия главного калибра

Минно-торпедное вооружение

  • 1x2 - 450-мм торпедный аппарат (проект);
  • 280 мин.
Brummer (нем. «Бруммер») — бывший минный заградитель HNoMS Olaf Tryggvason ВМС Норвегии. 9 апреля 1940 г. капитулировал в Хортене. Первоначально вошел в состав Кригсмарине под неофициальным названием Albatros, с 15 мая 1940 года официально Brummer. Участвовал во множестве минных постановок в Северном и Балтийском морях. Разрушен 3 мая 1945 года в доке по время налета американской авиации на Киль.

История создания

HNoMS Olav Tryggvason на полном ходу во время ходовых испытаний в 1934 г.
Минный заградитель HNoMS Olav Tryggvason, украшенный флагами расцвечивания, на якорной стоянке в одном из норвежских фьордов, 1937 г.

В сентябре 1931 г. на королевской военно-морской верфи, расположенной в Карлйохансверне - военном порту Хортена - был заложен киль корабля под заводским номером 119. Ему дали имя HNoMS Olaf Tryggvason в честь средневекового короля викингов[1].

В декабре 1932 г. HNoMS Olaf Tryggvason благополучно сошел на воду, а когда в июне 1934 г. он вошел в строй, то стал не только самым современным боевым кораблем в норвежских ВМС, но и самым большим - старые броненосцы береговой обороны он превосходил по длине на несколько метров. Служба минного заградителя в мирное время не была отмечена ничем экстраординарным. Каждое лето он принимал курсантов и совершал с ними учебные походы вдоль побережья. Одним из курсантов, побывавших на борту HNoMS Olaf Tryggvason в конце 1930-х, был наследный принц Улаф.

9 апреля 1940 г. HNoMS Olaf Tryggvason, находившийся в Хортене, оказался одним из немногих кораблей норвежского флота, давших отпор немецким захватчикам. В бою с моторными тральщиками R-17 и R-21 и поддерживающими их миноносцами Kondor и Albatros, HNoMS Olaf Tryggvason уничтожил R-17 и сам получил около 35 попаданий 20-мм снарядами и имел двух раненых. Однако, немецкий десант занял Хортен, и HNoMS Olaf Tryggvason подчиняясь приказу норвежского адмирала, поднял белый флаг.

Захваченный немцами HNoMS Olaf Tryggvason был включен в состав Кригсмарине под именем Albatros. Это наименование никогда не было официальным - просто его первый экипаж был составлен из офицеров и матросов того самого миноносца Albatros, с которым заградитель вел бой 9 апреля. На следующий день немецкий корабль сел на камни в Осло-фьорде, и его пришлось списать. Командир миноносца капитан-лейтенант Зигфрид Штрелов и стал первым командиром заградителя.

Первый КТВ[2] минного заградителя Albatros начинается с 1 мая 1940 г. В какой момент корабль превратился из Albatros в Brummer - точно не известно, но КТВ за вторую половину мая велся уже для корабля под новым именем.

Корабль Верфь Эмблема в Кригсмарине Заложен Спущен на воду Вошел в состав Кригсмарине
HNoMS Olaf Tryggvason     
c 01.05.1940 г. - Albatros
c 16.05.1940 г. - Brummer
Marinens Hovedverft, Horten
OlavTryggvason_Emblem_01.jpg
сентябрь 1931 г. 21.12.1932 г. 01.05.1940 г.
Минный заградитель HNoMS Olav Tryggvason, 1939 г.
Минный заградитель HNoMS Olav Tryggvason, 1934 г. Продольное сечение, планы ходового мостика, верхней палубы, минной палубы и трюма. Копия подлинного чертежа

Описание конструкции

Корпус и надстройки

Конструктивно корабль выполнялся гладкопалубным, с заметным подъемом корпуса в носу и большим развалом носовых шпангоутов. Форштевень имел изящную серповидную форму, корма - транцевую. На изготовление корпуса шла сталь повышенного сопротивления, однако легкие внутренние переборки для снижения веса выполнялись из легких сплавов. Все надстройки и мостики изготавливались при помощи электросварки, что для того времени было еще весьма редким явлением. Система набора - смешанная: продольная в средней части и поперечная в оконечностях.

По высоте корпус разделялся на четыре уровня (снизу вверх): трюм, нижняя палуба (реально - платформа), минная палуба и верхняя палуба. Высота корпуса от киля до верхней палубы на миделе составляла 7,19 м. Хотя верхняя палуба называлась также главной, в действительности таковой являлась минная, поскольку именно до нее доходили водонепроницаемые переборки. Сам факт, что полностью закрытая минная палуба имелась на корабле, не превосходящем размерами эсминец, свидетельствует о высоком профессиональном уровне норвежских конструкторов.

Одиннадцать водонепроницаемых переборок делили корабль на двенадцать отсеков. Кроме того, имелась одна нефтенепроницаемая переборка, поднимавшаяся до минной палубы, а также одна водо- и пять нефтенепроницаемых переборок, доходивших только до платформы.

Верхнюю палубу корабля занимала протяженная надстройка. Заградитель оснащался одним рулем полубалансирного типа. Основной пост управления кораблем находился в ходовой рубке, резервный - на юте, где был установлен штурвал с компасом.

Силовая установка

HNoMS Olaf Tryggvason оснащался оригинальной двухвальной комбинированной силовой установкой - паротурбинной с электродвижением. Она занимала четыре главных отсека корабля и включала в себя три паровых котла, два турбо-зубчатых агрегата, два главных дизель-генератора и два гребных электродвигателя.

Схема энергетической установки минного заградителя HNoMS Olav Tryggvason (одного борта).
1 – гребной электродвигатель; 2 – разобщительная муфта; 3 – главный ТЗА; 4 – дизель; 5 – генератор.

Два турбо-зубчатых агрегата системы De Laval (изготовленные в Швеции) общей мощностью 4600 л.с. размещались в машинном отделении вместе с необходимыми вспомогательными механизмами. Частота вращения гребных валов на полном ходу достигала 280 оборотов в минуту. Пар для турбин рабочим давлением 20 атм. вырабатывали три треугольных водотрубных котла[4]. Один из них располагался в носовом котельном отделении (там же находился вспомогательный котел, служивший для обогрева жилых помещений), два других - в кормовом; в плане котлы образовывали своеобразный треугольник.

В генераторном отделении располагались два главных дизель-генератора, вспомогательные динамо-машины и распределительный щит. Главные дизели - системы Sulzer, восьмицилиндровые, четырехтактные, мощностью по 850 л.с. при 530 об/мин. Каждый из них работал непосредственно на свой генератор мощностью по 560 кВт. Последние вырабатывали ток силой 2240 А и напряжением 250 В.

Гребные электродвигатели крейсерского хода устанавливались непосредственно на гребных валах позади зубчатых редукторов турбин и развивали мощность по 700 л.с. каждый.

Под электродвигателями корабль развивал ход до 14 узлов. Для достижения более высоких скоростей дополнительно к ним подключались паровые турбины. Существовала возможность движения под одними турбинами, без подключения электромоторов, со скоростью до 19 узлов, но этот режим являлся наименее экономичным. В июне 1934 г. заградитель вышел на ходовые испытания. Во время шестичасовых пробегов средняя скорость под турбинами и электромоторами составила 21,6 уз, максимальная кратковременно доходила до 23 узлов.

Носовое возвышенное 120‑мм орудие Bofors на минном заградителе Brummer (бывш. HNoMS Olav Tryggvason).

Вооружение

Основная статья: 120-мм/44 орудие Bofors
Основная статья: 47-мм/40 пушка Hotchkiss
Основная статья: 12,7-мм/72 пулемет Colt
Тренировка расчета кормового возвышенного 120‑мм орудия HNoMS Olav Tryggvason. Хорошо видна форма боковой стенки орудийного щита. Обратите внимание на рабочую площадку минного крана на заднем плане.

Мощным было вооружение корабля. Главный калибр состоял из четырех 120-мм скорострельных орудий шведской фирмы Bofors с длиной ствола 44,1 клб. К сожалению, об их характеристиках известно крайне мало: они имели раздельно-гильзовое заряжание и горизонтальный клиновой затвор; вес орудия составлял 2,5 т, установки в сборе - 8 т, вес снаряда - 21 кг, начальная скорость снаряда - 800 м/с, диапазон вертикального наведения - от -10 до +45°, дальность стрельбы - 16 300 м (при угле возвышения 27°), практическая скорострельность - до 10 выстрелов в минуту.

Орудия размещались в одиночных установках со щитами попарно на носу и в корме, с возвышением одно над другим. В горизонтальной плоскости нижние орудия могли наводиться на 150° на каждый борт при угле возвышения не более 18° или на 120° на каждый борт при угле возвышения до 45°. Согласно результатам испытаний, проведенных немцами на трофейном корабле 24 июля 1940 г., при полной загрузке минами верхней палубы орудие №4 не могло вести огонь вообще, орудие №3 -только при возвышении ствола более 20°; с 60 минами на палубе орудие №4 уже могло стрелять, но полностью возможности артиллерии могли быть использованы при приеме на верхнюю палубу не более 46 мин.

Носовые орудия главного калибра Brummer (бывш. HNoMS Olav Tryggvason). Имперский орел на рубке.
HNoMS Olav Tryggvason в конце 1939 – начале 1940 гг. Видны установленные на мостике 12,7‑мм пулеметы. На месте торпедного аппарата - шлюпка.

Боезапас хранился в двух погребах, подача осуществлялась четырьмя элеваторами. Захватившие корабль немцы жаловались, что к 120-мм орудиям в наличии имелись только фугасные снаряды с головным взрывателем (L/4.6 m.Kz), снаряды же с дистанционным взрывателем отсутствовали.

HNoMS Olaf Tryggvason стал первым норвежским кораблем, оснащенным современной системой управления огнем, включавшей прицел центральной наводки (директор) и электромеханический баллистический вычислитель. Для определения дистанции до цели служили два дальномера: главный на верхнем мостике и резервный на площадке у грот-мачты.

В кормовой части надстроечной палубы рядом с кормовым возвышенным орудием стояла 76-мм зенитная пушка Bofors (длина ствола 28 клб., вес орудия 600 кг, вес снаряда 5,45 кг, начальная скорость снаряда 500 м/с).

Погрузка мины UMB на закрытую минную палубу Brummer во время Второй мировой войны. Видна форма минного люка.
Носовая надстройка минного заградителя Brummer (бывш. HNoMS Olav Tryggvason), 1940 г. На обвесе мостика прикреплен нацистский орел, который позже будет снят.

Дополняли артиллерийское вооружение две 47-мм салютных пушки Hotchkiss, располагавшиеся на первом ярусе надстройки под крыльями мостика, и два 12,7-мм пулемета Colt, устанавливавшиеся уровнем выше.

Поскольку HNoMS Olaf Tryggvason предназначался для использования в качестве учебного корабля, на нем было предусмотрено место для установки двухтрубного 450-мм торпедного аппарата - на надстроечной палубе сразу за дымовой трубой. Правда, сведений о том, что он когда-либо устанавливался в действительности, не имеется.

Наконец, главное оружие заградителя - мины. Как уже говорилось, на закрытой минной палубе имелось три рельсовых пути. В мирное время они были частично сняты ради размещения курсантов, на сохранившиеся участки корабль мог принять до восьмидесяти стандартных 850-кг мин. Постановка производилась через три широких лацпорта в транце. В военное время легкие переборки на минной палубе должны были сниматься, рельсы доводились до штатной длины, кроме того, предусматривалась установка двух протяженных рельсов на верхней палубе. В итоге максимальная вместимость могла быть доведена до 280 мин. Однако, имеющиеся материалы позволяют со всей уверенностью утверждать, что за все время службы HNoMS Olaf Tryggvason в норвежском флоте этого ни разу не делалось.

Для приема мин в верхней палубе в районе грот-мачты по каждому борту имелось по два квадратных минных люка размером 1,2×1,2 м, расположенных на расстоянии примерно 7,5 м друг от друга. Между ними размещались специальные краны, которые служили как для погрузки «рогатой смерти», так и для спуска и подъема шлюпок. По проекту, кранов должно было быть четыре, но в действительности было установлено только два.

Для защиты от якорных мин корабль оснащался двумя параванами-охранителями. В походном положении они крепились к надстройке в районе дымовой трубы.

105-мм/45 универсальное орудие SK С/32 в установке MPL C/32gE. Копия подлинного чертежа

Модернизации в германском флоте

Основная статья: 105-мм/45 орудие C/32
Основная статья: 20-мм/70 автомат Oerlikon
Основная статья: 20-мм/65 автомат С/30
Основная статья: Мины Германии
Спаренная 37‑мм/83 зенитная пушка С/30, установленная на Brummer при включении в состав Кригсмарине.
Cчетверенный 20‑мм автомат С/38 Vierling, установленный на Brummer на носовой возвышенной позиции. Установка имела персональное наименование Elsa. Броневые крышки смотровых окон ходовой рубки и спасательные плотики на щите носового орудия.
3‑метровый стереодальномер фирмы Zeiss-Jena на мостике минного заградителя Roland. Аналогичными дальномерами был оснащен Brummer.
Cчетверенный 20‑мм автомат С/38 Vierling, установленный на Brummer.

За время службы в норвежском флоте HNoMS Olaf Tryggvason не подвергался никаким модернизациям, и лишь после включения корабля в состав германского флота и переименования в Brummer на нем был проведен ряд работ.

В 1940 г., во время переоборудования в Вильхельмсхафене, были демонтированы жилые помещения на минной палубе, удлинены минные рельсы на минной палубе и установлены на верхней палубе. Прежние краны сняты и заменены грузовой стрелой, которая крепилась к основанию грот-мачты. Саму мачту передвинули на 7,5 м вперед.

Главный калибр заградителя не претерпел изменений, но зенитное вооружение немцы усилили. Норвежская 76-мм зенитка уступила свое место спаренной 37-мм/83 полуавтоматической зенитной пушке С/30. На расширенных площадках надстроечной палубы в районе грот-мачты установили два 20-мм/65 автомата С/30. Чуть позже к ним добавилась пара 20-мм/70 автоматов Oerlikon, которые разместили на верхнем мостике. Стоявшие там 12,7-мм пулеметы системы Colt перенесли на верхнюю палубу, установив по бокам носовой надстройки (у орудия №2)[5]. Прежние дальномеры заменили новыми, производства фирмы Zeiss-Jena с базой 3 м. Число параванов-охранителей довели до четырех.

Изменились состав и расположение шлюпочного оборудования. Теперь корабль нес:

  • моторный катер (вес 5,6 т, длина 9,2 м, дизель 70 л.с., скорость 9 уз) - позади дымовой трубы по правому борту;
  • моторный ял (3,5 т, 7,7 м, 20 л.с., 7,5 уз) - позади дымовой трубы по левому борту;
  • гребной катер «миноносного» типа (1,2 т, 7,5 м) - на шлюпбалках по левому борту;
  • шесть надувных лодок - справа от носовой надстройки, на прежнем месте шлюпки;
  • семь спасательных плотов размером 3×2 м.

Во время произведенного в первой половине 1941 г. ремонта на мостике установили противоосколочную защиту, из-за чего пришлось ограничить максимально допустимые углы крена величиной 35°.

Минный заградитель Brummer, 1941 г.
Минный заградитель Brummer, 1943 г.

19 апреля 1941 г. на мерной миле была показана максимальная скорость 19,89 уз при 250 и 280 об./мин. Спустя три месяца испытания повторили при полной загрузке минами - максимальная скорость составила 18 узлов. Наконец, 9 ноября 1942 г. на мерной миле достигнута скорость 22,466 уз при 329 об/мин.

Предложение об усилении возможностей ПВО впервые зафиксировано в КТВ корабля 4 августа 1941 г., когда его командир предложил заменить 120-мм орудия Bofors на немецкие 105-мм зенитки. Ждать этого пришлось целый год - лишь в сентябре 1942 г., во время ремонта в Роттердаме, вооружение Brummer подверглось дальнейшему изменению. Все 120-мм орудия были демонтированы; вместо них на позициях «А», «С» и «D» установили три 105-мм универсальных орудия SK С/32 с длиной ствола 45 клб, в установках MPL C/32gE с углом возвышения 70°, а на позиции «В» (носовая возвышенная) - счетверенный 20-мм автомат С/38 Vierling[6]. Тогда же оставшиеся четыре 20-мм автомата были снабжены ростовыми щитами. Дымовой трубе придали небольшой наклон на корму, стоявшие рядом с ней прожекторы демонтировали.

Резервный пост управления с аварийным штурвалом и компасом на юте Brummer (бывш. HNoMS Olav Tryggvason). На заднем плане виден одногнездовой бомбосбрасыватель с глубинной бомбой.

14 ноября 1944 г. стоявшие на мостике 20-мм автоматы заменили на спаренные (со щитами), а два американских 12,7-мм Colt на баке - на два 20-мм автомата С/38. Все работы заняли 7 часов. Таким образом, в конце карьеры корабль нес три 105-мм орудия (3×1), две 37-мм зенитки (1×2) и двенадцать 20-мм автоматов (1×4, 2×2, 4×1).

Заканчивая описание модернизаций Brummer, хотелось бы обратить внимание на два расхожих заблуждения. Во-первых, перевооружения корабля на 127-мм орудия, о чем сообщает, например, справочник Э. Грёнера, никогда не производилось. Во-вторых, установка радиолокационной станции FuMO-21, про что также иногда говорится в различных публикациях, если и планировалась, то осуществлена не была. К моменту своей гибели заградитель успел получить лишь приборы радиотехнической разведки («детекторы радиолокационного излучения») - на фотографиях, датированных 1944 годом, можно рассмотреть антенны станции FuMB-4 Sumatra на фок-мачте. Для их размещения ее пришлось усилить дополнительными «ногами».

Экипаж

Согласно штату мирного времени, утвержденному в 1934 г., на борту HNoMS Olaf Tryggvason должен был находиться 191 человек: 136 членов экипажа (25 офицеров, лоцман, 16 старшин, 80 матросов, 14 кочегаров) и 55 курсантов. По другим данным, число последних достигало 65 человек.

Списочный состав экипажа Brummer на 7 июня 1941 г. составлял 176 человек, при этом командир корабля отмечал, что этого недостаточно для поддержания боеготовности, и требовал увеличения его численности. Очевидно, что с усилением зенитного вооружения и установкой нового оборудования, численность экипажа постоянно возрастала, и, скорее всего, достигла 200 человек и более.

Минный заградитель Brummer, 1940 г.
Минный заградитель Brummer, начало 1944 г.

Окраска

Минный заградитель HNoMS Olaf Tryggvason окрашивался как и большинство кораблей ВМС Норвегии - светло-серо-голубые борт и другие вертикальные поверхности, а также металлические части палуб; деревянные части палуб покрывались лаком или краской под цвет дерева; подводная часть окрашивалась красной антикорозийной краской.

За время службы в составе Кригсмарине Brummer дважды нес камуфляжную окраску. В первый раз это имело место в 1941 году, затронув, в частности, период проведения операции «Барбаросса». Тогда он получил трехцветный камуфляж «осколочного» типа, хорошо скрывавший корабль во время стоянок в финских шхерах. Второй раз заградитель закамуфлировали в начале 1944 года, также для действий в Финском заливе. Рисунок представлял собой несколько полос темно-серого и синего цветов на бортах, дымовой трубе и носовой надстройке поверх обычной светло-серой окраски.

Общая оценка

Минный заградитель HNoMS Olav Tryggvason в бою в гавани Хортена 9 апреля 1940 г. Рисунок современного норвежского художника из книги «Kampene i Norge 1940»
Заградитель показан ведущим огонь по немецким миноносцам, на заднем плане виден горящий R‑17.
Brummer в камуфляжной окраске в Норвежских водах, 1942 г.

Морская мина изначально создавалась как оружие сугубо оборонительное, предназначенное для защиты побережья и инфраструктуры от нападения более могущественного флота. Однако уже во время русско-японской войны обе стороны использовали мины в качестве наступательного оружия, выставляя их у неприятельских баз или на пути развертывания кораблей противника. Минные постановки стали делиться на активные и оборонительные, что со временем привело к появлению соответствующих кораблей - либо относительно тихоходных, но несущих большой запас мин, либо быстроходных, способных за одну ночь дойти до вражеского побережья, произвести постановку и незамеченным вернуться обратно. При этом ведущие морские державы, как правило, не строили тихоходных и вместительных заградителей, предпочитая переоборудовать их в случае необходимости из мобилизованных гражданских судов. Быстроходные минзаги тоже можно пересчитать по пальцам - в большинстве случаев к активным минным постановкам с успехом привлекались крейсера и эсминцы. Не удивительно, что в промежутке между мировыми войнами строительством специализированных минных заградителей увлекались в основном малые страны.

С другой стороны, небольшие флоты зачастую не могли себе позволить строительство и содержание специализированных учебных кораблей, а минные заградители идеально подходили для использования в этой роли. Их просторные палубы в мирное время не были востребованы по основному назначению, зато на них можно было оборудовать дополнительные жилые помещения для курсантов и учебные классы. Именно с таким двойным назначением проектировались, пожалуй, самые известные минзаги межвоенного периода - польский ORP Gryf, голландский HNLMS Willem van der Zaan и норвежский HNoMS Olaf Tryggvason. Отметим, что все эти корабли отличало мощное вооружение и современное оборудование.

В среде кораблестроителей и военно-морских специалистов HNoMS Olaf Tryggvason стал если не знаменитым, то широко известным еще в середине 1930-х годов благодаря своей необычной силовой установке. Теоретически, применение комбинированной турбо-дизель-электрической схемы позволяло увеличить дальность плавания при сохранении высокой скорости полного хода, однако вопрос ее практической целесообразности остается открытым. Дальность плавания HNoMS Olaf Tryggvason никак нельзя назвать выдающейся для корабля подобных размеров, а меньшая уязвимость комбинированной установки от воздействия боевых повреждений не всегда компенсировала ее возросшую техническую сложность и потребность в дополнительном обслуживающем персонале.

Brummer вскоре после включения в состав германского флота, май 1940 г.

Впрочем, немецкие специалисты, эксплуатировавшие трофейный заградитель, оценивали его довольно высоко. Пройдя необходимые ремонты и будучи освоенным экипажем, Brummer не дымил даже при продолжительном движении 20-узловым ходом и отличался высокой надежностью силовой установки. Правда, в отчетах постоянно упоминается выход из строя питательного насоса, оказавшегося сущей ахиллесовой пятой корабля. Еще одним минусом Brummer оказалась малая вместимость минной палубы, из-за чего мины приходилось принимать также на верхнюю - в Заполярье они часто обмерзали, защитные чехлы из парусины сильно трепало ветром, и они тоже обмерзали и отваливались. Другие немецкие минзаги, не имевшие открытой минной палубы, с такой проблемой не сталкивались.

Несмотря на это, в составе Кригсмарине Brummer оказался одним из наиболее востребованных кораблей своего класса, что само по себе служит высокой оценкой работы норвежских кораблестроителей.

Служба

Начало службы в Кригсмарине

Капитан‑лейтенант Зигфрид Штрелов – первый командир минного заградителя Albatros/Brummer в германском флоте, 1943 г.
Первая страница Журнала боевых действий (KTB) минного заградителя Brummer (еще Albatros).

Захваченный немцами HNoMS Olaf Tryggvason был включен в состав Кригсмарине под именем Albatros. Это наименование никогда не было официальным - просто его первый экипаж был составлен из офицеров и матросов того самого миноносца Albatros, с которым заградитель вел бой 9 апреля. На следующий день немецкий корабль сел на камни в Осло-фьорде, и его пришлось списать. Командир миноносца капитан-лейтенант Зигфрид Штрелов и стал первым командиром заградителя.

Первый КТВ минного заградителя Albatros начинается с 1 мая 1940 г., когда тот отбивал налет британских бомбардировщиков на Осло. То же самое произошло и на следующую ночь.

В 18:00 3 мая Albatros покинул норвежскую столицу для перебазирования в Германию. Штрелов опасался проходить пролив из-за подводной опасности, и поэтому чуть ли не сутки стоял на якоре в Нольместранд-фьорде, дожидаясь эскорта - миноносцев Falke, Jaguar и эскортного корабля F-5. Совершив промежуточную остановку в Фредериксхавне, вечером 5 мая минзаг прибыл в Киль и пришвартовался к мосту Блюхера. На следующий день корабль посетил командующий флотом адмирал Вильгельм Маршалль. 7-9 мая минзаг перешел на военно-морскую верфь в Вильгельмсхафене, где ему предстояло пройти ремонт и переоборудование.

В какой момент корабль превратился из Albatros в Brummer - точно не известно, но КТВ за вторую половину мая велся уже для корабля под новым именем, а подписывал его старший офицер капитан-лейтенант Хайнц Делиус, временно исполнявший обязанности командира. На этом посту его 1 июня сменил капитан-лейтенант Эберхард Хомейер.

9 июля работы на верфи были закончены, и заградитель перевели к Северному молу для отладки артиллерии. На следующий день Brummer совершил испытательный пробег в устье реки Яде, закончившийся тотальным отказом главной энергетической установки: у дизель-генераторов сломались оба быстродействующих регулятора, у турбинной установки вышли из строя все три котла по причине нехватки питательной воды из-за плохого всасывания питающих насосов.

12 июля корабль отправился обратно в Киль, где ошвартовался у мола Тирпица. Опробовав параваны и размагничивающие обмотки, заградитель вышел для испытаний в Западную Балтику, по результатам которых по прибытии 17-го в Пиллау его ждали дальнейшие доработки. 21 июля произвели пробную загрузку мин, приняв 84 штуки на верхнюю палубу и 126 на минную. С этим грузом корабль вышел на мерную милю и смог развить 18 узлов. Было выявлено, что при резкой перекладке руля на полном ходу крен достигал 12°. Произведя напоследок отстрел 120-мм орудий и зениток, 25 июля Brummer перешел в Киль, а на следующий день опять прибыл на верфь в Вильгельмсхафен, где пробыл до конца месяца. На переходе Пиллау - Киль два часа шли полным ходом. Снова появились проблемы с насосом питательной воды, на этот раз охарактеризованные как «незначительные по своему влиянию на скорость».

В процессе ремонта произошла новая смена командира: теперь им стал корветтен-капитан Вернер Кёппе. Под его командованием минзаг вышел на свою первую постановку.

Еще 5 августа на рейде Вильгельмсхафена он принял 192 мины типа ЕМС II/C III, а на следующий день перешел в Везермюнде. 7 августа в 10:30 в море вышел отряд в составе заградителей Roland (фрегаттен-капитан фон Куцлебен), Cobra (корветтен-капитан доктор Брилль) и Brummer под командованием Начальника сторожевых кораблей West капитана-цур-зее Шиллера, находившегося на борту Roland. Прорыватель минных заграждений №12 (Stolzenfels) довел их до плавучего маяка «F» в устье Яде, где в охранение минзагов вступили шесть миноносцев 5-й флотилии, три из них были загружены минными защитниками, а с воздуха до наступления темноты их прикрывала пара Bf-109.

Строем фронта с дистанцией в 300 м на скорости 15 узлов отряд прошел мимо Восточных и Западных Фризских островов. Море было спокойным, видимость - хорошей. Через 15 часов после выхода, в 01:51 8 августа, корабли вышли в начальную точку постановки. Заграждение SW-1 должно было состоять из трех рядов мин и ряда минных защитников с западной стороны. Однако, операция оказалась неудачной.

Британский эсминец HMS Express после подрыва на мине заграждения SW‑1 у Текселя 1 августа 1940 г.

Через час с небольшим после начала постановки сигнальщик Roland заметил в ночи белую ракету. Считая, что ее выпустили корабли охранения, Шиллер по радио запросил у командира 5-й флотилии значение сигнала. В то же время на борту минзага по кодовой книге определили, что белая ракета дается в том случае, если замечены вражеские корабли. Когда Шиллеру прокричали об этом из рубки (на Roland радиорубка была совмещена с ходовой), он принял это за ответ от миноносников, после чего приказал прекратить постановку и возвращаться. Неразберихи добавил пролет над Cobra неизвестного самолета, который сбросил пару осветительных бомб, дал неверные опознавательные и был обстрелян из 20-мм автоматов. Не выставив весь запас мин (Brummer успел сбросить 130 штук), корабли отвернули в сторону голландского побережья и пустились в обратный путь. Через некоторое время ошибка выяснилась, но возвращаться и продолжать постановку не имело смысла. Заграждение SW-1 оказалось примерно на одну седьмую короче, чем полагалось, и, тем не менее, весьма удачным. 31 августа на эти мины угодили британские эсминцы, пытавшиеся перехватить у голландского побережья немецкие корабли. HMS Esk и HMS Ivanhoe затонули, HMS Express получил тяжелые повреждения. Корабли немецкой 11-й флотилии охотников за подлодками смогли выловить из воды около 50 английских моряков.

Во время этой операции Brummer и Roland так сильно дымили и искрили из труб, что вместо следующей минной постановки были отправлены на ремонт. В ходе работ на верфи ВМС в Вильгельмсхафене, продолжавшихся (включая испытания) с 11 августа по 8 сентября, Brummer получил новые форсунки Кёртинга, с которыми котлы заработали «как часы».

После этого корабль должен был принимать участие в грядущей операции Seelöwe - высадке в Англии. В качестве порта базирования для Восточной группы (капитан-цур-зее В. Крастель) назначался Антверпен. Brummer, Stralsund и Skagerrak отправились туда 12 сентября в сопровождении 1-й флотилии миноносцев. Переход проходил в неспокойной обстановке. В 17:04-17:18 13 сентября немцы были атакованы одиночным английским бомбардировщиком Hampden, неприцельно сбросившим одну бомбу, а через час наблюдали воздушный бой немецких и английских истребителей. На место Brummer прибыл только 14 сентября. В Бельгии в то время было весьма тревожно - почти каждую ночь или под утро на порт падали английские бомбы. Зенитки отряда заградителей, стоявших в южной части гавани, вели плотный огонь и имели на счету несколько заявок на сбитые.

Как известно, операция Seelöwe не состоялась. Стояние продолжалось больше месяца, и к началу октября налеты постепенно сошли на нет. 16 октября минзаг принял старый знакомый - капитан-лейтенант Делиус. 23 октября пришел приказ о перебазировании в Хук-ван-Холланд, куда Brummer и Hansestadt Danzig отправились на следующий день. Там задерживаться не пришлось, потому что корабли (к указанной паре добавились Grille и Konigin Luise) уходили в Вильгельмсхафен, в распоряжение командования группы «Север». Пока не начались новые минные постановки, Brummer занимался боевой подготовкой, а также конвоировал суда, приходящие в Немецкую бухту с севера и запада. Кроме того, с 1 по 9 ноября он снова побывал на верфи, где ему установили новый гирокомпас. При его испытаниях произошла поломка в котле №2, из-за чего тут же пришлось вернуться на верфь. Работы продолжились до 15 ноября, а полной боеготовности корабль достиг только к 22-му.

Постановки в Северном море

Карта немецких минных заграждений в юго‑восточной части Северного моря (линия Westwall). Кружками отмечены заграждения, в постановке которых принимал участие Brummer.

К своим непосредственным обязанностям Brummer вернулся лишь в новом, 1941 году, приняв участие в постановке заграждения №20 Pommern. Погрузка мин производилась в гавани Куксхафена. Brummer принял 800 минных защитников типа «D», Konigin Luise - 200 мин ЕМС. Третий минзаг - Tannenberg, с 396 минами ЕМС на борту - ждал их в Киле. Из Киля все три корабля под руководством командира недавно сформированной группы минных заградителей «Норд» фрегаттен-капитана Ганса-Каспера фон Шёнермарка в сопровождении четырех тральщиков 3-й флотилии отправились в Ставангер, куда прибыли к 20:55 16 января. Перед входом в Скудеснес-фьорд едва не случилось несчастье: оттуда в море выходила 1-я флотилия миноносцев, не имевшая никакого представления о наличии перед ними немецких кораблей. Миноносцы вполне могли принять минзаги за неприятеля и открыть огонь, но, к счастью для обеих сторон, они быстро опознали друг друга.

Brummer на стоянке у побережья Норвегии в готовности к выходу на минную постановку, начало 1941 г.

Рейд Ставангера отряд покинул уже на следующий день, в 17:15 - после получения кодового слова «Померания». В охранение минзагов вступили четыре миноносца 1-й флотилии и столько же тральщиков 3-й флотилии. Погода не благоволила операции. Вне шхер дул ветер силой 6 баллов, волнение моря составляло 5 баллов. Тральщики вскоре доложили, что при такой погоде их тралы принесут мало пользы. Более того, корабли не могли держать место в строю и начали отставать. В таких условиях командир группы минзагов отменил операцию и вернулся на рейд Ставангера.

Группа «Север» (MGK Nord - Marinegruppenkommando Nord) вторично приказала провести операцию уже на следующий день. Состав участников не изменился, почти такой же была и погода. По пути один из тральщиков доложил о срезанном параване, однако фон Шёнермарк проигнорировал опасность, посчитав, что параван оторвало волнением. С Konigin Luise (капитан-лейтенант Вюннинг) докладывали, что в такую погоду пятую часть мин выставить им не удастся, но и эта новость не заставила прекратить операцию. Когда отряд прибыл в квадрат 4382, примерно в 80 милях западнее Эгерсунна, ветер дул уже с ураганной силой, и оказалось, что флагманский Tannenberg не способен удерживаться на курсе! О проведении постановки не было и речи. С тяжелым сердцем командир группы минзагов вторично приказал возвращаться. При развороте на обратный курс отряд потерял свой эскорт. Связь по УКВ отсутствовала - на Tannenberg батарея не обеспечивала нужной мощности. Без всякого охранения минзаги вернулись назад и к 9 часам утра 19 января стали на якоря на прежнем месте.

Капитан-лейтенант Делиус отметил в КТВ:

« Минный заградитель «Бруммер» прекрасно показал себя даже в бурном море и при поперечной зыби, ни разу не накренившись более чем на 20 градусов. Также на постановочном курсе при волнении моря около 4 баллов с кормы он вел себя стабильно. Наличие непрерывных минных рельсов делало

сортировку излишней и потому как 17.1, так и 18.1 возможно было ставить взрывающиеся защитники.

»
Brummer у побережья Норвегии. Вид на 37‑мм зенитку и кормовое возвышенное орудие главного калибра.
Перемещение мины типа EMC на закрытой минной палубе Brummer. Хорошо видны пиллерсы, поддерживающие верхнюю палубу.
Brummer готовится к минной постановке, начало 1942 г. Видны открытые минные лацпорты и кормовые 120‑мм орудия.

Плохая погода господствовала еще несколько дней, что не редкость для Норвегии. Правда, это не помешало англичанам провести рейд у побережья Норвегии - в ночь с 23 на 24 января минзагам было приказано на всякий случай держать машины готовыми к походу. Новый приказ на операцию поступил 26 января. Охранение на сей раз ограничивалось тральщиками M-15, M-22 и миноносцами T-12 и Falke. Заградители подняли якоря в 18:35, а потом, как обычно, начались неприятности. Falke не смог принять участие в операции - сначала ему не давал выйти туман, потом отсутствие лоцмана. На M-22 обнаружился дефектный трос, и он не смог поставить параван, так что для защиты от мин впереди пришлось идти T-12. Минзаги следовали кильватерным строем, Brummer шел последним. Тем не менее, в 01:47 27 января отряд начал минную постановку. T-12 выступал в роли тральщика для Tannenberg, M-15 - для Konigin Luise, Brummer обходился собственными параванами. Ветер и волнение на сей раз не могли помешать немцам, и последние мины упали в воду к 03:46. На обратном пути к отряду, наконец, присоединился Falke, а у побережья в небе появились истребители прикрытия. В 10:40 все корабли благополучно стали на якоря в бухте Дусавики, где с минного транспорта минзаги приняли ту же загрузку - группа «Север» уже приказала произвести новую постановку на предполагаемых путях подхода противника к норвежскому побережью.

Следующее заграждение №21 имело кодовое наименование Oder. Охранение почти не изменилось, только вместо Falke прибыли миноносцы T-5 и T-9. В 18:00 27 января отряд вышел в море - и опять погода воспротивилась. Примерно в 20 милях от места постановки разыгрался шторм, корабли начало бросать на волнах, особенно страдал Tannenberg. От группы «Север» было получено разрешение прервать операцию по собственному усмотрению, если положение ухудшится, но фон Шёнермарк решил пока продолжать. Как оказалось, не зря - штормовой фронт был пройден, ветер ослабел до 3 баллов. Хотя корабли продолжало сильно качать, держать курс они могли, и с 00:46 до 02:46 все мины были выставлены - правда, не менее десяти мин и одного защитника взорвались сразу после постановки. В процессе операции погода снова ухудшилась. Журнал Brummer живописует условия, в которых проводилась операция:

« Постановка находившихся на верхней палубе взрывающихся защитников не вызвала трудностей. Напротив, постановка с минной палубы в то время, как корабль принимал все больше воды, потребовала полной отдачи личного состава. Море врывалось с кормы через открытые минные порты, люди работали временами по колено в воде, а взрывающиеся защитники приходилось с трудом проталкивать против напора волн. »

Таким образом, все вздохнули с большим облегчением, когда утром вернулись в Ставангер. Командующий группой «Север» адмирал Карльс прислал экипажам заградителей ободряющую телеграмму, в которой признавал мужество и профессиональность моряков.

29-30 января Konigin Luise и Brummer приняли с минного транспорта Rhein новый груз мин, чтобы позволить судну уйти за следующей партией «рогатой смерти» в Германию. Плохая погода некоторое время не позволяла перегрузить мины на Tannenberg, однако в первых числах февраля это удалось сделать. Для постановки заграждения 22 Rugen выделялись только два минзага - Brummer и Tannenberg, а эскортом служили миноносцы 1-й и 2-й флотилий, плюс Falke. На сей раз погода совершенно благоприятствовала постановке, так что, выйдя с рейда Ставангера вечером 3 февраля, корабли с 01:31 до 03:31 без проблем выставили заграждение. Мелкими неприятностями можно считать преждевременный взрыв пяти мин и одного защитника (согласно КТВ Tannenberg - трех мин и четырех защитников), а также то, что Brummer опять черпал воду через минные порты. Отряд вернулся в Ставангер, а двумя днями позднее перебазировался в Берген.

Впрочем, оказалось, что для новых операций в Норвегии просто нет мин, поэтому 13 февраля Brummer и Tannenberg отправились в Вильгельмсхафен. Там Tannenberg изъяли из дальнейших операций и отправили на верфь в Свинемюнде для улучшения остойчивости, взамен него в состав группы минных заградителей «Норд» из Роттердама вызвали Cobra и Kaiser, отложив постановку обоих на ремонт. Тем временем, Делиус покинул Brummer, сдав пост временному командиру - корветтен-капитану Леллю. Также на корабль перешел фрегаттен-капитан фон Шёнермарк.

Схема постановки минного заграждения №23 Svine 23 февраля 1941 г.

Приняв мины, 19 февраля заградители в сопровождении 5-й флотилии тральщиков отправились обратно на север. 21-го отряд стал на якоря в Гримстад-фьорде около Бергена. При этом Kaiser, в машине которого обнаружилась неисправность, передал мины на Konigin Luise и ушел ремонтироваться в Берген. После всех этих приготовлений, в ранние часы 23 февраля Brummer, Cobra и Konigin Luise, охраняемые тремя тральщиками 5-й флотилии, выставили заграждение №23 Svine. Как водится, семь мин взорвались после сброса.

Схема постановки минного заграждения №24 Wollin 7 марта 1941 г.

По завершении операции последовал новый поход на родину за минами. Brummer и Kaiser побывали в Вильгельмсхафене, Cobra и Konigin Luise - в Куксхафене. 4 марта они собрались у плавучего маяка «F» и уже на следующий день рассредоточились на рейде Ставангера - несмотря на то, что у Cobra дважды отказывал руль. С 1 марта на Brummer находился новый временный командир - капитан-лейтенант Линдеман. Для постановки заграждения №24 Vollin предназначались те же корабли, что участвовали в предыдущей операции. 6 марта они подняли якоря и прошли шхерами до Хеллисё, и в начале следующих суток произвели постановку. С Brummer наблюдался подрыв трех мин. Отряд вернулся в шхеры и к половине третьего дня достиг Бергена, где уже ждал Kaiser.

Поскольку следующее заграждение предполагалось сделать двухрядным, в его постановке должны были участвовать только два корабля - Kaiser и Brummer. Однако 8 марта в котельной воде Brummer обнаружилась высокая соленость, и ему пришлось остаться в порту, передав свой груз и командира группы на Konigin Luise. 10 марта, после устранения неполадок, Brummer вместе с Cobra перебазировался из Бергена в Ставангер. Оттуда предполагалось идти дальше на юг, в квадрат 3196, встретить там возвращавшиеся с постановки Kaiser и Konigin Luise и совместно следовать в Кристиансанн.

Повреждения носовой оконечности Brummer при столкновении с минным заградителем «Кобра» у Эгерсунна 11 марта 1941 г.
Моторный ял под шлюпочным выстрелом Brummer.

В 07:30 11 марта Brummer и Cobra, в сопровождении тральщика M-154, двинулись в путь при сильном тумане. Видимость составляла 200-300 метров, и тральщик вскоре потерялся. С шедшего головным Brummer для Cobra сбросили дымовой буй, но в 10:30 он оторвался. После этого корабли шли строем фронта. Через час на Brummer на три минуты прекратилась подача тока с работающего генератора, из-за чего вышли из строя сначала все электроприборы, а потом и рулевое устройство. В результате, в точке  (58.6583° с. ш. 05.3833° в. д.) он протаранил Cobra в борт на уровне трубы под углом 30°. При этом повреждения на «жертве» были не очень велики, а «виновник», наоборот, пострадал сильно. Нос был смят, вода затопила носовые балластные цистерны и форпик. Забавно, что буквально несколько дней назад сама Cobra таранила корабль охраны гавани и тоже почти не пострадала.

После оценки повреждений отряд поплелся на 2-3 узлах в Кристиансанн. В 14:45 в квадрате 3193 были замечены идущие наперерез Kaiser и Konigin Luise. На Brummer к тому времени завели пластырь, и он смог развить 12 узлов.

Командир группы сначала решил продолжать поход на юг, но потом передумал и приказал вернуться для предварительного ремонта на рейд Ставангера, куда отряд прибыл в 21 час.

Переход в Вильгельмсхафен начался на следующий день. В 23:14, когда отряд находился в квадрате 3824 на входе в Скагеррак, он был атакован одиночным британским торпедоносцем Bofort. Атака произошла неожиданно, самолет подлетел на малой высоте со стороны яркой полной луны с задросселированными моторами. Немцы сначала опознали его как свой Junkers W-34. К счастью, M-201 и Brummer смогли увернуться от пущенной в них торпеды. Самолет быстро пропал, подвергшись перед этим недолгому обстрелу со стороны M-201.

13 марта отряд прибыл в Вильгельмсхафен, причем утром на Brummer снова выходили из строя почти все электрические приборы - гирокомпас, рулевое, машинный телеграф, УКВ-радиостанция и освещение. До Вильгельмсхафена он добрался с трудом. Там минзаг простоял неделю в ожидании выделения ему места на верфи, после чего отправился на ремонт в датский Ольборг. Работы продолжались с 29 марта до 7 мая. Тем временем, 9 апреля в командование кораблем вступил корветтен-капитан Эрих Тобиас, имевший степень доктора технических наук. После ремонта при приеме сданных ранее боеприпасов выяснилось, что многие из них больше не могут использоваться. В итоге, боевой готовности Brummer достиг только к концу мая 1941 г. Нужно отметить, что качество ремонта оказалось выше всяких похвал - первая после него поломка (гирокомпаса) случилась только 16 марта 1942 г.!

В операции «Барбаросса»

Корветтен‑капитан доктор Эрих Тобиас (слева) с унтер‑офицером на юте корабля.

Корабль вернул боеготовность как раз вовремя, чтобы принять участие в операции «Барбаросса». Brummer, Tannenberg и Hansestadt Danzig составили 2-ю группу минзагов, которую возглавил капитан-цур-зее фон Шёнермарк. 10 июня в Свинемюнде Brummer принял на борт 200 мин ЕМС типа II/D IV (минреп 200 м, нижняя антенна 30 м).

Для тайного перебазирования в финские шхеры в середине июня все минзаги должны были для маскировки поднимать немецкие торговые флаги. Это касалось и Brummer, что выглядело нонсенсом - имея характерный силуэт боевого корабля, он никоим образом не мог «замаскироваться» таким образом. Корветтен-капитан Тобиас протестовал, но не был услышан. Приказ есть приказ, и при встрече с шведским броненосцем немцы немало удивили своим поведением его команду. В шхеры Або отряд Tannenberg прибыл 14 июня, став на якоря севернее и южнее о. Нагу-Сандё. На борт Brummer поднялся финский переводчик.

Общее управление минными операциями осуществлял Начальник миноносцев (F.d.T.) контр-адмирал Ганс Бютов, находившийся в Хельсинки. Кораблям было приказано строжайше соблюдать анонимность, показывая немецкий торговый флаг только в крайнем случае, не пользоваться радио, экипажам не сходить на берег. 19 и 20 июня на борту Tannenberg проходили совещания командного состава, а в 21:30 20 июня F.d.T. сообщил, что день «Х» назначен на 22-е число, 3 ч утра. Постановки должны были начаться незадолго до этого часа.

Схема постановки минного заграждения Apolda 21/22 июня 1941 г.

21 июня в 13:35 2-я группа минзагов, стоявшая в шхерах Або, получила приказ провести операцию Apolda. Brummer имел на борту 210 мин ЕМС, из которых 150 следовало выставить непосредственно в заграждение (четыре части по два ряда, с рядом минных защитников взрывающегося типа), а 60 - в произвольном порядке с большими интервалами западнее Apolda (немцы называли такой способ Verseuchung - «засорение»). Tannenberg ставил 300 и 80 ЕМС соответственно, а Hansestadt Danzig - 550 и 150 защитников.

Решение о проведении либо отмене операции целиком ложилось на плечи командира группы. Так как в водах, через которые предстояло выходить, разведка обнаруживала множество советских кораблей - эсминцев, торпедных катеров и подлодок, - немцы не хотели рисковать. Действовать без оглядки, не считаясь с опасностью, как это было в Норвежской операции, запрещалось. Однако главные доклады - с наблюдательного поста с маяка Бенгтшер, который следил за Ханко, - успокоили командира отряда, и он дал приказ выходить по плану, в 19:30 21 июня.

Минзаги прошли финскими водами и покинули шхеры в 22:00 в 5 милях западнее Бенгтшера. Несмотря на поздний час, было так светло, что видимость составляла 15 миль. Выходящий отряд можно было увидеть с водонапорной башни Ханко.

Замаскированный Brummer на стоянке у острова Нагу‑Сандё в финских шхерах близ Або в период проведения операции «Барбаросса», июнь‑июль 1941 г.

Три моторных тральщика 5-й флотилии вели минзаги за своими тралами. Еще два «раумбота» осуществляли противолодочное охранение с обеих сторон. 2-я флотилия торпедных катеров прикрывала постановку с востока: по два катера находились спереди и сзади вблизи минзагов, а еще пара служила дальним прикрытием. Кроме прочего, они и сами ставили заграждения Coburg и Gota. На случай аварий в квадрате 0217 (10 миль западнее Бенгтшера) и 2929 (южнее Утё) стояли буксиры «Монсун» и «Тайфун».

Легкий крейсер «Максим Горький» после подрыва на мине заграждения «Апольда» 23 июня 1941 г.

Постановка мин (включая «засорение») прошла с 22:40 21 июня до 03:06 22 июня. Если первые две части поставили без помех и происшествий, то во время создания третьей вблизи появился советский эсминец, который держал тот же курс, что и постановочный отряд, на удалении 10 миль от него. Через некоторое время эсминец отвернул. Примерно тогда же появились два советских торпедных катера, которые прошли на север, затем на юг - по мнению немецких катерников, они совершали проверку района. Уже при отходе для проведения «засорения» отряд еще раз обнаружил советские корабли - на сей раз это были, как считали немцы, три сторожевика, стоящие на якорях в северном выходе из Моонзунда. Немцев они якобы не заметили. В 02:28, во время сброса в воду последних мин, над R-53 и Brummer пролетели две летающие лодки, обстрелявшие корабли из пулеметов (это были МБР-2 из 44-й омраэ КБФ). Немцы ответили из зенитных автоматов, но сбить противника не смогли. Одна лодка затем удерживала контакт с отрядом до его входа в шхеры в 03:45. Наконец, в 03:20 в направлении Утё видели корабль, который посчитали лидером эсминцев. Позже пришла радиограмма, что в том районе находился «Киров» с двумя эсминцами (на самом деле это были «Максим Горький», «Гневный» и «Гордый»). Именно эта группа спустя 24 часа и стала жертвой постановки.

Brummer на стоянке у курорта Наантали летом 1941 г.

В результате «Гневный» погиб, «Максим Горький» лишился носовой части, а «Гордый» был легко поврежден взрывом мины в параване.

Заградители смогли благополучно достигнуть прежнего места стоянки, где их с рассветом подтянули к скалам и хорошо замаскировали. Так они и простояли два дня. Пролетавшие советские самолеты корабли не заметили, хотя 25 июня на Нагу с СБ сбросили одну бомбу.

Следующей задачей Brummer стало засорение минами морского района между свежевыставленными заграждениями Apolda и Korbetta. Ночью он получил около острова Лёкхольм с трех барж 100 мин ЕМС и 50 защитников, после чего с 9 утра находился в готовности у острова Пенсар. Финские тральщики тем временем прочесали выходной фарватер у Ёрё-Лилейнагрунд. Охранение заградителя осуществляли девять «шнелльботов» 2-й и 5-й флотилий. У Бенгтшера снова дежурили буксиры. Имелось даже прикрытие с воздуха - правда, всего один Ju-88.

Походный ордер отряда Brummer во время операции по «засорению района» 26/27 июня 1941 г.
Схема минной постановки отрядом Brummer во время операции по «засорению района» 26/27 июня 1941 г.
Замаскированный Brummer на стоянке у острова Нагу‑Сандё в финских шхерах близ Або в период проведения операции «Барбаросса», июнь‑июль 1941 г.

В 22:18 26 июня отряд прошел Бенгтшер, угодив затем в густой туман. В эту ночь мины ставили также и финские корабли, а южнее Руссарё находилось советское минное поле длиной 8-9 миль. Несмотря на туман, в котором видимость временами падала до 20-50 метров, мины ставили на скорости 19 узлов и управились менее чем за час - немцы стремились использовать природную маскировку на полную катушку. Никаких происшествий при этом не случилось, однако на обратном пути S-43 подорвался на мине и затонул. Пришедший ему на помощь S-106 сам налетел на мину и ушел на дно. Командир Brummer предположил, что советское заграждение у Руссарё тянется на юг дальше, чем считали немцы, и, чтобы не пополнить список жертв, проложил курс западнее. В 02:48 минзаг достиг шхер и к половине шестого стал на якорь около острова Пенсар рядом с плавбазой торпедных катеров Tsingtau(«Циндао»), на которую немедленно отправился корабельный врач - помогать раненым с погибших «шнелльботов». Вскоре Brummer перешел к острову Эрнхольм, где простоял несколько дней как следует замаскированным.

30 июня он принял с парохода «Фёниция» груз мин, затем заправился с танкера «Бромберг». Второе «засорение» следовало провести опять же восточнее Apolda, но ближе к ней, так что корабль следовало вести с удвоенной осторожностью. Эскортировали минзаг пять «шнелльботов» 2-й флотилии и пять «раумботов» 5-й флотилии. Кроме того, некоторое время в прикрытии операции участвовали совершавшие переход в Хельсинки S-26 и R-62; одновременно эти передвижения прикрывали перевод в Турку аварийных S-102, S-103 и R-57. Для отвлечения противника финские броненосцы должны были обстрелять Ханко. Тобиасу даже пришлось побывать в Хельсинки на совещании по поводу этой сложной многоходовки - как оказалось, напрасно, поскольку в последний момент все лишние переходы отменили.

Походный ордер отряда Brummer во время операции по «засорению района» 3/4 июля 1941 г.
Схема минной постановки отрядом Brummer во время операции по «засорению района» 3/4 июля 1941 г.
«Знак минера» (Minenabzeichen).
Походный ордер финско‑германского соединения во время операции Nordwind 13 сентября 1941 г.
Схема движения финско‑германского соединения во время операции Nordwind 13 сентября 1941 г.

Отряд покинул шхеры около Ёрё в 22:15 3 июля. Торпедные катера составили дальнее прикрытие, три «раумбота» шли с тралами, два - по бортам в качестве ближнего прикрытия. Погода благоприятствовала постановке: небо закрывали облака, у поверхности моря стояла легкая дымка. В 23:05 над отрядом пролетел советский истребитель, но огня по нему не открывали. В 23:12 начали ставить мины, в 00:24 постановку благополучно закончили. Через час вблизи появились три советских бомбардировщика, пролетавшие мимо - их обстреляли правофланговые торпедные катера. В 02:30 Brummer вернулся в шхеры, отпустив охранение. Уже у берега, в 04:10, снова последовал сигнал воздушной тревоги. На сей раз внимание пары советских бомбардировщиков привлекли финские броненосцы, минзаг остался незамеченным. В 05:35 Brummer стал около скал острова Эрнхольм и замаскировался.

Новых постановок в ближайшее время не планировалось - в Финляндии закончились мины. Поход за ними обернулся трагедией - 9 июля Tannenberg, Hansestadt Danzig и Preussen угодили на шведские мины у Готланда и затонули. Brummer оставался шхерах Або, что не только «сохранило ему жизнь», но и дало экипажу ряд поводов для радости: 6 июля было роздано сразу 33 Железных креста 2-го класса; 11-го - дана увольнительная в Турку на целый день; 12-го пять офицеров (включая старшего механика капитан-лейтенант-инженера Троммера) получили Железный крест 1-го класса, еще 20 человек команды - 2-го класса. Наконец, всем без исключения выдали «Знаки минеров» (Minenabzeichen).

После гибели сразу трех кораблей минно-заградительные силы пережили очередную реорганизацию. Brummer с Konigin Luise составили обновленную группу минзагов «Норд», 1 сентября к ним присоединился Kaiser. Группа, организованная вокруг Cobra, продолжала действовать в Финском заливе под руководством прежнего командира. На сухопутном фронте и вокруг него, в морях и в воздухе, бушевали жестокие бои, Brummer целый месяц отдыхал у маленького финского острова, словно на курорте. Только многочисленные самолеты в небе напоминали о боевых действиях. Даже тот факт, что 15 августа заградитель принял с баржи «Паргас» 200 мин ЕМС II/D IV с трубками КА, вовсе не означал скорого выхода в море - более того, 24 августа 50 мин сдали обратно на баржу.

Использовать мины предстояло в рамках совместной немецко-финской операции «Нордвинд» - инсценировке высадки на северо-западную часть острова Даго, как часть большой десантной операции «Беовульф». Кроме Brummer, в ней участвовали оба финских броненосца береговой обороны, четыре финских сторожевых катера, пять немецких сторожевиков, два немецких буксира и два финских ледокола. 8 сентября Brummer перебазировался в Турку, где Тобиас участвовал в совещании командиров.

Назначенная на 11 сентября операция несколько раз откладывалась по погодным условиям. Только 13-го корабли пришли в движение и собрались около Утё. После совещания, проведенного на Ilmarinen командующим финским флотом коммодором Рахола, импровизированная эскадра в 18:15 пошла дальше. Brummer, с финским лоцманом на борту, в охранении трех сторожевиков шел сразу за броненосцами. В 20:30 головной Ilmarinen подорвался на мине и быстро затонул, после чего операция была свернута, и в 23:00 корабли вернулись к Утё.

На следующий день из Свинемюнде прибыл Roland с новой партией мин. Теперь оба минзага имели задачу стоять наготове на позиции около Утё, чтобы при попытке советского флота вырваться из осажденного Ленинграда немедленно выставить минные заграждения у него на пути. Еще десять дней спустя, когда стало ясно, что прорыва не будет, мины решили использовать для создания заграждения северозападнее Даго, в 10 милях северо-восточнее мыса Ристна. В ночь на 25 сентября Roland (с командиром группы минных заградителей «Вест» капитаном-цур-зее Арнольдом Бентлаге на борту) и Brummer без помех выставили по 85 мин каждый. Для них эта операция оказалась последней в Финском заливе в 1941 году. 27 сентября оба корабля пришли в Свинемюнде. Правда, Brummer еще раз ненадолго возвращался в Финляндию - с 29 сентяоря по 4 октяоря он, вместе со Skagerrak, доставлял мины в Або.

Осенью корабль отправился на очередной ремонт в Вильгельмсхафене. По заведенной схеме, на время вынужденного безделья Тобиас сдал бразды правления врио - обер-лейтенанту Гюттнеру - и вернулся только 16 декабря.

У берегов Норвегии

Гребной катер «миноносного» типа.
Спуск шлюпки с левого борта. На ее корме стоит обер‑боцманмаат Ассман, на мостике – обер‑лейтенант Гюттнер.
Brummer в камуфляжной окраске у причала в Тромсё, 1942 г. Хорошо видны спасательные плотики, уложенные на прежнем месте размещения шлюпки, а также зачехленный пулемет на нижнем ярусе надстройки. На обвесе мостика нарисована эмблема корабля – пчела с миной.
Brummer в камуфляжной окраске у причала в Тромсё, 1942 г.

Кампания 1942 года началась для Brummer через неделю после Нового года. Приняв в Свинемюнде мины, он вышел в море 6 января. Как это часто бывало у немцев, структура соединений в этой операции нарушилась: командир группы минзагов «Норд» капитан-цур-зее фон Шёнермарк вел с собой Ulm, Brummer и Roland[7]. Без всяких происшествий, в охранении шести сторожевиков 17-й флотилии, они прошли Каттегат и с 19:26 до 21:38 8 января выставили южнее Кристиансанна заграждение VI Halberstadt. В этой операции, впервые в открытых водах, были применены антенные мины EMF. Еще во время постановки команды стали слышать за кормой глухие взрывы, которые продолжались еще 35 минут после ее окончания. Всего насчитали 180-200 взрывов - как потом оказалось, подготовка мин проводилась небезупречно, вследствие чего они самоподрывались даже при весьма умеренных погодных условиях. Оставшиеся четыре сотни смертоносных снарядов, тем не менее, в апреле стали причиной гибели норвежского блокадопрорывателя «Сторстен» (5343 брт) во время знаменитого «Кварстадского прорыва», а 6 июля 1942 г. на тех же минах нашли свой конец шведские сухогрузы «Аргентина» (5277 брт) и «Уддехольм» (3628 брт). Три мины Brummer привез с собой обратно и сдал в Опытовое командование заградительных средств (Sperrversuchkommando - SVK).

Следующая операция последовала сразу за первой, но уже без Roland. Ulm и Brummer приняли на борт по 140 испытанных EMC и покинули рейд Фредериксхавна в 09:25 10 января в охранении тех же шести сторожевиков 17-й флотилии. Заграждение VII было выставлено с 21:18 до 22:20 южнее предыдущего. Правда, и на сей раз не обошлось без происшествий. Один моряк Ulm упал в море с минных подмостков следом за только что обработанной им миной. Хотя ему был сброшен светящийся спасательный буй, корабли охранения найти и подобрать его не смогли. Это привело к изданию строжайшего приказа: крайним членам минно-постановочной команды всегда привязывать страховку. По мнению командира Brummer, причина потери буя заключалась в том, что отряд неожиданно пересек 20-метровую изобату. Проверить это он не мог, так как на корабле с 5-го числа был сломан эхолот.

Вернувшись в Фредериксхавн, оба заградителя 11 января приняли с минного транспорта Otter 240 (Ulm) и 200 (Brummer) мин ЕМС и с этим грузом 12-20 января совершили переход в Тромсё. Задача, поставленная перед заградителями руководством группы «Север», заключалась в создании многочисленных «фланговых» минных полей у побережья Норвегии[8]. Спустя три дня к ним присоединилась Cobra, однако втроем минзаги никогда не использовались - все заграждения в северных водах ставились в один-два ряда, с чем зачастую мог справиться и один корабль.

13 января Brummer и Ulm в составе обычного конвоя перешли в Олесунн, откуда 15-го, вместе с пароходом «Сивас», на котором имелся дополнительный запас мин, двинулись далее на север и 20-го стали на якоря на рейде Тромсё. Применение Brummer и Ulm вначале осложнялось тем, что они имели на борту принятые в Фредерикс-хавне мины с 200-метровыми минрепами, глубины же в районах постановок нередко требовали 350-метровых. Кроме того, принятые ими мины не имели нижних антенн, что снижало их ценность как противолодочных, а именно для защиты от подводных лодок планировалось выставить основную часть фланговых заграждений вдоль всего северо-норвежского побережья вплоть до Киркенеса и Петсамо.

Только 29 января Brummer удалось обменять 70 мин на такое же количество с 350-метровыми минрепами с «Сиваса». Начальство хотело заодно переправить в Финнмарк донные мины ТВМ, но для них на Brummer не нашлось места. Якорные мины предполагалось выставить в районе Киркенеса, куда минзаг вышел 31 января в сопровождении тральщиков М-1501 и М-1502. Переход проводился весьма неспешно - например, из-за бушующего шторма отряд с 3 по 9 февраля простоял в Вадсё и в конечный пункт прибыл только к вечеру 9 февраля.

Схема постановки минного заграждения в Бёк‑фьорде 11 февраля 1942 г.
Схема постановки флангового заграждения 3b 23 февраля 1942 г.
Brummer на минной постановке.

Первой задачей Brummer стала постановка мин в Бёк-фьорде, ведущем от рейда Киркенеса к морю. Те самые недавно полученные 70 мин с длинными минрепами следовало выставить четырьмя отдельными банками по одному ряду в каждой. Вдоль западного берега фьорда оставлялось пространство для прохода своих кораблей шириной 300 м, у восточного же мины ставились у самого берега. Постановка была произведена 11 февраля и встретила немало трудностей. Ветер с самого начала дул с силой 4-5 баллов, а позже усилился до 5-7. Буйки, выставленные с бывшего норвежского минзага HNoMS Glommen для обозначения 300-метровой свободной полосы, унесло. Тем не менее, корабль работал вблизи берега и мог ориентироваться по наземным объектам. Маневрировать на узком пространстве было трудно, скорость приходилось держать минимальной. В процессе постановки наблюдался подрыв одной из мин. Задание выполнить, в конце концов, удалось, причем с восточной стороны мины были выставлены всего в 40 м от берега. За это Адмирал Норвегии немедленно похвалил экипаж. К сожалению, сработало заграждение не так, как это планировали немцы: уже 15 февраля оно стало причиной гибели сорванного с якоря и унесенного с рейда Киркенеса на север норвежского парохода «Бирк» (3664 брт), весь экипаж которого пропал без вести.

Brummer передал еще 10 мин в Отдел заградительных средств Киркенеса, после чего планировался немедленный уход на запад. Вместо этого минзаг простоял в гавани до утра 18 февраля, когда отправился в обратный путь с эскортом - тральщиком М-1503 и сторожевиком Nordlicht. В 21:42-21:49 в квадрате АС7373 (восточнее Хоннинсвога) тральщик объявил противолодочную тревогу, однако больше ничего не произошло. Через два часа в квадрате АС7374 советскую подлодку в надводном положении заметили уже с самого Brummer. По мнению вахты минзага, лодка в этот момент стояла на месте в 300-400 м. Тральщик тоже видел ее, и оба командира одновременно решили идти на таран. Лучшая позиция была у Brummer, однако он слегка промахнулся и прошел у лодки за кормой, полив ее огнем из носового 20-мм автомата (сделано 37 выстрелов). При этом с рубки подлодки якобы неслись крики «Русские, русские!» - по мнению Тобиаса, советские подводники думали, что столкнулись с английскими кораблями. М-1503 пришлось поворачивать, чтобы не столкнуться с Brummer, и он временно потерял противника из вида, но потом благодаря стрельбе заметил субмарину снова. Тральщик прицелился лучше и врезался в подлодку сразу за рубкой, причем за то время, пока корабль и лодка стояли сцепившись, прислуга носового орудия смогла затащить к себе с рубки лодки раненого советского командира - капитан-лейтенанта С.И. Коваленко. Лодка («Щ-403») немцами считалась потопленной, хотя на самом деле ей удалось с тяжелыми повреждениями вернуться на базу под управлением принявшего командование помощника командира ст. лейтенанта Шипина. Уже в июне «щука» снова вышла в боевой поход и погибла только в октябре 1943 г.

Дальнейший переход немецкого отряда прошел без происшествий. В 01:05 маленький конвой встал на якоря в Ло-фьорде, где Коваленко был передан с М-1503 на Brummer. Дальнейший переход продолжали только при свете дня, с воздушным прикрытием в виде одного Не.115. После еще одной ночевки в Локка-фьорде, к вечеру 20 февраля Brummer прибыл на рейд Тромсё. Следующий день был посвящен приему топлива, питательной воды для котлов и передаче пленного в лазарет.

Для выполнения очередного задания далеко уходить не потребовалось. Для защиты шхерного фарватера следовало поставить фланговое заграждение 3b: две части, каждая из одного ряда, отделенные друг от друга северной оконечностью острова Лоппа. Это была одна из самых коротких операций Brummer - покинув Тромсё в 05:47 23 февраля под охраной тральщика М-1501 и охотника UJ-1108, в 20:30 он уже вернулся обратно. Западная часть заграждения состояла из 30 EMC с 200-метровым минрепом, восточная - из 90 таких же мин. Правда, две из числа первых тридцати мин взорвались вскоре после того, как их выставили.

По возвращении в порт командир минзага был уведомлен, что в связи с немалой боевой ценностью Brummer как артиллерийского корабля ему выделены позиции на случай вражеской высадки в Норвегии. Два дня было посвящено изучению этой позиции.

Затем заградителю пришлось выступить в малопрестижной роли минного транспорта. 1 марта в Тромсё он получил с парохода «Аргус» 150 мин ЕМС II/D IV, которые следовало как можно быстрее доставить в Киркенес и возвращаться назад. Переход производился только днем, охранение несли тральщик М-1506 и сторожевик «Поларкрайс», с воздуха небольшой отряд почти всегда прикрывался гидросамолетом типа Не-115. Уже 4 марта Brummer прибыл на место, а 6-го отправился в обратный путь, с тем же эскортом. Из-за поднявшегося урагана вскоре после выхода пришлось укрываться в Сюльте-фьорде и простоять без малого двое суток. Таким образом, в Тромсё корабль вернулся только поздно вечером 9 марта.

Схема постановки минного заграждения Bandos‑A» 20 марта 1942 г.

Следующая минозаградительная операция - Bantos - носила по большей части наступательный характер. Ее целью являлось затруднение вражеского судоходства северо-восточнее полуострова Рыбачий, а также защита от кораблей неприятеля, пытающихся проникнуть на запад.

Для этого Brummer принял в Рамсунне с парохода «Бохум» две сотни мин ЕМС с 300- и 350-метровыми минрепами, а 11 марта дозаправился с танкера «Пелагос» в Скьоммен-фьорде, после чего стал в готовности на рейде Тромсё. Для выполнения задачи на борт взошел командир группы минзагов «Норд». В постановке заграждения Bantos-A также принимала участие Cobra. 12-15 марта оба корабля перешли в Киркенес в сопровождении R-160, М-1506 и «Поларкрайса». В это время у Заполярного побережья нередко происходили атаки советских подлодок, так что 13 марта отряд был усилен двумя охотниками за подлодками - UJ-1108 и UJ-1109. Они пригодились днем позже, когда у Гамвика была объявлена противолодочная тревога - летающая лодка BV-138 воздушного прикрытия заметила противника по пеленгу 340° на удалении 2000-3000 м. Отряд отвернул к берегу, а охотники бросились на перехват, причем один из них докладывал, что заметил след торпеды. Самой лодки обнаружить не удалось, но и атака ее никакого результата не имела. На самом деле, подлодка «Д-3» атаковала не отряд минзагов, а проходящий поблизости конвой тральщика М-1504 и промазала по нему одной торпедой.

Для охранения во время выхода на постановку минзаги получили довольно мощный отряд: охотники UJ-1108 и UJ-1109, тральщик M-1506, сторожевик «Поларкрайс», а также четыре торпедных катера 8-й флотилии - S-42, S-44, S-45 и S-46. Кроме того, три подводных лодки прикрывали отряд от возможного нападения вражеских надводных кораблей из Кольского залива. Было задействовано даже воздушное прикрытие, что в тех краях случалось нечасто. Общее руководство операцией ложилось на капитана-цур-зее Шёнермарка, которому пришлось перебраться на Cobra, поскольку в Киркенесе на Brummer выявились неполадки гирокомпаса.

Начало операции откладывалось вследствие плохой погоды. Только 19 марта Адмирал Арктики отдал приказ на ее проведение. В 16:00 основная часть отряда вышла в море, в 18:15 присоединились торпедные катера - это был один из немногих случаев, когда «шнелльботы» выходили в боевой поход в Заполярье. Юго-западный ветер силой 4 балла сделал их пребывание в море бессмысленным, ибо они не могли даже толком держать строй, не то что выходить в торпедные атаки. Поэтому, едва отряд свернул с конвойного маршрута, по которому выдвигался, катера получили приказ идти в Вардё и там находиться в немедленной готовности к выходу. Вместе с ними в 20:10 отпустили и слишком медлительные UJ-1108' и M-1506 - они должны были встретить остальных утром 20 марта в точке  (70.3833° с. ш. 31.8500° в. д.).

Почти весь переход происходил в ярком свете сильного полярного сияния. После полуночи минзаги легли на курс для постановки и с 01:00 до 02:45 вывалили за борт все мины. Большие трудности доставляли сильный ветер и волнение (6-8 и 5-6 баллов соответственно), однако помогало то, что мины ставились с большим интервалом (каждые 30 секунд). Несмотря ни на что, задача была выполнена. Минзаги сразу отправились обратно в Тромсё - однако плохая погода не дала добраться туда быстро. В снежных зарядах видимость периодически падала до нуля, поэтому на рейде Тромсё Brummer и Cobra оказались только 23 марта, после чего их пути снова разошлись.

14 апреля Brummer - опять со Шёнермарком на борту - отбыл в подчинение Адмирала Северного побережья Норвегии. 17-го он прибыл в Тронхейм, где его ждали 52 мины UMB и 140 взрывающихся защитников, доставленные пароходом August Bolten. После этого минзаг, вместе с Kaiser и шестью тральщиками 4-й флотилии, перебазировался в Кристиансунн, где первым делом принял с Ulm 58 мин UMB.

Схема постановки противолодочного заграждения 2b 20 апреля 1942 г.

Уже сам тип взятых на борт мин указывает, что новое заграждение задумывалось противолодочным - оно должно было защищать шхерный фарватер и подходы к Тронхейму от британских субмарин. С 06:50 до 07:10 20 апреля Brummer выставил лишь одну часть из целой системы минных полей (всего в операции принимали участие четыре минзага), а именно - заграждение 2b.

Минер обер‑маат В. Бауман готовит к постановке мину UMB на минной палубе Brummer.
Мины UMB на верхней палубе Brummer.
Brummer в норвежских водах, конец 1942 г.
Brummer в норвежских водах, конец 1942 г.

После выполнения задачи, не заходя в порт, он встретился с Roland и сразу отправился на новую операцию. Заграждение у Хустадвика состояло из двух частей, по одному ряду мин и защитников каждое. На этот раз Brummer ограничился постановкой ранее полученных защитников; мины ставил только Roland. Погода была благоприятной, так что все прошло без сучка и задоринки: начав в 10:24, к 11:15 минзаги закончили создание заграждения.

Roland незамедлительно ушел на Балтику, а Brummer в одиночестве вернулся в Кристиансунн, причем это, в отличие от постановок, оказалось сопряжено с опасностью: в точке  (63.0833° с. ш. 07.5000° в. д.) корабль дважды пытался атаковать английский самолет-разведчик типа Hudson. Оба раза атаки успешно отбивали огнем зениток. Вернувшись, экипаж сразу принялся праздновать день рождения фюрера.

24 апреля заградитель перебрался обратно в Тронхейм, чтобы с того же August Bolten принять новый груз - 85 мин UMB. Каждый день, да не по одному разу, на корабле объявлялись воздушные тревоги, однако они ни разу не окончились реальными атаками. 27 апреля 23 мины из числа недавно принятых передали на Ulm. На следующий день снова была воздушная тревога, во время которой один из членов экипажа получил тяжелое ранение, причем в несколько трагикомичных обстоятельствах: зенитки корабля все же открыли огонь по самолетам и ухитрились прострелить крепление грузовой стрелы, и она упала прямо на неудачливого моряка! Так корабль понес первую потерю.

Пока Brummer стоял на месте, развлекаясь только постоянными воздушными тревогами, у начальства сменились планы. Вместо противолодочных заграждений оно решило ставить обычные, о чем Адмирал Северного побережья Норвегии устно объявил Тобиасу 2 мая. На следующий день минзаг передал на пароход «Акка» все остававшиеся на борту UMB, а 4-го - погрузочно-разгрузочные работы занимали много времени - принял с него 150 ЕМС и немедленно направился на север под эскортом трех тральщиков.

Brummer предстояло выставить фланговое заграждение Follafjord (206 мин ЕМС с 300-м минрепом и заглублением 3 м) для защиты одноименного фьорда. Задача осложнялась тем, что 27 апреля между Хальтеном и Йяслингеном видели вражескую подлодку, а также погодой - снежные заряды временами снижали видимость до полумили. Тем не менее, вечером 4 мая Brummer всего за 35 минут благополучно выставил две части из запланированных трех - всего 112 ЕМС. Выполнить задачу целиком не позволила нехватка мин. Вскоре после постановки на месте заграждения был зафиксирован один взрыв.

Корабль вернулся в Тронхейм за новой порцией мин для третьей части заграждения. В процессе ожидания протестировали эхолот и нашли его неисправным. Это было печальное известие, поскольку данный прибор в северных водах был очень полезен для контроля глубины минных постановок. Только 15 мая прибыл старый знакомец August Bolten, новые мины тут же были перегружены на борт, и на следующий день Brummer доделал начатое, за 21 минуту выставив 94 мины третьей части заграждения. Вновь одна мина взорвалась вскоре после окончания постановки.

Ночью минзаг отстаивался на якоре в шхерах, а утром 17 мая снова был в Тронхейме. Через день там он принял 135 UMB с 300-метровыми минрепами. В тот же день после полудня корабль посетил командующий флотом адмирал Отто Шнивинд, выразивший экипажу благодарность за его работу.

Далее Brummer предстояло продолжить выстраивание защиты судоходных путей до Киркенеса - в зоне ответственности Адмирала Полярного побережья. В пару ему придавался Ulm, командовал всей операцией корветтен-капитан Тобиас. Собственно заграждения корабли должны были ставить поодиночке (Brummer - около Сюльте-фьорда, Ulm - в Тана-фьорде), но переход в район действий осуществлялся совместно.

Минзаги покинули Тронхейм 19 мая в охранении сначала «раумботов» R-153 и R-151, а затем сторожевиков «Лёве» (бывший норвежский «Сенья») и «Мюкке». Через два дня они прибыли в Тромсё, откуда 23-го двинулись дальше. Эскорт снова сменился, теперь это были три «раумбота» 5-й флотилии: R-89, R-58 и R-90.

Схема постановки флангового заграждения IV в Сюльте‑фьорде 24 мая 1942 г.
Схема постановки противолодочного заграждения у Ротвэра 29 мая 1942 г.

В 11:06, недалеко от острова Лоппа, на отряде сыграли противолодочную тревогу. Объявили ее два сторожевика из проходившего недалеко конвоя. По правому борту был виден пароход «Асунсьон», явно получивший подводное попадание и дрейфующий на воде; команда пересаживалась в шлюпки. На самом деле он подорвался на мине советской подлодки «К-1», но немцы этого не знали. Тем не менее, после короткого разбора командир 5-й флотилии сообщил с R-89, что никто на пароходе не видел следа торпеды, и стоит опасаться также вражеских мин. Поэтому Тобиас не стал увеличивать скорость или поворачивать, и поступил совершенно верно: во второй половине дня немцы нашли мины в районе подрыва парохода.

Со стоянки в Ло-фьорде отряд осуществлял выход на постановки. На место «раумботов» прибыли сначала охотники 11-й флотилии, затем к ним прибавились тральщики 5-й флотилии. Тобиас разработал сложную многоходовую операцию по выходу, разделению и последующей встрече кораблей. После отделения Ulm забирал с собой охотники, а Brummer оставались тральщики. В 11:00 24 мая отряд вышел в море. Около Нордкина Ulm отделился. С 20:02 до 20:17 Brummer выставил перед Сюльте-фьордом первую часть заграждения IV. Погода была благоприятной, никаких помех не возникло. По завершении операции минзаги вновь встретились у Нордкина. Тральщики отпустили, охотники за подлодками, охранявшие Ulm, также ушли на восток - в Хоннинсвог. Минзаги в 17:30 25 мая прибыли на рейд Тромсё, где им снова выразили благодарность за службу: 27 мая это сделал Адмирал Полярного побережья Отто Шенк.

В защите от проникновения подлодок спешно нуждалась также и бухта Боген в глубине Уфут-фьорда, в которой периодически стояли немецкие тяжелые корабли. Для прикрытия входа во фьорд было запланировано выставить двухрядное противолодочное заграждение у Ротвэра, для чего выделялись Brummer и Ostmark, причем первый получил мины со второго. Каждый минзаг должен был ставить сотню UMB с 300-метровыми минрепами и трубками КА на заглубление 17 м. Руководство опять осуществлял Тобиас.

Brummer с тральщиками 5‑й флотилии (типа 1935) в одном из портов Северной Норвегии, 1942 г.

Проведя перегрузку мин на рейде Лёдингена, заградители вышли на операцию в 12:02 29 мая. Через час минное поле уже было выставлено. При этом по пять мин с каждого корабля поставить не удалось, так как по показаниям лота глубины превышали 300 м. Ostmark довыставил свои с конца ряда, а Brummer - привез обратно. Пара тральщиков, следуя за кормой минзагов, контролировала постановку - ни одной мины на поверхность не всплыло. По завершении операции Brummer ушел в Нарвик (сдать невыставленные мины), а оттуда в Тромсё, куда прибыл в последний день мая.

Там Brummer принял на борт 235 мин UMB с 200-метровыми минрепами - они были нужны для завершения заграждения возле Сюльте-фьорда. Вновь на операцию выходили группой - Brummer, Ulm и Ostmark; на последнем находился капитан-цур-зее Ганс-Каспер фон Шёнермарк, ставший к тому времени Начальником минных заградителей (Fuhrer der Minenschiffe - F.d.Minsch.). 8 июня отряд покинул Тромсё; на следующий день в 15:06 у Нордкина Brummer отделился, чтобы выполнить свою задачу. Охранение вели три тральщика 5-й флотилии. На этот раз море было довольно неспокойным, периодические снежные заряды снижали видимость до двух миль. Тем не менее, ничто не помешало планово выставить все мины с 20:09 до 20:36. После этого минзаг отправился на рейд Вардё, а 10 июня снова присоединился к остальным на обратном пути в Тромсё, куда они прибыли на следующий день. Эта операция стала для Brummer последней в зоне ответственности Адмирала Норвегии.

Усиление «Западного вала»

12 июня 1942 г Brummer покинул Тромсё и 16-го пришел в Ставангер. Согласно новому приказу командования, ему предстояло принять участие в подновлении минных заграждений в юго-восточной части Северного моря, включая так называемый «Западный вал» - систему минных полей, тянущуюся вдоль западного побережья Ютландского полуострова. До середины июля он принял участие в пяти постановках совместно с другими минзагами (в основном, в паре с Ostmark). Командование во всех операциях осуществлял капитан-цур-зее фон Шёнермарк.

Минный офицер Brummer обер‑лейтенант Хеннинг, имевший прозвище «Плейбой».

Корабли начали действовать сразу по приходу в Ставангер. В бухте Дусавики Brummer и Ostmark получил по 140 мин ЕМС с 200-метровыми минрепами и уже вечером 16 июня вышли на постановку заграждения 21а Herzog примерно в 60 милях западнее Скуденеса. Длина заграждения должна была составить 36 км, мины ставились на 3,5 м ниже поверхности воды. Охранение несли четыре торпедных катера и такое же число истребителей Bf.109, однако вскоре после выхода у пары катеров сломались дизеля, а усилившееся волнение сделало продолжение марша для оставшейся пары невозможным, так что Шёнермарк прервал операцию. За полчаса до полуночи минзаги вернулись в бухту Дусавики.

По просьбе Начальника минных заградителей, впредь им для охранения торпедных катеров не придавали. Вместо них эскортные задачи приняли на себя одна канонерская лодка и четыре «раумбота» 8-й флотилии. Проблема заключалась в том, что они смогли прибыть в Ставангер только 22 июня. Группа «Север» разрешила Шёнермарку проводить эту и следующую операции по собственному усмотрению, оговорив только одно условие: мины должны быть поставлены в текущую лунную фазу.

Минные рельсы на верхней палубе Brummer, 1943 г.
Мины EMF на верхней палубе Brummer, 1943 г.

Стремясь использовать подходящие погодные условия, Шёнермарк вывел отряд в море сразу, как только были готовы вновь прибывшие корабли охранения - в 19:00 22 июня. И на этот раз ветер резко усилился после выхода из фьорда в открытое море. Моторные тральщики при сильном волнении не могли держать скорость 17 узлов - их пришлось отправить обратно. Группа «Север» уведомила, что ни авиация, ни радиоразведка не обнаружили в районе постановки вражеских кораблей и подлодок, поэтому Шёнермарк решился проводить операцию под охраной одной лишь канонерки K-1. К счастью для немцев, на самом деле никто не создал помех ни постановке мин, прошедшей с 00:23 до 01:33 23 июня, ни на обратном пути. С 04:35 прикрытие отряда осуществляла пара Bf-109. В семь утра минзаги прибыли в бухту Дусавики, где немедленно начали принимать мины с транспортов «Лаутинг» и «Ирбен». Каждый заградитель получил по 140 ЕМС.

Дождавшись прогноза погоды на вторую половину дня (он оказался благоприятным), Шёнермарк приказал выходить для постановки заграждения 19а Graf. Было 18:30, ветер дул с силой всего 2 балла. Вновь в эскорт вступили канонерка K-1 и четыре «раумбота». Увы, в который уже раз ветер помешал небольшим боевым кораблям продолжать поход. В открытом море его сила увеличилась до 4-5 баллов, так что моторным тральщикам пришлось уйти в Танагер, на позицию ожидания. В 21:25 вследствие тумана пришлось возвращаться и воздушному прикрытию. На скорости 15 узлов отряд продолжил движение в густом тумане, пока в половине двенадцатого ночи не развиднелось. Строй кильватера сменили на строй фронта, и с 00:11 до 01:21 заграждение было успешно выставлено. К тому времени ветер и море стихли до 1 балла, видимость составляла более 25 миль. На обратном пути не смогло прибыть истребительное прикрытие - самолетам не дала взлететь висящая над аэродромом дымка, но в 06:10 к отряду примкнули «раумботы», а уже в 7 утра все корабли оказались в Ставангере.

Эти выходы показали, что ни торпедные катера, ни моторные тральщики не подходят в качестве эскорта для быстроходных минных заградителей в открытом море. Напротив, канонерская лодка голландской постройки зарекомендовала себя в этом качестве прекрасно.

С тех же самых минных транспортов («Лаутинг» и «Ирбен») заградители приняли новый груз - по 160 ЕМС с антеннами типа КА и Z. Перебазировавшись в Гримстад-фьорд у Бергена, корабли находились в готовности к постановке заграждения №22а Grossfurst. 27 июня погоду посчитали подходящей, так что Шёнермарк дал приказ выходить в 18:00. Эскорт был прежний: канлодка и «раумботы» - несмотря на их плохую мореходность, других кораблей в наличии не имелось. На сей раз, однако, волнение составляло лишь 2 балла, так что тральщики могли держать скорость 18 узлов. Пары Bf-109, сменяясь, прикрывали отряд с воздуха до 22:30; к полуночи корабли добрались до нужного района - там волнение усилилось до 3 баллов, видимость 8-10 миль. С 23:50 до 01:02 заграждение было поставлено. Обратный путь прошел без происшествий: истребители прибыли по плану, а в 07:20 отряд вернулся в Берген.

Исходным пунктом для следующей операции назначили Ставангер, куда Brummer и Ostmark перешли 29-30 июня с прежним эскортом. Приняв в бухте Дусавики по 180 ЕМС с минного транспорта Rhein, заградители посвятили один день подготовке мин к постановке.

Схема постановки минного заграждения №16 Erika 1/2 июля 1942 г.

Приказ на постановку заграждения №16 Erika в западной части Большой Рыбачьей банки был дан, и отряд покинул бухту в 14:00 1 июля, пройдя через полтора часа Фейстейн и став строем фронта. Практически сразу R-98 пришлось отпустить в Ставангер из-за поломки машины. В остальном проблем не было - волнение моря не превышало трех баллов, истребительное прикрытие велось до 19:15. Ветер и волнение усиливались, однако «раумботы» шли с тралами и все равно не могли дать больше 13 узлов. Несмотря на неожиданное прояснение с ярким солнечным светом, увеличившим видимость до 20 миль (это было нежелательно, так как угрожало скрытности постановки), Шёнермарк не стал прерывать операцию. Оправдывая свое расхожее название Mitternachtsgeschwader («Полуночная эскадра»), отряд произвел постановку заграждения с 23:39 до 01:27, так и не будучи замеченным неприятелем. На обратном пути ветер и волнение усилились до штормовых, так что R-100, R-101 и R-102 пришлось отпустить в Тюборен. В полдень Brummer, Ostmark и K-1 вошли в Скагеррак, а в 19:00 пришвартовались к топливному причалу Фредериксхавна. Канонерка покинула отряд, отправившись в распоряжение Командующего конвойными силами Балтики (BSO); минзаги 4 июля перешли в Киль.

Перед отправкой на ремонт Brummer предстояла последняя операция по обустройству «Западного вала» - на этот раз в компании Ulm (брейд-вымпел Начальника заградителей) и Kaiser. Операция получила кодовое наименование Kaspar. Приняв мины, в 3 часа ночи 13 июля Ulm, Kaiser и Brummer вышли из Вильгельмсхафена. Кроме них, в постановке принимали участие тральщики M-102 и M-82, каждый из которых нес по 200 взрывающихся защитников.

Сначала отряд вел прорыватель №173 (Westland) и корабль ПВО FJ-22, эскортом служила дюжина «раумботов» 8-й флотилии. В 06:45, у буя «А» в устье Яде, защиту против донных мин усилил прорыватель №169 (Ceres), прикрываемый FJ-23. Теперь корабли могли идти двойным кильватерным строем. В течение дня с воздуха прикрытие последовательно осуществляли два Bf-109, потом два Bf-110 и, наконец, четыре Fw-190.

Выход осуществлялся по фарватеру «Коричневый», где вероятность наличия мин была очень высокой. И действительно, в 10:25 одна из них взорвалась перед Sp-169. В 11:30 второй прорыватель доложил, что его тральное устройство работает с перебоями и не дает гарантии против мин. Из-за этого Начальник минзагов распорядился вернуть назад Sp-138 (Friedrich Carl), который осуществлял проверку фарватера и шел примерно в 10 милях впереди. Пока тот возвращался, в 12:03 перед Sp-173 также взорвалась мина. Через полчаса Friedrich Carl прибыл в сопровождении вспомогательного тральщика М-1306 и занял позицию перед Sp-173. Еще через полчаса он вытралил третью мину, и тут же Sp-169 - четвертую. В 19:25 тральное приспособление Sp-173 было починено и после этого Sp-138 и М-1306 отпустили, а спустя два часа конвой покинули и два оставшихся прорывателя. К тому времени ими было подорвано еще четыре донных мины (по две штуки записали на свой счет Friedrich Carl и Ceres). Далее минзаги шли за тралами шести «раумботов».

Достигнув с такими трудностями предназначенного района, Ulm и Brummer с 22:48 до 23:21 выставили заграждение SW-11 (по 60 мин с каждого минзага, по 120 защитников с тральщиков). На перемене дня, с 23:42 до 00:40, Ulm, Kaiser и Brummer создали заграждение SW-10 (использовано соответственно 107, 47 и 60 ЕМС). Наконец, с 01:00 до 02:02 все три корабля выставили заграждение SW-9 (Ulm - 113 ЕМС, Kaiser - 115 ЕМС, Brummer - 100 защитников). После постановки, выстроившись в кильватерную колонну, отряд за «раумботами» ушел вдоль голландского побережья в Роттердам. Там Brummer отправился на верфь, для обширного планового ремонта - согласно КТВ машинного отделения, за последние полгода корабль прошел 12 132 мили без каких-либо серьезных поломок!

Уже с 15 июля Brummer числился небоеготовым. Все время пребывания в Роттердаме экипаж находился в готовности к отражению попыток вражеского десанта. Для этого матросов свели в специальную команду величиной с роту. Работы по переборке машин и механизмов продолжались до 11 сентября, после чего заградителю меняли артиллерию главного калибра и усиливали зенитное вооружение. Планировалось установить еще и кран для облегчения погрузки мин, однако эти планы не осуществились. Только в середине октября корабль вновь готов был выйти в море. Во время ремонта в очередной раз сменился командир -Тобиас, к тому времени произведенный в следующий чин, передал бразды правления бывшему командиру Cobra корветтен-капитану Бриллю[9]. Доктор Карл-Фридрих Брилль к тому времени имел репутацию опытного и умелого минера, первым в германских минно-заградительных силах получил Рыцарский крест и слыл настоящей легендой.

Возвращение на Север

Brummer в Роттердаме вскоре после окончания ремонта и модернизации, сентябрь 1942 г. Три 105‑мм орудия и счетверенный 20‑мм Vierling; изменена форма дымовой трубы.

Для окончательного приведения в боеспособное состояние 12-13 октября Brummer перешел из Роттердама в Вильгельмсхафен, затем прошел курс боевой подготовки в спокойных водах Центральной и Восточной Балтики, наконец, 26 октября в Штеттине Брилль смог доложить, что корабль готов выполнить очередное задание командования.

Первой операцией после ремонта и, одновременно, последней в 1942 году стало создание заграждения из режущих минных защитников у Мастра- и Талье-фьордов. Для этого Brummer вновь передали Адмиралу Норвегии; 1 декабря минзаг отправился на север, по дороге загрузив на борт в Свинемюнде 110 EMF, а 7 декабря в Кристиансанне - 128 режущих защитников с бывшего норвежского минзага HNoMS Glommen.

Прежде чем заняться своими прямыми обязанностями, 10 декабря Brummer пришлось поработать эскортным кораблем. Вместе со канонерской лодкой K-1 он сопровождал тяжелый крейсер Lützow от Кристиансанна до Ставангера. Именно там Брилль получил приказ выставить недавно полученные минные защитники. Утром 13 декабря корабль вышел в море и к полудню поставил оба заграждения.

По мере своего продвижения дальше на север Brummer пришлось поучаствовать в череде конвойных операций. 14 декабря он сопроводил два парохода из Ставангера в Берген, 15-го повел оттуда в Олесунн уже четыре судна; 16-17 декабря провел три парохода из Олесунна до Тронхейма, где 18-го стал у борта минзага Skagerrak, чтобы принять провизию и материалы, 22-23 декабря сопроводил в Лёдинген войсковой транспорт «Мольткефельс», и только после этого направился в Нарвик, где ошвартовался у Почтового пирса. Планировалось привлечь его для усиления противовоздушной обороны стоящих на якорях в бухте Боген тяжелых кораблей, но для этого нужно было сдать имевшиеся на борту мины, а именно - идти еще дальше на север, в Тромсё. Разгрузившись там 30 декабря, Brummer в последний день 1942 года прибыл в Харстад, чтобы пополнить запасы провизии. В итоге, противовоздушную оборону бухты Боген корабль все же нес, но только четыре дня - с 3 по 7 января 1943 г. Затем Адмирал Арктики контр-адмирал Клюбер отправил его заниматься прямыми обязанностями.

Brummer с полной минной загрузкой в Тромсё готовится к выходу на минную постановку, 1942 г.

Советские подлодки все активнее действовали у норвежского побережья восточнее Нордкина. Более того, 20 января советские эсминцы вступили в бой с отрядом минзага Skagerrak - к счастью для немцев, без катастрофических последствий. Ожидалось, что подобные вылазки русские будут продолжать и далее. На полуострове Рыбачий, по сообщениям разведки, базировались торпедные катера. По всем этим причинам Клюбер считал необходимым постановку нового наступательного заграждения восточнее Рыбачьего. Этим-то и должен был заняться Brummer. Эскортировать его отправили эсминцы Theodor Riedel и Z-31, а от Хоннинсвога также охотники за подлодками UJ-1102 и UJ-1101. Правда, последние могли дать лишь 11 узлов.

Постановку заграждения Bantos-B из 200 мин EMF, которые минзаг принял в середине января в Харстаде и Тромсё, запланировали на период новолуния. Руководившему операцией командиру Brummer поставили условия для ее проведения: видимость менее 5 миль, волнение не более 4-5 баллов, полная темнота. Для обеспечения скрытности отряду следовало отойти на 25-30 миль от берега и ждать там, не продвигаясь восточнее Вардё, до наступления темноты. Выдвигаться и ставить мины следовало на 20-узловой скорости, что для Brummer было в новинку.

Приказ на проведение операции дали 4 февраля. В тот же вечер Brummer и эсминцы покинули стоянку в Каа-фьорде, следуя за тральщиками M-361 и M-381 с поставленными тралами. Как и было запланировано, у Хоннинсвога примкнули охотники. Ранним утром в интересах операции начались вылеты самолетов-разведчиков (всего их было выслано четыре); еще один самолет обеспечивал ПЛО отряда.

Схема постановки минного заграждения Bantos-B 5 февраля 1943 г.

Мыса Нордкин немцы достигли в 10:50 при хорошей видимости. Практически сразу была объявлена противолодочная тревога - врага заметили с правого борта, вследствие чего корабли отвернули влево, однако находившийся на левом фланге охотник начал стрелять по воде из 20-мм автоматов и дал сигнал: «Две торпедные дорожки с левого борта!». Командир Brummer увидел, что одна торпеда подходит с кормы, а вторая движется курсом примерно 230° на носовую часть минзага. Корабль круто повернул на правый борт и смог пройти между смертоносными «рыбинами», имея каждую примерно в 50 метрах от себя. Оба охотника немедленно занялись поиском лодки - было условлено, что они дождутся возвращающиеся с минной постановки корабли здесь, - но успеха не имели. Как выяснилось впоследствии, атака была проведена советской «Л-20», которая определила состав вражеского отряда как один эсминец и четыре сторожевика. По «эсминцу» было выпущено целых шесть торпед!

В 11:45 были отпущены на базу тральщики. Через час была объявлена воздушная тревога: пять советских самолетов появились на бреющем с востока, двигаясь прямиком к кораблям, но внезапно сменили курс и улетели в сторону берега. Скорее всего, это были четыре Пе-3, которые примерно в это время атаковали немецкий конвой. Видимо, они не видели немцев, уходящих от берега прямиком на север - тому способствовали снежные заряды.

В 13:13 отряд достиг квадрата АС7336 (примерно 40 миль севернее Танахорна) и повернул на юго-восток. Воздушная разведка доложила, что кроме пары сторожевиков восточнее Рыбачьего, в море нет вражеских кораблей. Z-31 в 16:05 совершил маневр уклонения и доложил, что видел торпедную дорожку с левого борта, однако командир Brummer посчитал это ложным докладом - он был уверен, что в этом районе подлодок противника быть не может.

«Ничто человеческое им не чуждо...» Корветтен‑капитан доктор Брилль и корабельный пёс Бумс.

Постепенно темнело, но видимость оставалась хорошей - тут и там сияли сполохи северного сияния. В 20:45 метеостанция в Киркенесе предупредила, что ветер скоро усилится до 8 баллов. Брилль посчитал, что это только на руку для выполнения задачи. Фактически же ветер не поднимался выше 6 баллов при волнении 3 балла - в таких условиях был выставлен южный ряд заграждения. Затем ветер резко усилился и даже превысил прогноз - 8-10 баллов при волнении в 5-6 баллов, но это не помешало поставить северный ряд.

Во время постановки сначала Z-31 обнаружил шум моторов по пеленгу 140°, затем Theodor Riedel слышал шум винтов спереди по левому борту. В тот же момент (около половины одиннадцатого) радиостанция Brummer перехватила сильный сигнал, видимо, принадлежащий передатчику корабля, находящегося в непосредственной близости от немцев. Но поскольку в оптические приборы никто ничего не видел, постановку решили не прерывать.

На обратном пути, примерно в 30 милях севернее Тана-фьорда, Theodor Riedel еще раз объявил противолодочную тревогу, обнаружив впереди справа погружающуюся субмарину. На нее сбросили семь глубинных бомб, после чего якобы наблюдались масляные пятна, но в действительности советская подлодка «К-3» повреждений не получила.

Дальше - больше. До 09:06 оба эсминца обнаруживали вокруг отряда многочисленные контакты с подлодками, а в квадрате АВ7458 (западнее Нордкина) по сигналу с Z-31 о двух торпедных дорожках корабли дружно отворачивали на правый борт. Возможно, это были контакты с советской «К-22», в тот же день погибшей по неизвестной причине. В таких условиях командир Brummer решил не ждать, как предполагалось, охотников за подлодками и тральщиков, а вместо этого 20-узловой скоростью идти к Хоннинсвогу. Позже Адмирал Арктики разрешил переход без тральщиков до самого Альта-фьорда.

К полудню при все еще сильном ветре снежные заряды и поднимающийся туман настолько ухудшили видимость, что отряду пришлось встать на якоря у острова Рольвсё. Theodor Riedel по просьбе его командира в 16:00 при улучшении видимости, отпустили в Альта. Brummer и Z-31 подняли якоря только в 8 утра 7 февраля. К полудню они прибыли в Каа-фьорд и встали на приемку топлива с судна снабжения «Нордмарк».

Корветтен-капитан Брилль записал в отчете об операции:

« 1) Brummer без особых проблем и дымления мог долгое время держать скорость 20 узлов.
2) Мины возможно ставить при боковом ветре силой 8 баллов и боковом волнении силой 6 баллов.
3) Опыт [боевых действий] снова и снова показывает, что минзаги следует оснастить активными и пассивными гидроакустическими приборами.
»

В сопровождении тральщиков заградитель совершил переход из Тромсё в Нарвик для пополнения продовольственных запасов, а 17 февраля принял в Рамсунне 120 мин EMF для новых постановок. Еще 80 ждали в Альта-фьорде, на пароходе Rhein, но эскорт для перехода не могли обеспечить вплоть до 21-го числа, когда, наконец, R-56 и R-152 провели Brummer по запланированному маршруту. Предосторожности оказались совершенно не лишними: восточнее острова Арнё R-56 подсек свежевыставленную советскую подлодочную мину (из заграждения, поставленного 18 февраля знаменитой «К-21»).

Brummer принимает мины. Хорошо видны 20‑мм автомат С/38 со щитом и дальномерная площадка.

Получив мины, Brummer с 22 февраля стоял в Каа-фьорде в ожидании приказа на постановку Bantos-C, которая должна была стать продолжением предыдущей. Однако, затем операцию решили проводить без участия минзага, передав с него мины на Theodor Riedel и Z-31, потом ее начало несколько раз откладывалось, и, в конце концов, 15 марта Brummer сдал мины обратно в Отдел заградительного вооружения в Рамсунне. Находясь на рейде Нарвика, заградитель получил новую задачу - провести постановку в районе Петсамо. Минный материал для этого следовало получить в Германии, для чего корабль отправился в Киль 19 марта. Между делом, там он побывал на верфи и провел настройку и испытания размагничивающего устройства. Только 7 апреля Brummer вернулся в Тромсё с новым грузом на борту - 200 ЕМС с 300-метровыми минрепами.

Прежде чем отправиться в боевой поход, Brummer провел еще одно испытание размагничивающего устройства - все потому, что предыдущие дали кардинально различающиеся результаты. Оказалось, что показания приборов при ходе на турбинах отличались от показаний при ходе на дизелях, и был сделан вывод, что в районах, опасных с точки зрения наличия магнитных мин, под дизелями лучше не ходить.

Тем временем в штабах окончательно сформулировали задачу на проведение операции Sagitta. Brummer и Skagerrak (капитан-лейтенант Бёкхольт) должны были поставить по одному ряду из 100 ЕМС каждый, а четверка тральщиков 5-й флотилии (M-31, M-154, M-202 и M-251) - один ряд из 100 EMR в 300 метрах восточнее них. Длина заграждения определялась в 10 км. Выставить его следовало по возможности до наступления светлых летних ночей. Руководство операцией возлагалось на корветтен-капитана Брилля.

9 апреля минзаги прибыли в Киркенес, где уже ждали тральщики. Skagerrak перегрузил с Brummer сотню мин. Погода не позволила выйти на постановку немедленно - ветер дул неподходящий, восточный. Немцы использовали время для согласования операции с многочисленными береговыми батареями и сигнальными постами, дабы минный отряд случайно не приняли за советский десант. Правда, при этом предупредить береговые батареи сухопутных сил все же забыли - хорошо, что они стояли в глубине Петсамо-фьорда.

14 апреля план операции был изменен. Самые темные ночи уже миновали, поэтому для ее прикрытия, помимо постановки дымовых завес, решено было направить в Петсамо специальный конвой (пароход Altenfels в сопровождении R-57, R-89 и R-160) для отвлечения внимания советской стороны. Таким образом, количество вовлеченных в операцию кораблей увеличилось до 18 вымпелов: два минзага, четыре тральщика, восемь «раумботов», три охотника и один пароход. Кроме того, содействие оказывали четыре береговых батареи артиллерийской группы «Финляндия» и две батареи сухопутных войск из дивизионной группы Росси - всего полтора десятка орудий калибра от 105 до 210 мм.

Ожидалось, что отряд будет атакован советскими торпедными катерами, но не более чем двумя. С помощью конвоя, пущенного со скоростью 13 узлов примерно за 20 минут до подхода минзагов, немцы рассчитывали отвлечь внимание советских наблюдателей. Если же задумка не удастся и заградители подвергнутся артобстрелу, следовало либо изображать еще один конвой, либо пустить «раумботы» к берегам полуострова Рыбачий для имитации высадки. Этим надеялись заставить советские батареи перейти на заградительный огонь у своего берега.

Схема постановки минного заграждения NW‑15 (операция Sagitta) 17/18 апреля 1943 г.

17 апреля, наконец, подул северо-западный ветер ветер, и приказ на проведение Sagitta был отдан. Первым вышел R-152, поставивший подходной буй в точке  (69.7517° с. ш. 31.2600° в. д.). Небо покрывали плотные облака, но видимость была хорошей. В 20:00 в море вышли охотники за подлодками, через полчаса - минзаги с эскортом, а еще через час - конвой, который по выходу из Кьелмё-сунда был пропущен вперед.

В 22:57 на удалении 24 миль были замечены отсветы советского прожектора, через час начался артиллерийский обстрел с Рыбачьего по отвлекающему конвою. Немецкие батареи стреляли в ответ: русские были полностью заняты борьбой с прорывающимся в Петсамо Altenfels. В 00:26 отряд минзагов достиг ранее выставленного подходного буя и свернул с прибрежного фарватера в открытое море. R-159 и R-152 поставили дымовую завесу, укрывшую немцев от наблюдателей с советского берега, у которого, к тому же, на тот момент стояло плотное облако дыма, снесенное ветром от входа в Петсамо-фьорд (его ставил R-57 для прикрытия парохода).

В 00:36 начали ставить мины, но в 00:43 отряд прошел дымовое облако насквозь и оказался на открытом пространстве. Находившийся с наветренной стороны R-90 тут же получил приказ ставить дым, но ветер размазывал его у воды, не давая как следует подняться. В этот момент советский прожектор поймал в свой луч немецкие корабли, и, как по злому умыслу, только что выставленная Brummer мина взорвалась с необычайно громким в ночи звуком. В 00:52 минный отряд подвергся обстрелу. Над кораблями рвались зенитные гранаты, снаряды с ударными взрывателями падали с перелетами.

Постановку мин не прекратили. В 00:56 показались R-89 и R-160 из состава охранения Altenfels: они на максимальной скорости шли на север от входа в залив Петсамо, близко к вражескому берегу, и ставили дымовую завесу. После этого прожекторы потеряли корабли; снаряды батарей стали падать в основном с недолетами внутри дымзавесы. К 00:58 весь район был затянут дымом, а через две минуты постановка завершилась. Brummer закончил даже раньше, после чего открыл огонь по неприятельским батареям и прожекторам, выпустив с 00:57 до 01:05 сорок снарядов главного калибра. Весь отряд в это время повернул домой; с 01:07 советские батареи перенесли огонь снова на устье Петсамо-фьорда, а в 01:13 прекратили его, хотя как раз к этому времени корабли вышли из дымовых полей и были ясно видны.

Причина для этого могла быть только одна: в море вышли советские торпедные катера. Наблюдение усилили, и в 01:18 был на самом деле обнаружен один ТКА. Сигнальщики видели следы двух торпед, прошедших мимо и взорвавшихся у берега. Skagerrak в этот момент слегка отстал - иначе одна из торпед попала бы прямо в него. Торпедный катер обстрелял немцев из пулемета и получил в ответ ливень снарядов с минзагов, тральщиков и «раумботов». Brummer, кроме прочего, выпустил 29 осветительных гранат. Однако, смельчакам везет - советский катер не получил никаких попаданий даже по наблюдениям немцев. На высокой скорости он отошел на северо-восток.

Согласно советским данным, посты наблюдения засекли конвой в 23:44, а огонь наша батарея №221 открыла за минуту до полночи. Вражеские орудия от устья Петсамо-фьорда к тому времени уже стреляли. Однако, судя по советским описаниям боя, батареи все время вели огонь по району устья залива и не отвлекались на район минной постановки. Как раз в эту ночь в засаду на пути движения вражеских конвоев выходили торпедные катера ТКА №13 и №14. Увы, как тоже часто бывало, они опоздали и заняли место в засаде у финских берегов уже после того, как Altenfels скрылся. На берегу считали, что вражеский транспорт, пытавшийся пройти в Петсамо, позорно ретировался. Выход на север из устья R-89 и R-160 посчитали попыткой прорыва нового конвоя из фьорда в море. Огонь вновь кратковременно вели по устью. Торпедные катера начали поиск в череде дымовых завес и в процессе разделились. ТКА №13 наткнулся на три силуэта, в которых опознал «катера МО, недостойные торпедной атаки». После обстрела катер прикрылся дымовой завесой и маневрировал в море до встречи со своим товарищем. ТКА №14 обнаружил в 01:10 в дыму «два ТР», по которым последовательно выпустил обе своих торпеды. Взрыв одной «зафиксировали на фоне головного транспорта», взрыв второй только слышали, но не видели. После атаки ТКА №14 благополучно оторвался от преследования и соединился с ТКА №13. Оба вернулись на базу, причем только на 13-м было 2 пробоины от снарядов 20-45 мм. Потерь в личном составе катера не имели.

Немцы отправились прямиком в Тромсё, не заходя в Киркенес, и дальнейший их поход прошел без происшествий.

«Норвежские качели»

Brummer на якорной стоянке в районе Бергена, 1943 г.
Brummer на якорной стоянке в районе Бергена, 1943 г.
Brummer в норвежском фьорде с минами на борту, 1943 г.

Для Brummer на этом работа в полярных водах временно прекратилась - его передавали от Адмирала Норвегии в распоряжение действующего в Северном море Начальника минных заградителей. 21 апреля корабль покинул Тромсё и ушел во Фредериксхавн. Там к 1 мая он принял 100 ЕМС и 102 режущих буя, которые следовало выставить для усиления «Западного вала», и через день уже стоял в готовности в Кристиансанне, где его ждал второй корабль, выделенный для выполнения новой задачи, - Ostmark с фон Шёнермарком на борту. Кроме того, миноносец Möwe должен был выставить 200 взрывающихся минных защитников. Все вместе они получили приказ создать трехрядное заграждение 16d Samuel. Эскортом служили еще два старых миноносца - Jaguar и Greif.

Приказ на проведение операции группа «Север» отдала 3 мая. Метеорологи обещали спокойную погоду, подходящую для минных постановок, так что в 18:00 отряд вышел в море. На Ostmark находилась группа радиоразведчиков, до 22:00 имелось авиационное прикрытие, противника воздушные разведчики в ближайших районах моря не обнаружили. Jaguar и Greif шли впереди с поставленными параванами, весь отряд в двух кильватерных колоннах делал 21 узел. Увы, Brummer не мог продолжительно поддерживать такую скорость - его машины к тому времени прошли без профилактики 950 рабочих часов, котлы загрязнились, но их чистку постоянно откладывали из-за востребованности корабля. Свою роль играла также загрузка минами, заметно увеличившая осадку на корму.

В 22:24 отряд перестроился в одну колонну. С 00:20 скорость пришлось уменьшить до 19 узлов, затем ее сбросили еще на один узел для постановки, проведенной с 02:14 до 03:30 без каких-либо проблем. В 10:30 5 мая отряд прибыл в Куксхафен.

Незамедлительно «Западный вал» был усилен еще одним заграждением - 14а Quersprung. Оно имело довольно сложную структуру - четыре ряда, из которых два минных, один из режущих защитников и один из взрывающихся. Ostmark получил 159 ЕМС (он ставил первый ряд мин), Brummer - 158 ЕМС. Самый западный ряд составляли 249 режущих буев, которые погрузили на семь тральщиков 7-й флотилии. Еще 500 взрывающихся буев ставили между минными рядами три тральщика 1-й флотилии. Снова вместе с минзагами шли три старых миноносца, выставившие параваны в качестве защиты от мин. От донных мин при выходе из Куксхафена защищали два прорывателя заграждений, каждый с прикрытием в виде корабля ПВО.

Весь большой отряд двинулся в путь в 7 утра 6 мая. Впереди шли прорыватели, за ними M-3, M-8 и M-37 в кильватере; семь тральщиков 7-й флотилии должны были подойти на соединение с остальными в море к 21:00.

Уже в 10:45 Sp-173 вытралил две донные мины, при этом оставшись боеспособным. Через 15 минут взорвалась еще одна донная мина. В 17:00 миноносцы отпустили, чтобы они проверили параванами обратный путь отряда. Через некоторое время ушли и прорыватели - теперь единственной защитой минзагов оставались тральщики. 7-я флотилия прибыла ранее запланированного времени, к 20:00, и отряд отправился в опасную для плавания область, где уже стояли немецкие мины. Там требовалась особенно точная навигация.

Вскоре после полуночи была достигнута расчетная точка, скорость снизили до 13 узлов. Между 00:53 и 02:20 благополучно произвели постановку. Отряд повернул на обратный курс и в 06:30 был встречен миноносцами. Тральщики отделились и направились в Куксхафен, за ними ушел Ostmark, встреченный прорывателями, Brummer вечером прибыл в Вильгельмсхафен. За образцово проведенные операции оба заградителя получили благодарности от командующего группой «Север».

Brummer у побережья Норвегии, 1943 г. Вид на левую сторону кормовой надстройки. На переднем плане – кронштейн для растяжки радио-антенн на вентиляционном кожухе машинного отделения.
Brummer в походе. Видны детали дымовой трубы, котельный вентилятор, моторный катер и 20‑мм автомат.

После этого Brummer дали возможность сходить в Киль для чистки котлов, по окончании которой он еще раз был размагничен и проверен. 19 мая корабль получил 125 ЕМС, а также 30 тонн артиллерийских боеприпасов и прочих материалов, которые следовало доставить в Норвегию, и 20-го ушел из Киля, по дороге постепенно отдавая в разных портах попутные грузы. Только 27 мая он прибыл в Тромсё, чтобы вновь заниматься обустройством минных полей в зоне ответственности Адмирала Норвегии.

Сразу же было получено задание - поставить заграждение NW-18 в южной части Фуглё-фьорда, что и было выполнено утром 28 мая. Заграждение состояло из двух частей, по одной линии ЕМС в каждой, а в 300 м позади каждой линии ставились EMR. Обеспечивали операцию R-56 с выставленным тралом и M-302, занимавшийся противолодочным охранением со стороны открытого моря.

Следующее заграждение NW-28 в 8-10 милях северовосточнее мыса Омгангклуббен должно было иметь общую длину единственного ряда 18,5 км, поэтому в его постановке задействовали сразу два минзага. Brummer получил 241 мину UMB в Отделе заградительных средств в Тромсё, Skagerrak - 130 мин с парохода «Генри Джон» (все мины с 300-метровыми минрепами и трубками КА, заглубление 13 м). Командовал операцией корветтен-капитан Брилль.

Вечером 29 мая корабли подняли якоря и покинули Тромсё. Сначала при минзагах шли M-302, M-303 и R-56 с выставленными тралами, так как шхерные фарватеры считались миноопасными, на траверзе Хаммерфеста прибыли UJ-1101, UJ-1103 и UJ-1106 противолодочного охранения. Около 5 часов утра отряд перестроился в кильватер, чтобы освободить один тральщик для усиления противолодочного и противовоздушного охранения, так как именно они теперь считались наибольшими угрозами. В случае встречи с подлодкой охотники могли провести на нее только короткую атаку, чтобы не терять места в строю. Охотники являлись слабым звеном отряда в смысле скорости - из-за них приходилось держать всего 11 узлов.

За Хоннинсвогом с 11:00 в небе висело воздушное прикрытие, в 14:30 прошли Нордкин. Погода благоприятствовала постановке: ветер 4 балла, небо затянуто облаками, но при этом хорошая видимость. С 16:29 до 17:29 все мины были выставлены, корабли немедленно отправились обратно и в 18:00 31 мая были на рейде Тромсё.

Здесь Brummer получил приказ возвращаться - снова в распоряжение Начальника заградителей для постановок в Северном море! В несколько приемов, с 3 до 9 июня, корабль совершил переход из Тромсё в Кристиансунн с остановками в Харстаде, Нарвике и Будё. Поскольку к операции следовало быть готовым к 18 июня, девять дней оказались «выходными». Немцы как раз праздновали Троицу, и Брилль выбил у начальства разрешение посетить живописный Согне-фьорд, где Brummer вечером 10 июня стал на якорь около Гудвангена. В последующие два дня всякий свободный от вахты мог отправиться с экскурсией в Сталхейм и на водопады. Затем корабль перешел к Бальхольмен, где экипаж наслаждался красотами фьорда. По сути дела, на эти дни заградитель превратился в «круизный лайнер». Только 14 июня он отправился дальше на юг и 18-го, как и было приказано, прибыл в Кристиансанн, где принял на борт 240 режущих защитников. На следующий день пришли Ostmark (корветтен-капитан Бартель) и Elsass (капитан-лейтенант Дикерхофф) под началом фон Шёнермарка. С 21 по 28 июня эти три корабля создали три новых заграждения в Северном море.

Схема постановки минных заграждений 18а «Эрценгель» 21/22 июня 1943 г. и 20а «Вильдшвайн» 25/26 июня 1943 г.

Приказ на первую операцию (заграждение 18а Erzengel) пришел 21 июня 1943 г. Начальник заградителей вывел все три минзага и эсминцы Z-27 и Z-30; последние шли впереди с выставленными параванами. Воздушное прикрытие обеспечивали четыре FW-190, разведку в целях операции вели пятерка Ju-88 и пара BV-138. Несмотря на недавнюю чистку котлов, Brummer опять тормозил остальных, так как не мог дать больше 19 узлов. Правда, позже на Elsass возникли проблемы с правой турбиной, и ход пришлось снизить еще на пару узлов. Но этим неприятности и ограничились. В 02:50 начали ставить мины и к 4 часам утра заграждение было готово. Корабли тут же пошли назад, и в 10:30 уже стояли на рейде Ставангера.

23 июня было посвящено приему мин с транспорта «Оттер» и моторной шхуны «Анна Петерс». Загрузка в точности повторяла предыдущую. Обследование Elsass показало, что в турбине вышел из строя упорный подшипник; ремонт затянулся до вечера 24 июня. Фактически же приказ группы «Север» на постановку заграждения 20а Wildschwein был получен только в 13:15 25 июня.

В 20:00 отряд в прежнем составе и с воздушным прикрытием покинул Ставангер. Из-за Elsass снова пришлось двигаться 18-узловым ходом. В отличие от предыдущего, в этом походе скучать не пришлось. Уже в 22:30 гидроакустики Z-27 обнаружили впереди по курсу шумы подводной лодки. Отряд свернул на 10° влево, эсминец остался позади, однако в поисках подводного противника не преуспел и вернулся на свое место в походном ордере. Больше ничего интересного не случилось. Постановка началась в 01:23 26 июня и завершилась в 02:33. По пути обратно в Ставангер отряд встретил два шведских судна. В 6 часов Brummer с эсминцами отделились от остальных минзагов и направились в Берген. Там он получил 160 «режущих» защитников, еще 40 принял Z-27.

Схема постановки минного заграждения 22а «Штайнадлер» 27/28 июня 1943 г.

Для проведения новой операции отряд собрался в Гримстад-фьорде, откуда вышел в 20:30 27 июня, прикрываемый звеном Bf-109 и летающей лодкой Do-24. В 21:45 около Корс-фьорда были отпущены тральщики M-1, M-2 и канлодка K-2, эскортировавшие ранее Ostmark и Elsass. На сей раз море встретило корабли сильным 6-балльным ветром. Brummer, имея на верхней палубе груз весом 76,8 т, а на минной - 115,2 т, временами кренился до 30° на правый борт. В таких условиях о постановке не было бы и речи, но Шёнермарк понадеялся на улучшение погоды и продолжил операцию. Его надежды оправдались: с наступлением 28 июня ветер ослаб на пару баллов. Постановка заграждения 22b Steinadler производилась на скорости 17 узлов с 01:36 до 02:47. В это время на Ostmark и Elsass постоянно засекали сигналы английских радаров, однако сами немцы, судя по всему, обнаружены не были и по завершении без помех ушли обратно. Как всегда, получив при приближении к берегу воздушное прикрытие, отряд благополучно достиг Бергена к 9 часам утра.

Brummer в Согне‑фьорде, 10 июня 1943 г.

Проведение трех операций в целом было расценено как удачное и скрытное, хотя встреча со шведскими судами 25 июня привела к тому, что англичане узнали об постановке, правда, точного местоположения мин получить не смогли. В любом случае, командующий группой «Север» в телеграмме выразил признательность командирам и экипажам заградителей за проделанную ими работу, а 3 июля, когда корабли перебазировались из Бергена в Киль, адмирал Шнивинд посетил и поблагодарил их лично.

Машины Brummer работали все хуже, так что оттягивать посещение верфи для большого ремонта дальше было нельзя. Но перед этим ему предстояло выполнить еще одно, самое последнее задание - доставить мины в Тромсё. 6 июля он принял в Киле 240 UMB и отбыл на север, чтобы 14 июля передать их Kaiser. По дороге обратно корветтен-капитан Брилль покинул корабль и отправился в Италию, чтобы принять под начало заградитель «Бранденбург», командир которого корветтен-капитан Вундер погиб при налете вражеских самолетов. Освободившийся пост 22 июля в Копенгагене занял корветтен-капитан Ганс-Эрвин Кольштер, до того служивший на корабле старшим офицером.

На подходах к Скагерраку

Карта немецких минных заграждений в Скагерраке. Кружками отмечены заграждения, в постановке которых принимал участие Brummer.

26 июля Brummer стал на ремонт на верфи Deutsche Werke в Киле и вплоть до 22 ноября 1943 г. был выведен из числа боеготовых кораблей. На испытаниях после выхода с верфи он смог дать продолжительно 20,5 уз, а максимальная скорость составила 21,2 уз. В день возвращения в боевой состав корабль принял в Киле с минной баржи «Кэте» 220 режущих защитников и с этим грузом он встретился с Ostmark и Elsass для проведения пары последних в 1943 году минных операций.

Еще в середине ноября немецкая авиаразведка обнаружила в Северном море, в районе Большой Рыбачьей банки вражеские тральщики. Позже наблюдались подсеченные и дрейфующие мины из заграждений 16с и 16d. В качестве ответной меры немцы решили усилить «Западный вал» в этом районе парой новых минных полей. Именно этим должны были заняться три минзага под руководством фон Шёнермарка. Охранение ложилось на плечи 6-й флотилии эсминцев в составе Hans Lody, Theodor Riedel и Z-31.

Первым поставленным заграждением стало 16е Nanni Vier или Wandschrank. Как это бывало во все прошлые совместные выходы, Brummer ставил минные защитники, а остальные два корабля имели по 180 мин ЕМС каждый. Ostmark уже находился в Кристиансанне, остальные корабли пришлось ждать - плохая погода задерживала их перебазирование. 23 ноября отряд вышел из Киля в сопровождении тральщиков, но сильный ураган не дал им идти с тралами, так что немцам пришлось стать на якоря в Большом Бельте. Продолжить поход смогли только через два дня, и при этом трал на M-415 два раза выходил из строя. Оба раза приходилось становиться на якорь прямо на фарватере. Задержка привела к тому, что вновь ухудшившаяся погода не дала идти дальше. Минзагам приказали дождаться прорывателей заграждений и идти в Фредериксхавн. Только в 2 часа ночи 26 ноября появился сторожевик V-904, который шел впереди минзагов как защита от донных мин. Переход продолжился 27 ноября, однако несчастья продолжали преследовать отряд - Шёнермарку пришлось сойти на берег для срочной операции на кишечнике. Командование принял командир Ostmark корветтен-капитан К.-Э. Бартель.

28 ноября минзаги наконец собрались в Кристиансанне. Теперь, однако, не хватало эскорта - эсминцы пришли только 2 декабря. На следующий день группа «Север» отдала приказ, и в 15:00 4 декабря отряд покинул гавань под прикрытием четырех истребителей. Снова ветер дул с силой 6 баллов, однако на сей раз это не помешало постановке. С 23:22 до 00:42 все мины были выставлены; только одна взорвалась вскоре после сброса в воду. Отряд отправился обратно и в 09:15 встал на якоря в бухте Марвикен. Добавим, что переход и туда, и обратно совершался на скорости 19 узлов.

Там минзаги загрузились с транспорта «Гаутинг» и немедленно получили приказ на постановку заграждения l6f Nanni Funf (Handkoffer). Охранение на сей раз сократилось до единственного эсминца - Hans Lody. Он шел первым с поставленными параванами. В 15:15 6 декабря отряд покинул Кристиансанн. Перед самым началом постановки на неудачливом Elsass прорвало трубку маслопровода, так что ставить мины пришлось на скорости всего 14 узлов. Тем не менее, задача была выполнена успешно с 23:00 до 00:24. Трубку на Elsass починили, и обратно корабли снова могли идти 19-узловым ходом, так что к 09:00 все благополучно вернулись в бухту Марвикен.

На следующий день минзаги втроем перешли в Копенгаген, где 12-го числа уже поправившийся после операции фон Шёнермарк провел смотр кораблям. 14 декабря Brummer с Elsass отправились в Пиллау. Brummer там предстояло пройти испытания на мерной миле у Нойкруга. Там же был получен новый приказ от группы «Север»: на период новолуния вместе со Skagerrak нести дозор в одноименном проливе. Оба минзага вышли из Пиллау 19 декабря. Brummer был послан в Кристиансанн, откуда ему и предстояло вести дозор, совмещая его с учениями (включая работу с дальномерами, стрельбу из зениток по аэростатам и прочее). 29 декабря были получены данные о скором прорыве нескольких судов и переоборудованных в прорыватели блокады торпедных катеров, в связи с чем объявлялась повышенная готовность. Впрочем, до конца года Brummer так и не удалось никого перехватить. 3 января минзаг отпустили обратно в Германию, где он ожидал новых заданий до конца месяца, когда командование, наконец, определилось с планами.

Корветтен‑капитан Ганс‑Эрвин Кольштер в своей каюте.
Brummer перед выходом на минную постановку, 1943 г. Вид с «вороньего гнезда» на кормовую часть корабля. Видны козырек дымовой трубы, моторные катера, площадки 20‑мм автоматов, платформа кормового возвышенного орудия.
Brummer принимает мины, только что доставленные по железной дороге. За его кормой виден минный заградитель Ostmark.

Новый 1944 год начался с постановки заграждений для защиты от траления минных полей в Скагерраке. Из шести минзагов в составе флота в начале года боеготовыми были только два - Brummer и Skagerrak, но последний 20 января потопили у Эггерё британские торпедоносцы. Только в конце месяца в строй вернулись Linz, Roland и Elsass, и первые два должны были ставить заграждения вместе с Brummer, под общим руководством его командира.

Brummer получил минные защитники в Киле и 29-31 января перебазировался в Кристиансанн. При его проводке прорыватель Sp-172 (Ofelia) вытралил донную мину прямо в Кильской бухте. В Норвегии пришлось дожидаться «коллег», прибывших только к 6 февраля, так как их конвой несколько раз задерживался по погодным условиям и из-за минной угрозы в западной Балтике.

Первая операция имела название Dorothea Anton и проводилась силами Brummer и Linz. Вместе они должны были выставить в два ряда почти полтысячи режущих защитников. Охранение обеспечивали эсминцы Erich Steinbrinck, Z-39 и Z-28. Опять свое слово сказала плохая погода, задержавшая выход в море. Только к 10 февраля положение улучшилось. Небо расчистилось, полная луна обеспечивала хорошую видимость. Однако, в то же время, в районе Листера и Кристиансанна отмечалась повышенная активность вражеских самолетов. Это вынуждало выждать еще немного, чтобы луна пошла на убыль и начала вставать позже 23:00 - как предполагал Кольштер. В Главном морском командовании «Восток» (MOK Ost) считали иначе: немедленно после постановки заграждений в Скагерраке минзаги должны были отправиться в Финский залив в распоряжение Начальника тральщиков на Востоке (F.d.M. Ost). Поэтому действовать нужно было раньше, и приказ пришел уже 12 февраля, после того, как три тральщика 29-й флотилии сделали несколько проходов с тралами в области будущей постановки.

В тот же день отряд вышел в море. Z-28 и Erich Steinbrinck шли впереди с параванами, минзаги и Z-39 следовали за ними в кильватере. Сначала держали ход 15 узлов, позже его пришлось сбросить до 13-ти, так как машины Linz не справлялись. С 23:52 до 01:22 заграждение было благополучно выставлено, корабли вернулись в Кристиансанн к 08:25, чтобы сразу начать загрузку для следующей операции - Dorothea Bruno.

На этот раз к Brummer и Linz присоединился Roland, а охранение, наоборот, сократилось на один эсминец - вместо «номерных» был выделен Hans Lody. Приказ был дан 15 февраля, в 19:00 отряд собрался вместе около Оддерё. К полуночи достигли района постановок, снизили ход до 12 узлов и с 00:05 до 01:25 без проблем выполнили задачу.

Вернувшись в бухту. Brummer и Roland начали прием защитников для очередного выхода, причем на первом для ускорения погрузки впервые использовали установленную во время ремонта кран-балку. Тут же пришел приказ на выход для постановки заграждения Dorothea Casar, и уже в 18:30 16 февраля корабли вновь покинули Марвикен вместе с Hans Lody (Erich Steinbrinck вышел раньше остальных). В этот раз погода была плохой - сильный ветер, видимость ограничивали снежные заряды. В 19:02 на Brummer отказал руль; немцы на тот момент находились в проливе Вестрегапет, в полумиле от маяка Флеккерё. Сделав резкий поворот, корабль пошел прямо на прибрежные скалы, и только самый полный назад смог предотвратить катастрофу. На малом ходу, перекладывая руль вручную, минзаг выбрался из пролива. Причину отказа быстро установили - сломалась система регулирования давления в гидравлике. В море это починить не представлялось возможным. Идти дальше на ручном руле в течение 9-10 часов тоже не стоило, к тому же, рулевые на юте подвергались бы опасности во время постановки мин. По всем этим причинам Кольштер дал приказ возвращаться, и к 21:00 корабли уже стояли на прежних якорных стоянках.

За ночь неисправность руля устранили, в 18:30 17 февраля минзаги вышли в море для второй попытки, которая оказалась удачной - защитники были выставлены с 22:20 до 23:43.

Последняя постановка имела кодовое обозначение Dorothea Dora. Это заграждение оказалось самым маленьким -Brummer и Roland несли всего по 90 EMR. Охранение осталось прежним, место сбора тоже. 18 февраля в 18:30 отряд двинулся в море от Оддерё; погода изрядно улучшилась, поломок на сей раз ни у кого не случилось. С 21:42 до 22:21 все защитники были выставлены, в 02:35 19 февраля минзаги привычно встали на якоря в бухте Марвикен.

На этом задачи в Скагерраке были выполнены, в тот же февральский день все три минзага покинули Норвегию и к 21-му добрались до Копенгагена. 22 февраля в командовании минзагами произошли изменения. Капитан-цур-зее фон Шёнермарк, занимавший пост Начальника заградителей почти два года, сдал командование капитану-цур-зее Гуго Палю.

Первой операцией нового командующего стало очередное минирование Скагеррака - постановка заграждения ХХ Grossgorschen. Все три минзага собрались в Копенгагене к 4 марта: Паль прибыл туда на Linz и перебрался на Brummer, который избрал своим флагманом. В 22:00 тех же суток отряд покинул порт в охранении тральщиков 29-й флотилии - M-462 и M-406 шли с тралами и звуковым буями. Сильный туман заставил немцев встать на якоря посреди дороги, в 08:05 5 февраля. Только к 13:00 видимость улучшилась, и поход был продолжен. В 18:15 корабли вошли в Скагеррак, где к ним присоединились M-301 и M-426. Погодные условия благоприятствовали: яркая луна, ветер 2-3 балла. Достигнув заданного района, с 05:34 до 06:22 6 февраля Brummer, Linz и Roland произвели постановку, после чего на 14-узловой скорости вернулись в Копенгаген под прикрытием двух истребителей и гидросамолета Arado, прибыв на место в 08:00 7 марта.

В тот же день все три минзага были подчинены Начальнику тральщиков на Востоке контр-адмиралу Бёмеру. Через два дня они отправились в Пиллау, но Linz 10 марта отделился, чтобы перевезти мины из Засница в Пейзе. Тем не менее, 11 марта отряд прибыл к месту назначения в более сильном составе, так как вскоре к нему присоединились вступившие в строй Ostmark и Elsass. После присоединения Linz под началом Паля собралась весьма внушительная сила. Однако, задач перед ними стояло много, выполнять их следовало как можно скорее, поэтому вместе действовать им не пришлось. Brummer, Linz и Roland отправили в Финский залив, а Ostmark и Elsass вернули в Скагеррак.

На линиях Seeigel

Brummer на рейде Таллина, весна 1944 г. Справа на заднем плане - сетевые заградители VIII («Эггерё») и III («Хендрик Фиссер»).

Получив мины в Пиллау, Brummer с Палем на борту и два его «товарища» вышли в море в 6 часов утра 15 марта. Сторожевики 3-й флотилии отвели их Либаву, где Roland и Linz отделились, а Brummer пошел дальше и к 13:00 16 марта прибыл в Таллин. Там, наконец, были озвучены планы: как только сойдет лед, следовало подновить и усилить большую систему минных полей под названием Seeigel, блокирующую советский флот в районе Кронштадта.

Лед в Финском заливе таять не торопился, и потянулись долгие дни ожидания. В Таллине постоянно существовала угроза советских воздушных налетов, так что стоящий на позиции в восточной части гавани, недалеко от берега, Brummer включили в систему местной ПВО. Бесплодные ожидания продлились ровно две недели, когда решено было не терять времени зря. Мины с Brummer сгрузили на лихтер, а минзаг вышел в Пейзе за новой партией. 31 марта в Пиллау Паль сошел на берег, чтобы отправиться в Копенгаген, и Brummer пришлось дожидаться его возвращения до 9 апреля. К тому времени Linz и Roland перешли из Либавы в Палдиски (Балтишпорт), куда следовало выйти и Brummer, однако фарватеры закрыли из-за поставленных вражескими самолетами мин. Случилось это на глазах у Brummer - 10 апреля с 01:35 до 03:05 в Пиллау была объявлена воздушная тревога, велся интенсивный зенитный огонь. Шесть мин вытралили в тот же день, причем одна взорвалась только после пятого прохода.

В итоге, минзаг покинул гавань лишь в 6 часов утра 11 апреля с мощным тральным сопровождением. Через опасную область он крался по обозначенному проходу со скоростью всего 3,5 узла. Только в 08:40 он вырвался в открытое море и развил 12 узлов. В 11:05 слева по борту в море упал Ju-88, минзаг немедленно пошел к нему на помощь. Обломки самолета были обнаружены быстро, экипаж из четырех человек подняли на борт из резиновой лодки. Один из летчиков был мертв, остальных доставили в госпиталь, для чего пришлось заходить в Мемель. После этой краткой остановки марш продолжили на скорости 19 узлов. 12 апреля в 09:15 Brummer прибыл на рейд Таллина, через несколько часов туда же пришли остальные два минзага. Минно-постановочный отряд собрался и был готов действовать.

Схема постановки минного заграждения Seeigel 6b 13/14 апреля 1944 г.

Первая операция для них была назначена на ночь с 13 на 14 апреля. Район действий находился в Нарвской бухте, южнее острова Большой Тютерс, где следовало выставить новую часть Seeigel с номером 6b из двух частей по несколько рядов в каждой. Состав отряда был весьма солидным: кроме минзагов, в него вошли эсминцы 6-й флотилии (Z-28, Z-35, Z-39), миноносец T-30 и тральщики M-14 и M-22. На борту всех кораблей имелось общим счетом 300 мин EMC, 92 EMF, 180 UMB, 80 EMR и 200 режущих защитников.

Противодействия советских кораблей не ожидалось, зато воздушные налеты считались весьма вероятными. Появление самолетов не должно было привести к прерыванию операции, в отличие от мин - при встрече с «рогатой смертью» следовало возвращаться обратно. Два спасательных парохода стояли наготове в Локсе, а для облегчения навигации в темноте с Тютерса должны были в определенное время подавать сигналы прожекторами.

Начальник минных заградителей капитан‑цур‑зее Гуго Паль поднимается на борт Brummer; у трапа его встречает командир корабля корветтен‑капитан Кольштер. На заднем плане виден Roland.

Brummer являлся флагманом, отряд делился на две группы: в одной заградители, во второй эсминцы. Минзаги с тральщиками вышли в 16:00, эсминцы под командованием командира 6-й флотилии капитана-цур-зее Коте - в 19:00. К 20 часам заградители добрались до мыса Юминда и с 21:11 стали получать сообщения об активности вражеских самолетов в районе Большого Тютерса и Гогланда; в ночи видны были сполохи зенитного огня. В 23:15 обе группы соединились, двигаясь далее в следующем порядке: Brummer, M-14, Z-28, Linz, M-22, Z-39 T-30, Roland, Z-35 - с интервалами между кораблями в 300 метров. Вскоре район постановки был достигнут, после чего корабли перестроились во фронт и выставили первую часть заграждения. Миноносец и тральщики при этом разгрузились полностью и во второй части постановки не участвовали. Остальные развернулись на запад, чтобы выстроиться заново, и при этом угодили сначала в дрейфующий лед, а потом и в плотный, толщиной около 20 см. Brummer и Roland на скорости 12 узлов застряли в льдинах и повредили винты. В остальном, однако, повреждений не было, и корабли постепенно смогли освободиться, чтобы продолжить операцию. Оставшиеся на борту мины ставили на южном курсе, ориентируясь по светившему с Большого Тютерса прожектору. Из-за льда начальная позиция второй части не была достигнута, и получилось, что это заграждение сдвинуто к югу.

Отход опять осуществлялся двумя группами - эсминцы и миноносец отделились в 02:30, чтобы идти в Таллин. Тральщики вели охранение минзагов до 05:45, когда отправились выполнять свою основную задачу - охранение минных полей в Нарвском заливе. В 08:00 Linz пришел в Таллин, а Brummer и Roland отправились в Палдиски за минами.

Схема постановки минного заграждения Seeigel 3b 16/17 апреля 1944 г.
Схема постановки минного заграждения Seeigel 7b 19/20 апреля 1944 г.
Схема постановки минного заграждения Seeigel 7b 23/24 апреля 1944 г.
Схема постановки минного заграждения Seeigel 8b 25/26 апреля 1944 г.

Сбор кораблей для новой операции был назначен в Таллине. Теперь мины предстояло ставить в той самой Нарвской бухте, которую сторожили тральщики, причем за один заход намеревались поставить два разных заграждения - Seeigel 3b (154 UMB и 200 режущих защитников) и первую часть Seeigel 7Ь (80 UMB и 180 режущих защитников, для постановки которых выделялись Linz и Z-28). Восточный край заграждения 3b находился всего в 4 милях от берега удерживаемого советской стороной Кургальского полуострова. Для прикрытия от возможного обстрела артиллерией или засветки прожекторами предусматривалась дымовая завеса, которую ставили R-69' и R-73.

Приказ гласил, что операция должна пройти в ночь с 16 на 17 апреля. Вновь выход в море осуществлялся в двух группах, в первой (покинула Таллин в 16:00) шли минзаги и моторные тральщики, во второй (ушла в 18:30) - эсминцы и миноносец. Заградители в 18:30 миновали мыс Юминда и в 21:40 отпустили Linz на соединение с Z-28, а остальные корабли второй группы в 23:00 присоединились к Brummer, Roland и «раумботам». R-69 и R-73 вскоре вышли на свои позиции, готовые к постановке дыма, а эсминцы с минзагами выстроились фронтом, держа курс 90° и скорость 10 узлов. Постановка осуществлялась при слабом ветре и довольно хорошей видимости, по ее завершении немцы повернули на юг и покинули ставший миноопасным район, не замеченные советской стороной. Только в час ночи на востоке, на берегу заработал сильный прожектор, светивший в сторону восточной части только что поставленного заграждения. Отблески падали и на уходящие корабли, но судя по тому, что луч не фиксировался ни на одном из них, замечены немцы все же не были. Как доложил командир 1-й флотилии моторных тральщиков, он с R-69 смог заметить минзаги только с двух или трех миль, так что с гораздо большей дистанции, с берега, что-то разглядеть было проблематично благодаря стелившейся над водой дымке. Зато вой сирен, звучавший в начале и конце постановки, разносился очень далеко - возможно, он и всполошил противника.

Linz тоже поставил свою часть мин без проблем, после чего отряды соединились в 01:40 и пошли на базу. Уже в 01:50 эсминцы и миноносец отделились, в 04:30 ушли тральщики. Теперь очередь идти сразу в Таллин выпала Brummer - он прибыл на рейд в 08:45, после того, как в 05:25 отделился от следовавших в Палдиски Roland и Linz. Предстояла новая загрузка минами и новая операция, планировавшаяся сначала на 18 апреля, но позже отложенная на день из-за плохой погоды.

В этот выход немцы должны были доделать начатое 17 апреля заграждение Seeigel 7Ь, выставив в дополнение к уже имеющимся двум рядам еще шесть. Их состав предполагался чрезвычайно разнообразным:

  • 3-й ряд (Z-35 и T-30) - 145 UMB;
  • 4-й ряд (Brummer) - 195 режущих и 48 взрывающихся защитников;
  • 5-й ряд (Roland) - 240 UMB;
  • 6-й ряд (Z-28 и Z-35) - 80 UMB, 64 режущих и 16 взрывающихся защитников;
  • 7-й ряд (Linz) - 170 ЕМС;
  • 8-й ряд (Linz) - 240 режущих защитников.

Выход и возвращение отряда, как и прежде, осуществлялись раздельно. Заградители покинули гавань Таллина без охранения в 15:00 19 апреля. В 20:00 некие стоящие далеко на востоке корабли стали давать с помощью прожекторов опознавательные сигналы, хотя все корабли и посты по маршруту следования минзагов были строго предупреждены никаких запросов не делать. На сигналы сначала не отвечали, так как ответ могли засечь на вражеском берегу. Однако, запросы продолжались и в 20:15 на них все же ответили. Никаких последствий это не имело. С 21:00 в небе постоянно слышались моторы самолетов, над сушей на большом удалении мелькали вспышки зенитного огня и плыли на парашютах осветительные бомбы. В Таллине в 21:39 объявляли воздушную тревогу. В конце концов, ее объявил и Начальник заградителей. В 21:55 спереди послышался сильный звук двигателя - самолеты кружились почти над самым отрядом.

Через десять минут прибыли эсминцы, еще через пятнадцать началось перестроение отряда для постановки, начатой в 22:40. Над сушей все это время продолжалось противостояние советских самолетов и немецкой ПВО, но на операции это не отразилось. После постановки седьмого ряда заграждения практически все корабли покинули район: миноносцы отправились на запад, Roland в одиночку двинулся в Таллин, Brummer остался охранять Linz, который должен был выставить последний ряд мин. Выполнив задачу к 01:40, Brummer и Linz пошли на базу на 15-узловой скорости. По пути снова слышали шум авиамоторов, а в 01:52 в 5 милях южнее Гогланда над минзагами на малой высоте пролетел самолет. Отбой воздушной тревоги дали только в 03:25. Капитан-цур-зее Паль предположил, что отряд был замечен, после чего на его поиски в море выслали самолеты-разведчики. При этом считалось, что собственно постановка противником не раскрыта.

В 04:48 пару заградителей прикрыли четверкой истребителей - редкая роскошь над Восточной Балтикой в 1944 году! Корабли направились в Палдиски за новыми минами, а затем, как всегда, на сборный пункт всего отряда - рейд Таллина.

Следующий выход был посвящен окончанию постановки гигантского Seeigel 7Ь - в третьей части заграждения следовало поставить еще 950 ЕМС и 100 защитников. Кроме привычных минзагов и миноносцев, отряду был придан тральщик M-37; операция была назначена на ночь с 21 на 22 апреля.

Как всегда, выход осуществлялся группами. Медлительные минзаги покидали Таллин в 15:00, быстроходные корабли - через 2,5 часа после них. Первая группа миновала Юминду в 17:35, а уже через полчаса поступил первый доклад о замеченном самолете. Следом была обнаружена большая группа самолетов над Большим Тютерсом. На кораблях сыграли воздушную тревогу. Впрочем, у самолетов были другие цели - атаковать они не собирались, как и другие, несколько раз обнаруживаемые во время подхода к району постановки. Около 22:00 миноносцы присоединились к минзагам, и отряд был готов начать работу. В 22:12 на противоположном курсе прошел тральщик M-22, который должен был укрепить белую лампу на буе, обозначающем выставленный двумя днями ранее последний ряд второй части заграждения и облегчить навигацию при последующей постановке. Тральщик сообщил, что обозначающий конец ряда защитников буй стоит на милю западнее, чем это предполагалось. Через некоторое время этот буй был обнаружен визуально.

Казалось, все было сделано правильно, и Паль приказал снизить скорость до 5 узлов. Brummer прошел в 100 м левее буя и остановился, чтобы позволить остальным выстроиться для постановки. В темноте было видно, как корабли идут занимать свои места, и вдруг, в 22:38 ночь разорвала вспышка яркого пламени, сопровождаемая звуком взрыва. Чуть позже последовал еще один взрыв, глухой.

Как оказалось, Roland, следовавший в 250 метрах за флагманом, левым бортом угодил на мину. В воздухе разлетелись деревянные и металлические обломки разных размеров; в луче прожектора, направленном с Brummer на место взрыва, увидели быстро кренящийся на правый борт корабль. Его корма оседала в воду, и в 22:41 минзаг, задрав носовую часть, затонул на глубине 35 м в точке  (59.7050° с. ш. 27.5150° в. д.).

Операцию немедленно прекратили. Начальник заградителей отдал приказ отойти на милю к западу и спустить шлюпки для спасательных работ. На место гибели Roland был отправлен M-37. Покинув опасное место, Brummer в 23:00 спустил катер и шлюпку для спасения уцелевших. К тому моменту на месте гибели Roland уже находилась шлюпка с Linz, осветившая обломки с помощью лампы Варта. Из 203 членов экипажа заградителя погибло, пропало или скончалось вскоре после спасения 130, в том числе вся машинная команда, четыре офицера и корабельный врач. Спасательные работы прекратили в 00:57 22 апреля. M-37 на максимальной скорости отправился в Таллин с ранеными на борту, а остальные корабли приняли обратно свои спасательные средства и двинулись в обратный путь в 01:45, причем эсминцы несли охранение впереди. К 4 часам утра прибыли R-119 и R-68, чтобы принять раненых, но таковых уже не было. «Раумботы» тоже поставили в охранение, а миноносцы через час отпустили в Таллин. К 08:15 там же встали на якорь и оба минзага.

Несмотря на потерю Roland, выставить третью часть Seeigel 7Ь требовалось в любом случае. Его конфигурацию пришлось поменять - теперь все корабли несли только мины ЕМС, кроме Linz, на котором также было 100 защитников. Смертоносный груз предполагалось выставить в четыре ряда: по одному на каждый минзаг, третий Z-35 и T-30, четвертый Z-28, Z-39 и M-37.

Приказ на постановку был отдан вечером 23 апреля. Отряду придавались четыре моторных тральщика 1-й флотилии -они должны были идти с тралами перед ставящими мины кораблями (по одному на каждый ряд). Для лучшей ориентации в точке  (59.4650° с. ш. 27.8250° в. д.) был зажжен белый буй, рядом с ним постоянно находился дежурный корабль.

Brummer, Linz, M-37 и «раумботы» собрались в 16:46 на выходе из гавани Таллина, откуда пошли в кильватерной колонне. 1-я флотилия вела охранение с левого борта на удалении 500 м. Видимость была очень хорошей. Мыс Юминда отряд миновал в 19:02, маяк Экхольм - в 19:48. К 21:56 сзади появились миноносцы, справа можно было наблюдать артиллерийский огонь на суше, где уже шли бои. В 23:00 отряд собрался вместе. На Z-28 в этот раз находился офицер штаба Начальника тральщиков на Востоке, фрегаттен-капитан Г. Форстман.

Моторные тральщики вышли вперед и поставили тралы. Вскоре был достигнут белый буй и стоящий рядом с ним тральщик M-204. В эту ночь никаких неприятностей не случилось. Развернувшись в боевой порядок, немцы произвели постановку, после чего минзаги вернулись в Палдиски, миноносцы - в Таллин. Даже советских самолетов в эту ночь не слышали - только с острова Лавенсари светил в море прожектор.

Последним заграждением в Нарвской бухте должен был стать Seeigel 8Ь из двух частей, южнее Нейгрунда; расположение рядов - с востока на запад. Провести операцию FdM Ost приказал в ночь с 25 на 26 апреля примерно тем же нарядом сил.

Похороны погибших членов экипажа Roland на кладбище в Таллине.

Первая группа (минзаги и тральщики) вышла с рейда Таллина в 17:00, миновала Юминду в 19:46, Экхольм в 20:38. В этот раз погода оказалась не совсем подходящей для небольших моторных тральщиков - никто не мог поручиться, что они смогут идти с тралами при ветре в 6 баллов и волнении в 3 балла. Тем не менее, операцию не прервали. Около 23:00 присоединилась вторая группа, в 23:10 в ночи заметили белый светящийся буй. К полуночи «раумботы» сумели выставить тралы. Постановка производилась за два захода на противоположных курсах, причем Z-35 и T-30 не участвовали в первой части, Z-28, M-20, M-204 не ставили вторую. Возможно, такие сложные маневры и перестроения ночью в опасном районе были излишни, но на сей раз все прошло по плану. Эсминцы 6-й флотилии покинули отряд сразу после окончания постановки, T-30 ушел от маяка Экхольм, в 04:55, минзаги стали на якоря на рейде Таллина в 07:50.

27 апреля контр-адмирал Бёмер устроил им торжественное поздравление в связи с успешно выполненными задачами. В 14:00 состоялось захоронение 20 погибших и умерших с Roland на городском кладбище.

В дальнейшем на Brummer и Linz возлагалась довольно необычная миссия. Загруженные минами, они стояли в готовности к постановкам на пути советского флота на тот случай, если он начнет прорыв в Балтику. Однако перед этим следовало починить винты, поврежденные во льдах в самом начале минных постановок в Финском заливе. 1 мая минзаги ушли в Либаву, причем на борту Brummer находились все здоровые члены экипажа Roland - они следовали в Копенгаген. В Либаве Linz 2 мая стал на верфь, Brummer же отправился в столицу Дании, куда прибыл 4 мая. Там капитан-цур-зее Паль покинул корабль, а тот, высадив всех пассажиров, вернулся в Готенхафен для ремонта.

Отступление из Финского залива

Brummer в камуфляжной окраске нового образца, первая половина 1944 г.
Brummer в камуфляжной окраске нового образца, первая половина 1944 г.
Замаскированный Brummer на стоянке в финских шхерах летом 1944 г.
Погрузка мин на Brummer. На щите кормового 105‑мм орудия закреплены каски.
Погрузка мин на Brummer.
Фотография корабля с автографом фрегаттен‑капитана Кольштера.

Вновь боеготовым минзаг стал уже 30 мая. Приняв мины (190 EMC) в Пейзе, 31-го Brummer ушел из Пиллау в Таллин, позже там к нему присоединился Elsass с 230 UMB на борту. Правда, последний 4 июня перебазировался в Палдиски. 14 июня пришел отремонтированный Linz, по пути успешно уклонившийся от атаки торпедоносца.

Последовал долгий период ожидания, в течение которого минзаги покидали рейд Таллина только 29-30 июня 1944 г. на совместные учения, а ночью отстаивались рядом с Elsass в Палдиски. Последний находился в Прибалтике как раз до 30 июня, когда ушел на давно ожидавшийся ремонт в Кёнигсберг.

С 7 июля «позиция ожидания» для минзагов по приказу командира 9-й дивизии сил охранения переместилась в финские шхеры. При этом корабли разделялись после перехода туда - Brummer стоял сначала у Скогбю, а с 10-го числа - в Экенес-фьорде. Корабль был пришвартован к берегу и как следует замаскирован. Даже воду на него подавали через шланги. Каждый день случались воздушные тревоги (минзаг был включен в местную систему ПВО), однако до открытия огня дело не доходило.

Только 18 августа заградители получили приказ находиться в пятичасовой готовности к выходу в море. Время немцев в Прибалтике и Финляндии подходило к концу. 2 сентября уровень боеготовности был повышен до немедленной, и назавтра пришел приказ вернуться на рейд Таллина, куда корабли прибыли в 13:20 3 сентября. Предполагалось, что они будут участвовать в операции Seeteufel - совместной с тральщиками 3-й флотилии и «раумботами» 1-й флотилии постановке новых заграждений для усиления Seeigel. Сначала проведению «Морского черта» помешала погода, потом операцию вовсе отменили в связи с занятостью тральщиков другими заданиями.

14 сентября минзаги перешли в Тахкону (Даго), где встали на якоря в 26 кбт восточнее мыса Лечтма. 18-го они вновь поменяли стоянку, на сей раз отправившись в Палдиски, откуда должны были, наконец, заняться минными постановками.

Новая операция была призвана усилить уже существующую систему минных полей под названием Nashorn. Первый этап - постановка заграждения Nilhorn I из двух частей - ложилась на плечи минзагов и сопровождавших их миноносцев T-23, T-28 и тральщика M-29. Руководил операцией командир Brummer корветтен-капитан Кольштер.

Приказ на постановку пришел 17 сентября, но переход в Палдиски и погрузка мин заняли столько времени, что плановый выход в ночь с 18-го на 19-е не состоялся. Операцию отложили на 24 часа. Кроме того, выяснилось, что всего в 200 метрах от точки, предназначенной стать началом заграждения, стоят прошлогодние противолодочные сети, в которые корабли могли попасть. Поэтому Nilhorn I перенесли на 1,5 мили к западу.

В 20:00 19 сентября отряд покинул Палдиски и двинулся на север. Видимость была хорошей, небо безоблачно, ветер 4 балла. Места постановки достигли достаточно быстро, так что мины начали падать за борт уже в 22:38. Через час первая часть была закончена; практически сразу начали вторую, которую сделали в 00:51 на следующие сутки. Никаких проблем не возникло. На 12 узлах заградители вернулись в Палдиски за новой порцией мин, а корабли охранения в 02:00 были отпущены в Таллин.

Второе заграждение Nilhorn II было поставлено сразу за первым теми же кораблями (плюс тральщик M-18), ход операции был очень похож на прошлую. Выход с рейда Палдиски в 21:45 в кильватере, перестроение для постановки точно в полночь и постановка двух частей заграждения с 00:29 до 02:51 21 сентября. На сей раз, однако, миноносцы были отпущены в Таллин. Тральщики тоже ушли сразу после окончания постановок.

Минзаги вернулись в Палдиски, где Brummer приняли 129 UMB и 82 UMA, а Linz - 20 EMC, 102 UMA, 268 UMB и 75 глубинных бомб. Все это нужно было эвакуировать, так как немцы готовились в очень скором времени покинуть Эстонию.

В 19:00 21 сентября, после погрузки, заградители стали на рейде Палдиски. В 22:05 над ними в небе взорвались две осветительные бомбы: последовала неожиданная атака советских бомбардировщиков. На берег и в воду упало около десятка фугасок. Строения в порту горели, так что командир Brummer решил уйти из этого слишком освещенного места к маяку Пакерорт. Утром корабли вернулись на рейд в попытке забрать со складов минно-заградительного отдела остатки мин, но ситуация на сухопутном фронте обострилась, и персонал отдела покинул этот порт. В 12:40 на торпедном катере прибыл руководитель эвакуации. Оказалось, что он уже отдавал по радио приказ покинуть Палдиски, однако до минзагов он не дошел. Пришлось дублировать приказание голосом. Корабли должны были немедленно уходить на запад, ибо Таллин оставлялся, портовые сооружения подлежали уничтожению.

В 13:00 был получен новый приказ - охранять на переходе войсковой трансорт Malaga (2146 брт), шедший в Готенхафен. На борту судна находилось 900 солдат и грузы вермахта. Маленький конвой вышел в путь в 15:00. Команды заградителей чувствовали себя неуютно - случись воздушный налет, им пришлось бы вступать в бой с грузом мин на борту.

Так и произошло. Уже через полтора часа после выхода в море, в точке  (59.5000° с. ш. 23.5333° в. д.), конвой атаковали с северного направления четыре самолета А-20 Boston из 51-го мтап (ведущий - майор Орленко; два самолета несли торпеды, два - бомбы). Минзаги открыли огонь из зениток и автоматов, но первая из атакующих машин сбросила торпеду на удалении 3000 м. Дорожку никто не видел - торпеда либо коснулась дна, либо не дошла до кораблей. Остальные три самолета продолжали полет, несмотря на огонь, и держали курс на транспорт и Linz. Недалеко от Malaga можно было видеть, что Boston сбросили некие похожие на торпеды предметы, которые затем несколько раз выпрыгивали из воды. Один из них при очередном прыжке врезался в борт транспорта и взорвался; самолеты, несмотря на то, что зенитчики видели попадания в них, смогли отвернуть и улететь на север, попутно обстреляв корабли из пулеметов - на Linz три человека получили ранения, на транспорте один человек выпал за борт и был спасен катером с Brummer. Советские летчики по возвращении домой доложили, что смогли утопить методом топ-мачтового бомбометания два транспорта, в 8000 и 5000 т. Еще один (7000 т) зачислили в поврежденные. Реального успеха, по данным М.Э. Морозова, смог добиться мл. лейтенант Зубенко.

С Malaga доложили, что машина вышла из строя. На помощь должны были прислать буксир из состава шедшего впереди большого конвоя, а пока, пользуясь спокойным морем и тихой погодой, буксировать транспорт попытался Linz. В первый раз трос порвался, но вторая попытка оказалась удачной. В 18:00 марш на запад был продолжен со скоростью 8 узлов. Затем прибыли буксир с тральщиком M-293 и кораблем ПВО FJ-25.

Во время отражения налета на Brummer стреляло только одно тяжелое орудие - второе. В первом произошел перекос гильзы при первом же выстреле, третьим нельзя было пользоваться из-за расположенных на палубе мин. Опасаясь новых налетов, корветтен-капитан Кольштер велел сбросить за борт 11 UMA, чтобы позволить стрелять кормовой зенитке. Стоит заметить, что количество противостоявших нашим летчикам стволов было чрезвычайно впечатляющим (пусть даже не все они могли нормально вести огонь): пять 105-мм орудий, три спаренных и одна одинарная 37-мм зенитки, четыре 20-мм Vierling, десять одинарных 20-мм автоматов и два 13,2-мм пулемета. Просто чудо, что ни один из советских самолетов не был сбит...

В 21:17 буксирный конец опять порвался. К тому времени на Malaga, с которой солдаты, выстроившись в цепь, откачивали воду ведрами, ввели в строй один котел, и судно смогло дать 8 узлов своими силами.

23 сентября в 02:30 минзагам пришел приказ Адмирала Восточной Балтики (вице-адмирал Теодор Бурхарди) идти в Пиллау. Командир Brummer запросил истребительное прикрытие для конвоя, но выполнить этот запрос командные инстанции не могли. В 07:20 вновь прозвучал сигнал воздушной тревоги: был замечен двухмоторный самолет с поплавками. Тип его определить не смогли. Примерно в то же время на помощь конвою пришел сторожевик V-1706. С 13:20 до 13:28 объявлялась новая тревога, когда очередной неопознанный самолет облетел корабли с левого борта. Судя по всему, это был советский разведчик.

В 17:00 с Malaga сообщили, что откачка воды успешно закончена, и судно способно достичь Готенхафена без буксиров и спасательных пароходов. В 18:30 скорость удалось увеличить до 9 узлов, но на следующий день, 24 сентября, ветер усилился до 7-8 баллов с волнением моря в 3 балла. Правда, к тому времени Malaga шла уже на 10 узлах, и плохая погода для нее особой угрозы больше не представляла. В 09:00 Кольштер затребовал прорыватель минных заграждений для защиты конвоя от донных мин при входе в Пиллау. От капитана Malaga были еще раз получены заверения, что судно сможет само добраться до Готенхафена, после чего минзаги оставили его на попечение V-1706 и FJ-25.

По приходу Brummer и Linz в Пиллау Начальник заградителей выразил резкий протест командиру 9-й дивизии сил охранения по поводу использования груженых шестью сотнями мин и глубинных бомб кораблей в качестве эскортных.

В первые дни октября перед немцами встала проблема возможного прорыва вражеских кораблей через Моонзунд в Рижский залив, а также высадки на юго-восточном побережье Эзеля. Единственной действенной контрмерой виделось минирование; для этого была разработана операция под названием Krokodil Sud. Участвовали Brummer, Linz и тральщики M-17, M-18 и M-29. Заграждение должно было состоять из 434 мин UMB и 198 режущих защитников. «Командовал парадом» в очередной раз корветтен-капитан Кольштер.

Приняв заградительные средства 1 октября в Пейзе, минзаги 3-4 октября перебазировались из Пиллау в Виндаву, где предстоящая операция обсуждалась на борту корабля управления 9-й дивизии сил охранения «Ругард». На тот момент советская сторона уже осуществляла переправу войск между островами Вердер и Моон, а немецкие корабли пытались ей помешать. Считалось, что южный выход из Моонзунда тщательно наблюдается с суши и, возможно, с торпедных катеров. Немецкие «шнелльботы» должны были в ту же ночь, когда пройдет Krokodil Sud, засорить минами южный выход из Моонузнда (до 23:00), а с 01:00 до 03:00 подошедшие минзаги и тральщики - выставить само заграждение.

Минно-постановочный отряд покинул Виндаву в 16:40 4 октября. Двигаясь по «Синему» фарватеру, он в 21:15 свернул в залив, к операционному району, в котором в тот момент уже действовали артиллерийские десантные баржи 7-й флотилии. На островах и материке велся сильный артиллерийский огонь. Кольштер запросил перемещение положения заграждения дальше от берега, но согласия от 9-й дивизии сил охранения не получил. Единственное условие, при котором перемещение считалось возможным - это непосредственное боевое соприкосновение с противником. Только тогда следовало прекратить операцию и возвращаться в Виндаву.

В 23:07 командир 5-й флотилии торпедных катеров доложил, что выполнил задание без встреч с противником. Это предполагало, что заградителям тоже ничего не грозит. Выстроившись для постановки, корабли избавились от своих мин с 01:03 до 02:51. Удалось перегородить весь южный выход из пролива, причем крайние мины стояли очень близко к берегу. В самом конце постановки на удалении 13,5 км наблюдался ураганный огонь с Моона в направлении Эзеля, причем на последнем возникли мощные пожары.

На обратном пути была получена радиограмма, что пароход Leda в 35 милях западнее Паппензее получил торпеду с вражеской подлодки[10]. Впервые с осени 1942 г. в Балтике появилась угроза такого рода.

Тем не менее, минзаги без происшествий прибыли в Пиллау в 03:45 6 октября. Там они вновь были загружены (Brummer - 190 EMC, Linz - 325 EMC). На следующий день в 20:00 корабли вышли в море и к 09:45 находились на рейде в аванпорте Либавы, где им предстояло ждать развития ситуации на море и на суше в готовности ставить мины сразу по получении приказа.

Новое стояние в немедленной боеготовности получилось гораздо более беспокойным, нежели первое. Практически ежедневно звучали воздушные тревоги, затем на гавань и город сыпались советские бомбы. На рейде в аванпорту постоянно находилось множество кораблей, что затрудняло уклонение от атак самолетов. Зачастую заградители снимались с якорей и выходили на внешний рейд; кроме прочего, это уменьшало время, нужное для выхода в море по тревоге. Впрочем, непосредственная опасность угрожала минзагам только 9 и 10 октября, когда им даже приходилось открывать зенитный огонь.

Главные события начались только 22 октября, когда с 14:00 Либава подверглась атаке 35 пикирующих бомбардировщиков Пе-2 с прикрытием из 56 истребителей. Минзаги на тот момент находились на внешнем рейде и немедленно подняли якоря, тем не менее, девять бомб упало очень близко к Linz. К счастью для немцев, никакого серьезного ущерба они не причинили, зато зенитчики претендовали на один сбитый самолет В 14:52 последовал новый налет, еще большим числом самолетов - 50 Пе-2. На сей раз они не атаковали ни Brummer, ни Linz, которые после отбоя тревоги в 15:36 вернулись на рейд. В течение дня тревоги объявлялись еще пару раз, в 17:35 последовал новый налет со сбросом осветительных бомб. Город горел, заградители ходили в море переменными курсами. Только в 19:00 бомбардировки прекратились окончательно, и спустя полчаса корабли смогли стать на якоря. После событий этого дня Адмирал Восточной Балтики, полностью осознав угрозу для загруженных минами кораблей, 23 октября перебазировал их в Пиллау, где они продолжили находиться в готовности к постановкам до 3 ноября.

В этот день долгая совместная служба двух кораблей окончилась. Linz отозвали в Готенхафен, а Brummer получил специальное задание. По приказу 9-й дивизии сил охранения он обменял в Пейзе имевшиеся на борту 190 EMC на 200 UMB. С 11 ноября минзаг подчинили Адмиралу Скагеррака: после установки новых зениток в Готенхафене, Brummer должен был загрузиться в Свинемюнде минами по максимуму и перейти в Осло-фьорд.

Сдав 12 ноября все мины обратно в Пейзе, на следующий день корабль перешел в Готенхафен, где днем позже ему были заменены зенитные орудия. 15-16 ноября Brummer в конвое перешел в Свинемюнде, где взял на борт 180 ЕМС, а также семь 37-мм пушек для стоявшего в Хортене легкого крейсера Emden. 20 ноября в охранении V-207 заградитель покинул Свинемюнде, направляясь на север. Далеко им уйти не удалось - на широте Штуббенхука пришел приказ возвращаться на рейд Засница - весь прилегающий морской район был объявлен опасным из-за появления подводной лодки. В конце концов перебазирование в Осло-фьорд 23 ноября отменили, а Brummer вновь подчинили Адмиралу Восточной Балтики. Минзаг снова сдал на берег груз в Свинемюнде и вернулся в Пейзе, чтобы получить другой. 27 ноября он принял, возможно, те самые EMC, которые оставил там 3 ноября. Здесь произошло воссоединение двух старых боевых товарищей, так как теперь Brummer действовал под началом командира Linz фрегаттен-капитана Абеля. Вместе они закрывали минами Рижский залив, поучаствовав в двух операциях.

Linz действовал в Рижском заливе с 25 ноября, сделав первую часть заграждения Nordlicht в Ирбенском проливе. Brummer должен был помочь усиливать систему минных полей в этом проливе. Участвовали также тральщики M-155 и M-203, а отдельно, до минзагов и тральщиков, в том же районе ставили мины торпедные катера и «раумботы». От их действий зависело и проведение операции Nordlicht II.

Остов Brummer, разрушенного в доке бомбардировщиками, 9 апреля 1945 г. С корабля уже демонтирована часть оборудования.
Достроечный бассейн верфи Deutsche Werke. В центре – док II с находящимся в нем остовом Brummer, слева от него – бункер Konrad для подводных лодок.
В центре – док II с находящимся в нем остовом Brummer.
Остов Brummer, разрушенного в доке бомбардировщиками, 9 апреля 1945 г. С корабля уже демонтирована часть оборудования.

В 22:00 29 ноября, получив доклад об успешном окончании катерных постановок, заградители вышли в море из Винадвы. После полуночи, развернувшись из кильватера в строй фронта, корабли с 01:11 до 03:05 поставили все мины (более 500 штук). К 05:50 отряд вернулся в Виндаву, откуда в ночь с 30 ноября на 1 декабря совершил переход в Пиллау за новой порцией мин. 3 декабря в 08:15 минзаги снова были на рейде Виндавы в готовности к постановкам.

В следующей операции в том же районе - Nordlicht IV - заградители охранялись тральщиками M-17 и M-203. Погода изрядно ухудшилась: ожидался ветер силой 7-8 баллов, плотная облачность и видимость до 5 миль (ночью она падала временами до 1 мили). Тем не менее, мины нужно было обязательно поставить, причем желательно до восхода луны (19:15). Предполагалось, что под защитой берегов в проливе волнение будет не таким сильным и позволит минзагам работать. В 16:00 4 декабря отряд покинул Виндаву. В 18:00 с него видели разрывы осветительных снарядов в направлении Цереля. В остальном, никто и никак не потревожил корабли, которые с 18:16 до 19:34 благополучно выставили все 180 мин UMB и уже в 22:45 были на рейде Виндавы.

На этом все минные постановки силами специализированных кораблей в Восточной Балтике в 1944 году были окончены. 5-6 декабря оба заградителя перебазировались в Пиллау. Brummer получил давно ожидаемое время для ремонта электрогенераторов - с 7 по 11 декабря он стоял на верфи в Готенхафене. Вернувшись в строй, корабль не покидал порта, ожидая в нем дальнейших заданий, но минных постановок больше не было. 1 января Brummer опять встал на верфь, на сей раз на большой плановый ремонт. Для этого ему пришлось 27-30 декабря перебазироваться в Киль. Никто не знал, что боевой карьере бывшего норвежского корабля на этом пришел конец.

В хаосе постоянных бомбардировок, нехватки материалов и рабочих рук, Brummer простоял в ремонте очень долго. 25 марта 1945 г на нем сменился командир: Кольштер уступил мостик корветтен-капитану резерва Карлу Тиллессену. 3 апреля, накануне намеченного возвращения корабля в строй, на Киль был совершен массированный налет 700 бомбардировщиков В-17 американской 8-й воздушной армии, сбросивших на город и порт около 2200 т бомб. Несколько из них поразили Brummer, стоявший в доке II верфи Deutsche Werke. В руинах завода он пролежал до конца войны и был разобран на металл в 1945-1948 гг.

Так окончилась жизнь корабля, который за свою долгую боевую карьеру в руках немцев вступал в прямое соприкосновение с противником считанные разы, поставил более полусотни минных заграждений из более чем 10 000 мин и минных защитников, никогда не получал боевых повреждений и не потерял ни одного члена экипажа по боевой причине.

Командиры минного заградителя Brummer

Ф.И.О. Период командования Биографическая справка«
OlavTryggvason_Pic_24.jpg
Капитан-лейтенант Зигфрид Штрелов
(Siegfried Strelow)
13.04.1940 - 1.06.1940 Родился 15.04.1911 в Киле. Окончил военно-морское училище в 1931 г. Служил командиром торпедного катера S-9 (с ноября 1936), миноносца Albatros (декабрь 1939 - апрель 1940). После Brummer командовал миноносцем Lowe (бывш. норв. HNoMS Gyller) (до ноября 1940), затем служил на крейсере Leipzig (до марта 1941). Перешел на подводный флот; с августа 1941 г. - командир U-435, на которой погиб 9.07.1943 у берегов Португалии. 27.10.1942 награжден Рыцарским крестом; корветтен-капитан с 1.07.1943.
Капитан-лейтенант Эберхард Хомейер
(Eberhard Homeyer)
1.06.1940 - 1.08.1940 Родился 24.07.1908 в Киле. Окончил военно-морское училище в 1927 г. Корветтен-капитан с 1.10.1941. С марта 1943 г. по июнь 1944 г. командовал 6-й флотилией тральщиков, 5.06.1944 награжден Германским крестом в золоте. После войны командовал 5-й дивизией траления Германской минно-тральной администрации (GM/SA).
Капитан-лейтенант Вернер Кёппе
(Werner Koppe)
1.08.1940 - октябрь 1940 Родился 9.08.1906 в Шлёйнингене. С февраля по май 1941 г. служил на линкоре Tirpitz, с мая по июль 1941 г. - на крейсере Nürnberg. Фрегаттен-капитан с 1.04.1945.
Капитан-лейтенант резерва Хайнц Делиус
(Heinz Delius)
.                                     .
октябрь 1940 - 10.04.1941
(с перерывом на февраль-март 1941)
Родился 18.09.1888. Закончил военно-морское училище в июле 1916 г. Был первым вахтенным офицером специального корабля Schiff 27 (сентябрь 1939 - январь 1940), Schiff 40 (январь-май 1940), минзага Brummer (май-октябрь 1940).
Корветтен-капитан Рудольф Лелль
(Rudolf Lell)
февраль 1941 (врио) Родился 13.10.1905. Закончил военно-морское училище в 1924 г. С октября 1939 г. до октября 1940 г. командовал плавбазой тральных баркасов MRS-11 (временно на полмесяца покидал свой корабль для командования Brummer); с ноября 1940 г. до сентября 1943 г. - 5-й флотилией тральщиков, затем до декабря 1944 г. служил в штабе Адмирала Адриатики. 20.11.1941 награжден Германским крестом в золоте. 1.01.1945 получил звание капитана-цур-зее и назначение на крейсер Admiral Hipper, на котором служил до 3.05.1945.
Капитан-лейтенант Рудольф Линдеман
(Rudolf Lindemann)
март 1941 (врио) Родился 1.08.1899 в Элизабетфене. С декабря 1940 г. до февраля 1941 г. командовал 6-й флотилией прорывателей минных заграждений. Корветтен-капитан с 1.10.1941.
OlavTryggvason_Pic_32.jpg
Корветтен-капитан доктор Эрих Тобиас
(Erich Tobias)
10.04.1941 - 1.09.1942 Родился 27.04.1898 в Лейпциге. Закончил военно-морское училище в июле 1916 г. Имел ученую степень доктора технических наук. Фрегаттен-капитан с 1.07.1942. Умер 8.07.1952.
OlavTryggvason_Pic_50.jpg
Корветтен-капитан доктор Карл-Фридрих Брилль
(Karl-Friedrich Brill)
1.09.1942 - 14.07.1943 Родился 18.07.1898 в Штольценау. Закончил военно-морское училище в октябре 1915 г. Имел ученую степень доктора технических наук. До Brummer командовал минзагом Cobra (январь 1940 - август 1942), после - заградителями Brandenburg (июль-сентябрь 1943) и Juminda, на котором погиб 22.10.1943, когда корабль был потоплен американскими торпедными катерами РТ-206, РТ-212 и РТ-216 на Средиземном море. Фрегаттен-капитан с 1.10.1943. 20.11.1941 награжден Германским крестом в золоте, 27.12.1941 - Рыцарским крестом, 20.11.1943 - Дубовыми листьями (посмертно).
OlavTryggvason_Pic_57.jpg
Корветтен-капитан Ганс-Эрвин Кольштер
(Hans-Erwin Kolster)
14.07.1943 - 25.03.1945 Родился 7.05.1898 в Твиленфлете. Закончил военно-морское училище в апреле 1917 г. Служил старшим офицером Brummer с ноября 1942 г. Фрегаттен-капитан с 1.12.1944.
Корветтен-капитан резерва Карл Тиллессен
(Carl Tillessen)
25.03.1945 - 3.05.1945 Родился 22.08.1891 в Кёльне. Закончил военно-морское училище в 1909 г. Служил старшим офицером на минных заградителях Elsass (июль 1944), Ostmark (июль 1944 - март 1945), Brummer (март 1945).

Имя Brummer в германском флоте

Эмблема минного заградителя Brummer - пчела с миной.

Наименование Brummer (так немцы называли любое басовито жужжащее насекомое) в разное время носили пять кораблей германского флота.

Первой была канонерская лодка SMS Brummer[11], построенная на верфи «Везер» в Бремене в 1883-1884 гг, исключенная из состава флота в 1907 г., после чего использовавшаяся в качестве блокшива и сданная на слом в 1921 г.

SMS Brummer, 1917-18 гг.

Второй SMS Brummer - крейсер-заградитель, построенный на верфи «Вулкан» в Штеттине в 1915-1916 гг. Он активно участвовал в Первой мировой войне и закончил свой путь самозатоплением в Скапа-Флоу 21 июня 1919 г.

Трагично сложилась судьба третьего Brummer. Этот учебно-артиллерийский корабль, также построенный бременской верфью «Везер», вошел в строй в 1936 г. и был потоплен в Скагерраке британской подводной лодкой HMS Sterlet 14 апреля 1940 г.

Захваченный немцами HNoMS Olaf Tryggvason стал четвертым кораблем с данным названием; он находился в составе германского флота с 1940 по 1945 гг.

Пятый и на сегодняшний день последний Brummer - бывший тральщик M-85 (типа 1935), построенный в Любеке в 1940-1942 гг. В 1947 г. он отошел по репарациям Франции, где носил наименование Yser (фр. «Изер»), но в 1956 г. был выкуплен правительством ФРГ и с 1957 по 1974 гг. входил в состав Бундесмарине в качестве сторожевого, а затем учебного корабля (бортовой номер F209).

Примечания

Модель минного заградителя Brummer (по состоянию на конец 1942 г.), изготовленная Гельмутом Гауптом – ветераном корабля.
  1. Олав I Трюггвасон (ок. 963-1000 гг.) - внук короля Харальда Хорфагре, король Норвегии в 995-1000 гг., активно насаждавший христианство, основатель Тронхейма. В 972-981 гг. был в дружине князя Владимира Святославовича и, по версии ряда историков, участвовал в крещении Руси.
  2. Kriegstagebuch - Журнал боевых действий
  3. В действительности не устанавливался.
  4. Вероятнее всего, котлы относились к системе Yarrow, однако в документах на это нет прямого указания.
  5. Забавная деталь: в отчете по вооружению Brummer от 4.08.1941 значатся 2×1,8-см пулемета Colt. По всей видимости, это опечатка, возникшая при переводе рукописного варианта в печатный (цифру 3 легко спутать с 8).
  6. Первоначально Vierling устанавливался на сухопутном лафете и только 25 января 1944 г. был заменен на аналогичный в «подлодочном» варианте.
  7. По штату, Roland входил в группу минных заградителей «Вест», тогда как группу «Норд» составляли Ulm, Brummer и Kaiser.
  8. «Фланговыми» (Flankensperre) немцы называли заграждения, ставившиеся вдоль морской коммуникации с целью прикрытия ее от нападений противника.
  9. Сам Cobra был уничтожена вражескими бомбардировщиками во время ремонта в доке Схидама 27 июля 1942 г.
  10. На самом деле пароход был только атакован и смог увернуться от торпеды «Щ-407», которую затем загнал под воду огнем зениток.
  11. Некоторые источники классифицируют его как монитор.

Корабль в искусстве

Ссылки

Литература

  • И.В. Борисенко С.В. Патянин Минный заградитель «Олав Трюггвасон» («Бруммер»). — «Морская кампания». — Москва: 2018 №2. — 64 с.
Авианосцы Graf ZeppelinXIPVJadePVElbeXVSeydlitzXVII PV
Линейные корабли Scharnhorst BismarckHPOP
Броненосцы Deutschland
Тяжелые крейсера Deutschland Admiral Hipper DX PP
Легкие крейсера Emden Königsberg Leipzig MPSpähkreuzerP
Эсминцы 1934 1934A 1936 1936A 1936A (Mob) 1936B 1936CX 1938A/AcP 1938BP 1941P 1942X 1944P 1945P
Миноносцы 1923 1924 1935 1937 1939 1941X
Торпедные катера Schnellboot ElbingTorpedoboot Ausland
Подводные лодки I II VII IX X XIV XVII XXI XXIII Seehund
Вспомогательные крейсера OrionAtlantisWidderThorPinguinStierKometKormoranMichelCoronelHansa
Прочее E-boats Raumboot минные тральщики типа M эскортные корабли типа F VorpostenbootMarinefährprahmSiebel ferrySperrbrecher
Примечания: X: не достроен; P: проект; V: конверсия из другого типа курсивом обозначены отдельные корабли, обычным шрифтом − типы кораблей
Категория: