Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!
Варианты
/
/
Giulio Cesare (1911)

Giulio Cesare (1911)

Перейти к: навигация, поиск

Линейный корабль Giulio Cesare

CesDui_Pic_21.jpg
Служба
Италия_флаг_ВМС_с_тенью.png
Королевские ВМС Италии
Исторические данные
26 июня 1910 Заложен
15 октября 1911 Спущен на воду
14 мая 1914 Введен в строй
15 декабря 1949 Исключен из состава флота
29 октября 1955 Гибель
Общие данные
23183 / 24801 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
176,09 / 28,028 / 8,954 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
/ 9,43 м. Осадка
(минимальная/максимальная)
ЭУ
Экипаж
1000 чел. Общая численность
31 чел. Офицеры
969 чел. Матросы
Бронирование
250 / 130 мм. Пояс/борт
20+20/12+12 мм. Палуба
130 / 110 мм. Траверз
(носовой/кормовой)
240 мм. Барбеты
280 / 240 / 240 / 85 мм. Башни ГК
(лоб/бок/тыл/крыша)
110 мм. Казематы
280 мм. Боевая рубка
100 мм. Румпельное отделение
Вооружение

Главный калибр

Противоминный калибр

Торпедное вооружение

Однотипные корабли


Ship_PISB505_Giulio_Cesare.png
Giulio Cesare (рус. «Джулио Чезаре») — итальянский линкор типа Conte di Cavour 1-й серии. Участник обеих мировых войн. В 1933-37 гг. капитально модернизирован. После войны передан СССР и переименован в «Новороссийск». Погиб 29 октября 1955 г. в гавани Севастополя в результете подрыва на мине, оставшейся со времен Второй мировой войны.

Содержание

История создания

Линейный корабль Giulio Cesare, 1914 г.

27 июля 1909 г. Италия приняла большую кораблестроительную программу, известную как Морской Закон 1909 года. Она предусматривала ввод в строй 4 линкоров-дредноутов (включая недавно заложенный Dante Alighieri), 3 крейсеров-скаутов, 12 эсминцев, 34 миноносцев и 12 подводных лодок. Королевским декретом от 2 декабря 1909 г. была санкционирована постройка трех линейных кораблей по проекту генерала Масдеа, средства на строительство которых начали выделять со следующего финансового года. Они были зачислены в списки военно-морского флота под названиями Conte di Cavour, Giulio Cesare и Leonardo da Vinci. Первый был заказан 31 июля 1910 г. казенному арсеналу Специи, а два других — частным верфям «Ансальдо» и «Одеро» из Генуи, контракты с которыми были заключены соответственно 10 и 7 сентября 1910 г., хотя реально строительство началось еще до их подписания. Первым, 24 июня, в Сестри-Поненте (пригород Генуи) был заложен Giulio Cesare, следующим, 18 июля, — Leonardo da Vinci, и лишь 10 августа настала очередь Conte di Cavour.

Стоимость корпуса и механизмов составила 64 200 000 лир, артиллерии — 36 343 800 лир.

Название Строитель Заложен Спущен на воду Вошел в строй
Giulio Cesare «Ansaldo», Genova 24.06.1910 15.10.1911 14.05.1914

Название и девиз

Giulio Cesare входит во внутреннюю гавань (Мар Пикколо) Таранто, лето 1917 г. Видно массивное носовое украшение корабля.

Всем своим дредноутам итальянцы присвоили имена в честь великих соотечественников. Корабль назван в честь Юлия Цезаря (Джулио Чезаре) (102—44 до н.э.) — античного полководца, первого римского императора.

Подобно другим крупным кораблям итальянского флота, линкоры имели свои девизы, причем по ходу службы они могли меняться. Первоначальный девиз Giulio Cesare — «Ad quamvis vim perferendam» («Чтобы выдержать любой удар») — в 1920 году также сменили на более лаконичный «Caesar adest» («Цезарь здесь»).

В отличие от своих систершипов, имевших скромные носовые украшения, Giulio Cesare нес на носу внушительных размеров орла с распростертыми крыльями, держащего в лапах лавровый венок, на ленте которого красовался девиз Юлия Цезаря «Veni Vidi Vici» («Пришел, увидел, победил»). Правда, в конце 1922 г. это великолепное украшение было снято. Кроме того, в 1920 году на правой стороне барбета кормовой возвышенной башни этого корабля была укреплена памятная табличка в честь Юлия Цезаря с латинской надписью «Sit romana potens Italia virtute propago» (цитата из «Энеиды» Вергилия, в литературном варианте звучащая как «Римский да будет народ италийскою доблестью мощен», хотя более точный перевод «Пусть римское могущество доблестью Италии прирастает»).

Описание конструкции

Корпус и надстройки

Линейный корабль Giulio Cesare, 1914 г.
Линейный корабль Giulio Cesare, 1914 г.

При проектировании корпуса линкоров типа Conte di Cavour итальянские конструкторы впервые за полвека решили отказаться от традиционного ярко выраженного таранного образования форштевня. Во многом принятию такого решения способствовали многочисленные испытания моделей в опытовом бассейне. Вместо этого носовая часть получила скругленную форму с характерным S-образным изгибом. В нижней части форштевень, являвшийся продолжением поднимавшегося к оконечностям киля, по-прежнему слегка выдавался вперед (что делалось исключительно для улучшения скоростных качеств), потом плавно уходил внутрь, а в верхней трети снова резко выделялся наружу. Кормовая оконечность сохраняла обычную закругленную «крейсерскую» форму. Максимальной ширины по мидель-шпангоуту корпус достигал на нижней кромке броневого пояса. Выше него борта имели заметный завал внутрь. Высокий надводный борт обеспечивал хорошую мореходность, хотя для условий Средиземного моря данный фактор не являлся решающим.

Линкоры типа Conte di Cavour обладали протяженным полубаком, тянувшимся до середины барбета четвертой башни главного калибра.

Надстройки итальянских линейных кораблей были сконструированы просто и рационально, чтобы избежать ненужного увеличения «верхнего» веса и обеспечить максимальное удобство использования орудий главного и вспомогательных калибров. На всех пяти кораблях дизайн носовой и кормовой надстроек был в целом идентичным.

Бронирование

Схема бронирования линейных кораблей типа Giulio Cesare.
Сечение по мидель-шпангоуту линкора типа Giulio Cesare с указанием толщины брони.

Главный броневой пояс на линкорах типа Conte di Cavour простирался от барбета башни №1 (шп.58AV) до барбета башни №5 (шп.63AD) и состоял из двух рядов плит. Нижний имел толщину 250 мм в верхней и центральной части, утончаясь до 170 мм к нижней кромке. Его высота составляла 2,8 м, из которых 1,2 м при нормальной нагрузке возвышались над водой. Над ним — между нижней и главной палубами — располагался верхний ряд плит толщиной 220 мм и высотой 2,3 м. Главный пояс замыкался 130-мм траверсами, а в нос и корму продолжался плитами толщиной от 130 до 80 мм (по мере приближения к оконечностям броня становилась тоньше). Выше него находился верхний пояс длиной 138 м и толщиной 130 мм в средней части. Он тянулся от барбета кормовой башни главного калибра до форштевня, где утончался до 70 мм, а в кормовой части завершался 110-мм траверсом. Каземат противоминной артиллерии, расположенный между барбетами возвышенных башен, защищался 110-мм броней. Вся вертикальная броня устанавливалась на деревянную подушку, и только на надстройках крепилась непосредственно к обшивке.

Почти вся горизонтальная броня итальянских дредноутов выполнялась двухслойной. Верхний слой изготавливался из стали высокого сопротивления, по своим свойствам аналогичной британской НТ (high tension), которая использовалась как конструкционный материал, а нижний слой — из обычной итальянской кораблестроительной стали, по качеству заметно уступавшей предыдущей.

Нижняя палуба в пределах главного броневого пояса имела толщину 24 (12+12) мм в плоской части и 40 (20+20) мм на скосах, примыкавших к нижней кромке главного пояса. Вне пояса — за 130-мм траверсами — она имела карапасную форму и в оконечностях опускалась также до уровня нижней кромки пояса. Толщина карапаса почти по всей длине палубы составляла 24 (12+12) мм и только в носовой части (в нос от 77-го шпангоута) уменьшалась до 22 (11 + 11) мм. В корме карапасная палуба служила защитой для рулевых машин и их проводов.

Артиллерии главного калибра итальянские конструкторы постарались придать наиболее надежную защиту. Башни получили 280-мм лобовые плиты, 240-мм стенки и 85-мм крышу. Барбеты над уровнем палубы имели толщину 230 мм, а у барбетов башен №1 и №5 сторона, обращенная к оконечностям, ближе к диаметральной плоскости утолщалась до 240 мм. Части барбетов трех средних башен, находящиеся за броней каземата, имели толщину 120 мм, а вне его — 220 мм, тогда как барбет носовой башни на этом уровне сохранил 240-мм бронирование с носа и 220-мм — с кормы. На промежутке между верхней и главной палубами толщина барбетов всех башен составляла 120 мм с двумя исключениями. Во-первых, переднюю часть носового довели до 130 мм, так как с носовых углов его прикрывала не 130-мм бортовая броня, а всего 70-мм. Во-вторых, толщину кормовой части барбета башни №2 уменьшили до 110 мм, поскольку попадание туда считалось маловероятным.

Вооружение

Основная статья: 305-мм/46 орудие Vickers Model 1909
Основная статья: 120-мм орудие Vickers Model 1909
Основная статья: 76-мм/50 Vickers Model 1909
Разрез башни главного калибра линейного корабля. Копия подлинного чертежа.

Главным калибром линейных кораблей типа Conte di Cavour являлись тринадцать 12-дюймовых орудий образца 1909 г. с длиной ствола 46 калибров. Они были спроектированы фирмой «Армстронг» и обозначались как «30,5 cm Model 1909», однако их реальный калибр составлял 304,8 мм. Орудия для линкора Leonardo da Vinci производились на заводах Армстронга непосредственно в Великобритании.

Орудия главного калибра располагались в башнях, установленных в диаметральной плоскости корабля. Схема размещения артиллерии в целом была аналогична примененной англичанами на их первых сверхдредноутах типа Orion, однако у итальянцев концевые и средняя башни (№1, 3 и 5) были треохрудийными, а возвышенные (№2 и 4) — двухорудийными. Таким образом, строго в нос и в корму могли стрелять по пять стволов, а в бортовом залпе участвовать все тринадцать. Вес бортового залпа главного калибра равнялся 5421 кг. Углы обстрела первой и пятой башен линкоров типа Conte di Cavour равнялись 300°, второй и четвертой — 310°, третья поворачивалась на все 360°, но вести огонь могла только в секторах по 130° на каждый борт. Штатный боекомплект каждого 305-мм орудия состоял из 40 бронебойных и 30 фугасных снарядов. Однако погреба линкоров типа Conte di Cavour вмещали 1300 снарядов (по 100 на орудие).

Противоминная артиллерия линейных кораблей типа Conte di Cavour включала восемнадцать 120-мм орудий образца 1909 г. с длиной ствола 50 клб. Они являлись разработкой фирмы «Армстронг» (оригинальное обозначение Elswick Pattern «ЕЕ»), для Leonardo da Vinci их изготовила фирма «Виккерс». На линкорах 120-мм артиллерия размещалась в центральном каземате, обеспечивавшем углы обстрела 135° для восьми носовых и шести кормовых орудий и 110° для четырех средних. Боекомплект средней артиллерии состоял из 3600 снарядов (по 200 на орудие).

Носовые башни ГК линкора Conte di Cavour с установленными на них 76-мм пушками.

В качестве второго противоминного калибра линкоры типа Conte di Cavour несли четырнадцать 76-мм/50 пушек системы «Виккерс» образца 1909 г. Для их размещения на корабле было предусмотрено тридцать позиций: двенадцать в центральной части, на палубе полубака, три в носу, две в корме на главной палубе и тринадцать — на крышах башен главного калибра, где они могли использоваться для практических стрельб. Именно на башнях эти пушки и стояли при вступлении кораблей в строй. Для 76-мм пушек в погребах каждого линкора хранилось по 3360 унитарных патронов весом 11,9 кг (по 240 на орудие).

Между 1919 и 1924 годами вспомогательное вооружение всех линкоров было окончательно стандартизировано. Теперь оно включало по тринадцать 76-мм/50 орудий, установленных на башнях главного калибра и использовавшихся для практических стрельб, шесть 76-мм/40 зенитных пушек, размещенных на верхней палубе в районе кормовой надстройки (по три с каждого борта), и два 40-мм/39 автомата системы «Виккерс-Терни» образца 1917 г. (итальянский вариант знаменитого британского «пом-пома»), которые устанавливались на палубе полубака несколько впереди от башни №2.

Линейный корабль Giulio Cesare, 1914 г.

Линкоры типа Conte di Cavour несли по три 450-мм торпедных аппарата. Два из них были подводными бортовыми типа «Эльсвик» Е 450/1906 (производились фирмой «Армстронг-Поццуоли»), а третий — кормовым надводным типа «Де Лука» D 450/1908. Бортовые аппараты размещались в общем отсеке в носовой части, перед башней №1, с небольшим смещением по длине, чтобы заряжание каждого аппарата могло производиться независимо. Кормовой располагался непосредственно на броневой палубе.

Линкорами использовались торпеды системы Уайтхеда модели А 100/450 образца 1913 г., обладавшие следующими характеристиками: вес заряда 110 кг, длина 5,28 м, дальность хода 2000 м на скорости 38 уз., 4000 м на 30 уз. и 6000 м на 26 узлах. Боекомплект состоял из трех торпед для каждого аппарата. Их боевые зарядные отделения хранились в погребах башен №1 и №5.

Управление огнем

Giulio Cesare в конце Первой мировой войны. На боевой рубке установлен дальномер системы «триплекс».

В 1916 г. для всех шести дредноутов были закуплены триплексные дальномеры «Барр и Струд» с оптической базой 4,5 м (15 футов). Они имели максимальную «паспортную» дальность 16 460 м, однако точность измерения на такой дистанции не превышала 1 кабельтова (183 м). Эти приборы, своим необычным внешним видом напоминавшие этажерки, монтировали на крыше носовой боевой рубки. На кормовом мостике установили вспомогательные дальномеры с базой 2,7 м, предназначавшиеся главным образом для обеспечения стрельбы среднего калибра.

Энергетическая установка

Схема расположения силовой установки линейных кораблей типов Giulio Cesare и Caio Duilio. С котел; АР — турбина высокого давления; ВР — турбина низкого давления; DP — артиллерийский погреб.
Giulio Cesare на ходовых испытаниях в Генуэзском заливе, 11 ноября 1913 г.
Giulio Cesare во внутренней гавани Таранто, 3 июля 1917 г.

Четырехвальная паротурбинная энергетическая установка состояла из трех групп турбинных агрегатов системы Парсонса прямого действия, размещавшихся в изолированных отсеках. Два из них располагались по бортам от средней башни главного калибра, а третий — в корму от нее. Турбины для Giulio Cesare поставляла фирма-строитель. Giulio Cesare получил 24 водотрубных котла «Бабкок-Уилкокс», половина из которых имела чисто нефтяное, а половина — смешанное отопление. Для распыления нефти служили форсунки системы Торникрофта.

На испытаниях Giulio Cesare показал 21,56 уз. при среднем водоизмещении 21 700 т и мощности механизмов 30 700 л.с.

Прочее оборудование

Экипаж

Проектом предусматривалось, что команда Leonardo da Vinci будет состоять из 44 офицеров и 850 нижних чинов. Трудно сказать, насколько данные цифры соотносились с реальностью, особенно в отношении числа офицеров, поскольку при вступлении в строй по штатному расписанию линкорам полагался экипаж ровно в 1000 человек: 31 офицер и 969 старшин и матросов. В условиях службы, как это обычно бывает на столь крупных кораблях, численность команды сильно варьировалась. К концу Первой мировой войны штатный экипаж состоял из 1232—1235 человек, в том числе 35 офицеров.

Окраска

Схема камуфляжной окраски линейного корабля Giulio Cesare, 1914 г.

В период, предшествующий Первой мировой войне, крупные корабли итальянского флота несли темную схему окраски. Линкоры типа Conte di Cavour получили ее сразу по окончании постройки. Весь борт выше ватерлинии, надстройки, трубы, орудийные башни и корабельные шлюпки окрашивались в темный серо-голубой цвет. Открытые участки верхней палубы и палубы полубака на всем протяжении покрывались деревянным настилом, который не красился, палубные люки окрашивались в цвет корпуса, а настилы мостиков были темно-серыми. Подводная часть имела кирпично-красную окраску, ватерлиния — черную. В черный цвет красились также козырьки дымовых труб, мачты на протяжении от прожекторных платформ до марсов, включая нижние реи (стеньги при этом оставались светлыми), якоря и их цепи, якорные клюзы, шпили и горловины угольных ям. Обвесы мостиков с внутренней стороны были темно-синими.

По опыту боевых действий, итальянский флот перешел на светлую пепельно-серую окраску надводных кораблей, как менее заметную в условиях Адриатического моря. Судя по фотографиям, линкоры были перекрашены к середине 1916 года. Первоначально изменения коснулись только вертикальных поверхностей корпуса и надстроек, а также рангоута, тогда как крыши башен главного калибра сохранили темно-серый цвет.

Подобная схема окраски оставалась неизменной и после окончания боевых действий, хотя итальянцы не были бы итальянцами, если бы не внесли в нее несколько «щегольских» элементов. Так, на Giulio Cesare после переделки фок-мачты в черный цвет была окрашена не только верхняя часть опоры грузовой стрелы, но и верхние части самих стрел; прожекторная платформа была черной, тогда как расположенные на ней посты управления огнем среднего калибра — светлыми. Наконец, верхние фор-марсы на всех линкорах были светлыми, резко контрастируя с темными нижними.

В конце 1920-х годов, перед самым выводом в резерв, линкоры снова перекрасили в темно-серый цвет, однако деталей данной схемы окраски не сохранилось.

Общая оценка проекта

Итальянские линкоры нужно сравнивать, в первую очередь с французскими кораблями типа Courbet и австро-венгерскими типа Viribus Unitis, а на их фоне линкоры типа Conte di Cavour выглядит весьма и весьма неплохо. Прежде всего, они превосходили своих оппонентов по мощи бортового залпа. Не будучи связанными жесткими требованиями по размерениям, итальянские конструкторы обеспечили своим кораблям более свободную компоновку и самое большое среди средиземноморских дредноутов отношение длины к ширине (6,28 против 5,56 у австрийских и 5,94 у французских). Наверняка лучше были их мореходные качества. Ахиллесовой пятой итальянских линкоров являлась традиционная слабость бронирования.

Модернизации 1920х годов

Линейный корабль Giulio Cesare, 1925 г.
Conte di Cavour с установленной на катапульту летающей лодкой М.18, 1920-е годы.
Линейный корабль Giulio Cesare в 1925 г.
Giulio Cesare в штормовом море, 1924—1925 гг.

Первые существенные работы на Giulio Cesare и Conte di Cavour были проведены в начале 1924 г. Их фок-мачты из треногих переделали в четырехопорные и перенесли вперед от дымовой трубы, дабы исключить влияние тепла и дыма на установленные на марсах приборы управления огнем. На верхнем марсе, находившемся в месте схождения опор, расположился пост управления огнем главного калибра, а в передней части расширенной прожекторной площадки установили два поста управления огнем противоминной артиллерии. Следует отметить, что прежняя фок-мачта была демонтирована не полностью: вертикальную ее часть срезали приблизительно на уровне верхней кромки трубы, сохранив в качестве опоры для грузовой стрелы. При этом на Giulio Cesare она оказалась на 2 м выше, чем на Conte di Cavour. Данная модернизация была негативно воспринята итальянскими моряками с эстетической точки зрения, поскольку «обезобразила» внешний облик линкоров.

В начале 1925 года Giulio Cesare был оснащен новейшими электромеханическими баллистическими вычислителями отечественной разработки — так называемой «Централью Сальваньини» с приемопередающей системой Джирарделли. На кормовой боевой рубке появился новый закрытый командно-дальномерный пост, на крыше которого устанавливался еще один дальномер.

В 1925 году все четыре остававшихся в строю линкора (Leonardo da Vinci к тому времени был списан) были оснащены авиационным вооружением. Летающие лодки «Макки» М.18 расположились на крышах средних башен на специальных поворотных платформах, а их спуск на воду и подъем производился штатными грузовыми стрелами.

В конце 1927 г. на Giulio Cesare, переведенного на роль учебного корабля, все авиационное вооружение было снято.

Коренная модернизация

Схема изменений в расположении надстроек и артиллерийского вооружения линкоров типа Giulio Cesare.

Для восстановления баланса сил с Францией, после закладки там Dunkerque, требовались срочные меры. Поскольку проектирование и строительство новых линейных кораблей заняло бы не менее шести-семи лет, единственный выход виделся в скорейшем возвращении в строй находившихся в резерве Giulio Cesare и Conte di Cavour. Однако предварительно их требовалось модернизировать для того, чтобы они могли, во-первых, противостоять Dunkerque, а во-вторых, уклониться от боя с более сильным противником. Решение о модернизации было принято в конце 1932 г.

Место и сроки проведения модернизации

Название Место проведения Начало работ Окончание работ
Giulio Cesare «Cantieri del Tirreno», Генуя 25.10.1933 1.10.1937

Изменение архитектуры

Conte di Cavour после модернизации на внутреннем рейде Таранто, 1937 г.
Линейный корабль Giulio Cesare, 1938 г.

Для обеспечения более высокой скорости хода корпусу кораблей требовалось придать большее соотношение длины к ширине. Для этого его удлинили наделкой в носовой оконечности — наибольшая длина возросла со 179,1 до 186,4 м. Чтобы не нарушать структурной прочности корпуса и ускорить время модернизации, новую носовую секцию как чулок надели на старый корпус примерно до середины барбета второй башни. При этом таранный форштевень вместе с наклонной частью старого киля так и остались внутри нового корпуса. Новый киль проходил параллельно ватерлинии вплоть до форштевня, которому придали клиперную форму. Кормовая часть корпуса, напротив, не подвергалась никаким изменениям, за исключением ликвидации внешних винтов и их валопроводов. Оба руля также остались на своих местах.

Палубу полубака, на которой устанавливались башни 120-мм орудий, зенитные пушки, катапульты и шлюпочное оборудование. расширили до бортов. При этом прежний каземат противоминной артиллерии остался внутри, и его очертания сохранила кормовая часть полубака, хотя амбразуры орудий в нем заделали.

Изменения над верхней палубой были не менее радикальными. Фактически, на прежних местах остались только концевые группы башен главного калибра. Линкоры получили новую носовую надстройку башенноподобного типа, предложенного Умберто Пульезе и ставшего в 1930-е годы «визитной карточкой» всех крупных надводных кораблей итальянского флота.

Усиление бронирования

Схема бронирования линейных кораблей типа Giulio Cesare после модернизации.

Броневая защита линкоров в ходе модернизации претерпела серьезные изменения. Правда, касалось это главным образом горизонтального бронирования, поскольку заменить бортовую броню, конструктивно входящую в структуру корпуса, не представлялось возможным. По некоторым данным, усилили только бронирование борта на уровне верхней палубы и палубы полубака, сделав его одинаковым на всех четырех линкорах — 150 и 120 мм соответственно (по другим данным, на Conte di Cavour они сохранили прежнюю толщину 130 мм). Однако все эти улучшения сводились на нет перегрузкой, из-за которой главный 250-мм пояс оказывался ниже ватерлинии, а 220-мм верхний ряд плит скрывался под водой уже при крене 4,5°.

Толщину главной палубы в пределах цитадели довели до 80 мм над механизмами и до 100 мм над погребами, вне цитадели ее толщина сохранилась без изменений — от 31 (18+13) мм на типе Conte di Cavour. Из-за возросших габаритов котлов и турбин нижняя палуба над отсеками силовой установки в пределах цитадели отсутствовала, а снаружи толщину ее небольшого плоского участка довели до 50 мм. Скосы остались прежними — 41 (20+21) мм, но служили теперь не столько для задержания осколков снарядов, пробивших броневой пояс, сколько в качестве одного из конструктивных элементов противоторпедной защиты.

Противоторпедная защита

Оборудование современной системы противоторпедной защиты являлось одним из краеугольных камней проекта реконструкции итальянских дредноутов. Ограниченная ширина корпуса и необходимость размещения мощной силовой установки не позволяли выделить под ПТЗ значительный объем, а на установку булей — типичного метода увеличения глубины защиты — итальянцы не могли пойти ввиду неизбежного при росте ширины падения скорости. Решением стало применение новаторской системы Умберто Пульезе.

Общая глубина ПТЗ по мидель-шпангоуту составляла 6,6 м; расчетная сопротивляемость подводному взрыву — 350 кг ТНТ.

Модернизация вооружения

В ходе модернизации состав вооружения бывших итальянских дредноутов претерпел радикальные изменения. Полностью сменилась номенклатура артиллерийских систем. Giulio Cesare и Conte di Cavour получили вооружение из 10 320-мм и 12 120-мм орудий, 8 100-мм зениток, 12 37-мм автоматов и 12 13,2-мм пулеметов. Таким образом, если ранее на каждом корабле присутствовали орудия трех различных калибров, то теперь их стало пять. В 1940 г. все пулеметы на линкоре заменили на такое же число 20-мм автоматов, обладавших большей огневой мощью.

Управление огнем

Важнейшие элементы системы управления огнем главного калибра линкоров типа Conte di Cavour были сосредоточены в носовой башенноподобной надстройке. На ее вершине, примерно в 23 м от уровня воды, находился главный командно-дальномерный пост (КДП), за свою характерную форму прозванный на флоте «шапкой карабинера». В нем находились: два дальномера с базой 7,2 м (стереоскопический и совмещающего типа) в общем кожухе, инклинометр, блок коммутации башен, устройства передачи команд в башни, индикаторы готовности башен, а также пост старшего артиллерийского офицера с прицелом центральной наводки (APG — apparecchio di punteria generate) и кнопкой выстрела, при помощи которой он мог давать залп всеми орудиями главного калибра или их частью. Центральный прицел, выступавший над крышей КДП, позволял определить пеленг на цель, дальномер — расстояние до нее (при этом стереодальномер использовался как скартометр — устройство, определяющее величину промаха), инклинометр служил для вычисления курсового угла цели.

Энергетическая установка

Giulio Cesare входит на внешний рейд Таранто, 3 октября 1937 г.
Линейные корабли Conte di Cavour (на переднем плане) и Giulio Cesare на довоенных маневрах.

Главная энергетическая установка из восьми водотрубных котлов Ярроу и двух турбозубчатых агрегатов (ТЗА) системы Беллуццо. Если старые турбины развивали мощность 31 000 л. с., деля ее на четыре вала, то после реконструкции проектную мощность в 75 000 л.с. делили только на два сохранившихся внутренних вала, а внешние ликвидировали.

В соответствии с веяниями времени для силовой установки приняли эшелонное расположение, причем с элементами «шахматного». Машинные и котельные отделения размещались в пяти отсеках, занимавших пространство от 24-го носового до 27-го кормового шпангоутов и разделенных поперечными переборками, при этом концевые отсеки делились еще и продольными водонепроницаемыми переборками.

На ходовых испытаниях Giulio Cesare была зафиксирована скорость 28,249 уз.

Запасы нефти хранились во внешних отсеках системы противоторпедной защиты и в цистернах двойного дна. Ее полный запас на Giulio Cesare достигал 2471,37 т.

Прочее оборудование

Окраска и внешние отличия

Схема камуфляжной окраски линейного корабля Giulio Cesare, 1937 г.
Схема камуфляжной окраски линейного корабля Giulio Cesare.

В довоенные годы надводный борт и вертикальные поверхности надстроек окрашивались в светлосерый цвет (Grigio Chiaro), в него же целиком красились башни, щиты 100-мм орудий, башенки командно-дальномерных постов, шлюпки. Подводная часть корпуса была кирпично-красной (Rossa Mattone) либо темно-зеленой (Verde Scuro). Ватерлиния, козырьки на дымовых трубах, якоря, шпили и кнехты — черные (Nero). На Conte di Cavour в черный цвет иногда красили верхнюю часть грот-мачты, однако стеньга на ней при этом оставалась светло-серой. Верхняя палуба, палубы надстроек и мостиков окрашивалась в темно-серый цвет с характерным металлическим отливом (Grigio Ferro), кроме палубы юта, имевшей тиковое покрытие и сохранявшей естественный цвет древесины. Обвесы мостиков с внутренней стороны были темно-синими (Blu Scuro).

Данная схема окраски сохранилась и после начала боевых действий. Единственным существенным отличием стало введение знаков идентификации с воздуха: палуба полубака до барбета носовой башни красилась белой известью, а после сражения у Пунта-Стило в июле 1940 г. по приказу адмирала Кампиони на нее нанесли широкие диагональные бело-красные полосы. Спасательные плотики, первоначально серого цвета, со временем перекрасили чередующимися красными и желтыми полосами для облегчения поиска с воздуха.

В 1941 г. флот обратился к известному художнику-маринисту Родольфо Клаудусу с предложением разработать свой образец камуфляжа.

Схема «Клаудус» произвела впечатление на моряков и нашла применение на ряде боевых единиц, Giulio Cesare получил ее между декабрем 1941 г. и январем 1942 г. Камуфляж был трехцветным — использовались светло-серый, голубой (Azzurro) и черный цвета.

Приказом командующего флотом от 29 декабря 1941 г. вводилась стандартная камуфляжная окраска, в которой учитывались типичные условия освещенности на Средиземном море. Основным цветом в ней являлся светло-серый (точнее — пепельно-серый), на который наносились широкие контрастные полосы темно-серого. Оконечности часто красились в грязнобелый цвет, чтобы маскировать размер поднимаемых кораблем бурунов и, таким образом, затруднять определение скорости. При этом рекомендовалось, по возможности, наносить различные рисунки как на различные корабли, так и на разные борта одного корабля. Темным полосам следовало придавать неправильную форму, избегая горизонтальных, вертикальных или параллельных линий.

Летом 1942 года стандартную камуфляжную окраску получили все три остававшихся в строю старых линкора. При этом на Giulio Cesare камуфляж был двухцветным, а фигуры имели клиновидную форму, причем летом 1943 г. рисунок на правом борту в носовой части несколько изменили.

Схема внешних различий линейных кораблей типа Conte di Cavour.

Giulio Cesare нес данную схему окраски до конца войны и даже при передаче Советскому Союзу в 1949 г. сохранял камуфляж на надстройках (корпус к тому времени перекрасили в темно-серый цвет).

Внешние отличия между линкорами внутри пар были минимальными. Giulio Cesare и Conte di Cavour, не считая мелких различий в башенноподобной надстройке и уже упоминавшихся крышек дальномеров на главном КДП, отличались расположением площадок зенитных автоматов на возвышенных башнях главного калибра: на Conte di Cavour они стояли точно над дальномерами (при этом сами дальномеры на нем были сдвинуты ближе к лобовой плите), а на Giulio Cesare — у задней кромки башни.

Общая оценка модернизации

История службы

Первая мировая война

Первым был окончен постройкой в конце ноября 1913 года Giulio Cesare, после чего в течение примерно полугода проходил различные испытания. В мае следующего года он и Leonardo da Vinci официально вступили в строй, войдя в состав эскадры. Ее командующий вице-адмирал Амеро д'Асте Стелла держал свой флаг на Dante Alighieri.

Первым заметным событием в карьере дредноутов стало получение Боевых знамен (Bandiere di Combattimento). Эта традиция, сохранившаяся в некоторых флотах Европы (испанский, итальянский) и Южной Америки, восходит к Средневековью, когда знатные дамы готовили некий символ (например, ленту, платок) и вручали его рыцарю, который обязан погибнуть, но вещь, сданную ему на хранение, спасти. В итальянском флоте Боевое знамя вручалось экипажам представителями видных дворянских фамилий, городов, имена которых носили корабли, университетов, ассоциациями ветеранов или различными патриотическими обществами. Его поднимали на мачте, когда корабль вступал в бой и весь экипаж находился на боевых постах. Церемонии передачи Боевых знамен Giulio Cesare и Leonardo da Vinci состоялись в один день — 7 июня 1914 г. — в Неаполе и Специи соответственно. Первый получил знамя от студентов и профессоров римского лицея «Мамьяни», второму его вручили представители общества Леонардо да Винчи из Флоренции.

Ровно через три недели в Сараево прогремели роковые выстрелы, приведшие к началу Первой мировой войны. Возможное выступления Италии на стороне Тройственного союза, в который она входила, особенно беспокоило руководство французского флота. В этом случае объединенные военно-морские силы Италии и Австро-Венгрии насчитывали бы шесть новейших линейных кораблей дредноутного типа, тогда как Франция располагала лишь двумя такими кораблями в строю и еще двумя, завершающими постройку, а англичане держали на Мальте три линейных крейсера (HMS Invincible, HMS Inflexible и HMS Indefatigable), каждый из которых в отдельности явно уступал австрийским и итальянским линкорам. В качестве противника итальянский флот угрожал бы переброске во Францию войск из Северной Африки и британских доминионов, ставил под удар союзные коммуникации в Центральном Средиземноморье.

Однако король Виктор Эммануил III и правительство Антонио Саландра не спешили ввязываться в схватку и не стали объявлять мобилизацию. 31 июля 1914 г. германскому послу была вручена нота со словами: «Война, начатая Австро-Венгрией... носит агрессивный характер, который не соответствует оборонительному характеру Тройственного союза, Италия не сможет участвовать в этой войне». 3 августа, после того как Германия объявила войну Франции, римское правительство официально заявило о нейтралитете. Союзники вздохнули с облегчением.

Вице-адмирал Луиджи ди Савойя герцог Абруццкий — командующий итальянским флотом в 1914—1917 гг.

К тому времени все три боеготовых итальянских дредноута входили в состав 1-й дивизии линкоров контр-адмирала Камилло Кореи и базировались на Таранто. Флагманским Dante Alighieri командовал капитан 1-го ранга Бискаретти; командиром Giulio Cesare был капитан 1-го ранга Марцоло, Leonardo da Vinci — капитан 1-го ранга Морино. При дивизии состоял легкий крейсер Nino Bixio под командованием капитана 2-го ранга Канчани. Командующий флотом вице-адмирал Луиджи ди Савойя герцог Абруццкий (вступил в должность 26 августа 1914 г.) поднял свой флаг на броненосце Regina Margherita.

В первый день апреля 1915 года, закончив испытания, в строй флота вошел Conte di Cavour (командир — капитан 1-го ранга Солари), а следом за ним, в начале мая, Caio Duilio (командир — капитан 1-го ранга Казанова). В качестве испытательного похода последний совершил поход из Специи к берегам Сицилии и обратно.

6 апреля в Специи Conte di Cavour получил свое Боевое знамя от жителей Турина — столицы Пьемонта и родного города графа Кавура. Церемония вручения Боевого знамени экипажу Caio Duilio» была назначена на 28 мая, но за четыре дня до этого Италия вступила в войну. Торжество пришлось отменить, а знамя срочно передать командиру линкора в частном порядке. Это сделал мэр Рима принц Просперо Колонна. Любопытно, что церемония передачи футляра (еще одного обязательного атрибута) состоялась спустя целых шестнадцать лет — 14 апреля 1932 г. на площади перед Капитолием, при стечении огромных масс народа. Забегая вперед, скажем, что Andrea Doria еще в период достройки, 14 мая 1915 г., получил Боевое знамя, ранее принадлежавшее одноименному броненосцу, — его взяли в венецианском военно-морском музее.

Giulio Cesare в Специи в первые месяцы службы.
Andrea Doria на стоянке в Таранто.

В течение всего десятимесячного периода нейтралитета руководство Италии лавировало между двумя воюющими лагерями, стараясь принять ту сторону, которая сулила наибольшие выгоды. Поскольку Австрия продолжала отчаянно противиться итальянским притязаниям на Триест, лучшей надеждой на их удовлетворение становилась поддержка Франции. Поэтому премьер Саландра предпочел союз со странами Антанты в обмен на обещание существенных территориальных приобретений после окончания боевых действий. Они включали вожделенный Триест, область Трентино с перевалом Бреннер, земли и острова по Далматинскому побережью, а также колониальные владения в Африке и Малой Азии. 26 апреля 1915 г. министр иностранных дел Сидней Соннино тайно заключил Лондонский договор, в итоге 23 мая Италия объявила войну Австро-Венгрии[1].

В тот же день на борту флагманского Conte di Cavour начальник итальянского Главного морского штаба адмирал Паоло Таон ди Ревель и командующий флотом вице-адмирал герцог Абруццкий провели с командующим британским Средиземноморским флотом адмиралом Д. Гэмблом переговоры по вопросам взаимодействия. 27 мая в Таранто состоялась встреча всех трех командующих флотами: герцога Абруццкого, Гэмбла и французского адмирала Ляпейрера, к которым присоединился командующий британской 5-й эскадрой линкоров контр-адмирал Сэсил Тёрнсби.

Командир 1-й дивизии линкоров контр-адмирал Камилло Корси.

Итальянский флот к тому времени представлял собой весьма внушительную силу: в его составе числилось 5 линкоров-дредноутов, 8 додредноутов, 10 броненосных и 10 малых крейсеров, 3 крейсера-скаута, 10 эсминцев, 93 миноносца и 21 подводная лодка (без учета устаревших кораблей, потерявших боевую ценность). Численно он и в одиночку превосходил своего противника по ту сторону Адриатики: австро-венгерский флот состоял из 3 дредноутов (SMS Viribus UnitisWows-icon.png, SMS Tegetthoff, SMS Prinz Eugen), 9 броненосцев (из которых 6 имели артиллерию калибром не более 240 мм), 3 броненосных и 7 легких крейсеров, 19 эсминцев, 70 миноносцев и 7 подводных лодок. Столь же выгодное соотношение характеризовало число 305-мм орудий на линейных кораблях: 76 итальянских против 48 австрийских. Слабым местом итальянцев были легкие силы: они имели всего три современных легких крейсера, к тому же практически лишенных брони, а их эсминцы по своим характеристикам заметно уступали прекрасным австрийским типа Tátra.

Организационно Королевский Итальянский флот состоял из двух эскадр. 1-я эскадра под командованием самого вице-адмирала герцога Абруццкого базировалась на Таранто и включала 1-ю дивизию линкоров, состоявшую из новейших дредноутов, и 5-ю дивизию крейсеров (4 броненосных крейсера). Conte di Cavour являлся флагманским кораблем командующего флотом, а на Dante Alighieri держал свой флаг командир 1-й дивизии контр-адмирал Кореи. К эскадре была приписана Разведывательная дивизия под командованием энергичного контр-адмирала Милло, которая включала 4 легких и 4 вспомогательных крейсера, 1 старый минный крейсер, два дивизиона эсминцев (11 единиц), три дивизиона миноносцев (18 единиц) и дивизион подводных лодок (4 единицы)[2].

На Бриндизи базировалась 2-я эскадра вице-адмирала Пресбитеро, состоявшая из 2-й и 6-й дивизий линкоров (6 кораблей додредноутного класса), 4-й дивизии крейсеров (4 броненосных и 1 бронепалубный крейсера), двух дивизионов эсминцев (10 единиц) и 4 минных заградителей.

Наконец, имелись отдельные Морские силы Венеции под командованием контр-адмирала Патриса, находившиеся в распоряжении главнокомандующего итальянской армией генерала Луиджи Кадорна. В их составе числились 3 устаревших броненосца, 2 таких же крейсера, 12 эсминцев, 30 миноносцев и 13 подводных лодок.

Организация итальянского флота на 24 мая 1915 г. Командующий флотом — вице-адмирал Луиджи ди Савойя герцог Абруццкий
1-я эскадра вице-адмирал Луиджи ди Савойя
1-я дивизия
линейные корабли Conte di Cavour (вице-адмирал Луиджи ди Савойя), Dante Alighieri (контр-адмирал Камилло Кореи), Giulio CesareWows-icon.png, Leonardo da Vinci

5-я дивизия
броненосные крейсера Giuseppe Garibaldi (контр-адмирал Эудженио Трифари), Varese, Francesco Ferruccio, Vettor Pisani

Разведывательная дивизия
вспомогательные крейсера Citta di Palermo (контр-адмирал Милло), Citta di Siracusa, Citta di Messina, Citta di Catania
легкие крейсера Quarto, Marsala, Nino BixioWows-icon.png, Libia (1912)
минный крейсер Agordat

1-й дивизион эсминцев: Animoso, Ardente, Audace, Ardito, Francesco Nullo
6-й дивизион эсминцев: Rosolino Pilo, Euro, Ostro, Dardo, Strale, Lampo
2-й дивизион миноносцев: Cigno, Calliope, Canopo, Cassiopea, Clio
3-й дивизион миноносцев: Sirio, Saffo, Sargittario, Scorpione, Serpente, Spica
4-й дивизион миноносцев: Alcione, Airone, Albatros, Ardea, Arpia, Astore
3-й дивизион подводных лодок: Nereide, Nautilus, 'Velella, Galileo Ferraris
вспомогательные суда (бывшие бронепалубные крейсера): Elba (плавбаза гидросамолетов), Lombardia (плавбаза подводных лодок)
2-я эскадра вице-адмирал Эрнесто Пресбитеро
2-я дивизия
линейные корабли Regina Elena (контр-адмирал Эмануэле Кутинелли-Рендина), Roma, Napoli, Vittorio Emanuele

6-я дивизия
линейные корабли Benedetto Brin (контр-адмирал барон Эрнесто Рубен де Сервен), Regina Margherita

4-я дивизия
броненосные крейсера Pisa (контр-адмирал Умберто Каньи), Amalfi, San Giorgio, San Marco, бронепалубный крейсер Piemonte

2-й дивизион эсминцев: Indomito, Intrepido, Irrequieto, Impavido, Impetuoso, Insidioso
5-й дивизион эсминцев: Nembo, Turbine, Aquilone, Borea
минные заградители: Liguria, Puglia, Minerva, Partenope
транспорт торпед Benghazi
Морские силы Венеции контр-адмирал Джованни Патрис
линейные корабли Sardegna (контр-адмирал Джованни Патрис), Emanuele Filiberto, Ammiraglio di Saint Bon
крейсера Carlo Alberto, Etruria
3-й дивизион эсминцев: Bersagliere, Artigliere, Granatiere, Lanciere, Carabiniere, Fuciliere
4-й дивизион эсминцев: Zeffiro, Espero, Alpino, Ascaro, Garibaldino
5-й дивизион миноносцев: Pegaso, Perseo, Procione, Pallade, Climene, Centauro
Отдельная дивизия миноносцев:
* 6-й дивизион миноносцев: 19OS24OS
* 9-й дивизион миноносцев: 13OS18OS
* 10-й дивизион миноносцев: 1PN6PN
* 11-й дивизион миноносцев: 7PN — 12PN
1-й дивизион подводных лодок: Jalea, Medusa, Atropo, Salpa, Zoea, Jantina
2-й дивизион подводных лодок: Giacinto Pullino, Fisalia, Argo, Argonauta
5-й дивизион подводных лодок: Squalo, Otaria, Delfino, Tricheco
Командир линейного корабля на 24 мая 1915 г.
Giulio Cesare капитан 1 pанга Лобетти

Предвоенными планами главная задача флота определялась как содействие армии на приморском направлении. Ожидалось, что после начала общего наступления главные силы двинутся на север и будут держаться в Венецианском заливе, где дадут бой вышедшему из Полы австрийскому флоту. Для прикрытия на это время Адриатического побережья и обеспечения покрытия возможных потерь начальник Главного морского штаба потребовал от союзников предоставить в его распоряжение восемь старых линкоров с 305-мм артиллерией главного калибра и двенадцать эскадренных миноносцев с 30-узловым ходом.

Данные требования союзные представители назвали чрезмерными, тем не менее определенную помощь итальянцы получили. В оперативное подчинение командующему 1-й эскадрой поступила британская эскадра линкоров контр-адмирала Тёрнсби, состоявшая из четырех броненосцев (HMS Queen, HMS London, HMS Prince of Wales, HMS Implacable). Разведывательной дивизии были приданы четыре британских легких крейсера (HMS Dartmouth, HMS WeymouthWows-icon.png, HMS Dublin, HMS Amethyst) и французский отряд капитана 1-го ранга Лежа (12 эскадренных миноносцев и 7 подводных лодок, к которым позже присоединились дивизион номерных миноносцев и десять траулеров, переоборудованных в тральщики) с устаревшим броненосцем Marceau в качестве плавучей базы.

«Неожиданно» выяснилось, что на всем Адриатическом побережье Апеннинского полуострова не имелось подходящих баз, способных обеспечить операции крупных сил. Сама Венеция не обладала необходимыми складскими мощностями и постоянно требовала подвоза топлива и продовольствия. Анкона являлась небольшой гаванью, слишком тесной для базирования эскадры и не обладавшей соответствующим портовым оборудованием. Опираться можно было лишь на Бриндизи, но эта база была слишком удалена от указанного района боевых действий. В противоположность этому, австрийцы располагали отличными базами в Поле, Себенико и Которе, маневр силами между которыми осуществлялся по внутренним фарватерам между многочисленными островами.

В первый же день войны австрийский флот дал звонкую пощечину итальянцам, обстреляв ряд портов и прибрежных городов. Был потоплен эсминец Turbine.

Conte di Cavour под флагом командующего флотом в гавани Таранто, 29 июля 1916 г.

После объявления войны итальянский флот приступил к блокаде Отрантского пролива. Линкоры в Таранто находились в трехчасовой готовности, изредка выходя в залив на эволюции и стрельбы. Их главной задачей считался бой с линейными силами противника, и ни в каком другом случае рисковать столь ценными кораблями не разрешалось. Хотя английские броненосцы адмирала Тёрнсби должны были действовать вместе с итальянскими дредноутами, на практике это никак не отрабатывалось и никакого взаимодействия между эскадрами не существовало. Впрочем, война на Адриатике свелась к действиям подводных лодок и спорадическим столкновениям легких сил. За три года имело место всего два относительно крупных сражения (29 декабря 1915 г. и 15 мая 1917 г.), однако и в них не принимало участие кораблей крупнее крейсера.

Главная же опасность исходила не от укрывшихся в базах австрийских дредноутов, а от подводных лодок. 8 июня U-4 торпедировала британский крейсер HMS Dublin — к счастью, ему удалось добраться до порта. Двум итальянским броненосным крейсерам повезло меньше: 7 июля в Венецианском заливе U-26 торпедировала и потопила Amalfi, а 18 июля в Нижней Адриатике Giuseppe Garibaldi получил попадание двух торпед с U-4, перевернулся и затонул в течение нескольких минут. Подводная угроза заставила все крупные итальянские корабли держаться в гаванях, выходя оттуда только в случае крайней необходимости. Поэтому перевод из Специи в Таранто линкора Caio Duilio, завершившего период боевой подготовки, обставлялся как полноценная боевая операция. Она началась 8 июня. По прибытии в главную базу корабль вошел в состав 1-й дивизии.

Остов броненосца Benedetto Brin в гавани Бриндизи.

«Итальянский флот после своего вступления в войну испытал много разочарований», — констатирует французский историк А. Томази. Венцом стала трагедия, серьезно подорвавшая моральный дух итальянских моряков. Утром 27 сентября 1915 г. на стоящем в гавани Бриндизи броненосце Benedetto Brin прогремел взрыв кормовых погребов боезапаса. Несмотря на принятые меры, корабль вскоре затонул. Вместе с ним погибли командир 6-й дивизии контр-адмирал барон Эрнесто Рубен де Сервен, 22 офицера и 433 матроса. Основной версией взрыва называли диверсию.

Катастрофа всколыхнула общественное мнение, кампания в печати привела к отставке морского министра адмирала Леоне Виале и начальника Главного морского штаба адмирала Таона ди Ревеля. За этим последовали значительные изменения в высшем морском командовании. Новым морским министром стал вице-адмирал Камилло Кореи — бывший командир 1-й дивизии линкоров. Адмирал Таон ди Ревель стал морским префектом Венеции и командующим всеми военно-морскими силами в Верхней Адриатике. Занимавший эту должность ранее контр-адмирал Патрис принял Разведывательную дивизию от адмирала Милло, но вскоре и сам был сменен контр-адмиралом Беллини.

В мае произошли новые изменения в командовании Реджа Марина, ставшие следствием Королевского декрета от 30 апреля, снизившего предельный возраст для адмиралов и установившего, что по достижении определенного возраста адмиральские чины могли занимать только береговые должности. Как считается, этот декрет явился выражением стремления правительства дать новый толчок к активизации морских операций. В результате вице-адмирал Умберто Каньи (бывший командир 4-й дивизии крейсеров) стал старшим морским начальником в Бриндизи, вице-адмирал Милло — старшим морским начальником в Валоне, а Разведывательную дивизию принял контр-адмирал Пини, но уже в сентябре его сменил контр-адмирал Альфредо Актон.

Адмирал Каньи действительно активизировал действия легких сил, особенно — торпедных катеров, но на линейных силах данные перемены не сказались практически никак. Дредноуты по-прежнему продолжали отстаиваться в Таранто, где вскоре разыгралась крупнейшая трагедия итальянского флота за весь период Первой мировой войны.

2 августа 1916 г. линейный корабль Leonardo da Vinci, только что прошедший докование в Таранто, стоял на внутреннем рейде базы (Мар Пикколо). Днем на нем произвели погрузку боезапаса для предполагавшегося выхода на учебные стрельбы, чтобы не тратить основного боекомплекта. Всего на корабле находилось 846 305-мм, 2866 120-мм снарядов и 2 450-мм торпеды (общим весом 700 т), а также полный запас жидкого топлива. Все снаряды и заряды были приняты в нормальном состоянии, никаких замечаний при погрузке не отмечалось.

Около 23:00 в кормовой части произошел взрыв. Мощность его была настолько незначительной, что находившиеся в нижних палубах офицеры и матросы почувствовали лишь небольшое сотрясение, которое впоследствии сравнивали с вытравливанием якорной цепи. Из горловины вытяжного вентилятора, расположенного вблизи элеватора №10 кормовой башни, показалось легкое облачко дыма. Прибывший на место командир корабля, увидев, что дым идет из отделения башни №5, и поняв, что там происходит пожар, немедленно объявил боевую тревогу и приказал затопить погреба кормовой группы башен. Были открыты кингстоны, для тушения пожара в корме разнесли шланги. Однако в 23:16 из элеватора №10 показалось сильное пламя, сопровождавшееся снопом искр. Пожар проник на батарейную палубу и стал быстро распространяться по кормовой 120-мм батарее правого борта в носовую часть. Теперь уже со стоящих на рейде кораблей заметили огонь и дым, пробивающиеся из всех отверстий линкора.

Принятых мер оказалось недостаточно. Через шесть минут после появления пламени в корме прогремел мощный взрыв, по произведенным разрушениям многократно превосходящий первоначальный. Среди экипажа появились убитые и раненые, часть моряков с верхних постов взрывной волной смело за борт, но главное — были разрушены корпусные конструкции. Через пробоины и поврежденные кингстоны затопления в носовой части в корпус в больших объемах начала поступать вода. В 23:40 линкор стал постепенно погружаться кормой с быстро нарастающим креном на левый борт. В 23:45 Leonardo da Vinci перевернулся кверху килем и затонул на глубине около 10 м. Погибли 21 офицер из 34 и 227 старшин и матросов из 1156. В числе погибших оказался и командир корабля капитан 1-го ранга Сомми Пиченарди.

В ходе расследования выяснилось о планировавшихся «Австрийской военно-морской информационной службой» — иначе говоря, военно-морской разведкой, аналогичных взрывах на линкорах Giulio Cesare и Conte di Cavour, намеченных на 5 и 12 мая 1917 г. соответственно.

Затворники Таранто

Гпавнокомандующий военно-морскими силами Италии адмирал Паоло Таон де Ревель.
Вице-адмирал Лоренцо Кузани-Висконти — командующий флотом в 1918—1919 гг.

Несмотря на гибель Leonardo da Vinci численность итальянских линейных сил осталась на прежнем уровне. 3 мая 1916 г. после завершения испытаний и прохождения курса боевой подготовки в Таранто из Специи прибыл Andrea Doria. Это позволило сформировать в составе 1-й эскадры 2-ю дивизию линкоров, в которую вошли Andrea Doria, Caio Duilio и Dante Alighieri[3], тогда как Conte di Cavour и Giulio Cesare по-прежнему остались в 1-й дивизии.

В ноябре 1916 г. организационная структура итальянского флота снова претерпела изменения. Силы, действующие в Нижней Адриатике, были разделены на три группы. В группу «А», базирующуюся на Таранто, вошли 1-я и 2-я дивизии линкоров со вспомогательными судами. Группа «В» в Бриндизи объединяла Разведывательную дивизию (4 легких крейсера, 13 эсминцев и 10 миноносцев), соединение Отрантского патруля (16 миноносцев и 18 малых кораблей и катеров) и ряд других кораблей и судов — сторожевиков, тральщиков, буксиров, войсковых транспортов. Наконец, в Валоне была создана группа «С», в которую включили 3-ю дивизию линкоров (4 броненосца типа Regina Elena), 4-ю дивизию крейсеров (броненосец Regina Margherita, броненосные крейсера Varese и Francesco Ferruccio), гидроавианосец Europa, штабной корабль Ammiraglio Maniagi, 11 миноносцев, 2 минных заградителя и около 40 вспомогательных единиц.

Giulio Cesare во внутренней гавани Таранто, 3 июля 1917 г.

29 ноября корабли 2-й дивизии снялись с якорей в Таранто и перешли на о. Корфу, где присоединились к французской эскадре вице-адмирала Гоше. 1 декабря туда же прибыла 1-я дивизия во главе с командующим флотом. Базирующиеся на Корфу мощные союзные силы (7 французских и 5 итальянских линкоров) должны были обеспечить надежный заслон на случай возможного выхода австрийских линейных кораблей из Адриатического моря. Само присутствие там итальянских кораблей дало морскому министру контр-адмиралу Кореи основание заявить, что «сотрудничество обоих флотов при совместных операциях... является обеспеченным в самой полной мере». Однако на самом деле итальянцы ограничились самостоятельной боевой подготовкой, благо обширная закрытая акватория между островом и материком позволяла спокойно отрабатывать учебно-боевые задачи. Никакого реального взаимодействия между флотами не было и в помине. Пребывание на Корфу оказалось непродолжительным. Giulio Cesare вернулся в Таранто уже 28 декабря (для планового ремонта), Conte di Cavour — 20 января 1917 г., Andrea Doria, Caio Duilio и Dante Alighieri — на следующий день.

За три с половиной года боевых действий итальянские дредноуты не только не сделали ни одного выстрела по противнику, но даже ни разу не видели его. Данные по их «боевой» активности производят поистине удручающее впечатление. Так, Conte di Cavour во время войны совершил три боевых похода, находился в море 40 ходовых часов, 120 часов стоял в боевой готовности в базе и провел 966 часов в различных учениях и тренировках; Giulio Cesare совершил два боевых похода общей продолжительностью 31 час (переход на Корфу и возвращение) и 387 часов занимался боевой подготовкой; на счету Caio Duilio значатся четыре похода, 268 ходовых часов и 512 часов боевой подготовки,Andrea Doria — 70 ходовых часов и 311 часов упражнений[4].

Роль линейных кораблей в боевых действиях на Средиземном море в годы Первой мировой войны лучше всего отражают слова А. Томази: «Длительные стоянки на рейдах при отсутствии боевых столкновений с противником в значительной степени снижали действительную боевую ценность <линкоров>. Их личный состав сам начинал сомневаться в полезности своих кораблей. Вся жизнь воевавших флотов сосредоточилась на легких силах».

От войны к миру

Символ победы! Dante Alighieri входит в Полу для обеспечения перехода в Италию капитулировавших кораблей австрийского флота, март 1919 г. Справа линейный корабль Tegetthoff.
Giulio Cesare в штормовом море, 1924—1925 гг.

Не сумев достойно проявить себя в годы Первой мировой войны, итальянские дредноуты, словно в качестве компенсации, оказались вовлеченными в бурную деятельность сразу после ее окончания. Уже 5 ноября 1918 г. — на следующий день после подписания перемирия — Conte di Cavour под флагом командующего эскадрой перешел на Корфу, где еще находилась французская эскадра. 10 ноября за ним последовали Andrea Doria, Caio Duilio и Giulio Cesare. На рейде этого острова экипажи линкоров занялись интенсивной боевой подготовкой, стараясь наверстать упущенное за годы бездействия.

Итальянское присутствие в этом стратегически важном пункте на выходе из Адриатического моря продолжалось до весны 1919 года. Giulio Cesare покинул Корфу 11 декабря, когда отправился в Таранто для прохождения ремонта, после чего вернулся 18 февраля и оставался до 23 апреля. Conte di Cavour и Caio Duilio ушли на родину 26 января, а Andrea Doria — 19 февраля. Впоследствии Conte di Cavour нанес еще один непродолжительный визит на Корфу 6—21 мая, по возвращении из которого отправился в Специю для подготовки к первому в карьере этих кораблей дальнему заграничному походу.

Хотя Италия формально вышла из войны победительницей, внутриполитическая обстановка в стране обострилась, обнажились социальные и экономические проблемы. В этих условиях решено было организовать визит одного из крупных кораблей в Северную Америку. Тем самым преследовались две цели: во-первых, подобные мероприятия всегда положительно влияют на имидж государства на международной арене; во-вторых, правительство надеялось подтолкнуть многочисленную итальянскую диаспору в Америке к более активному оказанию экономической помощи своей исторической родине, особенно рассчитывая на льготные кредиты итальянским фирмам.

Командир Conte di Cavour» капитан 1-го ранга Анджело Уго Конц (в 1928—1929 гг. в чине вице-адмирала будет командовать 2-й и 1-й эскадрами итальянского флота).

«Функция «демонстрации флага», как правило, возлагалась на крейсера, — пишут итальянские авторы, — однако Италия на тот момент не располагала крупными кораблями крейсерского класса современной постройки, способными продемонстрировать высокий технический уровень и эффективность итальянской промышленности». В итоге выбор пал на Conte di Cavour — одну из самых крупных и современных боевых единиц итальянского флота, способную «не ударить в грязь лицом» при сравнении с иностранными кораблями. Он прошел необходимый предпоходовый ремонт в арсенале Специи, а его командир, капитан 1-го ранга Анджело Уго Конц, непосредственно перед выходом получил чин младшего контр-адмирала[5].

23 июля 1919 г. Conte di Cavour покинул Специю. Его поход, сопровождавшийся заходами в Гибралтар, Пунта-Дельгада и Файял (Азорские острова), Галифакс, Бостон, Ньюпорт, Томкинсвилль. Нью-Йорк, Филадельфию, Аннаполис и на знаменитый Хэмптонский рейд, увенчался полным успехом. 11 декабря линкор вернулся в Таранто.

Интервенция против Турции

С победой союзников в войне пала многовековая Оттоманская империя. Ее арабские владения были отторгнуты в пользу Великобритании. Франции или вновь образованных независимых государств; она полностью отказывалась от своих претензий на Ливию и Додеканезские острова, отвоеванные итальянцами в ходе войны 1911— 1912 гг.; проливы Босфор и Дарданеллы подлежали демилитаризации и переходили под международный контроль. Более того: победители оговорили себе право оккупировать любой стратегически важный пункт на территории Турции. Для решения данной задачи была сформирована так называемая Союзная эскадра Эгейского моря, в которую вошла и итальянская группа в составе четырех линкоров, двух крейсеров и трех эсминцев.

22 марта 1919 г. броненосец Regina Elena в сопровождении одного эсминца вошел в порт Анталия, где спустя пять суток был высажен десант, который занял город. 3 апреля десант был усилен пехотным батальоном. Следующей целью итальянцев стала Смирна (ныне Измир).

25 апреля Caio Duilio под командованием капитана 1-го ранга Мальяно вышел из Таранто в сопровождении двух крейсеров и трех эсминцев и 29-го прибыл в этот порт, ставший яблоком раздора между Италией и Грецией. По договору 1916 года Смирна и юго-западная Анатолия должны были отойти Италии. Однако в январе 1919 г. греческое правительство обратилось к Совету Послов стран Антанты с меморандумом, что проживающие в данном районе греки хотели бы присоединения Анатолии к Греции, и 13 мая Совет признал за последней право на оккупацию Смирны. Потерпев фиаско, итальянцы приступили к самостоятельному захвату важнейших портов региона. Уже 4 мая их десант высадился в Скаланова (ныне Кушадасы), 11—14 мая были произведены высадки в Макри, Будруме, Мармарисе и Фетхие, а до конца июня итальянские войска оккупировали Конию, Айдын и ряд других пунктов. Только 29 июля, под сильным давлением Великобритании, было подписано греко-итальянское соглашение о разделе сфер влияния, согласно которому итальянцы эвакуировали некоторые занятые районы.

Вице-адмирал Эмилио Солари — командующий Эскадрой Леванта в 1919—1920 гг. и командующий флотом в 1922—1923 гг.

Caio Duilio оставался в Смирне до 9 июня, когда был сменен броненосцем Roma, а сам перешел в Константинополь (Стамбул), куда также прибыл Andrea Doria под флагом командующего 2-й дивизией линкоров вице-адмирала Солари. 1 июля это соединение было переформировано в Эскадру Леванта (или Восточную эскадру), а ее командующий фактически стал командующим флотом. Оба линкора совершили походы по Черному морю, при этом Caio Duilio заходил в Батум, а Andrea Doria — в Севастополь. 4 июля в Босфоре бросил якорь Giulio Cesare, после этого Caio Duilio перешел в Смирну. Очередная ротация состоялась 9 сентября, когда Caio Duilio ушел в Таранто (прибыл 12-го), где был выведен в резерв, а Giulio Cesare принял от него функции стационера в Смирне.

В конце концов итальянцы проявили благоразумие и смогли избежать втягивания в масштабные боевые действия, заключив с правительством Мустафы Кемаля экономические соглашения в обмен на вывод своих войск, а в следующем году даже оказывали помощь кемалистам в войне против греков, поставляя им оружие и военное снаряжение.

В начале ноября 1919 г. итальянские линкоры покинули турецкие воды. Andrea Doria 9 ноября вернулся в Таранто, а затем отправился на ремонт в Специю. Giulio Cesare на обратном пути совершил заходы в Тобрук, Бенгази и Триполи, закончив свою заграничную командировку 13 ноября в Аугусте. 20 декабря Эскадра Леванта была расформирована.

* * *

В марте 1920 г. Giulio Cesare снова совершил поход в Эгейское море с заходами в Константинополь, Фалерон и Занте. Затем настала очередь Andrea Doria выполнять представительские обязанности: 4—8 апреля он ходил с визитом на французский Лазурный берег, где принял участие в праздновании вступления в должность нового президента Франции. Активность Conte di Cavour в течение года ограничилась несколькими выходами на учения и тренировки. Зато Caio Duilio в июне был выведен из резерва и спешно направлен в албанские воды.

Весной 1922 г. Caio Duilio посетил с визитом вежливости Алжир, где 17 апреля прошел смотр французского флота. В том же году Conte di Cavour находился в Генуе во время работы международной экономической конференции, а затем перешел на Адриатику, снова приняв на борт Его Величество.

Что же касается Andrea Doria и Giulio Cesare, то они на протяжении 1921—1922 гг. не покидали пределов Тирренского моря, поочередно выполняя функции флагманского корабля командующего флотом вице-адмирала Умберто Каньи.

Интервенция на Корфу

27 августа 1923 г. итальянская миссия, назначенная Советом Послов для демаркации греко-албанской границы, попала в засаду на дороге между Яниной и Санти-Кваранти; руководитель группы генерал Телини, два офицера и водитель были убиты. Этот инцидент стал для фашистского правительства Бенито Муссолини, всего несколько месяцев назад пришедшего к власти, поводом для усиления давления на Грецию, ослабленную поражением в войне с Турцией. Ей был предъявлен жесткий ультиматум, который греческое правительство отвергло, после чего Муссолини отдал приказ о захвате острова Корфу (греческое название Керкира)[6].

Проведение операции было возложено на флот, который 30 августа прервал традиционные летние маневры. На рейде Таранто сосредоточились 4 линкора, 4 крейсера, 22 эсминца, 5 подводных лодок и 6 — 8 транспортов.

Командующий флотом вице-адмирал Э. Солари разделил эскадру на два отряда: главный, предназначенный для высадки на Корфу, и блокадный, для осуществления блокады греческих военно-морских баз. В ночь с 30 на 31 августа линкоры и транспорта приняли десант (около 10 тысяч пехотинцев и горных стрелков), и утром итальянские корабли уже входили в греческие территориальные воды. Одновременно были интернированы все греческие суда в итальянских портах.

Около 15 часов 31 августа главные силы, состоящие из линкоров Conte di Cavour (под флагом адмирала Солари), Giulio Cesare, Caio Duilio, Andrea Doria, тринадцати эсминцев (Alpino, Ardente, Generale Antonio Cantore, Generale Antonio Cascino, Generale Antonio Chinotto, Insidioso, Giuseppe Missori, Generale Carlo Montanari, Generale Achille Papa, Rosolino Pilo, Premuda, Generale Marcello Prestinari, San Martino) и шести транспортов, подошли к рейду порта Керкира. Высадившийся на берег итальянский парламентер объявил местным властям, что по причине отклонения ультиматума итальянский флот устанавливает блокаду острова и в 16:00 намеревается занять город и порт, как было сказано, «мирным путем».

Армейские подразделения на палубе линкора Conte di Cavour.

Вскоре эскадра вошла непосредственно в порт. Адмирал Солари потребовал от начальника гарнизона в знак отказа от сопротивления вывесить на стенах старой крепости белый флаг, а чтобы сделать греков более сговорчивыми, приказал произвести несколько холостых выстрелов из корабельных орудий. Когда итальянское требование было отвергнуто, линкоры открыли по крепости огонь из 120-мм и 152-мм орудий. Одновременно прилетели самолеты итальянских ВВС, начавшие обстреливать из пулеметов примыкавшие к ней городские кварталы. В результате этих действий на берегу погибло 20 человек (из них 16 детей), более 50 было ранено — в большинстве своем беженцы из Малой Азии. Не имея возможностей к сопротивлению, греческий гарнизон, состоявший из 100 солдат и 150 полицейских, выбросил белый флаг. Это послужило сигналом к началу высадки, и около 18 часов итальянские десантные партии заняли поселки Мандукион (севернее города) и Кастрадес (южнее его), где когда-то располагались береговые батареи, откуда двинулись непосредственно в город. Греческий гарнизон был разоружен, а над крепостью взвился итальянский флаг.

Консулы и торговые представители иностранных государств, аккредитованные на Корфу, коллективно прибыли на борт Conte di Cavour с официальным протестом против бомбардировки мирного города и нарушения статуса «вечного нейтралитета» острова. Однако Солари заявил, что занятие Корфу — не акт войны, а «манифестация с целью получения сатисфакции».

На следующий день итальянские подразделения полностью заняли Корфу, а также мелкие островки, лежащие у его побережья. После этого адмирал Солари с большей частью эскадры вышел в море и направился к берегам материковой Греции для усиления блокады ее портов (прежде всего, Пирея и Превезы). Греческий флот во избежание провокаций ушел в Эгейское море.

В дальнейшем решение конфликта было переведено в дипломатическую плоскость. Совет Послов в обмен на эвакуацию итальянцев с Корфу присудил Греции принесение официальных извинений за гибель итальянских военных, выплату денежной компенсации, а также проведение церемонии «уважения итальянского флага» (оказание воинских почестей при передаче тел погибших). 13 сентября интернированные греческие суда были освобождены, судоходство — восстановлено. 20 сентября в греческий порт Фалерон близ Афин вошла союзная эскадра в составе итальянских линкоров Conte di Cavour (флаг вице-адмирала Солари) и Giulio Cesare с восемью эсминцами, а также французского и британского крейсеров. Греческие броненосцы Kilkis и [Navy:Lemnos (1914)|Lemnos]] салютовали им флагами и 21 выстрелом. Хотя вывод итальянских сил с Корфу начался 23 сентября и завершился 27-го, корабли оставались в греческих водах до 29-го в качестве гарантии выплаты компенсации. 30 сентября Conte di Cavour и Giulio Cesare вернулись в Таранто.

* * *

Дальнейшая карьера итальянских дредноутов вплоть до начала их капитальной модернизации в 1930-е годы не изобиловала яркими эпизодами. Они несли обычную рутинную службу мирного времени, перемежавшуюся с нахождением в резерве, лишь изредка совершая заграничные походы или выполняя различные представительские функции.

18 ноября 1923 г. вышедшие из Специи Conte di Cavour и Giulio Cesare встречали испанскую эскадру с королевской четой Испании, совершившей визит в Италию. На обратном пути кратковременный эскорт испанским кораблям составил Andrea Doria. 6 декабря вице-адмирал Солари сдал должность командующего флотом вице-адмиралу Альфредо Актону, поднявшему свой флаг на Conte di Cavour.

В июне следующего года король Италии посетил Испанию с ответным визитом на борту линкора Dante Alighieri, который сопровождали Conte di Cavour и Caio Duilio. 6 июня отряд прибыл в Валенсию, на следующий день перешел в Барселону, где оставался в течение недели, а 16-го вернулся в Специю.

В начале 1925 г. пришла очередь совершить заграничный поход и для Andrea Doria. Он должен был представлять Италию на торжествах по случаю 400-летия со дня рождения великого португальского мореплавателя Васко да Гамы. Выйдя в море из Гаэтты, 16 января линкор был в Лиссабоне, а 7 февраля вернулся в Специю, где прошел ремонт и модернизацию.

Вообще, для этого корабля год сложился чрезвычайно удачно и был наполнен событиями. Отойдя от судоремонтной стенки в июне, он принял участие в летних маневрах, во время которых взял призы за лучшую скорость и лучшую стрельбу среди крупных боевых единиц итальянского флота, а в октябре снова пришел в Специю для подготовки к очередному дальнему походу.

Восстание арабского населения в Джебель Друзо, грозящее перекинуться на всю подмандатную Франции ближневосточную территорию, потребовало присутствия в регионе военно-морских сил для защиты итальянских интересов и проживающих в Сирии итальянских граждан. 5 ноября Andrea Doria с дивизионом эсминцев прибыли в Портолаго (о. Дерос). На Деросе линкор оставался до 12 декабря, после чего отправился в обратный путь. Совершив заходы в ряд портов Додеканезских островов (Патмос, Калимнос, Кос, Родос), Яффу, Александрию, Тобрук и Бенгази, он вошел в Специю 5 января 1926 г.

Conte di Cavour и Giulio Cesare в течение 1925 г. занимались обычной боевой подготовкой, попутно приняв участие в морских парадах в Остии и Аугусте. А вот Caio Duilio отметился чрезвычайным происшествием. 8 апреля в 13:40, во время проведения учебных стрельб в районе Специи, в верхнем элеваторе башни №3 прогремел мощный взрыв. Корабль оказался выведенным из строя на целых три года — ремонт завершился только в апреле 1928 г.

Организация итальянского флота на 1926 г. Командующий флотом — вице-адмирал Диего Симонетти
Флагман флота — линейный корабль Conte di Cavour
Дивизия линкоров
линейные корабли Andrea Doria, Caio Duilio, Giulio CesareWows-icon.png, Dante Alighieri
Разведывательная эскадра
1-я дивизия скаутов
крейсера-скауты Ancona, TarantoWows-icon.png, Venezia, Bari, легкий скаут Cesare Rossarol

2-я дивизия скаутов
крейсера-скауты Marsala, Nino BixioWows-icon.png, легкие скауты LeoneWows-icon.png, Tigre, Pantera
Торпедная дивизия
флагман — крейсер-скаут Quarto
1-я торпедная флотилия
лидер — легкий скаут Carlo Mirabello
* 1-й дивизион эсминцев: Nicola Fabrizi, Giuseppe La Farina, Giacomo Medici, Giuseppe La Masa
* 2-й дивизион эсминцев: Generale Achille Papa, Generale Marcello Prestinari, Generale Antonio Cascino, Generale Antonio Cantore
2-я торпедная флотилия
лидер — легкий скаут Aquila
* 3-й дивизион эсминцев: San Martino, Solferino, Confienza, Enrico Cosenz
* 4-й дивизион эсминцев: Castelfidardo, Curtatone, Calatafimi, Monzambano, Giacinto Carini
3-я торпедная флотилия
лидер — легкий скаут Falco
* 5-й дивизион эсминцев: Giovanni Acerbi, Vincenzo Giordano Orsini, Giuseppe Sirtori, Giuseppe Missori
* 6-й дивизион эсминцев: Benedetto Cairoli, Antonio Mosto, Simone Schiaffino, Rosolino Pilo, Giuseppe Dezza
Отдельная флотилия эсминцев Адриатического моря
эсминцы Cortelazzo, Monfalcone, Ardente, Ardito

В конце 1925 г. Conte di Cavour был выведен в резерв и пребывал в статусе разоруженного корабля до марта 1926 г. За это время на нем смонтировали катапульту. Едва вернувшись в строй, 8 апреля в Гаэте он принял на борт главу правительства Бенито Муссолини, отправлявшегося с визитом в Ливию. После непродолжительного пребывания в Триполи (11—15 апреля) 17-го линкор вернулся в исходный пункт. Почти сразу последовал еще один короткий визит на Мальту. 27 апреля Conte di Cavour отшвартовался в Специи и провел остаток года в разнообразных учениях и экспериментах в отечественных водах. В то же время его систершип Giulio Cesare был выведен в резерв в Таранто, где простоял около двух лет.

Йеменский принц Эль-Салам Муххамед поднимается на палубу Conte di Cavour в Гаэтте, 1927 г.

В 1927 г. в Остии состоялся большой морской парад, который принимал лично Муссолини. Наряду с другими кораблями в нем принимали участие Conte di Cavour и Andrea Doria. В сентябре Andrea Doria, вместе с Dante Alighieri и несколькими более мелкими единицами, совершил поход по Адриатическому морю, посетив порт Зара. В 1928 г. Andrea Doria нанес визиты в Занте, Фалерон и Аргостолион, а Conte di Cavour в апреле того же года побывал в Триполи.

Между тем являлось очевидным, что время дредноутов с 12-дюймовой артиллерией главного калибра прошло, и никакие улучшения не смогут сделать их достойными соперниками линкоров, построенных в последнее десятилетие, тогда как содержание этих стремительно устаревающих монстров тяжким бременем ложилось на государственный бюджет. В создавшихся условиях руководство Реджа Марина приняло решение сократить численность линейных сил до двух боеготовых единиц. Разумеется, выбор пал на наиболее новые и хорошо вооруженные корабли типа Caio Duilio.

В итоге 12 мая 1928 г. Conte di Cavour вывели в резерв в Таранто, а Giulio Cesare стал учебно-артиллерийским кораблем. В течение пяти лет судьба этой пары оставалась под вопросом, но в конечном итоге было принято решение об их кардинальной модернизации, начавшейся в октябре 1933 года. Карьера же первого итальянского дредноута Dante Alighieri закончилась: 1 июля 1928 г. он был выведен в резерв, 1 ноября исключен из состава флота и впоследствии продан на слом...

Оставшиеся в строю Andrea Doria и Caio Duilio продолжали службу в обычном режиме. После того как 16 марта 1928 г. флот был снова разделен на две эскадры, они вошли в состав 1-й, которой командовал вице-адмирал Аттилио Бональди. Кампанию 1929 года линкоры отметили походом по Восточному Средиземноморью. 30 мая они вышли в море (из Аугусты и Таранто соответственно), нанесли визит в Аргостолион, где пробыли до 10 июня, затем обошли Ливию, Египет и Эгейское море, посетив Бенгази, Тобрук, Александрию, Яффу, острова Родос, Кос, Лерое и Сира, и 18 июля вернулись в Таранто.

В том же стиле прошли два следующих года. Andrea Doria и Caio Duilio самостоятельно и в составе эскадры отрабатывали задачи боевой подготовки в отечественных водах, потом совершали походы к берегам Ливии, Греции, Турции, Сирии, на Кипр, Крит или Додеканезские острова, а завершалось этот большими осенними маневрами.

Но время брало свое — корабли неуклонно старели, причем не столько физически, сколько морально. К тому же в строй вступили тяжелые крейсера типа Zara, которым современными доктринами отводилась роль нового ударного ядра флота. 11 августа 1932 г. Caio Duilio был выведен в резерв в Таранто, в том же месяце в Специи аналогичным образом временно завершилась карьера Andrea Doria. Правда, впоследствии Caio Duilio еще использовался в качестве стационарного учебного корабля, а с 15 августа 1933 г. до конца 1936 г. являлся флагманским кораблем командующего Резервным флотом в Таранто.

На дальнейшей судьбе этой пары самым благоприятным образом сказалась модернизация их предшественников. Перестройка Conte di Cavour и Giulio Cesare настолько вдохновила командование итальянского флота, что следом аналогичной процедуре решили подвергнуть и Andrea Doria с Caio Duilio. В марте 1937 г. они покинули свои стоянки и направились на верфи.

Вторая мировая война

Морской парад в Неаполитанской бухте, 5 мая 1938 г. Головной Conte di Cavour с Гитлером и Муссолини на борту, за ним Giulio Cesare.
Морской парад в Неаполитанской бухте, 5 мая 1938 г. Головной Conte di Cavour с Гитлером и Муссолини на борту, за ним Giulio Cesare.
Визит 1-й эскадры итальянского флота на Мальту, 21—24 июня 1938 г. Giulio Cesare проходит мимо линейного крейсера Hood.
Визит 1-й эскадры итальянского флота на Мальту, 21—24 июня 1938 г. Giulio Cesare готовится к постановке на якорь.
Визит 1-й эскадры итальянского флота на Мальту, 21—24 июня 1938 г.Giulio Cesare (на переднем плане) и Conte di Cavour в гавани Ла-Валетты.
Корабли 5-й дивизии в Неаполе, 1939 г. Слева направо: Conte di Cavour, Giulio Cesare, эсминцы Usodimare и Da Noli.

Работы по реконструкции Conte di Cavour на верфи «C.R.D.A.» завершились 30 апреля 1936 г. Спустя несколько дней — 3 мая — линкор прибыл на военно-морской арсенал Специи, и 1 июня 1937 г., после монтажа и отладки систем вооружения, обновленный корабль вновь вошел в состав флота. Giulio Cesare перешел из Генуи в Специю 4 июня 1937 г. и снова поднял флаг 1 октября. Оба линкора вошли в состав 1-й эскадры, которой в то время командовал вице-адмирал Артуро Риккарди. Главная база соединения находилась в Таранто.

Модернизированные корабли стали гордостью итальянских моряков и на протяжении короткого довоенного периода своей карьеры регулярно участвовали в различных торжественных мероприятиях и использовались для демонстрации флага. 5 мая 1938 г. они стали «гвоздем» состоявшегося в Неаполитанской бухте большого морского парада («Rivista Н») по случаю государственного визита германского канцлера Адольфа Гитлера. В следующем месяце оба линкора приняли участие в заграничном походе 1-й эскадры. С 21 по 24 июня Conte di Cavour и Giulio Cesare находились с официальным визитом в британской военно-морской базе Ла-Валетта на Мальте, после чего совершили круиз по Адриатическому морю, посетив югославские порты Тиват (в Которской бухте) и Шибеник, и 1 августа вернулись в Таранто.

Весной следующего года линкорам довелось участвовать в первой боевой операции — вторжении в Албанию. Эта страна, которой с 1924 г. правил диктатор Ахмед бег Зогу, объявивший себя королем, и без того находилась под фактическим протекторатом Италии, но вдохновленный мюнхенским успехом Гитлера, с попустительства западных союзников занявшего Чехословакию, Муссолини решился на аналогичный захват «Страны орлов». 25 марта 1939 г. албанское правительство получило ноту, требующую дать согласие на ввод итальянских войск, а 5 апреля — ультиматум.

На следующий день из Таранто, Бари и Бриндизи вышло около 50 транспортов с войсками экспедиционного корпуса генерала А. Гуццони (38 тысяч человек при 150 единицах бронетехники). Охрана на переходе и огневая поддержка при высадке возлагались на корабли 1-й эскадры вице-адмирала Риккарди — линкоры Giulio Cesare и Conte di Cavour, тяжелые крейсера Pola, Zara, Fiume, Gorizia, легкие крейсера Luigi Cadorna, Giuseppe Garibaldi, Duca degli Abruzzi, 12 эсминцев, 4 миноносца и 7 вспомогательных судов. Авиационное прикрытие обеспечивали 324 самолета. Высадка намечалась на раннее утро 7 апреля сразу в четырех пунктах: Дурресе (итальянское название Дураццо), Влёре (Валона), Шенгине (Сан-Джованни ди Медуа) и Саранде (Санти Кваранти).

Наиболее многочисленная группа высаживалась в Дурресе. Высадку обеспечивала значительная группа боевых кораблей во главе с линкором Giulio Cesare под флагом адмирала Риккарди. Подразделения албанского гарнизона, занявшие позиции на горах, оказали упорное сопротивление, обстреляв миноносец Lupo и вспомогательный крейсер Barletta. В ответ Giulio Cesare открыл огонь из 120-мм и 100-мм орудий, к которым присоединилась артиллерия крейсеров. Под таким прикрытием транспорты вошли в порт и выгрузили на берег подразделения пехоты и бронетехники, которым удалось сломить сопротивление оборонявшихся.

Получив столь неприятный урок, в остальных пунктах итальянцы предваряли высадку бомбардировкой с моря. Во Влере главную роль в этом сыграл Conte di Cavour. Правда, здесь высадка десанта, основу которого составляли плохо обученные подразделения «чернорубашечников», все равно проходила медленно и нерасторопно. Тем не менее в течение недели вся территория страны была оккупирована итальянскими войсками, потери которых оказались совсем небольшими. Король Зогу I бежал, а Албания была включена в состав итальянской империи на правах «личной унии»...

Последним заметным событием предвоенного периода стал поход Conte di Cavour в Западное Средиземноморье. Выйдя из Неаполя 19 июня 1939 г., линкор совершил заход в Пальма-ди-Мальорка (Балеарские острова), затем через Гибралтарский пролив вышел в Атлантику, посетил Лиссабон и Танжер и 9 июля вернулся в Таранто.

Вскоре в Европе разгорелся пожар Второй мировой войны. С ее началом Италия заняла выжидательную позицию. Своим немецким союзникам Муссолини указывал, что его страна не может выдержать длительную войну и ее вмешательство должно состояться в наиболее выгодный момент. Успехи немцев в Норвежской и Французской кампаниях заставили итальянского диктатора поторопиться. Воинственная речь, произнесенная дуче 10 июня 1940 г. с балкона Палаццо ди Венеция в Риме, свидетельствовала о том, что военные действия распространились на бассейн Средиземного моря.

В тот момент соотношение сил складывалось не в пользу итальянцев. Их флот насчитывал в своем составе 2 линкора, 7 тяжелых и 14 легких крейсеров, 59 эсминцев, 67 миноносцев, 116 подводных лодок. Все они, за исключением семи эсминцев, двух миноносцев и восьми подводных лодок, были сосредоточены на Средиземном море. Союзники на данном театре располагали 9 линкорами, 1 авианосцем, 7 тяжелыми и 16 легкими крейсерами, 68 эсминцами, 6 миноносцами и 54 подводными лодками. Таким образом, имея в полной боевой готовности только Giulio Cesare и Conte di Cavour, к началу войны Италия уступала в линейных кораблях как объединенным морским силам Великобритании и Франции, так и каждому из противников в отдельности. Ожидаемое присоединение еще трех линкоров (Littorio, Vittorio Veneto и Caio Duilio) преодолевало отставание итальянцев лишь в последней части, но не изменяло общего соотношения линейных сил. Превосходство союзников становилось еще разительнее, если принять во внимание их силы вне Средиземноморского театра, которые могли быть использованы в качестве усиления или для восполнения потерь. Численный перевес Великобритании и Франции в корабельном составе в некоторой мере компенсировался выгодным расположением баз Италии, способствовавшим сосредоточению ее морских сил, тогда как эскадры союзников были разбросаны по противоположным сторонам театра боевых действий.

Британский линейный флот был представлен на Средиземном море сверхдредноутами типа Queen Elizabeth и типа Royal Sovereign с 381-мм орудиями главного калибра. Однако из четырех линкоров Александрийской эскадры только флагманский HMS Warspite имел усовершенствованные башни главного калибра с увеличенной дальностью стрельбы, тогда как HMS Malaya, HMS Ramillies и HMS Royal Sovereign подобной модернизации пройти не успели[7]. Эскадренная скорость соединения не превышала 19 узлов. Еще одним недостатком линейных кораблей типа «R» была ограниченная дальность плавания, из-за чего каждый раз после перехода из Александрии к Мальте такой корабль был вынужден заходить в Ла-Валетту для дозаправки. Кроме того, и HMS Royal Sovereign, и HMS Ramillies имели сильно изношенные ходовые механизмы и нуждались в капитальном ремонте.

Главной ударной силой французского флота являлись современные быстроходные линкоры Dunkerque и Strasbourg, к которым добавлялись старые Bretagne, Provence и Lorraine. Однако «разношерстные» французские линкоры не могли использоваться как единое соединение, что уменьшало их боевую ценность в эскадренном бою.

Однако важнейшим фактором, кардинально повлиявшим на расклад сил, стала последовавшая вскоре капитуляция Франции. Во-первых, ее военно-морские силы «снимались с баланса», и англичанам пришлось срочно искать замену сложившему оружие французскому флоту для контроля Западного Средиземноморья. С этой целью в конце июня 1940 г. в Гибралтаре было сформировано Соединение «Н», в которое вошли линкоры HMS Valiant, HMS Resolution и линейный крейсер HMS Hood. Во-вторых, существенно улучшались морские позиции Италии в Центральном Средиземноморье, что, в свою очередь, повышало значение Мальты. Таким образом, на ближайшую перспективу война на Средиземном море свелась к противоборству итальянского и британского флотов.

Командир 5-й дивизии линкоров контр-адмирал Бруто Бривонези (снимок 1946 г.).

Королевский Итальянский флот состоял из двух эскадр надводных кораблей, подводных сил, четырех военно-морских округов и пяти заморских командований. Высшим органом управления военно-морскими силами Италии являлось Морское министерство во главе с Муссолини. Первый помощник морского министра (секретарь по делам флота) являлся начальником Главного морского штаба. Эту должность в начале войны занимал адмирал Доменико Каваньяри. Аппарат Главного морского штаба, отвечавший непосредственно за руководство боевыми действиями, известен под названием «Супермарина» (Supermarina). Во главе Супермарины формально стоял начальник ГМШ, но на практике из-за загруженности последнего министерскими делами оперативное руководство флотом оказывалось в руках его первого заместителя вице-адмирала Артуро Сомильи.

Пост командующего надводным флотом занимал вице-адмирал Иниго Кампиони. Он же командовал 1-й эскадрой, в которую входили 5-я (Giulio Cesare и Conte di Cavour) и 9-я (Littorio, Vittorio Veneto — оба еще проходили курс боевой подготовки) дивизии линкоров, 1-я (Zara, Gorizia, Fiume), 4-я (Alberico da Barbiano, Alberto di Giussano, Luigi Cadorna, Armando Diaz) и 8-я (Duca degli Abruzzi, Giuseppe Garibaldi) дивизии крейсеров. Под командованием вице-адмирала Риккардо Паладини, державшего свой флаг на тяжелом крейсере Pola, находилась 2-я эскадра. В ее состав входили 3-я (Bolzano, Trento, Trieste), 7-я (Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo, Raimondo Montecuccoli) и 2-я (Giovanni delle Bande Nere, Bartolomeo Colleoni) дивизии крейсеров. Главная база 1-й эскадры находилась в Таранто, 2-й — в Мессине. При каждой из дивизий состояло по дивизиону эсминцев, у дивизий линкоров — по два.

Giulio Cesare встретил войну под командованием капитана 1-го ранга Анджело Вароли-Пьяцца, будучи флагманским кораблем командующего флотом. Командиром Conte di Cavour был капитан 1-го ранга Эрнесто Чиурло; на линкоре держал свой флаг командир 5-й дивизии контр-адмирал Бруто Бривонези[8]. Дивизии были приданы 7-й (Freccia, Dardo, Saetta, Strale) и 8-й (Folgore, Fulmine, Baleno, Lampo) дивизионы эсминцев.

Бой у Пунта-Стило

Силы сторон в бою у Пунта-Стило 9 июля 1940 г.

ВМФ Италии ВМФ Великобритании
Средиземноморский флот
1-я эскадра
5-я дивизия
линейные корабли Giulio Cesare (адмирал Кампиони), Conte di Cavour (контр-адмирал Бривонези)
7-й дивизион эсминцев: Dardo, Freccia, Saetta, Strale
4-я дивизия
легкие крейсера Alberico da Barbiano (контр-адмирал Маренко ди Мориондо), Alberico da Barbiano, Luigi Cadorna, Armando Diaz
14-й дивизион эсминцев: Ugolini Vivaldi, Antonio da Noli, Leone Pancaldo
15-й дивизион эсминцев: Antonio Pigafetta, Nicoló Zeno
16-й дивизион эсминцев: Nicoloso da Recco, Antonio Usodimare, Emanuele Pessagno
8-я дивизия
легкие крейсера Duca degli Abruzzi (контр-адмирал Леньяни), Giuseppe Garibaldi
8-й дивизион эсминцев: Folgore, Fulmine, Baleno, Lampo

2-я эскадра
тяжелый крейсер Pola (вице-адмирал Паладини)
12-й дивизион эсминцев: Carabiniere, Lanciere, Ascari, Corazziere
1-я дивизия
тяжелые крейсера ZaraWows-icon.png (контр-адмирал Маттеуччи), Fiume, GoriziaWows-icon.png
9-й дивизион эсминцев: Vittorio Alfieri, Alfredo Oriani, Giosue Carducci, Vincenzo Gioberti
3-я дивизия
тяжелые крейсера TrentoWows-icon.png (контр-адмирал Каттанео), Bolzano
11-й дивизион эсминцев: Vittorio Alfieri, Aviere, Camicia Nera, Geniere
7-я дивизия
легкие крейсера Eugenio di Savoia (контр-адмирал Сансонетти), Duca d`Aosta, Muzio Attendolo, Raimondo Montecuccoli
13-й дивизион эсминцев: Granatiere, Fuciliere, Bersagliere, Alpino
Соединение «А»
легкие крейсера HMS Orion (вице-адмирал Тови), HMS Neptune, HMS Liverpool (1937), HMAS Sydney
эсминец HMAS Stuart

Соединение «В»
линейный корабль HMS Warspite (адмирал Каннингхэм)
эсминцы HMS Decoy, HMS Hereward, HMS Hero, HMS Mohawk, HMS Nubian

Соединение «С»
линейные корабли HMS Royal Sovereign (вице-адмирал Придхэм-Уиппел), HMS Malaya
авианосец HMS Eagle
* 813-я и 824-я эскадрильи (18 торпедоносцев «Swordfish», 3 истребителя «Sea Gladiator»)
легкий крейсер HMS Gloucester
эсминцы HMS Dainty, HMS Defender, HMS Hasty, HMS Hostile, HMS Hyperion, HMS Ilex, HMS Janus, HMS Juno, HMAS Vampire, HMAS Voyager

Развертывание

Первое крупное столкновение между британским и итальянским флотами, известное как бой у мыса Пунта-Стило, произошло 9 июля 1940 г. у юго-восточной оконечности Апеннинского полуострова. По стечению обстоятельств, итальянцы и англичане одновременно отправили крупные конвои, и для их прикрытия обе стороны вывели в море главные силы.

Четыре итальянских транспорта в охранении легких крейсеров Giovanni delle Bande Nere, Bartolomeo Colleoni, четырех эсминцев и четырех миноносцев вышли вечером 6 июля из Неаполя, еще один пароход под эскортом двух миноносцев — 7 июля из Катаньи. На их палубах, в каютах и трюмах находилось 2190 солдат и офицеров, 72 танка, 237 автомобилей, 10 445 т предметов снабжения и 5720 т топлива, направляемого в Бенгази. Ближнее прикрытие конвоя осуществляли крейсера 7-й дивизии контр-адмирала Сансонетти, а дальнее — главные силы: 1-я эскадра под флагом адмирала Кампиони и 2-я эскадра во главе с вице-адмиралом Паладини. В общей сложности вечером 7 июля из Таранто и Мессины вышли 2 линейных корабля, 6 тяжелых и 10 легких крейсеров, 32 эскадренных миноносца. В то же самое время командующий британским Средиземноморским флотом адмирал Каннингхэм вывел в море Александрийскую эскадру в составе 3 линкоров, авианосца, 5 крейсеров и 16 эсминцев. Ее задача состояла в прикрытии транспортов, на которых с Мальты эвакуировалось гражданское население, а также вывозилось в Александрию необходимое портовое оборудование. Суда вышли из Ла-Валлетты 8 июля двумя группами: четыре тихоходных (конвой «MS-1») и три быстроходных (конвой «MF-1»). Их непосредственное охранение осуществляли четыре, а затем семь эскадренных миноносцев.

Ночью британские корабли миновали позиции итальянских подводных лодок, от которых Супермарина получила первые сообщения об обнаружении противника. В свою очередь, одно из соединений итальянского флота было обнаружено в 5:15 8 июля британской субмариной HMS Phoenix в 180 милях от Мальты. Тем не менее итальянский конвой вечером прибыл в пункт назначения, не встретив никакого противодействия. Британский флот, напротив, весь день 8 июля подвергался налетам авиации, в которых участвовало 72 бомбардировщика, сбросивших более 430 бомб. По донесениям итальянских летчиков, они повредили несколько британских кораблей (в том числе линкор), а один — потопили, хотя на самом деле единственное попадание получил крейсер HMS Gloucester, на котором погибли командир, 7 офицеров и 11 матросов.

Схема движения итальянского и британского флотов 9 июня 1940 г.

В 14:30 адмирал Кампиони приказал крейсерам Паладини, находившимся ближе к ливийскому побережью, разворачиваться на обратный курс, в 15:21 повернула и 1-я эскадра. Вскоре Супермарина перехватила британские радиограммы, из дешифровки которых был сделан вывод, что Каннингхэм намеревается идти к побережью полуострова Калабрия, чтобы произвести бомбардировку Аугусты или Мессины, или же нанести по ним удар авианосными самолетами. Имея численное превосходство, Кампиони не собирался отказываться от боя, но Муссолини лично отдал адмиралу указание оттянуть момент столкновения флотов, чтобы дать возможность итальянским ВВС на следующий день нанести серию ударов по неприятелю. В 18:40 обе итальянские эскадры повернули на норд-норд-вест.

Всю ночь англичане двигались северо-западным курсом и к 6 часам утра 9 июля находились примерно в 60 милях западнее Наварина. Отсюда Каннингхэм взял курс на Мальту, но в 7:32 итальянский флот был обнаружен летающей лодкой «Сандерленд» 228-й эскадрильи RAF. Стремясь перехватить неприятеля до его подхода к базам, Каннингхэм снова повернул на норд-вест и увеличил ход. В 8:58 с HMS Eagle были подняты в воздух три самолета, которые уточнили местонахождение противника.

В отличие от британского адмирала, Кампиони с вечера 8 июля не имел никаких данных о местонахождении вражеских кораблей. С рассветом тяжелые крейсера 1-й и 3-й дивизий провели поиск впереди и справа по курсу главных сил, но никого не обнаружили и вскоре после 10:00 крейсера получили приказ прекратить поиск и на большой скорости идти на соединение с линкорами. Направлявшаяся в Палермо 7-я дивизия также была отозвана к главным силам. Сам Кампиони с 5-й, 4-й и 8-й дивизиями в 11:25 изменил курс с норд-норд-веста на зюйд-зюйд-ост с тем, чтобы скорее собрать все свои силы в один кулак. Он планировал дать бой около 14 часов примерно в 60 милях к востоку от побережья полуострова Калабрия. Донесения своих летчиков говорили о том, что накануне эскадра противника была серьезно ослаблена, поэтому Кампиони надеялся на еще более эффективную поддержку со стороны Реджа Аэронаутика[9]. Противник же — считал он — сам даст о себе знать.

Предчувствия не обманули итальянского командующего. Между 13:15 и 13:26 девять торпедоносцев «Суордфиш» 813-й эскадрильи с авианосца HMS Eagle нанесли первый удар по итальянским кораблям. Их целями оказались тяжелые крейсера адмирала Паладини, по ошибке принятые за линкоры. Самолеты были встречены плотным зенитным огнем, вынуждавшим сбрасывать торпеды с большой дистанции, что позволило от них легко уклоняться. Это ободрило итальянцев.

К 14 часам эскадры Кампиони и Паладини объединились, после чего итальянский флот лег на курс 10° и продолжал идти им в ожидании визуального контакта с неприятелем. Боевой ордер строился следующим образом. В центре находились главные силы — Giulio Cesare и Conte di Cavour. В 5 милях справа и чуть позади них шли 8-я и 4-я дивизии крейсеров под командованием контр-адмиралов Леньяни и Маренко ди Мориондо. Тяжелые крейсера 1-й и 3-й дивизий контр-адмиралов Маттеучи и Каттанео двигались строем кильватера в 3 милях слева от линкоров, причем после разворота флагман адмирала Паладини Pola оказался в хвосте колонны, а Bolzano возглавил ее. Наконец, легкие крейсера 7-й дивизии контр-адмирала Сансонетти подходили с юго-запада, полным ходом нагоняя эскадру.

Англичане между тем также готовились к артиллерийскому бою. Их походный порядок включал три группы. Впереди строем фронта шел отряд легких сил вице-адмирала Тови (соединение «А») из четырех крейсеров и одного эсминца. В 8-10 милях за крейсерами двигался флагманский линкор HMS Warspite в охранении пяти эсминцев (соединение «В»), а примерно на таком же расстоянии за ним — главные силы (соединение «С»): линкоры HMS Royal Sovereign, HMS Malaya, авианосец HMS Eagle и десять эсминцев под командованием вице-адмирала Придхэм-Уиппела. Поврежденный HMS Gloucester в 14:15 был отозван из разведывательной завесы к главным силам и в дальнейшем маневрировал совместно с авианосцем. Линкоры соединения «С», наоборот, начали выдвигаться вперед, однако присоединиться к флагманскому HMS Warspite вовремя не успели. При этом более быстроходная HMS Malaya обошла HMS Royal Sovereign.

В 14:15 Alberico da Barbiano, Alberto di Giussano и Duca degli Abruzzi катапультировали по одному бортовому разведчику Ro.43, чтобы установить контакт с неприятелем, за ними то же сделали Eugenio di Savoia, Giuseppe Garibaldi и Luigi Cadorna[10]. Уже через четверть часа один из гидросамолетов сообщил, что видит на юго-востоке подозрительный корабль. В 14:54 правофланговые крейсера 8-й дивизии контр-адмирала Леньяни визуально обнаружили головные британские корабли.

Бой

Погода во второй половине дня на редкость благоприятствовала артиллерийскому поединку. Море было спокойным, на небе была небольшая облачность. Ветер силой 5 баллов дул с северо-запада. Он уносил прочь дым от британских орудий и мешал итальянцам видеть цели, однако способствовал последним ставить дымовые завесы, если бы понадобилось прикрыть отход.

В полном соответствии с классическими канонами морской тактики боевое столкновение началось с перестрелки крейсерских отрядов. В 15:09 Giuseppe Garibaldi и Duca degli Abruzzi смело пошли на сближение с четверкой крейсеров Тови. Десять минут спустя стороны сошлись на дистанцию артиллерийской стрельбы и в 15:22 открыли друг по другу огонь с дистанции 110 кбт. Между тем 4-я дивизия контр-адмирала Маренко ди Мориондо (Alberico da Barbiano и Alberto di Giussano) в бой не вступала, а пошла на ост с целью разведать британское построение. Это был довольно рискованный маневр — в район боя подтягивался HMS Warspite. В 15:26 он ввел в действие свои 381-мм орудия. Носовыми башнями линкор стрелял по дивизии Леньяни, а кормовыми — по «картонным» крейсерам Мориондо. Еще через пять минут оба итальянских отряда поставили дымовые завесы и легли на курс отхода к своим главным силам. До этого момента HMS Warspite успел сделать десять бортовых залпов, а затем дал еще восемь. Точность стрельбы была низкой. В 15:36 дымовая завеса окончательно закрыла отходившие итальянские корабли. Бой временно прервался.

Бой у Пунта-Стило, 9 июля 1940 г. Первая фаза.

Британские корабли в 15:48 подняли в воздух самолеты-корректировщики, а спустя две минуты обе стороны снова оказались в видимости друг друга. Противники двигались в северном направлении параллельными, слегка сходящимися курсами: 5-я дивизия итальянцев держала на румбе 10°, британский флагман — 345". К тому времени HMS Malaya приблизилась к HMS Warspite на дистанцию 1,5 мили, но по-прежнему находилась за пределами дальнобойности своих орудий, тогда как тихоходный HMS Royal Sovereign оставался в пяти милях позади и в итоге так и не принял участия в артиллерийской перестрелке. Обе дивизии тяжелых крейсеров к тому времени выдвинулись в голову боевого порядка итальянского флота и вошли в огневое соприкосновение с британскими крейсерами.

Conte di Cavour, снятый с борта Giulio Cesare в Центральном Средиземноморье за день до боя у Пунта-Стило, 8 июля 1940 г.
Бой у Пунта-Стило. Первый залп с линкора Giulio Cesare (15:53). Снимок сделан с Conte di Cavour.
Залп Conte di Cavour три минуты спустя. Снимок сделан с борта Giulio Cesare.

Однако главными действующими лицами второй фазы сражения стали итальянские линкоры. В 15:53 головной Giulio Cesare дал первый залп по HMS Warspite, который начал отвечать минутой позже. Дистанция в тот момент составляла, по различным оценкам, от 121 до 142 кабельтовых (наиболее правдоподобной представляется величина около 130 кбт.). Следом за флагманом огонь открыл Conte di Cavour. Согласно итальянским документам его целью была выбрана HMS Malaya, дистанция до которой составляла 150 кбт. (менее вероятно, что это был HMS Royal Sovereign), хотя британские отчеты свидетельствуют, что итальянцы сосредоточенно обстреливали HMS Warspite. Сама HMS Malaya дала четыре залпа на предельном угле возвышения орудий, однако все снаряды упали с недолетом на полторы мили.

Перестрелка линейных кораблей продолжалась в течение семи минут, и обе стороны сумели добиться накрытий. Итальянские артиллеристы стреляли не торопясь, наблюдая падение каждого залпа и внося коррективы в установку прицела. Их залпы ложились не более чем в полумиле от HMS Warspite, однако разброс снарядов в залпе, по британским оценкам, был очень большим. Несколько эсминцев, находившихся на подбойном борту линкора, получили, по словам адмирала Каннингхэма, «небольшую встряску». HMS Hereward и HMS Decoy получили осколочные пробоины надстроек. Командир HMS Warspite кэптен Д. Фишер отмечал, что к 16 часам итальянцы пристрелялись, вынудив его отвернуть на 10" влево и увеличить скорость до 17 узлов. Один залп довольно кучно лег всего в двух кабельтовых слева по носу. Итальянские наблюдатели даже отметили попадание в район кормовой башни главного калибра британского линкора. В действительности это форс пламени из стволов стрелявших орудий вызвал возгорание бортового гидросамолета, который пришлось сбросить за борт.

Повреждения Giulio Cesare в результате попадания 381-мм снаряда с «Уорспайта».
Повреждения Giulio Cesare в результате попадания 381-мм снаряда с «Уорспайта».
Повреждения Giulio Cesare в результате попадания 381-мм снаряда с «Уорспайта».
Повреждения Giulio Cesare в результате попадания 381-мм снаряда с «Уорспайта».

Огонь HMS Warspite был более точным, а разброс снарядов — небольшим. Каждый новый залп ложился все ближе и ближе к Giulio Cesare. Вскоре англичане были вознаграждены за меткость. В 15:59 Giulio Cesare был поражен 15-дюймовым снарядом в середину корпуса.

«Я видел ярко-оранжевую вспышку мощного взрыва у основания трубы вражеского флагманского корабля, — пишет в своих мемуарах британский командующий Эндрю Браун Каннингхэм, — она сопровождалась расползающимся облаком дыма».

Воспоминания командира Giulio Cesare капитана 1-го ранга Вароли-Пьяцца более конкретизированы: «Снаряд попал в нашу кормовую трубу с правого борта и прошел внутрь бронированной цитадели под палубой, пробив переборку левого борта. Потом он пробил еще одну палубу, прошел сквозь каземат, снеся переборки, и попал в унтер-офицерский кубрик. Этот отсек был уничтожен. Снаряд сделал небольшую пробоину в броневой палубе внизу и был остановлен носовой бронированной переборкой».

Лаконичные строки технического отчета говорят, что головная часть 871-кг снаряда пробила палубу полубака, верхнюю палубу, переборку на 4-м носовом шпангоуте и была остановлена 130-мм броневой плитой левого борта. Взрывом был уничтожен один из 37-мм автоматов правого борта вместе с расчетом и часть надстроек. В перегрузочном отделении средней 120-мм башни левого борта начался пожар, быстро перекинувшийся на кубрики. Дым засосало вентиляторами в котельные отделения. В результате вышли из строя котлы № 4, 5, 6 и 7, и в течение трех минут скорость корабля упала с 26 до 18 узлов. Находиться в этих помещениях стало невозможно, и личный состав был отправлен на верхние палубы, однако один кочегар умер от удушья. Всего же из состава экипажа было убито, ранено или обожжено 115 человек.

Немедленной реакцией адмирала Кампиони на это случайное попадание в его флагманский линкор стал поворот на левый борт, сопровождавшийся приказом к отходу. Точность стрельбы HMS Warspiteпугала, и испытывать судьбу больше не было никакого желания.

«Так как положение было серьезным, — излагал Кампиони, — Giulio Cesare вышел из строя, оставив Conte di Cavour продолжать бой вместе с тяжелыми крейсерами группы Pola. Все они продолжали идти вперед, ведя огонь по трем вражеским линкорам».

Однако соотношение сил становилось неблагоприятным, поскольку против трех британских линкоров оставался один итальянский, поэтому в 16:02 Conte di Cavour также отвернул и пошел вслед за флагманом. Аварийные партии на борту Giulio Cesare энергично боролись с пожарами. Справиться с ними удалось довольно быстро, а к 16:45 шесть из восьми котлов были введены в действие, что позволило поддерживать ход на отметке 23—24 узла.

"На новом курсе, — вспоминал адмирал Кампиони, — Giulio Cesare продолжал обстреливать противника из кормовых башен, пока цель не была скрыта дымовой завесой, поставленной нашими легкими силами, чтобы прикрыть наш отход. Несколько групп наших кораблей не заметили поворот Giulio Cesare, который теперь шел курсом 230', и в результате контакт с ними был утерян».

Итальянские линкоры скрылись из виду, вынудив артиллеристов HMS Warspite в 16:04 прекратить стрельбу. В общей сложности британский корабль успел дать 17 залпов главным калибром. Что же касается итальянцев, то Giulio Cesare выпустил 74 320-мм снаряда, а Conte di Cavour — 41.

Бой у Пунта-Стило, 9 июля 1940 г. Вторая фаза.

В 16:05 Кампиони приказал своим крейсерам и эсминцам поставить дымовую завесу и прикрыть отход главных сил, проведя торпедную атаку. В ней приняло участие в общей сложности 16 эскадренных миноносцев 7-го, 9-го, 11-го, 12-го и 14-го дивизионов[11]. Ни одна из тридцати двух выпущенных ими торпед в цель не попала. Итальянские крейсера также не могли похвастаться решительными результатами.

Когда началось сражение линейных кораблей, 1-я и 3-я дивизии выдвинулись далеко вперед и находились в идеальной позиции для классического «crossing Т». Шесть тяжелых крейсеров могли отвлечь HMS Warspite от основной цели, а их артиллерия была способна причинить тяжелые повреждения слабо защищенным британским крейсерам. Согласно отчету вице-адмирала Паладини первым в 15:55 открыл огонь Trento, в 15:58 — Fiume, в 16:00 — Bolzano, Zara и Pola, последним, в 16:01 — Gorizia. Дистанция составляла около 10 миль.

«Когда наши корабли начали стрелять, — писал Паладини, — вражеские крейсера открыли ответный огонь. Их стрельба была точной, но в основном неэффективной. Лишь Bolzano в 16:05 получил попадание тремя осколками. Они пробили корму и повредили руль, заклинив его в положении «лево на борт». Корабль описал полную циркуляцию, продолжая вести огонь. Потом несколько близких разрывов за кормой освободили руль, и крейсер снова занял свое место в строю».

В действительности Bolzano получил три прямых попадания 152-мм снарядов (по всей видимости, с крейсера HMS Neptune), повредивших рулевое управление, ствол одного из орудий носовой возвышенной башни и помещение торпедных аппаратов.

Тем временем положение крейсеров становилось серьезным, так как в 16:09 на них перенес огонь HMS Warspite, к которому через некоторое время присоединилась HMS Malaya. Примерно тогда же головные Bolzano и Trento снова были атакованы торпедоносцами с HMS Eagle[12], и снова атака не увенчалась успехом, хотя пилоты доложили о достигнутых попаданиях. В 16:17 итальянские эсминцы поставили плотную дымовую завесу, вынудившую англичан прекратить стрельбу. Под ее прикрытием корабли Паладини совершили поворот «все вдруг» и вышли из боя. Флагманский Pola прекратил огонь примерно в 16:04, Fiume — в 16:05, Trento — в 16:09, Gorizia — в 16:12, Zara — в 16:16, но орудия Bolzano замолчали лишь в 16:20.

На завершающей стадии боя только легкие крейсера и эскадренные миноносцы итальянцев изредка появлялись на видимости у англичан. Выскакивая в просветы дымзавесы, они давали несколько залпов по противнику, после чего снова скрывались из видимости. Британские легкие силы отвечали спорадическими контратаками, но крейсера Тови испытывали острый недостаток в снарядах и расходовали их крайне экономно. Только лидер 9-го дивизиона Vittorio Alfieri получил незначительные повреждения от осколков. Последний орудийный выстрел прогремел над морем в 16:50.

Итальянский флот отходил на юго-запад курсом 230". Позже адмирал Кампиони объяснял этот отход намерением увлечь британскую эскадру за собой, заставить пройти через дымовую завесу, где в условиях плохой видимости британские корабли могли быть внезапно атакованы итальянскими эсминцами, а затем заманить ее на позиции итальянских подводных лодок, а также подставить под удар авиации. Иными словами, итальянский командующий надеялся нанести противнику урон, не рискуя своими тяжелыми боевыми единицами. Он не мог учесть того факта, что после захвата подводной лодки Uebi Scebeli итальянские шифры не являлись секретом для британской стороны, и Каннингхэм был в курсе намерения своего визави. Не входя в оставшийся за кормой итальянских кораблей плотный дым, он обогнул завесу с наветренной стороны — то есть с севера. В результате курс британской эскадры лег в 60 милях севернее позиции наиболее ближней к ней итальянской подводной лодки. Однако контакт с итальянским флотом был потерян. Восстановить его так и не удалось, что не удивительно, если учесть, что эскадренный ход англичан не превышал 17 узлов, что было меньше, чем у поврежденного Giulio Cesare.

До наступления сумерек британская эскадра двигалась вдоль побережья Калабрии в надежде снова навязать противнику бой, а затем отвернула в сторону Мальты. В это время (17:40—22:10) она подверглась многочисленным бомбовым ударам с воздуха. Реджа Аэронаутика сделала 126 боевых вылетов. Было сброшено 8 500-кг, 236 250-кг и 270 100-кг бомб, однако ни один из кораблей не получил повреждений. Итальянские летчики продемонстрировали не только свою неспособность поражать движущиеся морские цели, но и часто оказывались не в состоянии правильно опознавать обнаруженные корабли. В результате Giulio Cesare, Bolzano и Fiume подверглись атаке собственных самолетов — к счастью, все ограничилось близкими разрывами, да и калибр авиабомб был небольшим.

«Суть этого <...> морского сражения заключается в том, что оно велось не между нами и англичанами, а между нашими авиарией и флотом. Адмирал Каваньяри настаивает, что наша авиация совершенно отсутствовала в первой фазе битвы, а когда она наконец появилась, то обрушилась на наши собственные корабли», — с горечью записал в своем дневнике министр иностранных дел граф Галеаццо Чиано.

Поврежденный Giulio Cesare около 21 часа вошел в Мессинский пролив в сопровождении 3-й дивизии крейсеров. При проходе через пролив они получили приказ Супермарины следовать в Неаполь, откуда 12 июля Giulio Cesare и Bolzano перешли на ремонт в Специю. 7-я дивизия направилась в свою базу в Палермо. Conte di Cavour вместе с 1-й, 4-й и 8-й дивизиями крейсеров после наступления темноты пришли в Аугусту, но Супермарина опасалась, что в сицилийских портах корабли могут быть атакованы британской авиацией, поэтому в 1:00 10 июля отдала им приказ двигаться в Таранто, куда они прибыли к вечеру тех же суток. Предусмотрительность оказалась вовсе не лишней. На закате 10 июля Аугуста подверглась налету торпедоносцев 813-й эскадрильи с HMS Eagle. На рейде стояли только эскадренный миноносец Leone Pancaldo и танкер. Оба получили торпедные попадания. Танкер был поврежден, а эсминец затонул, хотя впоследствии его подняли и вновь ввели в строй.

Ремонт Giulio Cesare в Специи продолжался до 30 августа. На следующий день восстановленный корабль вышел в море и 1 сентября занял свое штатное место в гавани главной военно-морской базы Таранто. За участие в бою у Пунта-Стило Королевским декретом от 10 июня 1943 г. линкор был удостоен Серебряной медали за воинскую доблесть[13] (в итальянском флоте, как и в советском, существовала традиция награждения кораблей).

Итоги

В исторической литературе действия итальянского флота в бою у Пунта-Стило, как правило, критикуются за нерешительность. Однако задумаемся, мог ли адмирал Кампиони рассчитывать на победу в артиллерийском сражении при том соотношении сил? Линкоры Каннингхэма превосходили в калибре орудий и по толщине брони. Итальянцы, в свою очередь, обладали значительным преимуществом в скорости и дальности стрельбы орудий главного калибра линкоров, не говоря уже о подавляющем превосходстве в крейсерах и эсминцах. В коротком боевом соприкосновении каждый из адмиралов пытался реализовать свои сильные стороны.

Giulio Cesare в гавани Таранто, весна 1940 г.
Таранто, июнь 1940 г. На переднем плане — Giulio Cesare, за ним Littorio и Vittorio Veneto, справа корма Gorizia.

Надо отдать должное инициативе и тактическому таланту Кампиони — он сумел воспользоваться слишком растянутым построением британской эскадры, превратив соотношение главных сил из 3:2 в пользу англичан в собственное превосходство 2:1. Каноны военного искусства не позволяли ему отступать, имея два своих линкора против HMS Warspite, и он не был трусом. Далее все зависело от мастерства артиллеристов, но вот оно-то оказалось не на высоте. Итальянцы не имели боевого опыта, а их методика боевой подготовки, по мнению британских адмиралов, на 20 лет отставала от английской. Огонь итальянских линкоров поначалу оценивался как довольно меткий, но по мере того, как англичане пристреливались, становился все хуже.

Полученное Giulio Cesare попадание кардинально меняло картину боя. Итальянцы лишались важнейшего преимущества — скорости. С подходом HMS Malaya и HMS Royal Sovereign Кампиони рисковал потерять оба своих линейных корабля, ведь «на бумаге» британские корабли имели запас в два-три узла над «подранком», а в том, что их экипажи были гораздо лучше подготовлены к артиллерийской дуэли, итальянский адмирал уже не сомневался. Для того чтобы оценить, какие шансы имели Giulio Cesare и Conte di Cavour в поединке с британскими «сверхдредноутами», достаточно вспомнить повреждения новейшего французского линкора Dunkerque в Мерс-эль-Кебире, получившего четыре попадания 381-мм снарядов и фактически утратившего боеспособность. Последствия попадания всего одного снаряда в Giulio Cesare также совсем не внушали оптимизма. Поэтому никто не мог упрекнуть Кампиони, что он убегал с двумя линкорами от трех.

Что касается превосходства итальянцев в крейсерах, особенно тяжелых, и эскадренных миноносцах, то в сложившихся условиях оно едва ли могло быть реализовано. Поэтому Кампиони, несмотря на огромное число вымпелов под его началом, по сути, не оставалось ничего, иначе как отходить, уповая на вмешательство своей авиации и подводных лодок. Сам отход был осуществлен во всех отношениях грамотно: как пишет уже упоминавшийся Питер Смит, «итальянцы благополучно привели домой поврежденный линкор, вытащив его из могилы».

Один из расхожих мифов о сражении у Пунта-Стило касается морального эффекта, по образному выражению адмирала Каннингхэма, «совершенно непропорционального достигнутым результатам». Ему вторит немецкий адмирал Фридрих Руге, в числе главных отличительных черт боя отметивший «усиление чувства превосходства у англичан и комплекса неполноценности у итальянцев». Современные западные историки — и ангажированный Джеймс Садкович, и академичные Джек Грин и Алессандро Массиньяни, и отстраненный Винсент О'Хара — куда более сдержанны. Безусловно, акция у Калабрии, как она именуется в британской историографии, положительно сказалась на боевом духе английских моряков, несколько пошатнувшемся после Норвегии и Дюнкерка. Однако нет никаких убедительных свидетельств моральной подавленности со стороны итальянцев! Напротив, большинство из них гордилось, что успешно выдержало крещение огнем. «Я убежден, — писал вице-адмирал Паладини, — что одним из результатов боя, причем не самым последним по значимости, стал тот факт, что весь личный состав, даже самые робкие, почувствовал внутреннюю потребность сражаться и уверенность в нашей способности противостоять неприятелю и бить его». Экипажи рвались в бой, тем не менее Супермарина распорядилась операций с участием главных сил временно — до ввода в строй новейших линкоров — не проводить.

Таким образом, бой у Пунта-Стило стал единственным во всей продолжительной карьере линкоров типа Conte di Cavour сражением, в котором им выпало сыграть ведущую роль. Очень скоро на смену им пришли совсем другие корабли.

«Ночь Таранто»

Предшествующие операции

Бой у Пунта-Стило продемонстрировал неравенство итальянцев в линейных силах и заставил подстегнуть процесс ввода в строй новейших и модернизируемых кораблей. Caio Duilio еще 1 июня покинул верфь в Генуе и перешел в Полу, чтобы вдали от войны, на тихой Адриатике, спокойно пройти курс боевой подготовки. Вскоре туда же из Триеста прибыл Andrea Doria. С 8 июня по 14 июля Caio Duilio интенсивно отрабатывал учебные задачи, а 15 июля перешел в Таранто, где его командир капитан 1-го ранга Бруньоли доложил командующему флотом о полной боевой готовности своего корабля. Первоначально линкор был зачислен в состав 5-й дивизии, однако в ожидании грядущего ввода в строй его систершипа командование Реджа Марина приняло решение о формировании новой 6-й дивизии, которая должна была объединить обе однотипные единицы. Командование ею 1 сентября принял контр-адмирал Карло Каттанео.

Giulio Cesare на рейде Таранто, лето 1942 г.

Пополнив свой состав одновременно тремя линейного кораблями — Caio Duilio, Littorio и Vittorio Veneto (два последних вошли в строй 2 августа), — итальянский флот, по определению официального историка Марка-Антонио Брагадина, «находился в великолепном состоянии по эффективности, готовности к действию и боевому духу». Вскоре ему представилась возможность проверить это. 30 августа англичане начали масштабную операцию «Хэтс» по переводу из Гибралтара в Александрию кораблей, предназначенных для усиления Средиземноморского флота (линкор HMS Valiant, авианосец HMS Illustrious, крейсера ПВО HMS Coventry и HMS Cardiff), Вышедшая навстречу им эскадра адмирала Каннингхэма (линкоры HMS Warspite и HMS Malaya, авианосец HMS Eagle, 5 крейсеров, 12 эсминцев) одновременно осуществляла проводку трех транспортов с важными грузами на Мальту. Днем движение противника было замечено итальянской воздушной разведкой, и Супермарина ответила выходом в море главных сил флота, которым была поставлена задача перехватить и уничтожить британское восточное соединение.

Командующий итальянским флотом адмирал Иниго Кампиони.

Получив приказ из Рима, итальянский флот произвел боевое развертывание — самое крупное во Второй мировой войне! Под командованием адмирала Кампиони находились линкоры Littorio (флагман), Vittorio Veneto, Giulio Cesare, Conte di Cavour, Caio Duilio, 13 крейсеров и 34 эсминца. Британский самолет-разведчик своевременно обнаружил выход итальянской эскадры, и Каннингхэм изменил курс. Итальянская воздушная разведка, напротив, потеряла противника. Когда же в середине дня 31 августа он был снова обнаружен, шансы перехватить его до заката оставались весьма призрачными. Не желая вступать в бой ночью, но рассчитывая с рассветом снова пойти на сближение с противником и перехватить его где-нибудь в районе Мальты, Кампиони повернул свои корабли на противоположный курс. Планам итальянского командования помешал разыгравшийся в Ионическом море шторм, полностью исключивший разведывательные полеты авиации и приведший к преждевременному израсходованию топлива на эсминцах. Поэтому днем 1 сентября Супермарина отозвала корабли на базу, но непогода успела сделать свое дело, нанеся ряд повреждений кораблям и смыв за борт нескольких моряков.

Столь же безрезультатным оказался следующий выход, состоявшийся 7 сентября, после получения сведений о том, что неприятельская Гибралтарская эскадра движется на восток. Супермарина немедленно направила на перехват все 5 линкоров, 6 крейсеров и 18 эсминцев. Итальянский командующий планировал атаковать противника, когда тот окажется в районе южнее Сардинии. Одновременно удары по вражескому соединению должна была нанести авиация. Однако ожидание оказалось напрасным. Вскоре были получены новые разведанные, что британское соединение проследовало из Гибралтара в западном направлении для операции против Дакара, и 9 сентября итальянский флот прибыл в Неаполь, откуда спустя два дня линкоры перешли в Таранто.

В конце сентября англичане решили перебросить на Мальту 1200 солдат, размещенных на борту двух легких крейсеров. Для их прикрытия вышли линкоры HMS Valiant и HMS Warspite, авианосец HMS Illustrious, 3 крейсера и 11 эсминцев. Утром 29-го итальянский разведчик обнаружил эти корабли в 170 милях от Александрии, и Супермарина, принимая вызов, выслала в море 5 линкоров (5-я, 6-я и 9-я дивизии), 7 тяжелых и 4 легких крейсера (1-я, 3-я, 7-я и 8-я дивизии) и 23 эскадренных миноносца. Следующим утром итальянская армада была замечена самолетом с HMS Illustrious, и, принимая во внимание серьезное неравенство в силах, Каннингхэм решил уклониться от боя. Это удалось неожиданно легко, так как итальянская разведка опять надолго потеряла англичан из поля зрения. Лишенный информации Кампиони, подчиняясь полученным инструкциям, крейсировал со своими кораблями между 37-й и 39-й параллелями, в то время как противник находился гораздо южнее. Ночью 1 октября был получен приказ о возвращении в базы. Контакт же с противником был восстановлен только во второй половине дня, когда тот был уже далеко на востоке...

Первые месяцы войны на Средиземном море в значительной мере развеяли иллюзии относительно боеспособности итальянского флота. Все попытки Супермарины добиться встречи с врагом на выгодных для себя условиях потерпели провал. Итальянцы, с горечью для себя, убедились, что при любом выходе в море их корабли неизбежно обнаруживались британской воздушной разведкой, и если англичане уступали в силах, то легко уклонялись от боя. В таких случаях итальянский флот не достигал ничего, кроме бесцельного расходования топлива и износа машин. Равенство же сил или превосходство противника не сулило в сражении ничего хорошего, и тогда уже сами итальянцы старались избежать его. пользуясь быстро ходностью своих кораблей. Однако одним фактом своего существования итальянский флот добивался гораздо большего, чем мог бы достичь в открытом бою: англичане по-прежнему не чувствовали себя хозяевами Средиземного моря. Таким образом, осенью 1940 г. на театре сложилась классическая ситуация «fleet in being».

Налет

Схема расположения линейных кораблей в гавани Таранто 11 ноября 1940 г.

Нежелание итальянцев принять генеральное сражение привело адмирала Каннингхэма к мысли, что единственным действенным способом уничтожить линейный флот противника является воздушный удар по его главной базе. Впервые данную идею высказал еще в 1937 году тогдашний командир авианосца HMS Glorious кэптен Листер. Первоначально удар палубной авиации по Таранто был запланирован на 21 октября — день Трафальгарского сражения, однако помешал пожар на HMS Illustrious. Затем флот был занят обеспечением высадки на Крите. Налет был снова отложен и теперь приурочен к крупной операции «МВ.8» (4—13 ноября). Развертывание британского флота строилось в виде оперативной «многоходовки» с участием Александрийской и Гибралтарской эскадр. Супермарина не смогла разгадать замысла противника, позволив HMS Illustrious приблизиться на 170 миль к главной базе своего флота и с наступлением ночи 11 ноября произвести запуск самолетов.

Из 11 торпедоносцев, атаковавших в двух волнах, было потеряно два. Пять торпед поразили цели: Conte di Cavour и Caio Duilio получили по одному попаданию, Littorio — три, еще одна торпеда, возможно, попавшая в него, не взорвалась. От ударов бомбардировщиков пострадали тяжелый крейсер Trento, который был прошит неразорвавшейся полубронебойной авиабомбой, и эскадренный миноносец Libeccio, имевший повреждения от взрыва бомбы вблизи его носа. Незначительные повреждения получил также эсминец Emanuele Pessagno.

Стоявшие ближе к берегу и закрываемые силуэтами других кораблей Giulio Cesare и Andrea Doria остались не атакованными. Тем не менее удар по Таранто стал настоящим триумфом для англичан.

Попытки восстановить баланс

Бой у мыса Теулада

Налет на Таранто имел временные, но крайне серьезные стратегические последствия. Соотношение морских сил на Средиземноморском театре изменилось в пользу англичан. Чтобы отдалить место базирования линейных кораблей от возможных районов развертывания британских авианосных групп и торпедоносцев, базирующихся на Мальте, главная база итальянского флота была перенесена в Неаполь. 12 ноября туда перешла большая часть кораблей 1-й эскадры во главе с линкорами Vittorio Veneto и Giulio Cesare, в то время как Andrea Doria был направлен в Специю для завершения курса боевой подготовки. Тем самым была существенно снижена угроза британским морским коммуникациям в Восточном Средиземноморье, зато новый пункт базирования, расположенный на побережье Тирренского моря, в тот период был практически недоступен для британской воздушной разведки.

Giulio Cesare в Неаполе во время воздушного налета, 8 января 1941 г.
Giulio Cesare в Таранто, 1941 г. На юте установлено два спаренных 20-мм автомата.

Несмотря на заявление У. Черчилля, что «итальянский линейный флот уничтожен навсегда», итальянцы располагали двумя полностью боеготовыми линкорами и были одержимы желанием взять реванш. Когда 16 ноября поступило сообщение о выходе Гибралтарской эскадры, Vittorio Veneto и Giulio Cesare немедленно двинулись навстречу. Однако на этот раз англичане ограничились посылкой самолетов на Мальту, и после бесцельных поисков 20 ноября итальянские корабли вернулись в базы.

Следующий выход состоялся менее чем через неделю, когда противник решил провести конвой из Гибралтара на Мальту и в Александрию. Три транспорта и четыре корвета шли в охранении соединения «F» (крейсера HMS Manchester, HMS Southampton, эсминец HMS Hotspur), Соединение «В» вице-адмирала Сомервилла (линейный крейсер HMS Renown, авианосец HMS Ark Royal, легкие крейсера HMS Sheffield и HMS Despatch, 9 эсминцев) должно было сопровождать конвой до встречи в районе южнее Сардинии с соединением «D» (линкор HMS Ramillies, крейсера HMS Berwick, HMS Newcastle, HMS Coventry, 5 эсминцев). После встречи все они должны были следовать вместе до мыса Бон, после чего соединения «В» и «О» должны были вернуться в Гибралтар, а конвой и соединение «F», вместе с HMS Coventry и эсминцами, — пройти в район южнее Мальты, где их ждали главные силы Средиземноморского флота.

Итальянские подводные лодки засекли выход британских кораблей из Гибралтара утром 25 ноября, однако при этом конвой замечен не был. На следующий день южнее Крита обнаружилась александрийская эскадра. Ввиду малочисленности и изменившегося места базирования было признано более целесообразным использовать линкоры в Западном Средиземноморье — против Гибралтарского соединения. Супермарина приказала адмиралу Кампиони выйти в море, чтобы к утру следующих суток встретиться с неприятелем южнее Сардинии, разрешив, однако, принимать бой, только если противник будет значительно уступать в силах.

Итальянская эскадра включала в себя линкоры Vittorio Veneto (флаг адмирала Кампиони) и Giulio Cesare, тяжелые крейсера Pola (флаг вице-адмирала Якино), Fiume (флаг контр-адмирала Маттеуччи), Gorizia, Trieste (флаг контр-адмирала Сансонетти), Trento, Bolzano и 14 эскадренных миноносцев. В полдень 26 ноября эти силы вышли из Неаполя и Мессины и, соединившись около 18:.00, пошли на запад, рассчитывая утром следующих суток встретиться с неприятелем южнее Сардинии. В Тунисском проливе ночью развертывались торпедные катера и миноносцы, один из которых — «Сирио» — заметил проход отряда HMS Ramillies и дал по нему безрезультатный торпедный залп.

С рассветом 27 ноября итальянцы организовали поиски противника при помощи бортовых разведчиков и около 10 часов утра установили контакт. Поначалу состав британского соединения был установлен неправильно (линкор, 2 крейсера, 4 эсминца), и Кампиони вознамерился разгромить уступавшего ему по силам противника, повернув ему навстречу. Когда же от самолета с крейсера Bolzano поступило отрезвляющее донесение, адмирал дал приказ на отход, но избежать боя было уже невозможно.

В это время эскадра находилась примерно в 30 милях южнее м. Теулада. Тяжелые крейсера двигались в строю двух кильватерных колонн, из которых ближе к неприятелю была 3-я дивизия Сансонетти. Якино с тремя крейсерами 1-й дивизии находился примерно в 4 милях севернее, а линкоры Кампиони — в 12 милях к северо-востоку от крейсеров. Британское соединение также состояло из нескольких обособленных групп: в 8 милях впереди HMS Renown двигалась завеса из пяти крейсеров, чуть позади — девять эсминцев; замыкал построение тихоходный HMS Ramillies. Остальные корабли, включая HMS Ark Royal, находились южнее и прикрывали конвой.

Визуальный контакт был установлен в 12:16, когда наблюдатели Pola обнаружили тяжелый крейсер HMS Berwick по пеленгу 200°. В нарушение приказа Кампиони дивизия Маттеуччи открыла огонь с дистанции 110 кбт. Спустя несколько минут заговорили орудия крейсеров Сансонетти. Хотя солнце слепило глаза итальянским наводчикам, их стрельба оказалась довольно точной. В 12:22 HMS Berwick получил попадание в район башни «У», потеряв 7 человек убитыми, а через 15 минут — еще одно. Британские крейсера также ввели в действие свою артиллерию, сконцентрировав огонь на ближайших Fiume и Trento. В 12:24 в перестрелку вступил HMS Renown. Его залпы с дистанции 130 кбт. ложились близко, однако через 10 минут все главные цели скрылись в дыму, и стрельбу пришлось прекратить. HMS Ramillies успел дать два залпа с предельной для своих орудий дистанции.

Британские крейсера преследовали неприятеля, но начало сказываться превосходство итальянцев в скорости. 3-я дивизия отвернула на север и довольно скоро стала недосягаема для британских орудий, однако один из сопровождавших ее эсминцев — Lanciere — получил два попадания и лишился хода, но был взят на буксир. В 12:42 англичане перенесли огонь на крейсера 1-й дивизии, но поставленная эсминцами дымовая завеса сделала стрельбу неэффективной. Не дала результата и атака торпедоносцев с HMS Ark Royal, выбравших в качестве мишени Fiume и флагманский Vittorio Veneto. Самолеты выходили на цель разрозненно, позволяя кораблям легко уклоняться от торпед.

Между тем на сцене появились Vittorio Veneto и Giulio Cesare. В надежде увлечь их за собой и затем навести на свои линкоры, британские крейсера изменили курс на юго-восточный, но Кампиони не стал их преследовать, продолжая отходить на северо-восток на скорости 25 узлов. Дистанция между противниками лишь увеличилась. Англичане попытались возобновить преследование, но попали под огонь Vittorio Veneto, который дал несколько залпов кормовой башней, и благоразумно уклонились к юго-востоку. На этом артиллерийский бой окончательно прекратился. Для 320-мм орудий Giulio Cesare дальность все время оставалась запредельной, так и не позволив ему сделать хотя бы один выстрел.

Командующий итальянским флотом в 1941-1943 гг. адмирал Анджело Якино.

На завершающей стадии сражения англичане попытались нанести удар авианосными самолетами. HMS Ark Royal поднял в воздух 9 торпедоносцев «Суордфиш» для повторной атаки линкоров и 7 истребителей-бомбардировщиков «Скьюа» для бомбардировки поврежденного Lanciere, принятого за крейсер. И те, и другие вернулись ни с чем. Итальянские линкоры, хотя и не имели истребительного прикрытия, при обнаружении воздушного противника были умело прикрыты дымовой завесой. Лидер атакующей волны решил выйти в атаку на крейсера, но те энергично уворачивались от сброшенных торпед. «Скьюа» вообще не смогли найти назначенную им цель и около 15:35 отбомбились по тяжелым крейсерам, добившись лишь нескольких близких разрывов.

Адмирал Кампиони также потребовал помощи от своих ВВС, однако итальянские бомбардировщики, как обычно, появились с большим опозданием. Британская эскадра была впервые атакована ими в 15:07, вторая атака последовала в 17:45. Бомбометание производилось с большой высоты. Главной целью итальянские летчики избрали HMS Ark Royal. По нему было сброшено около 30 бомб, из которых лишь две разорвались в пределах 10 метров от борта. Ни один из британских кораблей не пострадал.

В целом бой стал крупным провалом итальянцев. Инструкция Супермарины не рисковать и не вступать в бой с превосходящими силами противника изначально сводила шансы одержать победу к минимуму, а отсутствие инициативы со стороны адмирала Кампиони лишь усугубило дело. Это стоило ему должности. Негативные итоги первых семи месяцев боевых действий привели к изменению организационной структуры итальянского флота. 8 декабря 1940 г. начальник Главного морского штаба адмирал Каваньяри был смещен со своего поста. Его преемником стал адмирал Риккарди, адмирал Кампиони стал его заместителем. Должность командующего надводным флотом занял вице-адмирал Анджело Якино, ранее командовавший 2-й эскадрой. Сама 2-я эскадра была расформирована, таким образом, флот был преобразован в единое объединение. В конце месяца была расформирована и 6-я дивизия линкоров, а все старые корабли этого класса свели в 5-ю дивизию.

Обстрел Генуи

В декабре англичане с аэродромов на Мальте и в Греции начали бомбардировки портов южной Италии. Главной их целью стал Неаполь, являвшийся главной базой флота. После налета 14 декабря, когда получил попадание крейсер Pola, оба боеспособных линкора — Vittorio Veneto и Giulio Cesare — перешли из Неаполя в порт Ла-Маддалена на Сардинии, но уже 20-го вернулись обратно, поскольку было решено, что ПВО базы усилена до необходимого уровня.

Хлоридные дымогенераторы, способные быстро создавать плотную дымовую завесу, в большинстве случаев надежно укрывали корабли, однако в ночь с 8 на 9 января 1941 г., во время очередного налета, несколько бомб упали в районе стоянки линейных кораблей, и Giulio Cesare получил повреждения. Одна бомба взорвалась на причальной стенке, у которой был отшвартован корабль. Ее осколками было убито 5 и ранено 20 членов его экипажа, во многих местах повреждены надстройки. Но гораздо больше неприятностей причинила вторая бомба, разорвавшаяся в воде в районе кормовой 120-мм башни правого борта. Ударная волна разорвала листы обшивки, вызвав затопление ряда отсеков ПТЗ и двойного дна, а от сотрясения вышла из строя кормовая турбина. На следующий день Giulio Cesare ушел в Геную на 20-дневный ремонт, а Vittorio Veneto и Andrea Doria перешли в Специю, куда пришлось временно перенести главную базу флота. Оттуда 11 января оба линкора совершили короткий выход к Мессинскому проливу в надежде перехватить поврежденный авианосец HMS Illustrious, хотя Andrea Doria к тому моменту еще не закончил курса боевой подготовки.

Ремонтировавшийся в сухом доке компании «Ансальдо» линкор был обнаружен британской разведкой (она ошиблась лишь в идентификации объекта, приняв Giulio Cesare за Caio Duilio), что побудило англичан совершить дерзкий набег на Геную силами соединения «Н» вице-адмирала Сомервилла. Поздним вечером 6 февраля HMS Renown, HMS Malaya, HMS Ark Royal, HMS Sheffield и 10 эсминцев вышли в море и взяли курс на восток. По стечению обстоятельств, как раз на следующее утро закончивший ремонт Giulio Cesare ушел в Специю, так что операция, получившая кодовое наименование «Грог», заранее была обречена стать ударом по пустому месту.

Утром 8 февраля Супермарина получила сообщение о замеченных южнее Балеарских островов британских истребителях, которые могли стартовать только с авианосца. Было решено, что противник проводит очередную конвойную операцию, поэтому немедленно началось развертывание главных сил итальянского флота. Из Специи вышли Vittorio Veneto, Andrea Doria и Giulio Cesare с семью эсминцами под командованием адмирала Якино, а из Мессины — тяжелые крейсера Trieste, Trento и Bolzano с тремя эсминцами. В 8:00 9-го они соединились в 40 милях западнее пролива Бонифаччо и пошли на юго-запад. Катапультированные с кораблей самолеты-разведчики вели поиск по курсу соединения.

Тем временем британские корабли незамеченными подошли к Генуе и открыли по ней артиллерийский огонь. Над заливом стоял густой туман, но благодаря поднятым в воздух корректировщикам англичане стреляли довольно метко, зато береговым батареям приходилось отвечать, целясь по едва различимым силуэтам, а то и по вспышкам залпов. Выпустив 273 15-дюймовых, 782 6-дюймовых и более 400 120-мм снарядов, британские корабли легли на обратный курс. Из 55 находившихся в гавани судов было потоплено пять, погибли 144 человека.

Информация об обстреле дошла до Супермарины с большим опозданием. Только в 9:50 Якино получил приказ перехватить британское соединение и немедленно повернул на север. "Итальянский флот не мог желать лучшей позиции для перехвата британских кораблей, — отмечает Марк-Антонио Брагадин. — Он имел серьезное превосходство в силах. Даже само его присутствие в море было неожиданностью для противника».

Но итальянцев снова подвела авиационная разведка. Несмотря на весьма ограниченный район поисков, она так и не смогла обнаружить англичан. Дважды бомбы сбрасывались на французские суда, принятые за британский авианосец. В общей сложности германо-итальянская авиация совершила 191 самолето-вылет, но не добилась никакого результата.

Тем временем дезориентированный ложными донесениями Якино решил, что англичане попытаются проскочить вдоль западного побережья Корсики, и вскоре после 13 часов повернул на северо-восток. После войны, когда появилась возможность сопоставить штурманские прокладки, оказалось, что в 15:15 неприятелей разделяли всего 30 миль, но они так и не обнаружили друг друга. Через полчаса итальянская эскадра изменила курс и самым полным ходом пошла на запад, все еще надеясь перехватить англичан, но было уже поздно. После двух часов бесплодных поисков Якино решил возвращаться. 11 февраля итальянские линкоры прибыли в Неаполь, откуда тем же вечером перешли в Специю...

В предпринятом в конце марта рейде против британского судоходства у берегов Греции ни Giulio Cesare, ни Andrea Doria не принимали участие, поскольку считались недостаточно быстроходными, хотя и находились в базе в готовности к выходу. Как известно, операция закончилась трагичным для итальянцев сражением у мыса Матапан, в ходе которого Vittorio Veneto был торпедирован, а три тяжелых крейсера пошли на дно. На какое-то время Giulio Cesare и Andrea Doria остались единственными боеспособными линейными кораблями Реджа Марина. Только в начале мая в строй вернулись закончившие ремонт Littorio и Caio Duilio. Тем не менее в связи с начавшим сказываться дефицитом топлива и наложенным 31 марта запретом на действия линкоров вне зон истребительного прикрытия в течение нескольких месяцев старые корабли не участвовали в боевых операциях.

Конвойные операции

Giulio Cesare во время операции «М.43», 5 января 1942 г. Корабль несет камуфляжную окраску «Клаудус».

Вторая половина 1941 г. характеризовалась обострением борьбы на коммуникациях, питающих североафриканскую группировку стран «Оси». Обеспокоенные успехами Роммеля англичане сосредоточили свои усилия на том, чтобы перерезать итальянские линии снабжения, что, в свою очередь, заставило командование Реджа Марина обратить все силы на их защиту. Накал борьбы на Средиземном море стал таким, что указанный период в итальянской исторической литературе называется не иначе как «Первая битва конвоев».

Уход из Центрального Средиземноморья X авиакорпуса Люфтваффе очень скоро позволил англичанам восстановить пошатнувшееся положение Мальты и даже нарастить базировавшуюся там группировку морской ударной авиации. Именно она, а также базировавшаяся на Ла-Валетту 10-я флотилия подводных лодок, представляли основную угрозу итальянскому судоходству. Потери грузов, отправленных из Италии в Африку, достигли катастрофической величины.

18 ноября началось британское наступление в Киренаике. К началу декабря англичанам удалось прорвать фронт и деблокировать Тобрук, 19-го была захвачена Дерна, а через четыре дня — Бенгази. Итальянскому флоту, помимо постоянно довлевшей над ним задачи доставки снабжения в Африку, пришлось включиться еще и в эвакуацию прибрежных гарнизонов. В этот период он понес новые тяжелые потери — в частности, 13 декабря в скоротечном ночном бою у м. Бон неприятельские эсминцы потопили легкие крейсера Alberico da Barbiano и Alberto di Giussano, осуществлявшие перевозку бензина.

Создавшаяся обстановка требовала от Супермарины отправки новых конвоев, а активные действия базировавшихся на Мальте британских надводных кораблей[14] — организацию для них мощного прикрытия, в состав которого в обязательном порядке включались линкоры. Для «старичков» 5-й дивизии, командование которой 1 сентября принял контр-адмирал Гвидо Порцио-Джованола, этот период стал своего рода «лебединой песней».

Конвой «М.41»

Конвойная операция под кодовым обозначением «М.41» началась 13 декабря. Одновременно в море вышло три конвоя в составе 8 транспортов в охранении 7 эсминцев и 2 миноносцев, однако два теплохода сразу после выхода были потоплены британской подводной лодкой, что сократило число конвоев до двух. Один из них следовал из Неаполя в Триполи, другой — из Наварина в Бенгази. Прикрытие конвоев возлагалось на три группы боевых кораблей. Группа вице-адмирала Бергамини, состоявшая из линкора Caio Duilio (флагман), тяжелого крейсера Gorizia, легких крейсеров Giuseppe Garibaldi, Raimondo Montecuccoli и трех эсминцев, осуществляла ближнее прикрытие первого конвоя; группа контр-адмирала Де Куртена, включавшая линкор Andrea Doria, крейсера Duca d`Aosta (флагман), Muzio Attendolo и три эсминца, — второго; соединение под командованием адмирала Якино — линкоры Littorio (флагман) и Vittorio Veneto в охранении четырех эсминцев — следовало между конвоями, выполняя роль дальнего прикрытия.

В общей сложности в операции принимало участие 4 линкора, 5 крейсеров и 18 эскадренных миноносцев. Для перехвата базировавшихся на Мальте крейсеров к югу и востоку от острова было развернуто 7 подводных лодок.

Слабость разведки в очередной раз сказалась на развитии событий. Во второй половине дня 13 декабря на основании расшифровок перехваченных радиограмм итальянское командование пришло к выводу, что британский Средиземноморский флот покинул базу и движется навстречу конвоям. В действительности из Александрии вышли только 4 легких крейсера, но в условиях нехватки эсминцев и отсутствия воздушного прикрытия Супермарина решила, что продолжение операции приведет только к напрасным жертвам. В 22 часа корабли и суда получили приказ возвращаться.

Конвой «М.42». Первый бой в заливе Сирт

Противостояние в борьбе на Средиземном море достигло своего апогея. В течение какого-нибудь месяца британский флот понес тяжелые потери: 13 ноября германской подводной лодкой U-81 был потоплен авианосец HMS Ark Royal, 25 ноября U-331 пустила на дно линкор HMS Barham, 14 декабря U-557 — крейсер HMS Galatea.

Предшествующие неудачи не повлияли на решимость итальянского командования провести столь нужный конвой. Повторная операция получила кодовое наименование «М.42» и стала крупнейшей конвойной операцией итальянского флота за всю Вторую мировую войну. На этот раз ставка была сделана на отправку малого числа крупнотоннажных судов. Вечером 16 декабря из Таранто в Триполи вышли три теплохода под эскортом шести эсминцев. В море они соединились с направлявшимся в Бенгази германским транспортом Ancara, вышедшим накануне из Неаполя в охранении пары миноносцев. Непосредственный контакт с конвоем поддерживала группа ближнего прикрытия под командованием вице-адмирала Бергамини: линкор Caio Duilio, крейсера Duca d`Aosta, Muzio Attendolo, Raimondo Montecuccoli и 3 эсминца. С востока конвой прикрывало соединение адмирала Якино, состоявшее из линкоров Littorio, Andrea Doria, Giulio Cesare, тяжелых крейсеров Gorizia, Trento и 10 эсминцев. Таким образом, в общей сложности для проводки четырех транспортов было задействовано 4 линкора, 5 крейсеров и 21 эсминец. Помимо этого, в Центральном и Восточном Средиземноморье было развернуто 6 подводных лодок, проведен обширный противолодочный поиск в заливе Таранто, а базировавшиеся в Триполитании эсминцы и миноносцы подновили оборонительные минные заграждения.

Около 9 часов утра следующих суток германский транспортный самолет, совершавший перелет из Греции в Киренаику, обнаружил в центральной части Средиземного моря британское соединение. По докладу пилотов, оно включало линкор, два-три крейсера и около десяти эсминцев и двигалось на запад. Итальянцы продолжили операцию в твердой уверенности, что англичане выслали эскадру для атаки их конвоя. В действительности по чистой случайности британский флот проводил собственную конвойную операцию «MF-1»: на Мальту шел транспорт «Брэконшир» в охранении трех крейсеров и семи эсминцев под командованием контр-адмирала Вайена. Именно его воздушная разведка и приняла за линкор. Навстречу конвою с Мальты вышло соединение «К», состоявшее из двух крейсеров и шести эсминцев.

Якино начал маневрировать так, чтобы навязать противнику бой с главными силами. Англичане находились в 160 милях, поэтому в 11:30 итальянское соединение увеличило скорость до 22 узлов, а спустя 18 минут — до 24 узлов (больше не позволяли поддерживать машины Giulio Cesare, подводная часть которого нуждалась в очистке). Вайен повернул на юг, чтобы уклониться от сражения. Расположение и скорости противников были таковы, что встреча могла состояться лишь на закате 17 декабря, поэтому в 16:50 Якино повернул почти строго на юг и снизил ход до 20 узлов, отказавшись от активных действий, но продолжая прикрывать маршрут следования конвоя.

Однако в 17:23 итальянские наблюдатели заметили на востоке, где уже начала сгущаться темнота, разрывы зенитных снарядов — британская эскадра отбивала яростные атаки авиации. Якино немедленно повернул на противника. К тому времени эскадра двигалась двумя кильватерными колоннами: восточную, ближнюю к противнику, образовывали Gorizia (под флагом контр-адмирала Парона) и Trento, западную — Littorio (под флагом Якино), Giulio Cesare и Andrea Doria. Хотя два старых линкора связывали остальные корабли и лишали адмирала свободы действий, он не решился оставить их, чтобы броситься в погоню на быстроходном Littorio. За это решение Якино часто подвергают критике, однако трудно сказать, насколько она обоснована, принимая во внимание малое количество эсминцев, находившихся в его распоряжении.

Солнце уже скрывалось за горизонтом, когда в 17:53 Littorio открыл огонь с дистанции 32 000 м. Для орудий Giulio Cesare и Andrea Doria это расстояние существенно превышало максимальную дальность стрельбы. Крейсера адмирала Парона находились ближе к противнику и открыли огонь в 17:55 с дистанции 22 000 м.

Вайен немедленно приказал «Бреконширу» двигаться на юг в сопровождении соединения «К». Британские крейсера начали отходить в восточном направлении. Эсминцы прикрыли их дымовой завесой и выходом в торпедную атаку, заставив итальянские тяжелые крейсера перенести огонь на них. По отзывам англичан, стрельба итальянцев была «очень точной», несколько залпов легли накрытиями, но попаданий достигнуто не было. Понесенный противником урон ограничился легкими повреждениями эсминца «Кандагар», на котором погиб 1 человек.

Бой длился всего 11 минут — в 18:04 британские корабли растворились в темноте. Группа Littorio всю ночь прикрывала конвой от их ожидавшегося возвращения, но больше контактов не было. Оба конвоя — и британский, и итальянский — благополучно достигли пунктов назначения. В ночь на 18 декабря итальянские суда разделились и проследовали в Триполи и Бенгази под охраной эсминцев, а эскадры Яки-но и Бергамини легли на обратный курс и около полуночи 19-го прибыли в Таранто.

При всей своей незначительности, первый бой в заливе Сирт имел большие последствия. В Африку удалось провести 4 крупных транспорта, доставивших более 20 тысяч тонн различных грузов, и положение со снабжением войск «Оси» стало улучшаться. Кроме того, 19 декабря британский флот понес новые серьезные потери: на минах, выставленных итальянскими крейсерами у Триполи, погиб крейсер HMS Neptune, и в тот же день в Александрии подводными диверсантами, доставленными субмариной Scire, были выведены из строя линкоры HMS Queen Elizabeth и HMS Valiant. Таким образом, морской путь в Ливию снова стал открытым.

Конвой «М.43»

Успешное завершение операции «М.42» побудило итальянское Верховное командование к осуществлению еще одной, построенной по аналогичной схеме. Она получила кодовое обозначение «М.43». 3 января из портов Ионического моря отправился большой конвой, состоявший из пяти самых современных теплоходов и танкера в сопровождении шести эсминцев и пяти миноносцев. Ближнее прикрытие осуществляли линкор Caio Duilio (флаг вице-адмирала Бергамини), легкие крейсера Duca d`Aosta, Muzio Attendolo, Raimondo Montecuccoli, Giuseppe Garibaldi и пять эсминцев. Поскольку не исключалась попытка перехвата конвоя со стороны британского Средиземноморского флота, из Таранто вышло мощное соединение дальнего прикрытия, или группа поддержки, как называли ее итальянцы, состоявшее из линкоров Littorio (флаг адмирала Якино), Andrea Doria, Giulio Cesare, тяжелых крейсеров Gorizia, Trento и восьми эсминцев. Семь подводных лодок было развернуто вокруг Мальты, еще четыре находились между Критом и побережьем Киренаики. Воздушное прикрытие должны были обеспечить самолеты II авиационного корпуса Люфтваффе с аэродромов на Сицилии и X авиакорпуса с Крита.

Главное отличие от ранее проводимых операций заключалось в том, что группа ближнего прикрытия двигалась в тесном контакте с конвоем, фактически в его ордере. Данная схема, предложенная адмиралом Бергамини и названная им «непосредственным сопровождением, включенным в конвой», должна была обеспечить надежную защиту судов в случае появления неприятельских надводных кораблей — так сильно было впечатление от разгрома ноябрьского конвоя «Дуйсбург». Кроме того, давала себя знать банальная нехватка эсминцев. Опасность нахождения быстроходных боевых кораблей в едином строю с неповоротливыми торговыми судами в случае воздушных атак принималась в расчет, но считалась менее существенной.

Операция прошла без сучка и задоринки. Единственный нерешительный налет британских бомбардировщиков на возвращающиеся корабли утром 5-го числа был без труда отбит зенитчиками. В 4:30 6 января соединение Якино прибыло в Таранто. Итальянские моряки связывали успех, прежде всего, с именем адмирала Бергамини. Придуманная им система «непосредственного сопровождения» была признана удачной, что впоследствии сыграло немаловажную роль в его карьерном росте.

Проводка конвоя «М.43» стала последней боевой операцией, в которой приняли участие Giulio Cesare и Andrea Doria. До конца года они оставались в Таранто, участвуя только в противовоздушной обороне базы. Вскоре Giulio Cesare был выведен в резерв, и значительную часть его экипажа списали на другие корабли, нуждающиеся в опытных специалистах. В отличие от своих собратьев, Caio Duilio оставался в составе активно действующих кораблей и успел принять участие еще в двух конвойных операциях.

30 декабря 1942 г. [[Navy:Giulio Cesare (1911)|Giulio Cesare] был переведен в Полу, где его передали в распоряжение находившегося там военно-морского училища. Экипаж сократился более чем наполовину. Линкор использовался в качестве учебного корабля, плавучей казармы и зенитной батареи, существенно усилив своими зенитками систему ПВО базы.

Перемирие

Caio Duilio под флагом командира 5-й дивизии линкоров следует на Мальту, 10 сентября 1943 г.
Линейные корабли Andrea Doria на Мальте, 11 сентября 1943 г.
Линейные корабли Caio Duilio на Мальте, 11 сентября 1943 г.
Линейный корабль Andrea Doria на Мальте, конец 1943 г.

После поражения германо-итальянских войск в Тунисе в мае 1943 г. стало очевидным, что дальнейшей целью союзников станет территория собственно Италии. В связи с нависшей угрозой флоту пришлось приложить все усилия, чтобы быть готовым встретить заведомо превосходящего противника. 4 июня начались работы по возвращению в строй Andrea Doria и Caio Duilio, однако на это требовалось по крайней мере два месяца. Оба линкора по-прежнему базировались на Таранто, тогда как из-за угрозы бомбардировок главная база флота переместилась в Специю. В результате для их сопровождения не имелось ни единого эсминца, так как все немногочисленные сохранившиеся корабли этого класса были сосредоточены в Тирренском море.

События того лета развивались стремительно. 10 июня англо-американские войска заняли Пантеллерию, спустя два дня — Лампедузу, 9 июня высадились на Сицилии. Неблагоприятное развитие ситуации на фронте привело к падению фашистского правительства. 25 июля Бенито Муссолини был смещен со своего поста и арестован. Новым главой правительства стал маршал Пьетро Бадольо. Начальником Главного морского штаба был назначен адмирал Рафаэле де Куртен, пост его заместителя занял вице-адмирал Луиджи Сансонетти. Новое правительство начало сепаратные переговоры с западными союзниками, и 3 сентября в обстановке строжайшей секретности было подписано перемирие.

Условия соглашения, составленные весьма дипломатично, предусматривали перевод итальянских боевых кораблей на Мальту под своим флагом и со своими экипажами. Для подслащения пилюли в документе не упоминалось о «передаче» кораблей или тем более о капитуляции. Поздним вечером 8 сентября итальянский флот получил приказ Супермарины следовать на Мальту.

Командующим военно-морскими силами в Таранто являлся вице-адмирал Альберто да Зара, которому подчинялись все боевые корабли, действующие в водах южной Италии. В его распоряжении находились 5-я дивизия линкоров под командованием контр-адмирала Джузеппе Фьораванцо (Caio Duilio и Andrea Doria) и недавно созданная Отдельная группа легких крейсеров младшего контр-адмирала Джованни Галати (Luigi Cadorna, Pompeo Magno, Scipione Africano), однако на пять крупных кораблей имелся один-единственный эсминец Nicoloso da Recco.

Утром 9 сентября адмирал Да Зара довел полученный приказ до командиров и офицеров, особо подчеркнув слова «Запрещается передача кораблей или спуск флага». Между 16:18 и 17:00 линкоры в сопровождении Luigi Cadorna, Pompeo Magno и Antonio da Noli вышли в море (Scipione Africano отправился на север, чтобы принять короля и правительство). На горизонте уже показалось британское десантное соединение, которому предстояло занять Таранто. В 18:56 итальянские корабли были атакованы четырьмя немецкими истребителями-бомбардировщиками. Они выбрали в качестве цели головной Caio Duilio, но были встречены энергичным зенитным огнем, а сброшенные ими бомбы не причинили линкору никакого вреда. В 9:30 утра следующих суток итальянцев встретил британский эсминец, занявший место в голове ордера, а во второй половине дня к нему присоединились 8 торпедных катеров. Под таким эскортом к вечеру 10 сентября отряд вошел в гавань Ла-Валетты.

На борт итальянских кораблей поднялись британские офицеры с командами вооруженных моряков, предъявившие итальянским экипажам список требований, необходимых для приведения кораблей в небоеспособное состояние: снятие затворов со всех орудий, кроме зенитных, запрет на пользование радиопередатчиками, размещение на борту вооруженной охраны из англичан. К удовлетворению итальянцев, большинство этих требований свелось к простым формальностям после того, как 11 сентября адмирал Да Зара, принявший командование над всеми кораблями на Мальте как старший среди итальянских морских начальников[15], был принят адмиралом Каннингхэмом. Последний зачитал благодарственное письмо от главнокомандующего вооруженными силами союзников генерала Д. Эйзенхауэра и выразил соболезнование по поводу потери линкора Roma. Каннингхэм распорядился убрать с итальянских кораблей вооруженную охрану, а разоружение производить под ответственность их собственных команд...

Более драматичные перипетии выпали на долю Giulio Cesare. К моменту объявления перемирия он находился в Поле с сильно сокращенным экипажем. Днем 9 сентября на линкоре приняли радиограмму от Супермарины, содержащую приказ следовать на Мальту. Подняв пары, в 16 часов корабль вышел в море и в сопровождении миноносца [[Navy:Миноносцы типа Spica (1934)|Sagittario] и корвета Urania направился в Каттаро, где должен был пополнить запасы топлива и получить дальнейшие инструкции.

Во время перехода на борту Giulio Cesare произошло событие, трактуемое некоторыми итальянскими авторами — ни много, ни мало как восстание. Резкая смена политического курса, неверие части экипажа в саму возможность передачи корабля англичанам, неуверенность в будущем нации и страх за собственные жизни вызвали волнения среди экипажа, в результате чего часть офицеров и унтер-офицеров попыталась взять управление линкором в свои руки, намереваясь повернуть к берегу и затопить его. Детали этого события по сей день укрыты мраком, однако к утру командир корабля капитан 2-го ранга Витторе Карминати сумел взять ситуацию под контроль, разъяснить экипажу сложившуюся политическую обстановку и восстановить дисциплину. Как утверждается, никто из команды не понес наказания — даже в отношении зачинщиков было объявлено, что в своих действиях они руководствовались высокими патриотическими чувствами.

В 12:15 того же дня Giulio Cesare бросил якорь в Которской бухте, куда также прибыл гидроавианосец Giuseppe Miraglia, вышедший из Венеции. Согласно полученному приказу из Каттаро корабли направились в Таранто, достигнув пункта назначения к 14 часам 11 сентября, откуда продолжили свой путь на Мальту. Во избежание непредвиденных инцидентов англичане выслали им навстречу линкор HMS Warspite, и днем 13 сентября Giulio Cesare и Giuseppe Miraglia присоединились к остаткам некогда могучего итальянского флота.

Известный российский автор Сергей Сулига назвал этот переход «единственной героической страницей в истории Giulio Cesare. Трудно сказать, насколько справедлива данная оценка — ни германский флот, ни самолеты Люфтваффе не оказали итальянцам никакого, заслуживающего внимания, противодействия. Лишь на участке между Каттаро и Таранто старый линкор подвергся не слишком энергичной атаке немецких бомбардировщиков, закончившейся безрезультатно.

Для Giulio Cesare, Caio Duilio и Andrea Doria начался период томительного бездействия в чужой базе. После того как 13 октября правительство Бадольо объявило войну Германии, часть итальянских кораблей, перешедших в порты союзников согласно условиям перемирия, начали возвращаться в базы южной Италии. Однако к линкорам это не относилось — союзники предпочли оставить их под своим контролем, сократив экипажи до необходимого для поддержания кораблей на плаву минимума. Новые Italia (бывший Littorio) и Vittorio Veneto перевели на Большое Горькое озеро в зоне Суэцкого канала, где условия пребывания мало отличались от тюремных, а три ветерана Первой мировой оставались на Мальте до июня 1944 г.

Первым — 8 июня — ушел на родину Andrea Doria, 17-го за ним последовал Giulio Cesare, а 27-го — Caio Duilio. И если два последних после непродолжительной остановки в Аугусте перешли в Таранто, прибыв туда соответственно 28 июня и 6 июля, то Andrea Doria задержался на Сицилии больше чем на полгода, вернувшись в главную базу только 14 марта 1945 г.

До конца войны линкоры использовались исключительно в учебных целях, лишь изредка выходя в море для тренировки команд или переходов между Таранто, Аугустой и Сиракузами...

Оценивая в целом участие модернизированных итальянских дредноутов во Второй мировой войне, невольно приходишь к выводу, что их вклад оказался непропорционально малым и никак не оправдавшим средств, затраченных на их реконструкцию. Как и во время прошлой мировой войны, они не причинили противнику никакого вреда. Лучшей иллюстраций их бесславной карьеры могут служить слова великого Цицерона: «Abiit, excessit, evasit, erupit» (Ушел, скрылся, спасся, бежал).

Послевоенная служба

Giulio Cesare входит на рейд Таранто после испытаний силовой установки, ноябрь 1948 г.

Вторая мировая война показала, что линейные корабли окончательно утратили свое положение главной ударной силы военно-морских флотов. Если линкоры новой постройки какое-то время после войны еще сохранялись в боевых составах, то многочисленные ветераны Первой мировой в подавляющем большинстве пошли на слом вскоре после того, как отгремели последние залпы. Совсем иная обстановка сложилась в итальянском флоте.

Подписанный 10 февраля 1947 г. в Париже мирный договор между Италией и державами-победительницами стал неприятным сюрпризом для итальянского военно-морского руководства, которое до последнего надеялось, что бывшие союзники учтут вклад страны в борьбу с германским нацизмом на завершающем этапе войны, отмеченный в итоговых документах Потсдамской конференции, и не будут требовать раздела ее флота и наложения дальнейших ограничений на его количественный и качественный состав. Однако поддержку Италии высказали только США и Великобритания, тогда как СССР, Франция, Греция. Югославия и Албания, понесшие в годы войны значительные потери в корабельном составе, настояли на разделе.

Вопросами, связанными с выяснением технического состояния кораблей, обеспечения их необходимой технической документацией, запасными частями, вооружением и боеприпасами, а также приведением их в пригодное для службы состояние, занималась военно-морская комиссия четырех держав. Делегацию США возглавлял кэптен Прайс, Великобритании — кэптен Беверли, Франции — адмирал Робуффель, Советского Союза — контр-адмирал В.П. Карпунин. Проведя 64 заседания в Париже, комиссия 13 октября 1947 г. переехала в Рим, где продолжила работу. Всего к разделу было назначено 162 единицы общим водоизмещением 198 604 т.

Из пяти числившихся в строю линейных кораблей Vittorio Veneto передавался Великобритании, Italia — Соединенным Штатам Америки (эти страны отказались от «унизительной процедуры физической передачи кораблей», как это формулировалось итальянской стороной, с условием их разборки на месте), Giulio Cesare — Советскому Союзу, а Caio Duilio и Andrea Doria разрешалось сохранить в составе ВМС Италии. 2 августа 1947 г. договор был ратифицирован решением Учредительного Собрания №811 и должен был вступить в силу в течение трех месяцев.

9 декабря 1948 г. Giulio Cesare в последний раз вышел из гавани Таранто и перешел в Аугусту, где 15 декабря был официально выведен из состава действующего флота с присвоением взамен названия репарационного номера Z-11. Из списков флота корабль исключили ровно через год — 15 декабря 1949 г. — по указу Президента Итальянской республики от 29 апреля 1949 г. Ему суждено было стать единственным за всю историю итальянским линейным кораблем, служившим под флагом другого государства...

Статистика боевого использования

В период с 10 июня 1940 г. по 8 сентября 1943 г. линкор совершил 38 выходов в море (в том числе 8 боевых походов, 2 выхода на сопровождение конвоев, 14 межбазовых переходов и 14 выходов на боевую подготовку), прошел 16 947 миль за 912 ходовых часов, израсходовал 12 697 т топлива. В течение 220 суток корабль находился в небоеготовом состоянии.

В период с 8 сентября 1943 г. по 8 мая 1945 г. линкор совершил 4 межбазовых перехода, пройдя 1376 миль за 93 ходовых часа.

С 15 августа 1939 г. по 31 июля 1940 г. Giulio Cesare являлся флагманским кораблем 1-й эскадры, затем, с 1 августа 1940 г. до 31 августа 1941 г.. — флагманом 5-й дивизии линкоров.

Командиры корабля и соединений в период Второй мировой войны

Командиры Giulio Cesare в период Второй мировой войны
капитан 1 pанга Анджело Вароли-Пьяцца с 15.12.1938
капитан 1 pанга Джорджо Конти с 20.07.1941
капитан 1 pанга Сесто Сестини с 27.07.1941
капитан 1 pанга Витторе Карминати с 18.07.1942
капитан 1 pанга Энрико Марано с 7.03.1944
Командиры 5-й дивизии линкоров
контр-адмирал Бруто Бривонези с 25.04.1940 до 31.08.1941
контр-адмирал Гвидо Порцио-Джованола с 1.09.1941 до 7.12.1941
вице-адмирал Карло Бергамини с 8.12.1941 до 31.01.1943
контр-адмирал Джузеппе Фьораванцо с 1.02.1943 до 28.12.1943
контр-адмирал Каталано Гонцага ди Чирелла с 29.12.1943 до 1.05.1945
Командиры 6-й дивизии линкоров
контр-адмирал Карло Каттанео с 1.09.1940 до 31.12.1940

Корабль в искусстве

Giulio Cesare представлен в игре World of Warships в виде одноименного премиумного линкора V уровня.

Видео

Примечания

  1. При этом с Германией в состоянии войны Италия официально не находилась до 27 августа 1916 г.
  2. Вскоре после начала войны Разведывательная дивизия была передана в состав 2-й эскадры и перебазировалась в Бриндизи — поближе к театру боевых действий.
  3. Впоследствии Dante Alighieri был переведен в состав 1-й дивизии.
  4. Более высокое количество ходовых часов у двух последних линкоров не должно вводить в заблуждение. В их число включено время, затраченное на переход из Специи в Таранто по завершении достройки, а у Caio Duilio, кроме того, испытательный поход из Специи к берегам Сицилии и обратно.
  5. Существовавший в итальянском флоте чин младшего контр-адмирала занимал промежуточное положение между капитаном 1-го ранга и контр-адмиралом, т.е. соответствовал армейскому бригадному генералу. В оригинале до 1928 года он назывался «SottoammiragHo», после — «Contrammiraglio».
  6. К тому времени этот остров площадью 586 кв. км. занимавший выгодную стратегическую позицию на входе в Адриатическое море, населяло около 100 тысяч человек.
  7. Аналогичную модернизацию прошли действовавшие впоследствии на Средиземном море линкоры HMS Valiant и HMS Queen Elizabeth, линейные крейсера HMS Renown и HMS Hood. Остальные британские сверхдредноуты постройки периода Первой мировой войны имели башни главного калибра с малым углом возвышения орудий.
  8. Братья Бруто и Бруно Бривонези являются источником многочисленных ошибок и путаницы в военно-исторической литературе, разобраться в которых не всегда под силу даже итальянским авторам, поэтому стоит сказать о них несколько слов, хотя бы без углубления в довоенный период. Занимавший на начало войны должность командира 5-й дивизии контр-адмирал Бруто Бривонези в 1941 г. стал командующим военно-морскими силами в Ливии, потом был инспектором противолодочных сил, а весной 1943 г. возглавил военно-морской округ Ионического моря и Нижней Адриатики (штаб в Таранто). После перемирия с западными союзниками. в 1943—1945 гг. в чине вице-адмирала являлся секретарем по делам флота (первым заместителем морского министра), а с 1 октября 1946 г. по 18 декабря 1948 г. — командующим флотом. Бруно Бривонези встретил начало войны также в чине контр-адмирала на посту командующего военно-морскими силами в Ливии. В мае 1941 г. принял 3-ю дивизию крейсеров, командуя которой 7 ноября не смог уберечь от разгрома печально известный конвой «Дуйсбург», за что был снят с должности, отдан под трибунал, но в конечном итоге оправдан и 5 июля 1942 г. назначен старшим военно-морским начальником на Сардинии, оставаясь в должности до конца войны.
  9. Regia Aeronautics — официальное наименование ВВС Италии.
  10. Это был единственный вклад крейсера в сражение. На протяжении всей операции Luigi Cadorna испытывал проблемы с котлами, поэтому в 14:20 адмирал Кампиони разрешил ему отделиться от эскадры и идти на ремонт в Специю. В сопровождение ему был придан Armando Diaz.
  11. Количество итальянских эсминцев, принимавших действительное участие в бою, остается предметом дискуссии. Из 32 вымпелов, с которыми Кампиони начал операцию, как минимум 3 (Dardo, Antonio da Noli, Strale) были отосланы в базы из-за поломок в машинах, еще 9 (Folgore, Fulmine, Baleno. Lampo, Antonio Pigafetta. Nicoló Zeno, Nicoloso da Recco, Antonio Usodimare, Emanuele Pessagno) ушли на дозаправку и вернулись к главным силам только в 19:30. Таким образом, к 15 часам 9 июля в составе эскадры имелось не более 20 эскадренных миноносцев.
  12. Вторая волна из девяти «Суордфишей» 824-й эскадрильи была поднята в воздух еще в 15:45.
  13. Medaglia d'Argento al Valore Militare — вторая no значимости боевая награда Италии.
  14. На Мальте базировалось соединение «К», первоначально состоявшее из двух крейсеров и двух эсминцев, но впоследствии усиленное. 7 ноября 1941 г. ими был разгромлен итальянский конвой «Бета» («Дуйсбург»), 24 ноября — потоплено два германских транспорта, а 1 декабря — итальянский танкер и защищавший его эсминец Alvise da Mosto.
  15. Впоследствии вице-адмирал А. да Зара был официально назначен командующим флотом.

Ссылки

  • navweaps.com
  • www.airwar.ru

Литература

  • Патянин С.В. Прооклятые линкоры. «Цезарь» ставший «Новороссийском». — Война на море. — Москва: ЕКСМО, 2011. — 176 с. — ISBN 978-5-699-46587-7
Категория: