Добро пожаловать на Wargaming.net Wiki!
Варианты
/
/
Muzio Attendolo (1934)

Muzio Attendolo (1934)

Перейти к: навигация, поиск

Легкий крейсер Muzio Attendolo

MontAosta_Pic_46.jpg
Служба
Италия_флаг_ВМС_с_тенью.png
Италия
Исторические данные
10 марта 1933 года Заложен
09 сентября 1934 года Спущен на воду
07 августа 1935 года Введен в строй
18 октября 1946 года Выведен из боевого состава
1949 год Сдан на слом
04 декабря 1942 года Гибель
Общие данные
7431 / 8990 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
182,2 / 16,6 / 6,0 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)
ЭУ
Экипаж
648 чел. Общая численность
38 чел. Офицеры
610 чел. Матросы
Бронирование
60+30 / 20 мм. Пояс/борт
20-30 мм. Палуба
20-40 / 20-40 мм. Траверз
(носовой/кормовой)
50 мм. Барбеты
70 / 22 / 22 / 30 мм. Башни ГК
(лоб/бок/тыл/крыша)
100 мм. Боевая рубка
20-25 мм. Румпельное отделение
Вооружение

Главный калибр

Противоминный калибр

Зенитная артиллерия

Авиационное вооружение

  • 1 катапульта, 2 самолета.

Минное и противолодочное вооружение

  • 92-112 Мин;
  • 2 бомбомета Menon, 24 ГБ.
Однотипные корабли


Ship_PISC105_Raimondo_Montecuccoli.png
Muzio Attendolo (рус. «Муцио Аттендоло») - второй легкий крейсер Condottieri серии «C»(тип Raimondo Montecuccoli) Королевского итальянского флота. Участвовал во Второй мировой войне. 4 декабря 1942 г. в Неаполе был потоплен бомбами американской авиацией.

История создания

Muzio Attendolo, 1935 г.
Схема внешних отличий крейсеров типа «Кондоттьери С» (на 1940 г.): Raimondo Montecuccoli, на вставках — Muzio Attendolo.

Следующий за 6 построенными легкими крейсерами типа Alberto di Giussano (4 ед.) и типа Luigi Cadorna (2 ед.) тип кораблей при том же вооружении, что и у своих предшественников, должен был иметь существенно лучшую защиту при не меньшей скорости хода. Это означало большее водоизмещение и более мощную энергетическую установку. Проект разрабатывался Комитетом по проектам боевых кораблей морского министерства (Comitate per il Progetto delle Navi) под руководством полковника Корпуса корабельных инженеров Леонардо Феа при значительном участии генерала Умберто Пульезе. 17 октября 1930 г. морское министерство поручило разработку детальных чертежей нового типа крейсера верфи «Ансальдо» в Генуе.

Крейсера были зачислены в списки военных кораблей Королевским декретом № 906 от 18 июня 1931 г. под названиями Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo. Заказы на их постройку были выданы верфям «Ансальдо» в Генуе и «Риунити дель’Адриатико» («C.R.D.A.») в Триесте. Фирма «Ансальдо» имела большой опыт строительства крейсеров: к тому на ней было спущено на воду три легких крейсера типа Alberto di Giussano и велось строительство тяжелого Bolzano. Верфь в Триесте тоже не была новичком в крейсеростроении, имея в своем активе постройку Luigi Cadorna.

Головной Raimondo Montecuccoli был заложен 1 октября 1931 г. Вскоре на основе опыта эксплуатации первых «Кондоттьери»[1] в проект были внесены некоторые изменения, в частности, связанные с улучшением мореходности. Наряду с экономическими причинами, это задержало как стапельный период головного крейсера, так и закладку Muzio Attendolo, которая состоялась только спустя полтора года — 10 апреля 1933 г. Но после этого строительство шло без задержек. Оба корабля были спущены с небольшим интервалом (2 августа и 10 сентября 1934 г. соответственно) и вступили в строй в середине следующего года. Raimondo Montecuccoli без вооружения и систем управления огнем обошелся бюджету в 68,3 млн лир, а его собрат — в 68,5 млн лир.

Корабль Строитель Заказан Заложен Спущен на воду Вступил в строй
Muzio Attendolo «Cantieri Ruiniti dell’Adriatico», Триест 18.06.1931 10.04.1933 9.09.1934 7.08.1935

Названия и девизы

Крейсер получил имя в честь знаменитого итальянского военачальника Муцио Аттендоло сфорца (1369-1424) — итальянского кондотьера, основателя династии Сфорца, правившей Миланом. Названия наносились на борта в кормовой части блестящими латунными буквами, но с началом войны покрывались краской под цвет борта. Следует отметить, что полные наименования кораблей почти никогда не использовались ни в официальных документах, ни в последующих исторических работах.

По традиции крупные корабли итальянского флота имели собственные девизы, часто на латинском языке. У Muzio Attendolo был девиз - «Constans et indomitus» («Тверд и неукротим»). Девиз крейсера был начертан на боковых плитах башни № 4.

Описание конструкции

Корпус и надстройки

Muzio Attendolo. Лето-осень 1940 г.
Теоретический чертеж корпуса крейсеров типа Raimondo Montecuccoli.
Легкий крейсер Raimondo Montecuccoli.

Корпуса крейсеров имели полубачную конструкцию и в целом были аналогичны корпусам двух первых серий «Кондоттьери». Основные отличия заключались в увеличенных размерениях и форме оконечностей. Следует отметить, что фирмы-строители применяли собственные конструктивные решения, приводящие к значительному числу мелких различий между однотипными кораблями.

Крейсера имели шесть палуб (сверху вниз): полубак, верхнюю, 1-ю среднюю, 2-ю среднюю, платформу и трюм, из которых сплошными были только верхняя и 1-я средняя. Высота межпалубного пространства в середине корпуса составляла 2,20 м.

Корпус набирался по смешанной продольно-поперечной схеме. Нумерация шпангоутов шла от кормового перпендикуляра (оси руля) в нос. При этом шпангоуты в корму от этого перпендикуляра имели отрицательные номера. Девятнадцать главных поперечных переборок делили корпус на 20 водонепроницаемых отсеков. В пределах цитадели переборки доходили до 1-й средней (броневой) палубы, а в оконечностях поднимались до верхней палубы и даже до палубы полубака в носу. Продольную жесткость корпуса усиливали две продольные бортовые переборки, тянувшиеся в пределах броневой цитадели (шп. 26-193) и поднимавшиеся до 1-й средней палубы. Кроме силовой функции, эти переборки обеспечивали дополнительную броневую защиту. Толщина обшивки и конструктивных переборок крейсеров составляла 7-12 мм.

Предложенная генералом Пульезе носовая башнеподобная надстройка по сравнению с надстройками предшествующих крейсеров была спроектирована более компактной и создавала для персонала одинаковые условия работы как в мирное время, так и в боевой обстановке. Конструкция получила благоприятные отзывы в современной зарубежной прессе и, помимо кораблей итальянского флота, применялась на советских крейсерах проекта 26-бис и их потомках проекта 68 и проекта 68-бис.

Конструктивно башнеподобная надстройка опиралась на 1-ю среднюю (броневую) палубу и состояла из семи ярусов, причем нижние пять имели форму цилиндра, а верхние два — усеченного конуса. В ней сверху вниз располагались: радио-пеленгаторная рубка, штурманская рубка (на кораблях первой группы) или адмиральский мостик (на кораблях второй группы), ходовая рубка, центр связи, помещение радиопередатчиков, шифровальная рубка и рубка акустиков, центральный пост борьбы за живучесть.

Бронирование

Схема бронирования крейсеров типа Raimondo Montecuccoli.

Одной из основных отличительных черт «Кондоттьери С» от крейсеров предыдущих двух серий стало значительное усиление бронирования. Вся используемая броня была гомогенной, хромоникелевой.

Главный пояс толщиной 60 мм состоял из 19 плит. Между 2-й средней палубой и платформой он был несколько длиннее, продолжаясь от шп. 26 до шп. 183, а между 1-й и 2-й средними палубами — только от шп. 31 до шп. 178. В глубине корпуса параллельно главному поясу шла набранная из 31 плиты продольная броневая переборка толщиной 30 мм в районе погребов и 25 мм в середине. Высота бронированной части переборки соответствовала высоте главного пояса. За его пределами в носу и корме симметрично располагались отделения главных осушительных насосов и дизель-генераторов, занимавшие пространство между шп. 15-26 в корме и шп. 183-194 в носу. Они защищались 25-мм горизонтальной броней на уровне 2-й средней палубы с расположенными под углом 45° скосами такой же толщины. Нижний ряд плит главного пояса замыкался поперечными траверзами толщиной 40 мм вне защищенного палубой со скосами пространства и 20 мм внутри его. Палуба со скосами в оконечностях также заканчивалась 20-мм поперечными траверзами (по шп. 15 и 194). В то же время верхний ряд плит главного пояса переходил в угловые 40-мм траверзы, сходящиеся к внешним краям барбетов концевых башен. Между верхней и 1-й средней палубой между шп. 29 и 180 проходил 20-мм верхний пояс, состоящий из 15 плит и замыкавшийся 15-мм траверзами.

Главной броневой палубой являлась 1-я средняя палуба. Она имела толщину 30 мм в средней части и 20 мм — над боковыми отсеками между поясом и внутренней продольной переборкой. Пространство между нижними кромками пояса и внутренней броневой переборки было прикрыто 20-мм горизонтальной броней. 2-я средняя палуба между угловым траверзом и более длинным нижним рядом плит главного пояса также имела толщину 20 мм.

Толщина брони барбетов башен главного калибра достигала наибольшего значения 50 мм вне корпуса, а внутри его с каждой палубой понижалась. Сами башни имели 70-мм лоб, 30-мм крышу и 22-мм стенки.

Щиты 100-мм орудий были изготовлены из 8-мм низкоуглеродистой стали.

Три нижних яруса башнеподобной надстройки имели толщину стенок 40 мм, четвертый - 50 мм. Пятый ярус представлял собой полностью бронированную боевую рубку со стенками толщиной 100 мм, 25-мм полом и 30-мм крышей. Два верхних конических яруса имели 30-мм стенки, а главный КДП — 25-мм стенки и 20-мм крышу. По центральной оси надстройки проходила броневая коммуникационная труба диаметром 60 см и толщиной 30 мм ниже броневой рубки и 20 мм между броневой рубкой и КДП.

Вооружение

Основная статья: 152-мм/53 орудие Model 1929
Основная статья: 100-мм/47 орудие Models 1928
Основная статья: 37-мм/54 автомат Breda Model 1932
Основная статья: 13,2-мм пулемет Breda Model 1931

Главный калибр крейсера составляли восемь 152-мм/53 орудий O.T.O. образца 1929 года в четырех башнях, расположенных в оконечностях по линейно-возвышенной схеме.

Среднюю артиллерию составляли три двухорудийные установки 100-мм/47 орудий O.T.O. образца 1928 года, расположенных в кормовой части корабля.

Крейсер вооружался четырьмя спаренными установками 37-мм/54 автоматов Breda образца 1932 года с водяным охлаждением стволов, расположенных в районе носовой надстройки. Зенитное вооружение дополнялось четырьмя спаренными 13,2-мм/76 пулеметами Breda модели 1931 года, располагавшихся вокруг кормовой трубы.

Крейсер нес два двухтрубных 533-мм торпедных аппарата, размещавшихся побортно на верхней палубе. Боезапас 8 торпед.

На крейсере была установлена пневматическая катапульта конструкции подполковника Луиджи Ганьётто и два гидросамолета Ro.43, хотя на крейсере находился один, установленный на катапульте.

В кормовой части крейсеров было установлено два пневматических бомбомета «Менон» модели 1934/37 г. калибра 432/302 мм. Боезапас 24 глубинных бомб, удвоенный в военное время.

В кормовой части крейсеров имелись минные рельсы, тянувшиеся от 100-мм орудий до кормового свеса. Полная загрузка включала 96 мин типа «Elia», или 112 типа «Bollo», или 92 типа Р200.

На крейсере были установлены параваны, комплекты паро-нефтяной и химической домоаппаратура.

Энергетическая установка

Энергетическая установка состояла из двух турбозубчатых агрегатов и шести котлов, размещавшихся по эшелонной схеме. Она занимала семь отсеков от 158-го до 52-го шпангоута. Машинные отделения располагались за котельными; носовой ТЗА работал на правый винт, кормовой — на левый. Для прохода правого вала котлы кормовой группы были сдвинуты к левому борту, и для балансировки котлы носовой группы пришлось сдвинуть к правому борту.

На ходовых испытаниях все корабли уверенно перекрывали проектную мощность силовых установок и развивали скорость свыше 37 узлов (рекорд принадлежит Raimondo Montecuccoli, показавшему 38,72 уз). Однако нельзя не заметить, что крейсера проходили испытания в облегченном состоянии и не полностью укомплектованными. Во время войны их максимальная скорость не превышала 33-34 узла, что тоже является отличным результатом.

Вспомогательное оборудование

Экипаж

Экипаж крейсеров по штату мирного времени насчитывал 578 человек — 27 офицеров и 551 нижний чин. В военное время на кораблях он увеличивался до 38 офицеров и 610 нижних чинов.

Окраска

Muzio Attendolo, июль 1941 г. Камуфляжная окраска типа «Клаудус». Цвета: черный, грязно-белый и голубой.
Muzio Attendolo в камуфляжной окраске «Клаудус», первая половина 1942 г.
Muzio Attendolo, июль 1942 г. Камуфляжная окраска стандартного типа. Цвета: светло-серый, темно-серый, грязно-белый.
Muzio Attendolo в стандартном камуфляже с грязно-белой носовой оконечностью, середина 1942 г.

В 1930-е годы и в начале войны крейсера окрашивались в светлый пепельно-серый цвет (grigio-cenerino chiaro) с темно-зеленой (verde scuro) подводной частью и черной полосой по ватерлинии. Верхняя палуба, палубы надстроек и мостиков окрашивалась в темно-серый цвет с характерным металлическим отливом (grigio ferro). Ватерлиния, верхняя часть грот-мачты и козырьки на дымовых трубах были черными (nero), обвесы мостиков с внутренней стороны — темно-синими (blu scuro), внутренние помещения — светло-зелеными (verde chiarissimo).

Для опознавания с воздуха с началом войны палуба в носовой и кормовой оконечностях до башен главного калибра красилась белой известью, позже на нее стали наносить широкие диагональные полосы чередующихся белого и красного цветов.

Во второй половине 1940 г. под руководством майора Корпуса корабельных инженеров Луиджи Петрилло началась разработка экспериментальных схем камуфляжа. Было создано две базовых схемы, которые опробовали на крейсерах Fiume и Duca d`Aosta.

Камуфляжная схема для последнего получила название «двойная рыбья кость» (Doppia spina di pesce) и должна была затруднить работу оптических дальномеров противника. Корпус и надстройки крейсера красились в глубокий темно-серый цвет (fondo grigio scuro), на который наносились крупные желто-зеленые (giallo-verde) четырехугольники, расходящиеся от центра корабля в обе стороны, в форме рыбьих хвостов. Окраска была полностью симметричной по обоим бортам. Эта схема, примененная впоследствии на нескольких линейных кораблях, должна была затруднить работу оптических дальномеров противника. В июне 1941 г. на Duca d`Aosta ее слегка изменили, окрасив оконечности в грязно-белый цвет.

Адмирал Якино был не вполне удовлетворен «двойной рыбьей костью», и флот обратился к известному художнику-маринисту Родольфо Клаудусу с предложением разработать камуфляж для крейсера Muzio Attendolo. Используя черный, грязно-белый (bianco sporco) и голубой (azzurro) цвета, Клаудус создал схему, которая должна была затруднить определение типа, курса и скорости корабля. Абстрактные картины, с характерными «зубчатыми» краями, нанесенные на борта Muzio Attendolo в июле 1941 г., должны были напоминать меньший корабль, идущий искаженным угловым курсом с высокой скоростью. Как и следовало ожидать от творческой натуры художника, рисунки были различными с двух бортов. Схема Клаудуса произвела впечатление на моряков и нашла применение на ряде кораблей.

К 1942 г. в итальянском флоте была разработана стандартная камуфляжная окраска, в которой учитывались типичные условия освещенности на Средиземном море. Основным цветом оставался светлый пепельно-серый, на который наносились широкие контрастные полосы темно-серого. Оконечности часто красились в грязно-белый цвет, чтобы маскировать размер поднимаемых кораблем волн и, таким образом, затруднять определение скорости. Рисунок на правом и левом бортах зачастую был неодинаковым.

Muzio Attendolo был перекрашен в начале июля. На Muzio Attendolo на борта наносились изломанные многоугольные фигуры, более широкие по правому борту.

После торпедирования Muzio Attendolo и Bolzano подводными лодками итальянцы посчитали, что наличие грязно-белых зон в оконечностях подчеркивает точку прицеливания и облегчает торпедную стрельбу с небольшого расстояния. В октябре-ноябре 1942 г. их убрали со всех крейсеров.

Модернизации

Вооружение

В 1940 г. система управления огнем (КДП и орудия) была дополнена гиростабилизационным оборудованием, позволявшим вести огонь при качке, не дожидаясь возврата корпуса на ровный киль.

С началом поставок немецких мин в марте-апреле 1941 г. на крейсерах установили два дополнительных минных рельса параллельно существующим. После этого они могли брать на борт 146 мин типа ЕМС или 186 типа UMA (противолодочных). Кроме того, имелась возможность принимать мины типов G.B.1 и G.B.2 — по 380 или 280 штук соответственно. Для компенсации веса были сняты кормовые якоря.

На всех четырех крейсерах 37-мм автоматы модели М1932 были заменены моделью М1938 с воздушным охлаждением, имевшей меньший вес, более простую наводку и обслуживание. При этом установки с мостика были перенесены на место снимавшихся постов управления торпедной стрельбой у первой дымовой трубы. На Muzio Attendolo замена была произведена в апреле-июле 1942 г.

В первые месяцы 1941 г. на торпедных аппаратах установили щиты для защиты их наводчиков.

Установку 20-мм автоматов произвести не успели, хотя начали готовить под них площадки.

Надстройки

В январе 1941 г. на Muzio Attendolo начались работы по возведению закрытого застекленного ограждения в передней части мостика.

В июле 41-го на Muzio Attendolo было смонтировано ветровое ограждение наблюдательных постов вокруг главного КДП.

Система наблюдения была реорганизована на кораблях первой серии — в первые месяцы 1941 г. Посты на крыльях мостика были переоборудованы для управления огнем. Дополнительные посты воздушного наблюдения оборудовались на расширенных прожекторных площадках и на площадках по бокам от кормовой трубы. В первые месяцы 1941 г. к крыльям мостика были пристроены прямоугольные балконы, на которых находились посты дневного воздушного наблюдения за торпедоносцами и ночного наблюдения. Они оснащались биноклями с брызговиками, цветными и поляризационными фильтрами.

Оборудование

В 1939 г. на крыши КДП средней артиллерии на грот-мачте были установлены сигнальные прожекторы «Телелюкс». В 1941 г. на адмиральском мостике установили две антенны УКВ-радиостанций.

Во второй половине 1942 г. крейсера были оснащены немецкими станциями радиотехнической разведки FuMB-1 «Метокс» («Metox»), которые обслуживали немецкие операторы.

План восстановления Muzio Attendolo

Летом 1949 г. остов крейсера Muzio Attendolo был поднят и отбуксирован в Специю. Поскольку корпус находился в относительно неплохом состоянии, был рассмотрен проект восстановления корабля с перестройкой его в крейсер ПВО подобно San Giorgio и San Marco, переоборудованным из недостроенных крейсеров типа Capitani Romani. Значительно более крупный Muzio Attendolo должен был нести более многочисленное вооружение из пяти-шести спаренных 127-мм универсальных установок американского производства. Однако в конечном итоге от восстановления отказались (по всей видимости, после оценки стоимости подобного переоборудования), и передали корпус на разборку.

Оценка проекта

История службы

Довоенный период

1935-1940 гг.

Muzio Attendolo и Duca d`Aosta на якорной стоянке накануне или в первые месяцы Второй мировой войны.
Muzio Attendolo в Триесте вскоре после подъема военно-морского флага, август 1935 г. На крейсере еще отсутствует зенитная артиллерия.
Muzio Attendolo в Триесте вскоре после подъема военно-морского флага, август 1935 г. На крейсере еще отсутствует зенитная артиллерия. У борта корабля стоит эсминец Ardimentoso.
Muzio Attendolo у берегов Испании, 20 января 1937 г.

По завершении основного этапа постройки, Raimondo Montecuccoli, Muzio Attendolo и Duca d`Aosta покинули верфи и перешли в Специю для выполнения доводочных работ (в частности, на Muzio Attendolo в арсенале военно-морской базы смонтировали зенитную артиллерию) и подготовки экипажей. Учения и тренировки велись очень интенсивно, и крейсера подняли флаги и вошли в строй почти одновременно, с разницей меньше двух месяцев.

20 августа 1935 г. Raimondo Montecuccoli и Duca d`Aosta покинули Специю и, совершив остановку в Аугусте, перешли в Таранто, где их временно включили в состав 4-й дивизии крейсеров контр-адмирала[2] Ильдебрандо Гойрана (флаг на Alberto di Giussano), но всего неделю спустя из «Кондоттьери» серий «С» и «D» была сформирована новая 7-я дивизия крейсеров, приданная 2-й эскадре. До 15 сентября командиром дивизии являлся контр-адмирал Иниго Кампиони, затем должность принял контр-адмирал Сильвио Зальца, поднявший флаг на Duca d`Aosta (капитан 1 ранга Альберто да Зара).

Командир 7-й дивизии крейсеров контр-адмирал Сильвио Зальца.

Тут нужно отметить, что в итальянском флоте с 1928 г. существовало две эскадры, являвшиеся высшими оперативными объединениями надводных сил. При этом 1-я эскадра, включавшая линкоры и тяжелые крейсера типа Zara, считалась главными силами, а 2-я, основу которой составляли быстроходные тяжелые и легкие крейсера, играла роль своеобразного «летучего соединения». В мирное время эскадры базировались соответственно на Таранто и Специю и занимались боевой подготовкой раздельно, объединяясь, как правило, только на ежегодных осенних маневрах. Лишь в сентябре 1935 г., ввиду ожидавшегося начала войны в Эфиопии, была создана структура объединенного командования флотом (Comando in Capo delle Forze Navali Riunite), впрочем, оказавшаяся во многом искусственной и потому вскоре упраздненная, так что в дальнейшем вплоть до конца 1940 г. сохранялась прежняя организация...

Тем временем, в начале сентября Raimondo Montecuccoli» с Duca d`Aosta вернулись в Специю. Закончив достроечные работы, в состав соединения вошел Muzio Attendolo. Вскоре крейсерам предстояло выполнить свою первую представительскую миссию: Raimondo Montecuccoli и Duca d`Aosta составили почетный эскорт французскому соединению, перевозившему в Марокко тело маршала Лиоте[3]. 12 октября корабли вышли из Специи и соединились с французами около Тулона. Совершив блестящий маневр, на 30-узловой скорости, Duca d`Aosta вступил в кильватер крейсеру Dupleix, а Raimondo Montecuccoli занял позицию по левому борту. В районе Балеарских островов итальянские корабли отдали последний салют и развернулись на обратный курс. К тому времени погода серьезно испортилась, в результате крейсера потеряли контакт друг с другом и только утром 15 октября, после двух дней жестокого шторма, соединились к востоку от Корсики.

Командир 7-й дивизии крейсеров контр-адмирал Витторио Тур.

В первых числах ноября на Duca d`Aosta прибыли командующий 2-й эскадрой вице-адмирал Сальваторе Денти ди Пирайно и его начальник штаба капитан 1 ранга Карло Бергамини. Крейсер стал флагманским кораблем эскадры. Контр-адмирал Зальца был назначен командиром 4-й дивизии крейсеров и поднял флаг на Giovanni delle Bande Nere, а 7-ю дивизию принял контр-адмирал Витторио Тур.

1 января 1936 г. адмирала Денти сменил вице-адмирал Ромео Бернотти, который ранее руководил Военно-морским институтом (Institute di Guerra Marittima). Назначение было не случайным. Бернотти выступал за повышение интенсивности боевой подготовки и приведение ее курса к реалиям будущей войны, теперь же ему пришлось взяться за претворение своих взглядов в жизнь, что было вызвано стремительным ухудшением отношений с Великобританией.

Командующий 2-й эскадрой вице-адмирал Ромео Бернотти.

Для 7-й дивизии (в ее состав к тому времени вошел Eugenio di Savoia) с приданными ей 8-м (Folgore, Fulmine, Baleno, Lampo) и 16-м (Nicoloso da Recco, Antonio Usodimare, Luca Tarigo, Emanuele Pessagno) дивизионами эсминцев начался период непрерывных выходов в море. Корабли отрабатывали совместное маневрирование, торпедные атаки против превосходящих сил противника, проводили тренировки аварийных партий. Англо-итальянский кризис достиг своего апогея в апреле. Дошло до того, что 21-го числа на борту Duca d`Aosta получили извещение о возможном начале войны, и дивизия покинула базу, заняв позицию ожидания в Тирренском море между Сардинией и Сицилией, чтобы при необходимости как можно скорее перейти в заданный район. К счастью, конфликт не перешел в «горячую» фазу, но в течение нескольких следующих месяцев четыре «7000-тонника» базировались попеременно то на Кальяри, то на Ла-Маддалену.

Вместо этого боевые действия начались в другом конце Европы. После произошедшего 18 июля военного мятежа в Испании разгорелась гражданская война. В конце месяца Muzio Attendolo совершил поход к испанским берегам, эвакуировав итальянских граждан из Малаги и Барселоны в Специю, тогда как Eugenio di Savoia (капитан 1 ранга Массимильяно Вьенна[4]) под флагом вице-адмирала Марио Фалангола с 24 июля по 13 августа находился в Танжере, обеспечивая итальянские интересы, а Raimondo Montecuccoli (капитан 1 ранга Марио Бонетти) выполнял аналогичную миссию в Барселоне.

После этого 7-я дивизия в полном составе участвовала в смотре, устроенном главой правительства. 15сентября крейсера прибыли в Портоферрайо, где Муссолини поднялся на борт Eugenio di Savoia, а затем, в сопровождении эсминцев Maestrale, Grecale, Libeccio и Scirocco, продолжили свой путь до Неаполя, производя при этом различные маневры и эволюции. Месяц спустя Duca d`Aosta, Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo снова прибыли в Неаполь — на этот раз для участия в морском параде, данном в заливе Гаэтта 26 октября в честь регента Венгрии адмирала Миклоша Хорти.

Со 2 октября по 12 ноября Eugenio di Savoia находился в качестве стационера в Барселоне. Вскоре события обрели более широкий размах. 28 ноября 1936 г. итальянское правительство подписало с Франко секретный договор о взаимопомощи, поэтому в новом году итальянская помощь испанским националистам, начатая с отправки двенадцати бомбардировщиков, стала очень быстро наращиваться. Итальянскому флоту пришлось взять на себя патрулирование западной части Средиземного моря (в квадрате м. Палос — м. Бланко — Мелилья — Малага) и сопровождение транспортов, на которых в Испанию доставлялся личный состав и военная техника итальянского экспедиционного корпуса. В январе-феврале 1937 г. Eugenio di Savoia участвовал в двух таких миссиях, Raimondo Montecuccoli и Duca d`Aosta — по одной, а Muzio Attendolo 17-20 января доставил на своей палубе из Мессины в испанскую Сеуту торпедные катера MAS-435 и MAS-436, переданные флоту националистов (получили названия «Кандидо Перес» и «Хавьер Кирога»).

14-21 марта 1937 г. все четыре крейсера 7-й дивизии совершили поход в Триполи, обеспечивая визит в колонию главы правительства Бенито Муссолини. В мае дивизия, также в полном составе, участвовала в морском параде в Неаполитанской бухте по случаю визита министра обороны Третьего рейха фельдмаршала фон Бломберга. После этого Raimondo Montecuccoli остался в расположении заместителя морского министра и главы Главного морского штаба адмирала Кавальяри, которые совершил на крейсере инспекционный поход по базам на Сицилии с заходами в Мессину, Аугусту, Сиракузы, на Пантеллерию и в Трапани. Во время похода командир крейсера каждый раз, когда встречался с проходящими мимо пароходами, объявлял учебную тревогу, чтобы артиллеристы корабля потренировались в наводке орудий на движущуюся цель. Снова дивизия собралась 27 августа в Генуе на церемонии спуска новейшего линкора Littorio.

Спустя три дня Raimondo Montecuccoli под командованием капитана 1 ранга Да Зара отправился в заграничный поход на Дальний Восток для защиты итальянских интересов в ходе разгоревшейся японо-китайской войны.

5 мая 1938 г. Muzio Attendolo, Duca d`Aosta и Eugenio di Savoia принимали участие в грандиозном морском параде в Неаполитанской бухте в честь канцлера Германии Адольфа Гитлера.

Командир Muzio Attendolo капитан 1 ранга Федерико Мартиненго.

Duca d`Aosta и Eugenio di Savoia и Muzio Attendolo участвовали в морском параде в честь короля Югославии Павла, состоявшемся 15 мая в Неаполитанской бухте. К тому времени трехлетняя кровопролитная гражданская война в Испании закончилась победой националистов. Встал вопрос о возвращении домой солдат итальянского экспедиционного корпуса. В период с 24 по 30 мая из Неаполя к испанским берегам проследовали лайнеры «Тоскана», «Сицилия», «Лигурия», «Калабрия», «Саннио», «Пьемонте», «Сардиния», «Ломбардия» и «Умбрия». Для их прикрытия в море вышли Duca d`Aosta (капитан 1 ранга Амедео Номис ди Поллоне) с эсминцами Granatiere и Carabiniere. Приняв на борт 20 390 итальянских легионеров и 3161 испанца, вечером 1 июня конвой двинулся из Кадиса в обратный путь под охраной крейсера и эсминцев. 5 июня на подходе к острову Капри их встречал Muzio Attendolo (капитан 1 ранга Федерико Мартиненго). Что же касается Eugenio di Savoia, то ему выпала честь доставить на официальные торжества по случаю победы министра иностранных дел Италии графа Чиано. Крейсер отправился к испанским берегам 10 июля и до 18-го ходил по различным портам.

Нападение Германии на Польшу 1 сентября 1939 г. и последовавшее через два дня вступление в войну Великобритании и Франции сказалось и на повседневной деятельности итальянского флота. Корабли приняли полный боекомплект и активизировали занятия боевой подготовкой.

Начало боевых действий

июнь - сентябрь 1940 г.

7-я дивизия крейсеров в боевом походе, 1940 г.
Корабли 7-й дивизии крейсеров (в центре — Muzio Attendolo) накануне сражения у Пунта-Стило, июль 1940 г.

К моменту вступления Италии во Вторую мировую войну Королевский Итальянский флот насчитывал в своем составе 4 линкора (плюс 2 в высокой степени готовности), 7 тяжелых и 14 легких крейсеров, 59 эсминцев, 67 миноносцев, 116 подводных лодок. Организационно он состоял из двух эскадр надводных кораблей, подводных сил, четырех военно-морских округов и пяти заморских командований. Первая эскадра, находившаяся под командованием адмирала Иниго Кампиони (он же — командующий флотом), составляла главные силы. Вторая, под командованием вице-адмирала Рикардо Паладини, являлась быстроходным крейсерским соединением. Главная база 1-й эскадры находилась в Таранто, 2-й — в Мессине.

Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoliпо-прежнему составляли 7-ю дивизию, входившую в состав 2-й эскадры. Командовал дивизией контр-адмирал Луиджи Сансонетти, державший свой флаг на Eugenio di Savoia. Дивизии был придан 13-й дивизион эскадренных миноносцев, состоявших из четырех новейших кораблей типа SoldatiGranatiere, Fuciliere, Bersagliere и Alpino.

Командир 7-й дивизии крейсеров контр-адмирал Луиджи Сансонетти.

10 июня 1940 г. крейсера 7-й дивизии встретили в Неаполе. Днем офицеры и матросы итальянских кораблей заслушали декларацию об объявлении войны Великобритании и Франции, а в 19:10 все четыре корабля, вместе с тяжелыми крейсерами Pola (флаг адмирала Паладини), Trento и Bolzano, вышли в море для прикрытия минной постановки. Крейсера Alberico da Barbiano и Luigi Cadorna с эсминцами Corazziere, Lanciere и миноносцами Polluce и Calypso выставили заграждение «LX» из 428 мин в Тунисском проливе. Отряд прикрытия крейсировал к северу ото. Фавиньяна. Вечером 11 июня выход был повторен.

Скоротечная кампания во Франции не принесла лавров итальянской армии. 21 июня, в предверии заключения германо-французского перемирия, итальянские вооруженные силы получили приказ Верховного главнокомандующего усилить нажим, чтобы Муссолини имел хоть какие-то козыри при дележе военных трофеев. Флот отреагировал на этот приказ рейдом быстроходного крейсерского отряда к Балеарским островам. В предшествующие три дня воздушная разведка отмечала движение большого числе неохраняемых транспортов между французскими и алжирскими портами. Дивизия Сансонетти в сопровождении 13-го дивизиона эсминцев вышла из Кальяри вечером 22 июня и провела поиск неприятельских судов в западном направлении. Прикрытие ударных сил осуществляли корабли 1-й, 2-й и 3-й дивизии (всего 10 крейсеров и 12 эсминцев), маневрировавшие западнее Сардинии.

Достигнув на следующий день широты Порта-Маон и не найдя противника, отряд Сансонетти лег на обратный курс. В это время его обнаружила французская летающая лодка LeO-470 из состава эскадрильи Е11. Чуть позже итальянские корабли подверглись атаке пяти гидроторпедоносцев «Латекор-298» эскадрильи НВ1 с авиабазы Убейра, но сумели избежать торпедных попаданий, хотя одна из торпед прошла в сотне метров от форштевня Duca d`Aosta. На основании данных воздушной разведки для боя с итальянскими крейсерами французы выслали 4-ю и 3-ю дивизии крейсеров, для их прикрытия из Мерс-эль-Кебира вышли линкоры Dunkerque и Strasbourg. Однако Сансонетти находился уже вне пределов досягаемости. В 19:30 23 июня Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli вошли в гавань Кальяри.

После выхода Франции из войны стратегическое положение Италии существенно улучшилось, и штабы подготовили отправку в Африку крупного конвоя. В ночь на 7 июля из Неаполя и Катании вышло пять транспортов в охранении легких крейсеров Giovanni delle Bande Nere, Bartolomeo Colleoni, четырех эсминцев и шести миноносцев. Пунктом их назначения был порт Бенгази. Ближнее прикрытие конвоя осуществляли крейсера 7-й дивизии, а дальнее — главные силы под командованием адмирала Кампиони. В общей сложности в операции было задействовано 2 линейных корабля, 6 тяжелых и 10 легких крейсеров, 32 эскадренных миноносца.

Четверка «7000-тонников» вышла из Палермо во второй половине дня 7 июля. Ночью Сансонетти взял курс на Триполи, а в 07:10, когда запущенные с катапульт самолеты доложили об отсутствии кораблей противника, вместе с конвоем повернул к Бенгази. Осторожность оказалась не напрасной, так как британский флот также находился в море — сообщение об этом передала подводная лодка Beilyl. В 19:20 Кампиони приказал всем кораблям собраться к 14 часам 9 июля в 65 милях юго-восточнее м. Пунта-Стило. Крейсера 7-й дивизии легли на обратный курс и около 9 часов утра заняли позицию слева от главных сил. Головным шел Eugenio di Savoia, за ним следовали Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli. Справа от них кильватерной колонной двигались тяжелые крейсера Bolzano, Trento, Fiume, Gorizia, Zara, Pola, далее — линкоры Giulio Cesare (флаг Кампиони) и Conte di Cavour, крайнюю правую колонну составляли 8-я (Duca degli Abruzzi, Giuseppe Garibaldi) и 4-я (Alberico da Barbiano, Alberto di Giussano) дивизии.

Такое построение итальянцы сохраняли вплоть до установления визуального контакта с противником[5]. Это произошло около 15:00. Британские силы включали линкоры HMS Warspite (флаг командующего Средиземноморским флотом адмирала Э.Б. Каннингхэма), HMS Malaya, HMS Royal Sovereign, авианосец HMS Eagle, 5 легких крейсеров и 16 эсминцев. Завязавшееся боевое столкновение известно как бой у мыса Пунта-Стило (по итальянским источникам) или акция у Калабрии (по британским).

Сражение началось, в точном соответствии с классическими канонами, с перестрелки легких крейсеров. В 15:22 правофланговые Duca degli Abruzzi и Giuseppe Garibaldi открыли огонь по четырем кораблям британского авангарда (HMS Orion, HMS Neptune, HMS Liverpool и HMAS Sydney), однако спустя четыре минуты заговорили 381-мм орудия HMS Warspite, и итальянским крейсерам пришлось отвернуть на запад, прикрывшись дымовыми завесами. Тем временем главные силы Кампиони — линкоры и тяжелые крейсера — легли на сходящийся с неприятелем курс. Около 15:53 началась решающая фаза боя. Дивизия Сансонетти, находившаяся на дальнем от противника фланге, огня не открывала, но постепенно подтягивалась к своим линкорам, вскоре оказавшись практически за кормой у них.

В 15:59 флагманский Giulio Cesare получил попадание 15-дюймового снаряда с HMS Warspite в среднюю часть. Тремя минутами позже Кампиони скомандовал общий отход в юго-западном направлении, приказав эсминцам поставить дымовую завесу и провести торпедную атаку для прикрытия выхода линкоров из боя. В ней приняло участие в общей сложности 16 кораблей 7-го, 9-го, 11-го, 12-го и 14-го дивизионов. Ни одна из выпущенных ими торпед в цель не попала. Крейсера Сансонетти совершили поворот на курс 230° синхронно с линкорами и двигались строем фронта слева и чуть впереди от них. Оторвавшись от противника, итальянский флот прошел Мессинским проливом и между 08:25 и 09:00 следующих суток прибыл в Неаполь. Таким образом, участие 7-й дивизии в бою у Пунта-Стило было чисто номинальным. Оказавшись слишком далеко от неприятеля, крейсера Сансонетти так и не выпустили ни одного снаряда главным калибром. Итальянские источники отмечают лишь спорадическое ведение зенитного огня по английским самолетам: в 11:11 его открывал Raimondo Montecuccoli, в 13:23 — Duca d`Aosta, в 13:44 — Muzio Attendolo.

13 июля 7-я дивизия вернулась на свое обычное место базирования в Палермо, где оставалась до конца месяца. 29 июля Eugenio di Savoia и Muzio Attendoloперешли в Неаполь, на следующий день, совершив остановку в Аугусте, за ними последовали Duca d`Aosta и Raimondo Montecuccoli. Проходя Тирренским морем, они попутно осуществили прикрытие ливийского конвоя. В последний день июля произошла смена командования: место Сансонетти, назначенного командиром 3-й дивизии, занял контр-адмирал Фердинандо Касарди.

Пробездействовав в Неаполе около двух недель, 16 августа дивизия вернулась в Палермо, а 29-го перешла в Бриндизи. По стечению обстоятельств, в тот же вечер англичане начали масштабную операцию «Хэтс» по проводке конвоя из Александрии на Мальту и переводу из Гибралтара кораблей, предназначенных для усиления Средиземноморского флота. 30 августа от Супермарины поступил приказ на выход в море, и итальянский флот произвел самое крупное в этой войне боевое развертывание — в нем приняло участие 5 линкоров, 13 крейсеров, и 34 эсминца.

Eugenio di Savoia под флагом контр-адмирала Касарди, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli с четырьмя эсминцами вышли из Бриндизи в 02:15 1 сентября и взяли курс на юг, имея приказ соединиться с главными силами к полудню. Планам итальянского командования помешал разыгравшийся в Ионическом море шторм, полностью исключивший разведывательные полеты авиации и приведший к преждевременному израсходованию топлива на эсминцах. Поэтому днем 1 сентября Супермарина отозвала корабли на базу, но непогода успела сделать свое дело, нанеся ряд повреждений кораблям и смыв за борт нескольких моряков.

Война с Грецией

октябрь 1940 - март 1941 г.

Крейсера 7-й дивизии в боевом походе, середина 1940 г. Белая, без красных диагональных полос, окраска палубы бака.

Все представители «7000-тонного» типа продолжали базироваться на Бриндизи до 27 сентября, когда Eugenio di Savoia и Duca d`Aosta были переведены в Таранто. 10 октября за ними последовали Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo, но уже 16-го дивизия в полном составе вернулась в Бриндизи для участия в ожидавших своего начала боевых действиях на Нижней Адриатике. Дело в том, что разуверившись в возможности добиться решительного военного успеха в схватке с Великобританией, Муссолини решил включить в число противников какое-нибудь более слабое государство. 28 октября итальянские войска пересекли албано-греческую границу, открыв новый театр военных действий. От флота требовалось решение двух основных задач: обеспечение перевозки войск и бесперебойное снабжение военной группировки на Балканах, а также высадка десанта на остров Корфу. Впрочем, от последней пришлось отказаться ввиду присутствия в Ионическом море мощной британской эскадры.

24 октября, для более гибкого управления, 7-я дивизия была разделена на две группы: Eugenio di SavoiaMuzio Attendolo под командованием Касарди и Raimondo MontecuccoliDuca d`Aosta (так называемая «Группа Duca d`Aosta») под командованием младшего контр-адмирала Альберто да Зара. Состоявшийся в ночь на 12 ноября набег британских кораблей (легкие крейсера HMS Orion, HMAS Sydney, HMS Ajax, эсминцы HMS Nubian и HMS Mohawk) в Отрантский пролив, в ходе которого было потоплено четыре итальянских транспорта, заставил Супермарину обратить более пристальное внимание на защиту албанских коммуникаций. Находившиеся в Бриндизи 7-я и 8-я дивизии крейсеров с приданными им соответственно 15-м и 8-м дивизионами эсминцев получили приказ ежедневно чередоваться в нахождении в постоянной готовности к выходу в море. Первый выход по тревоге имел место 14 ноября, когда поступило сообщение о замеченном крейсере и четырех эсминцах противника. В 22:25 обе группы 7-й дивизии вышли в море и до рассвета крейсировали на широте Бриндизи. Не замедлила сказаться и переброска в Грецию британской авиации: 28 ноября на Бриндизи был совершен налет бомбардировщиков. Открытый заблаговременно зенитный огонь помог избежать прямых попаданий, но Raimondo Montecuccoli получил незначительные повреждения от осколков.

Командующий флотом адмирал Анджело Якино.

10 декабря 1940 г. организационная структура итальянского флота была изменена. Вместо двух эскадр он был реорганизован в единое объединение. Адмирал Кампиони оставил должность командующего флотом. Его место занял адмирал Якино. Изменился и штатный состав крейсерских соединений. 7-я дивизия контр-адмирала Касарди теперь включала крейсера Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo с приданными ей 8-м (Folgore, Fulmine, Baleno, Lampo) и 15-м (Antonio Pigafetta, Nicoló Zeno, Alvise da Mosto) дивизионами эсминцев. Raimondo Montecuccoli был передан в 8-ю дивизию контр-адмирала Леньяни и действовал вместе с Giuseppe Garibaldi, Duca degli Abruzzi и приданным 16-м дивизионом эсминцев (Nicoloso da Recco, Emanuele Pessagno, Antonio Usodimare, Giovanni di Verazzano)[6].

«Крейсерам, базирующимся в Бриндизи и Таранто, — пишет известный итальянский историк М.-А. Брагадин, — приходилось патрулировать в Отрантском проливе при малейшей тревоге, а также при проходе любого войскового конвоя». До конца года 7-я дивизия дважды (3-4 и 13-14 декабря) прикрывала переходы в Албанию войсковых конвоев. 15 декабря Duca d`Aosta ушел в Специю на ремонт, который продлился до 11 февраля 1941 г., а двум оставшимся крейсерам довелось принять участие в операции иного рода.

По настоятельным требованиям армейского командования в Албании, итальянские надводные корабли стали привлекаться к обстрелам позиций греческих войск. Днем 18 декабря Eugenio di Savoia» и Raimondo Montecuccoli с эсминцами Antonio Pigafetta, Nicoloso da Recco, Emanuele Pessagno и Augusto Riboty вели огонь по скоплению греческих войск у Лукова, в 30 километрах к северу от пролива Корфу. Известно, что Eugenio di Savoia израсходовал 82 снаряда главного калибра. Расположенная на высоте 200 м над уровнем моря греческая полевая батарея открыла ответный огонь, и хотя не сумела добиться прямых попаданий, осколки ее снарядов буквально засыпали итальянские корабли, не причинив, впрочем, ощутимых повреждений.

22-23 декабря Eugenio di Savoia, Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo в сопровождении эсминцев Folgore, Fulmine и Baleno отконвоировали в Валлону войсковой транспорт «Сесия». При этом на борту каждого из крейсеров разместилось по батальону 8-го пехотного полка 6-й пехотной дивизии «Кунео». 28-го числа 7-я и 8-я дивизии перешли в Таранто, но 10-11 января 1941 г. Eugenio di Savoia, Raimondo Montecuccoli, Giuseppe Garibaldi и Duca degli Abruzzi с 15-м и 16-м дивизионами эсминцев выходили на прикрытие конвоя и всю ночь крейсировали в Отрантском проливе. Аналогичную миссию Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli выполняли 9 и 16 февраля.

Командир Eugenio di Savoia капитан 1 ранга Джузеппе Лубрано.

21 февраля новым командиром Eugenio di Savoia был назначен капитан 1 ранга Джузеппе Лубрано.

В целом, начало 1941 года для «7000-тонников» прошло спокойно и буднично. Корабли поочередно проходили текущий ремонт и занимались боевой подготовкой. Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli 29 января и 1 марта выходили на учебные стрельбы. В последнем случае с ними был Muzio Attendolo, успевший перед этим пройти текущий ремонт, но со 2 марта по 1 апреля на ремонте находился Raimondo Montecuccoli. Что же касается Duca d`Aosta, то он прибыл в Таранто 17 февраля, но был временно придан 8-й дивизии. Финальным аккордом боевой подготовки стали итоговые стрельбы, проведенные Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo 27 марта. Их обеспечивали эсминцы Nicoló Zeno, Alvise da Mosto, Giovanni di Verazzano, танкер Kanopo и буксир Atlante.

Минные постановки

апрель - июль 1941 г.

Raimondo Montecuccoli (спереди) и Eugenio di Savoia на минной постановке в Тунисском проливе, апрель 1941 г.
Минная постановка 20 апреля 1941 г. На переднем плане — Raimondo Montecuccoli, за ним — Muzio Attendolo.

Всередине февраля 1941г. начальник Главного штаба итальянского флота адмирал Риккарди встретился со своим германским коллегой гросс-адмиралом Редером в небольшом приграничном городке Мерано. Предметом трехдневных переговоров стало взаимодействие военно-морских сил стран «Оси». Как замечает Брагадин, у итальянского командования «вызывала беспокойство мысль о слишком тесном сотрудничестве с Германией», однако оно остро нуждалось в материальной помощи со стороны немецкого союзника. Одним из результатов встречи стало соглашение о поставке в Италию большой партии немецких морских мин и минных защитников. Мины относились преимущественно к типу ЕМС, допускавшему постановку на глубинах до 150 м, тогда как итальянские могли ставиться на глубинах не более 100 м.

К середине апреля мины прибыли в итальянские военно-морские базы, что было как нельзя кстати, поскольку минные заграждения, выставленные в начале войны, после зимних штормов требовали усиления. В марте Супермарина разработала план постановки заграждения «S» в Тунисском проливе, между мысом Бон и островом Мареттимо. Оно должно было начинаться от самой кромки французских территориальных вод и состоять из нескольких частей — «S.1», «S.2» и т.д., которые, в свою очередь, делились на линии — «S.11», «S.12», «S.21», «S.22» и т.д. Постановка преследовала двоякую цель: воспрепятствовать проводке британских конвоев на Мальту и обеспечить фланговое прикрытие итальянских коммуникаций.

Первая постановка была осуществлена крейсерами 7-й дивизии и приданными ей эсминцами 15-го и 16-го дивизионов. 18 апреля Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Raimondo Montecuccoli, Muzio Attendolo, Alvise da Mosto и Giovanni di Verazzano произвели погрузку мин во внутренней гавани Таранто (Мар Пикколо) и между 20 и 24 часами перешли на внешний рейд (Мар Гранде), откуда в сопровождении эсминцев Nicoloso da Recco, Emanuele Pessagno, Nicoló Zeno и Antonio Pigafetta в 03:55 следующих суток вышли в открытое море. На борту флагманского Eugenio di Savoia, помимо контр-адмирала Касарди, находился прикомандированный к отряду германский наблюдатель капитан 1 ранга Гуго Поль (занимал пост Начальника минных заградителей).

Командир 7-й дивизии крейсеров контр-адмирал Фердинандо Касарди.

Соединение прошло Мессинским проливом и обогнуло Сицилию с севера. Переход к месту постановки занял чуть больше суток — причиной стал дувший с берега сирокко, принесший густой туман, из-за которого Касарди приказал снизить скорость. К тому же отряд шел постоянным противолодочным зигзагом. Лишь после полуночи, когда корабли прошли Трапани, скорость была увеличена до 18 уз. В 06:52 20 апреля соединение вышло в назначенную точку, где перестроилось в строй фронта согласно схеме постановки: место на левом фланге занял Alvise da Mosto, далее с интервалом в 300 м выстроились Eugenio di Savoia, Raimondo Montecuccoli, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo, справа шел Giovanni di Verazzano. В 07:07 первая мина упала за борт. В последующие 33 минуты было выставлено 298 мин[7] (в том числе 74 антенных) и 492 минных защитника (в том числе 244 механических с эсминцев и 248 пиротехнических с крейсеров). Минный интервал составлял 60-100 м для ударных мин и 200 м для антенных. При этом на палубе флагманского крейсера остались 17 антенных мин, от постановки которых отказались по требованию Поля.

Хотя флоту на время операции было обещано авиационное прикрытие, самолеты над кораблями так и не появились — густой туман не позволил им взлететь с аэродрома на о. Пантеллерия. Тем не менее, возвращение прошло без эксцессов, если не считать ложной тревоги, инициатором которой стал Antonio Pigafetta. В 10:35 его сигнальщики якобы заметили перископ, и эсминец сбросил несколько глубинных бомб. Между 22:00 и 00:30 корабли прибыли в Мессину, где с Eugenio di Savoia немедленно выгрузили на баржу неизрасходованные мины.

В 2 часа пополудни 22 апреля Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli, в сопровождении Antonio Pigafetta и Nicoló Zeno, покинули базу и в 17:50 отшвартовались в Аугусте. К полуночи на каждый из крейсеров было погружено по 144 мины. К 5 часам утра следующих суток туда же прибыли Duca d`Aosta (перед этим в Мессине на него погрузили 17 мин, выгруженных ранее с Eugenio di Savoia), Muzio Attendolo, Nicoloso da Recco и Emanuele Pessagno. Они также немедленно начали прием мин, но из-за поломки крана на Muzio Attendolo процедура затянулась до половины одиннадцатого. В 11:20 соединение вышло в море, как и в прошлый раз, огибая Сицилию с севера. В 05:00 24 апреля к нему присоединились Alvise da Mosto и Giovanni di Verazzano, принявшие мины в Трапани.

Вторая постановка началась в 07:34 и продолжалась 86 минут. Всего было выставлено 740 мин, в том числе 144 антенных (по 62 с Eugenio di Savoia и Duca d`Aosta). Миноносцы Simone Schiaffino и Giuseppe la Masa выполняли роль навигационных ориентиров, обозначая границы ранее выставленных полей. На этот раз в течение всего времени над кораблями кружили самолеты истребительного и противолодочного прикрытия. Однако свежая погода стала причиной трагедии. В 07:54 Simone Schiaffino сбился с курса и подорвался на мине. Наблюдатели крейсеров отмечали, что миноносец словно зарылся в высокую волну, накренился и вскоре затонул в точке с координатами 37°08’ с.ш., 11°10’ в.д. На месте его гибели остался Nicoló Zeno, тогда как остальные корабли вернулись в базы. Raimondo Montecuccoli, в сопровождении Nicoloso da Recco и Emanuele Pessagno, отправился на ремонт в Специю, а остальные — в Таранто, куда прибыли около полудня 25 апреля.

Отдых снова оказался непродолжительным. Вечером 29 апреля Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo с эсминцами Antonio Pigafetta, Nicoló Zeno, Alvise da Mosto, Giovanni di Verazzano, Nicoloso da Recco и Emanuele Pessagno приступили к приему очередной партии мин и минных защитников. На этот раз район постановки находился далеко на юге. Ключевая роль, которую играл порт Триполи в снабжении североафриканской группировки «Оси», заставила Супермарину обратить на его оборону более пристальное внимание. Обстрел города, проведенный британским крейсером HMS Gloucester в ночь на 21 апреля, при всей незначительности причиненного ущерба продемонстрировал явную слабость защиты порта. Для обеспечения безопасности подходов к гавани было решено выставить к северу от Триполи глубоководное минное заграждение «Т». По флангам его планировалось плотно закрыть минными защитниками, что должно было повысить устойчивость к тралению.

Схема постановки минного заграждения «Т» у Триполи.

Около 6 часов утра 30 апреля крейсера и миноносцы адмирала Касарди покинули гавань и выстроились в походный ордер. Дневной переход проходил под прикрытием истребителей и гидросамолетов. Около 21 часа соединение прошло в 80 милях от Мальты. Даже с этого расстояния в небе над островом были видны многочисленные разрывы зенитных снарядов — это германо-итальянская авиация бомбила Ла-Валетту для отвлечения внимания противника от выхода очередного конвоя[8].

На рассвете 1 мая над морем опустился густой туман, из-за которого невозможно было установить точные координаты по астрономическим ориентирам. Штаб Ливийского военно-морского командования выслал миноносец «Партенопе», который занял позицию в крайней точке линии «f» (15 миль северо-западнее Триполи) и сыграл роль навигационного ориентира. В 10:52 крейсера легли на боевой курс и приступили к работе. Мины ставились в четыре линии, расположенные под углом примерно 45° друг к другу, на 115-метровой изобате и пересекавшие маршрут, по которому обычно двигались неприятельские корабли во время обстрелов. При этом два крейсера шли с интервалом 300 м и осуществляли сброс мин, а третий двигался в 600 метрах мористее, чередуясь с одним из них. Сначала Duca d`Aosta и Muzio Attendolo выставили линию «f»; затем, развернувшись на три румба, Eugenio di Savoia и Duca d`Aosta поставили линию «е», наконец, совершив еще один поворот, Eugenio di Savoia и Muzio Attendolo выставили линию «d». Тем временем Alvise da Mosto и Giovanni di Verazzano, отделившиеся от крейсеров еще на первом галсе, выставили линию «i». К 12.27 операция была закончена, после чего соединение вышло в точку сбора и легло на обратный курс. В 06:30 следующих суток Eugenio di Savoia и Duca d`Aosta с эсминцами 16-го дивизиона отшвартовались на своих штатных местах в гавани Аугусты. Muzio Attendolo, нуждавшийся в небольшом ремонте, в сопровождении Nicoloso da Recco и Emanuele Pessagno направился в Мессину, куда прибыл в 09:15.

Следующий выход 7-й дивизии состоялся 4 мая. На этот раз задача состояла в прикрытии двух североафриканских конвоев. Первый, в составе лайнера «Виктория» (13 098 брт) и транспортов «Гритти», «Веньер», «Форкарини», «Барбариго», «Калитея», «Анкара», следовал из Неаполя в Триполи под эскортом эсминцев Ugolini Vivaldi, Antonio da Noli, Lanzerotto Malocello и миноносцев Pegaso, Orione, Cassiopea. Второй состоял из транспортов «Марко Поло», «Марбург», «Кибфельс», «Райхенфельс», «Риальто» в сопровождении эсминцев Fulmine, Euro и миноносцев Procione, Orsa, Centauro, Cigno, Perseo и двигался в обратном направлении. Операция прошла без осложнений. Соединение прикрытия, состоявшее из Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и эсминцев Antonio Pigafetta, Nicoló Zeno, Alvise da Mosto, Nicoloso da Recco и Giovanni di Verazzano, прекрасно справилось со своей задачей. 5 мая им удалось отбить налет британской авиации, а днем ранее к западу от Сицилии Antonio Pigafetta и Nicoló Zeno потопили британскую субмарину HMS Usk.

В 01:15 7 мая дивизия Касарди прибыла в Таранто, где простояла довольно долго. Лишь утром 22 мая крейсера выходили на учения, продолжавшиеся до полуночи, тогда как новый боевой поход состоялся лишь в следующем месяце.

Поступившую из Германии очередную партию мин решено было пустить на усиление заграждений у Триполи. Чтобы осуществить это за один выход, соединению были дополнительно приданы корабли 4-й дивизии контр-адмирала Г. Порцио Джованола, прибывшие из Аугусты. Теперь под командованием Касарди находилось пять крейсеров (Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta, Muzio Attendolo, Alberto di Giussano и Giovanni delle Bande Nere) и семь эсминцев (Antonio Pigafetta, Alvise da Mosto, Giovanni di Verazzano, Nicoloso da Recco, Antonio Usodimare, Vincenzo Gioberti, Scirocco).

Приняв мины вечером 1 июня, в 05:00 следующих суток корабли вышли в море и 18-узловым ходом противолодочным зигзагом двинулись на зюйд. На борту флагманского крейсера находился глава германской военно-морской миссии при итальянском Главном морском штабе контр-адмирал Вейхольд, а также офицер связи германских военно-воздушных сил. Последний поддерживал контакт непосредственно с командирами авиационных частей и в случае необходимости мог немедленно вызвать самолеты. Это вызывало острую зависть итальянских офицеров, не понаслышке знакомых с громоздкостью и неповоротливостью схемы передачи запросов между штабами собственных ВМС и ВВС.

В 10:05 3 июня миноносец «Касторе» занял свое место «навигационного ориентира» в 16 милях к северо-востоку от Триполи, но соединение Касарди прибыло в заданную точку с двухчасовой задержкой, причиной которой стала авария в машине эсминца Alvise da Mosto. Авиационное прикрытие снова отсутствовало — густой туман не позволил истребителям подняться с ливийских аэродромов.

В 11:31 корабли перестроились из походного ордера в строй фронта и приступили к постановке линии «Ь». Слева направо двигались Giovanni delle Bande Nere, Alberto di Giussano, Eugenio di Savoia, Alvise da Mosto и Giovanni di Verazzano. Мины двух типов — итальянские антенные и германские контактные — ставились в шахматном порядке. Затем Eugenio di Savoia и Muzio Attendolo развернулись и выставили севернее линию «с» (по 88 антенных мин с каждого из крейсеров). Тем временем Duca d`Aosta, Vincenzo Gioberti, Scirocco выставили противолодочное заграждение (линии «h», «ha» и «hb») ближе к африканскому берегу. Завершив постановку, крейсера и эсминцы легли на обратный курс и к 15 часам 4 июня были уже в Таранто.

Данная постановка оказалась, пожалуй, самой успешной для итальянского флота за всю войну — 19 декабря 1941 г. здесь погибли британские крейсер HMS Neptune и эсминец HMS Kandahar, а крейсер HMS Aurora получил серьезные повреждения. Немаловажную роль в этом сыграло то обстоятельство, что командир британского соединения был уверен, что мин на такой глубине итальянцы не ставят...

Требовавший ремонта Eugenio di Savoia оставался в порту до 27 июля. Контр-адмирал Касарди перенес свой флаг на Duca d`Aosta. Получив приказ усилить минное заграждение в Тунисском проливе, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo с эсминцами 15-го и 16-го дивизионов 26 июня отправились из Таранто в Аугусту, преодолев 276 миль за 16 часов 50 минут. Там крейсера приняли на борт по 120 антенных мин и в 12:20 вышли в море в сопровождении Alvise da Mosto, Giovanni di Verazzano, Nicoloso da Recco. Два других эсминца — Antonio Pigafetta и Emanuele Pessagno — в это время находились в Трапани, где на борт каждого из них погрузили по 101 минному защитнику. Накопленный опыт позволил провести операцию четко в соответствии с планом. Соединившись у западной оконечности Сицилии, корабли вышли в заданную точку и в 06:54 начали постановку заграждения «S.2», завершив ее в 07:32. На обратном пути, как обычно, отряд обогнул Сицилию с юга и в 00:35 29 июня прибыл в Аугусту.

В ожидании следующей минно-заградительной операции, 1 июля Duca d`Aosta и Muzio Attendolo перешли в Мессину, где оставались в течение нескольких дней, ожидая улучшения погодных условий. Утром 6-го они вернулись в Аугусту, где быстро приняли на борт по 146 мин и в 13:15, в сопровождении привычной тройки эсминцев (Alvise da Mosto, Giovanni di Verazzano и Nicoloso da Recco), покинули базу. В первой половине дня 7 июня они соединились с кораблями 4-й дивизии контр-адмирала Порцио Джованола (крейсера Giovanni delle Bande Nere и Alberto di Giussano со 130 минными защитниками каждый и эсминцы Maestrale, Grecale, Scirocco), выходившими из Палермо, и эсминцами Antonio Pigafetta и Emanuele Pessagno (по 92 минных защитника на каждом), грузившимися, как обычно, в Трапани. В 07:00 корабли легли на боевой курс, и первая мина полетела за борт. Согласно плану, сначала свой груз сбрасывали эсминцы, затем — крейсера. Таким образом, на штабных картах появились новые линии «S.31» и «S.32». Обратный переход прошел без каких-либо достойных упоминания событий. Duca d`Aosta и Muzio Attendolo с эсминцами сопровождения достигли Таранто в 10:55 8 июля.

По мнению итальянских специалистов, в ходе постановки «крейсера и эсминцы четко выдерживали ритм и дистанцию, что продемонстрировало накопленный опыт и хорошую подготовку проведения подобных операций». Тем не менее, для 7-й дивизии данная минная постановка стала последней — больше крейсера для проведения минно-заградительных операций не привлекались. Однако заграждения в Тунисском проливе продолжали усиливаться. В середине августа вспомогательные минные заградители (фактически — паромы) «Реджо», «Аспромонте» и шесть эсминцев типа Navigatori выставили линии «S.41», «S.42», «S.43» и «S.44» — в общей сложности 1125 мин и 3202 минных защитника.

В составе 8-й дивизии

июль - сентябрь 1941 г.

Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli следуют в кильватер другим крейсерам 7-й дивизии.
Muzio Attendolo в Таранто, июль 1941 г. Хорошо видна камуфляжная окраска правого борта.
Muzio Attendolo в боевом походе, 1941 г.
Duca d`Aosta и Muzio Attendolo на стоянке в Таранто, весна 1941 г. Несет камуфляж «двойная рыбья кость».

Прибыв в Таранто, Duca d`Aosta и Muzio Attendolo оставались там в течение всего июля 1941 г., не считая кратковременного выхода на боевую подготовку, состоявшегося 26-го числа.

Командир 8-й дивизии крейсеров контр-адмирал Джузеппе Ломбарди.

Raimondo Montecuccoli, закончив ремонт и произведя послеремонтные пробы механизмов и артиллерии, в тот же день перешел в Палермо, где поступил в распоряжение командира 8-й дивизии крейсеров контр-адмирала Джузеппе Ломбарди. Приказ об этом Супермарина отдала еще 19 июля. Сразу же кораблю пришлось принять участие в боевой операции. 27 июля итальянская разведка обнаружила передвижение неприятельских кораблей в Центральном Средиземноморье, и в 22:30 Giuseppe Garibaldi и Raimondo Montecuccoli с эсминцами Granatiere и Bersagliere вышли в море для прикрытия североафриканского конвоя.

«Количество эсминцев сопровождения, — отмечают итальянские историки Элио Андо и Франко Гай, — оказалось совершенно недостаточным для двух кораблей в этом коварном районе, однако два других эсминца дивизиона, Fuciliere и Alpino, были выделены для непосредственного охранения конвоя, других же свободных единиц не оставалось». В течение ночи и дня 28 июля дивизия Ломбарди двигалась неподалеку от конвоя, но поскольку новых сообщений о противнике не поступало, после полудня легла на обратный курс. В 19:55, когда отряд находился в 9,5 милях западнее острова Мареттимо, наблюдатели Raimondo Montecuccoli заметили слева по носу следы двух торпед, от которых крейсер уклонился. Зато Giuseppe Garibaldi не повезло — над его носовой частью прогремел мощный взрыв. Успеха добилась подводная лодка HMS Upholder под командованием лучшего британского подводного аса Малкольма Ванклина. К счастью для итальянцев, хотя флагманский корабль и принял около 700 тонн воды, его положение вскоре уже не внушало опасений. Для охраны поврежденного крейсера прибыли Fuciliere и Alpino, тогда как второй «Кондоттьери» адмирал отослал в базу, и в 00:30 он отшвартовался в Палермо.

4 августа к Raimondo Montecuccoli присоединился Muzio Attendolo, и в течение двух следующих недель перенесший флаг на Duca degli Abruzzi контр-адмирал Ломбарди дважды (6-го и 18-го числа) выводил свою дивизию на маневры.

22 августа Супермарина получила сведения об ожидаемом выходе из Гибралтара крупного британского конвоя и немедленно отдала флоту приказ о 24-часовой готовности ко вступлению в бой к югу от Сардинии. В море должны были выйти линкоры Littorio и Vittorio Veneto, а также все имеющиеся тяжелые крейсера (Trieste, Trento, Bolzano и Gorizia). 8-й дивизии Ломбарди приказали выйти в район к северу от побережья Туниса, чтобы перехватить вражеский конвой, если он попытается проскочить в то время, пока главные силы ведут бой. Всего в операции предполагалось задействовать значительные силы — 2 линкора, 7 крейсеров, 23 эсминца, а также 9 подводных лодок и 13 торпедных катеров.

На самом же деле британская операция преследовала другую цель. Во-первых, самолеты с авианосца HMS Ark Royal должны были нанести удар по аэродромам на Сардинии; во-вторых, быстроходный минный заградитель HMS Manxman, замаскированный под французский лидер, должен был проникнуть в Лигурийское море и выставить мины у военно-морской базы Ливорно. Разумеется, итальянское командование ничего этого не знало, поэтому корабли вышли в море, намереваясь дать бой, используя значительное превосходство в силах.

Duca degli Abruzzi, Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo в сопровождении пяти эсминцев покинули Палермо в 5 часов утра 24 августа. В 10:41 эсминцы Folgore и Fulmine установили контакт с подводной лодкой, почти сразу же наблюдатели крейсеров доложили о замеченных следах трех торпед, от которых соединение уклонилось энергичным маневром. Хотя в действительности никаких неприятельских субмарин поблизости не было, для усиления противолодочной обороны с катапульты Muzio Attendolo был запущен бортовой самолет. В 16:00 Ломбарди получил приказ идти на соединение с главными силами, но вскоре стало известно, что англичане повернули назад в Гибралтар. В ранние часы 25 августа корабли 8-й дивизии вернулись в базу.

Этот выход, по оценке итальянского историка М.-А. Брагадина, «был характерен хорошим взаимодействием флота и авиации, поэтому позволял смотреть в будущее с оптимизмом... однако потребовал большого количества топлива, нехватка которого уже стала серьезной проблемой. По этой причине Супермарина вынуждена была предупредить Верховное командование, что нет больше возможности повторять такие выходы, если только они не будут совершенно необходимы». В довершение всего, утром 26 августа британская субмарина HMS Triumph торпедировала крейсер Bolzano.

Уход со Средиземноморского театра основных сил германской авиации итальянские моряки ощутили на себе. Нахождение в базах перестало быть спокойным и безопасным. 7 сентября британские бомбардировщики совершили налет на Палермо. Одна из бомб упала в непосредственной близости от Raimondo Montecuccoli, от ее осколков пострадали надстройки крейсера. Спустя два дня он перешел в Мессину, а 10-го — в Таранто. Зато оставшемуся в Палермо Muzio Attendolo еще трижды (9, 12 и 14 сентября) пришлось участвовать в отражении британских налетов на этот порт.

25 сентября итальянская разведка обнаружила очередной выход значительных сил противника из Гибралтара (операция «Халберд»). На следующий день Супермарина отправила в море линкоры Littorio, Vittorio Veneto, тяжелые крейсера Trento и Gorizia и шесть эсминцев. 8-я дивизия, состоявшая из Duca degli Abruzzi, Muzio Attendolo и эсминцев 10-го дивизиона Maestrale, Grecale, Scirocco, получила приказ соединиться с главными силами в 50 милях к востоку от Ла-Маддалены (северо-восточная оконечность Сардинии). Рандеву состоялось в полдень 27 сентября. В 17:22 сигнальщики Muzio Attendolo доложили о следах торпед по левому борту. Крейсер резко переложил руль, и торпеды прошли буквально в 20 метрах за кормой. По крайней мере, так это описано в официальных итальянских публикациях. Британские же источники никаких атак в данное время в данном районе не отмечают[9]. Более того, ближайшая союзная подводная лодка — голландская HNLMS O-21 — находилась не менее чем в 50 милях от итальянского флота.

На сей раз взаимодействие между итальянскими флотом и авиацией работало отвратительно. Не имея точной информации о противнике, адмирал Якино бесцельно гонял свои корабли по Тирренскому морю до 14 часов 28 сентября, когда стало известно, что англичане повернули назад. «Операция завершилась полным разочарованием и колоссальным расходом бесценного топлива», — с грустью констатирует Брагадин.

1 октября 8-я дивизия перешла в Таранто. Спустя два дня Muzio Attendolo был официально передан в состав «родной» 7-й дивизии, но оставался в бездействии до конца месяца, не считая короткого выхода в море 8-го числа для тренировок. После длительного периода высокого оперативного напряжения экипажу требовалось немного отдыха, а кораблю — необходимое техническое обслуживание.

Защита морских коммуникаций

октябрь 1941 - январь 1942 г.

Duca d`Aosta и Muzio Attendolo (на заднем плане) в штормовом море.
Duca d`Aosta и Muzio Attendolo (на заднем плане) в штормовом море.
Германские и итальянские суда на пути в Северную Африку.
Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli в боевом походе.

Пока крейсера 8-й дивизии контр-адмирала Ломбарди безрезультатно гонялись за британскими конвоями, кораблям контр-адмирала Касарди был предоставлен отдых. За три месяца, прошедших после прибытия в Таранто, Duca d`Aosta совершил всего пять кратковременных выходов в море для боевой подготовки: два в августе (5-го и 18-го), столько же в сентябре (8-го и 15-го) и один в октябре (8-го). Закончивший ремонт и занявший привычное место флагманского корабля Eugenio di Savoia плавал ничуть не более интенсивно. Стоит лишь отметить ночные учения 18 августа, когда экипаж крейсера тренировался в отражении торпедных атак, имитировавшихся эсминцами 13-го дивизиона (Granatiere, Fuciliere, Bersagliere и Alpino).

Активизация боевой деятельности наметилась лишь в октябре. Для защиты второго по величине и важности на ливийском побережье порта Бенгази от набеговых операций противника решено было прикрыть подходы к нему минным заграждением, получившим кодовое обозначение «В». Операция, первоначально назначенная на сентябрь, несколько раз переносилась из-за плохих погодных условий. Наконец, приняв на борт мины, Eugenio di Savoia, Duca d`Aosta и Raimondo Montecuccoli с эсминцами Ugolini Vivaldi, Lanzerotto Malocello, Antonio Pigafetta, Giovanni di Verazzano, Aviere и Camicia Nera в 03:40 12 октября вышли из Таранто. Однако утром 13-го итальянская воздушная разведка обнаружила в 130 милях от Александрии мощное британское соединение, включавшее два линкора. Постановка была отменена, и в 09:15 корабли получили приказ о возвращении. В дальнейшем же обстоятельства сложились так, что заграждение «В» так и не было выставлено...

Вторая половина 1941 г. характеризовалась обострением борьбы на коммуникациях, питающих североафриканскую группировку стран «Оси». Обеспокоенные успехами Роммеля англичане сосредоточили свои усилия на том, чтобы перерезать итальянские линии снабжения, что, в свою очередь, заставило командование Реджиа Марина обратить все силы на их защиту. Накал борьбы на Средиземном море стал таким, что указанный период в итальянской исторической литературе называется не иначе как «Первая битва конвоев».

Уход из Центрального Средиземноморья Х-го авиакорпуса люфтваффе очень скоро позволил англичанам восстановить пошатнувшееся положение Мальты и даже нарастить базировавшуюся там группировку морской ударной авиации. Именно она, а также базировавшаяся на Ла-Валетту 10-я флотилия подводных лодок, представляли основную угрозу итальянскому судоходству. Потери грузов, отправленных из Италии в Африку, в июле составили 12% (но потери топлива достигли катастрофической величины в 41%), в августе — 20%, в сентябре — 24%, в октябре — 21%.

21 октября на Мальту прибыло ударное Соединение «К», состоявшее из крейсеров HMS Aurora, HMS Penelope, эсминцев HMS Lance и HMS Lively. Хотя данный факт почти сразу был обнаружен итальянской авиационной разведкой, в течение следующего месяца англичанам удалось добиться впечатляющих успехов. В ночь на 9 ноября Соединение «К» в буквальном смысле истребило крупный конвой «Дуйсбург»[10]. Несмотря на мощное прикрытие, включавшее тяжелые крейсера Trento, Trieste и 10 эскадренных миноносцев, англичанам удалось безнаказанно потопить семь судов с 34473 тоннами военных грузов и топлива, а также эсминец Fulmine.

После уничтожения конвоя «Дуйсбург» итальянцы вернулись к прежней тактике посылки в Африку мелких конвоев из разных портов разными маршрутами. Однако и это не помогло избежать новых потерь. В ходе начавшейся 20 ноября крупной операции, для проводки восьми транспортов, сведенных в четыре конвоя, было задействовано пять крейсеров и десять эсминцев и миноносцев. Итоги оказались плачевными: пунктов назначения удалось достичь только трем судам и крейсеру Luigi Cadorna с грузом бензина; крейсера Trento и Duca degli Abruzzi получили повреждения в результате попаданий авиационных торпед; а 23 ноября корабли Соединения «К» потопили немецкие суда «Прочида» и «Марица», шедшие в Бенгази из Пирея.

Тем не менее, Супермарина признала верной систему разделения судов по маленьким конвоям, чтобы не дать противнику возможности атаковать сразу несколько целей, поэтому следующая операция, начавшаяся 29 ноября, строилась по весьма сложной схеме. Из Бриндизи вышли транспорты «Изео» и «Капо Фаро» в сопровождении миноносца Procione; из Таранто — теплоход «Вениеро» с эсминцем Giovanni di Verazzano; из Наварина — танкер «Волтурно» с двумя эсминцами; из Аргостоли — пароход «Адриатико» без сопровождения. Их пунктом назначения являлся Бенгази. Танкер «Иридио Мантовани» с эсминцем Alvise da Mosto двинулись из Трапани в Триполи вдоль тунисского побережья, надеясь повторить удачный маневр прошлой операции, когда суда на данном маршруте остались незамеченными.

Одновременно в Центральное Средиземноморье направлялось два соединения боевых кораблей. В районе следования конвоев должны были патрулировать крейсера Duca d`Aosta (флагман), Raimondo Montecuccoli и Muzio Attendolo с эсминцами Aviere, Geniere, Camicia Nera[11]. Эскадра в составе линкора Caio Duilio, легкого крейсера Giuseppe Garibaldi и эсминцев Granatiere, Alpino, Bersagliere, Fuciliere, Corazziere, Carabiniere вышла из Таранто, чтобы действовать по необходимости. На борту линкора находился старший морской начальник контр-адмирал Джованола. 7-ю дивизию впервые вел в бой контр-адмирал Рафаэль де Куртен, принявший командование днем ранее. Вскоре после выхода, в 17:32 в точке с координатами 39°20’ с.ш./17°33’ в.д. соединение было атаковано британской подводной лодкой HMS P31 (в апреле 1943 г. переименована в Uproar). Хотя ее командир доложил о попадании в один из крейсеров, торпеды прошли мимо — их следы видели только с Raimondo Montecuccoli. Другая британская субмарина — HMS Upholder — также обнаружила корабли Де Куртена, но произвела выход в атаку бесперископно, пользуясь только данными «асдика», что при тогдашнем состоянии гидроакустики давало мало шансов на успех. Как следствие, итальянцы даже не видели следов выпущенных по ним торпед.

Командир 7-й дивизии крейсеров контр-адмирал Рафаэле де Куртен.

Однако далее, в который раз, события стали развиваться неудачно для итальянцев. Танкер «Волтурно» почти сразу после выхода был поврежден бомбардировщиками с Мальты и был вынужден вернуться. На следующий день «бленхеймы» потопили «Капо Фаро» и нанесли тяжелые повреждения «Изео», так что и ему пришлось возвращаться в Аргостоли.

В это время, когда конвойная операция вступила в кульминационную фазу, итальянские подводные лодки доложили о выходе с Мальты крейсеров HMS Neptune, HMS Ajax, HMS Aurora и HMS Penelope с тремя эсминцами (после одержанных успехов англичане усилили Мальтийское ударное соединение). Вместе они, безусловно, превосходили дивизию Де Куртена, между тем, главные силы адмирала Джованола, уже отстававшие от графика из-за сильного волнения, вынуждены были еще больше задержаться в связи с аварией машины на Giuseppe Garibaldi. Все это время 7-я дивизия находилась к востоку от Мальты и двигалась в непосредственном контакте с «Вениеро», который считался наиболее ценным из отправленных судов — на его борту находилось 14 танков, 190 различных транспортных средств, 591 т боеприпасов и 1968 т других грузов. Так продолжалось до 19 часов, когда на борту флагманской Duca d`Aosta получили приказ о возвращении. По всей видимости, принимая такое решение, Супермарина исходила из того, что в ночном бою англичане будут иметь неоспоримое преимущество благодаря численному перевесу и радару, и стремилась уберечь соединение от разгрома. Корабли Де Куртена вернулись в Таранто в 11:20 1 декабря. Сам же «Вениеро» проделал дальнейший путь в сопровождении единственного эсминца, и к 7 часам утра благополучно прибыл в Бенгази. Увы, из шести судов он оказался единственным, сумевшим прорвать блокаду.

Получив сообщение воздушной разведки о предполагаемом местоположении двух конвоев, британский командующий разделил свои силы на две группы. Одной из них — так называемому соединению «В» (HMS Neptune, HMS Ajax и два эсминца) — не удалось обнаружить противника. Зато Соединение «К», состоявшее из HMS Aurora, HMS Penelope и эсминца HMS Lively, ночью потопило беззащитный «Адриатико».

Не удалось пробиться и конвою, шедшему вдоль побережья Туниса. После полудня 1 декабря его атаковали торпедоносцы с Мальты. Им удалось повредить «Мантовани», который потерял ход. На следующий день появились корабли Соединения «К». В завязавшемся неравном бою танкер с 8629 тоннами ценного топлива и прикрывавший его Alvise da Mosto были потоплены.

«Ноябрь стал тяжелейшим месяцем для итальянцев, — подытоживает американский историк хорватского происхождения Джеймс Садкович. — Они потеряли 92 процента топлива, направляемого в Северную Африку, а также 12 судов общим тоннажем 54960 брт. Несмотря на привлечение внушительного морского и авиационного прикрытия, было потеряно 63 % грузопотока. Из пятидесяти задействованных кораблей и судов, 12 транспортов и три эсминца были потоплены, а два крейсера получили повреждения».

Тем временем, начавшееся 18 ноября британское наступление в Киренаике (операция «Крусайдер») стало приносить свои плоды. К началу декабря англичанам удалось прорвать фронт и деблокировать Тобрук, 19-го была захвачена Дерна, а через четыре дня — Бенгази. Итальянскому флоту, помимо постоянно довлевшей над ним задачи доставки снабжения в Африку, пришлось включиться еще и в эвакуацию прибрежных гарнизонов. В этот период он понес новые тяжелые потери. 9 декабря британская подводная лодка HMS Porpoise торпедировала теплоход «Себастьяно Вениер», на котором погибло около 2000 человек; 11-го субмарина HMS Talisman потопила теплоход «Калитеа»; 13-го отряд в составе трех британских (HMS Sikh, HMS Maori, HMS Legion) и одного голландского (HNLMS Isaac Sweers) эсминцев в скоротечном ночном бою у м. Бон уничтожил легкие крейсера Alberico da Barbiano и Alberto di Giussano, осуществлявшие перевозку бензина.

Создавшаяся обстановка требовала от Супермарины отправки новых конвоев, но в течение нескольких дней сделать это не удавалось из-за острой нехватки свободных эсминцев. Операция, получившая кодовое обозначение «М.41», началась 13 декабря. Одновременно в море вышло три конвоя в составе восьми транспортов в охранении семи эсминцев и двух миноносцев, однако теплоходы «Фабио Финци» и «Карло дель Греко» были потоплены в заливе Таранто британской подводной лодкой HMS Upright сразу после выхода, что сократило число конвоев до двух. Один из них следовал из Неаполя в Триполи, другой — из Наварина в Бенгази. Прикрытие конвоев возлагалось на три группы боевых кораблей. Группа вице-адмирала Бергамини, состоявшая из линкора Caio Duilio (флагман), тяжелого крейсера Gorizia, легких крейсеров Giuseppe Garibaldi (флаг контр-адмирала Ломбарди), Raimondo Montecuccoli и трех эсминцев, осуществляла ближнее прикрытие первого конвоя; группа контр-адмирала Де Куртена, включавшая линкор Andrea Doria, крейсера Duca d`Aosta (флагман), Muzio Attendolo и три эсминца, — второго; соединение под командованием адмирала Якино — линкоры Littorio (флагман), Vittorio Veneto и четыре эсминца — следовало между конвоями, выполняя роль дальнего прикрытия. В общей сложности в операции принимало участие 4 линкора, 5 крейсеров и 18 эскадренных миноносцев. Для перехвата крейсеров Соединения «К» к югу и востоку от Мальты было развернуто семь подводных лодок.

Слабость разведки в очередной раз сказалась на развитии событий. Во второй половине дня 13 декабря на основании расшифровок перехваченных радиограмм итальянское командование пришло к выводу, что британский Средиземноморский флот покинул базу и движется навстречу конвоям. В действительности из Александрии вышли только четыре легких крейсера, но в условиях нехватки эсминцев и отсутствия воздушного прикрытия Супермарина решила, что продолжение операции приведет только к напрасным жертвам. В 22 часа корабли и суда получили приказ возвращаться. Но и это не позволило избежать потерь. Возвращаясь в Аргостоли, пароходы «Капо Орсо» и «Изео» столкнулись между собой и вышли из строя. В довершение всех бед, на переходе из Неаполя в Таранто линейный корабль Vittorio Veneto получил попадание торпеды с подводной лодки HMS Urge, что заставило его ремонтироваться несколько месяцев.

Противостояние в борьбе на Средиземном море достигло своего апогея. Неудачи не повлияли на решимость итальянского командования провести столь нужный конвой. Повторная операция получила кодовое наименование «М.42» и стала крупнейшей конвойной операцией итальянского флота за всю Вторую мировую войну. На этот раз ставка была сделана на отправку малого числа крупнотоннажных судов. Вечером 16 декабря из Таранто в Триполи вышли теплоходы «Монджиневро», «Наполи» и «Веттор Пизани» под эскортом шести эсминцев (Ugolini Vivaldi, Antonio da Noli, Nicoloso da Recco, Lanzerotto Malocello, Emanuele Pessagno, Nicoló Zeno). В море они соединились с направлявшимся в Бенгази германским транспортом «Анкара», вышедшим накануне из Неаполя в охранении эсминца Saetta и миноносца Pegaso. Непосредственный контакт с конвоем поддерживала группа ближнего прикрытия под командованием вице-адмирала Бергамини: линкор Caio Duilio (флагман), 7-я дивизия крейсеров, состоявшая из Duca d`Aosta (флаг контр-адмирала Де Куртена), Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli, эсминцы Aviere, Ascari и Camicia Nera. С востока конвой прикрывала группа адмирала Якино, состоявшая из линкоров Littorio (флагман), Andrea Doria и Giulio Cesare, тяжелых крейсеров Gorizia (флаг контр-адмирала Парона) и Trento, эсминцев Granatiere, Bersagliere, Fuciliere, Alpino, Corazziere, Carabiniere, Antonio Usodimare, Maestrale, Alfredo Oriani и Vincenzo Gioberti. Таким образом, в общей сложности для проводки четырех транспортов было задействовано 4 линкора, 5 крейсеров и 21 эсминец. Помимо этого, в Центральном и Восточном Средиземноморье было развернуто шесть подводных лодок, проведен обширный противолодочный поиск в заливе Таранто, а базировавшиеся в Триполитании эсминцы и миноносцы подновили оборонительные минные заграждения.

Около 9 часов утра следующих суток германский разведывательный самолет обнаружил в центральной части Средиземного моря британское соединение. По докладу пилотов, оно включало линкор, два-три крейсера и около десяти эсминцев и двигалось на запад. Итальянцы продолжили операцию в твердой уверенности, что противник выслал эскадру для атаки конвоя. В действительности, британский флот проводил собственную конвойную операцию: на Мальту шел транспорт «Брэконшир» в охранении трех крейсеров и семи эсминцев. Именно его воздушная разведка и приняла за линкор. Навстречу конвою с Мальты вышло Соединение «К».

Взаимное движение итальянских и британских кораблей привело к столкновению, произошедшему на закате того же дня и известному как Первый бой в заливе Сирт. Ни одни из противников не добился в нем решительных результатов, тем не менее, и британский, и итальянский конвои достигли пунктов назначения. В ночь на 18 декабря итальянские суда разделились и проследовали в Триполи и Бенгази под охранением эсминцев, а эскадры Якино и Бергамини легли на обратный курс и около полуночи 19-го прибыли в Таранто. Возвращаясь, в 17:02 Duca d`Aosta, согласно записи в его вахтенном журнале, уклонился от двух торпед, выпущенных британской подводной лодкой. Британские документы факт атаки не подтверждают.

Соединение «К» доставило «Брэконшир» на Мальту и, быстро дозаправившись, снова вышло в море, чтобы перехватить итальянские транспорты на подходе к Триполи. Это дорого стоило англичанам: крейсер HMS Neptune и эсминец HMS Kandahar подорвались на минах и затонули, а HMS Aurora получила серьезные повреждения. Если добавить, что в ту же ночь в результате дерзкой атаки итальянских подводных диверсантов в Александрии были тяжело повреждены линкоры HMS Queen Elizabeth и HMS Valiant, то становится понятно, что чаша весов в войне на море склонилась в пользу итальянского флота...

Успешное завершение операции «М.42» побудило итальянское верховное командование к осуществлению еще одной, построенной по аналогичной схеме. Она получила кодовое обозначение «М.43». 3 января из портов Ионического моря вышел большой конвой, состоявший из пяти самых современных теплоходов «Биксио», «Монджиневро», «Леричи», «Монвизо», «Аллегри» и танкера «Джулиани» в сопровождении эсминцев Ugolini Vivaldi, Nicoloso da Recco, Antonio Usodimare, Bersagliere, Fuciliere, Freccia, миноносцев Orsa, Aretusa, Castore, Antares и Procione. Ближнее прикрытие осуществляли линкор Caio Duilio (флаг вице-адмирала Бергамини), легкие крейсера Duca d`Aosta (флаг контр-адмирала Де Куртена), Muzio Attendolo, Raimondo Montecuccoli и Giuseppe Garibaldi, эсминцы Maestrale, Scirocco, Alfredo Oriani, Vincenzo Gioberti и Lanzerotto Malocello. Соединение дальнего прикрытия, или группа поддержки, как называли ее итальянцы, состояло из линкоров Littorio (флаг адмирала Якино), Andrea Doria и Giulio Cesare, тяжелых крейсеров Gorizia (флаг контр-адмирала Парона)и Trento, эсминцев Carabiniere, Alpino, Ascari, Aviere, Geniere, Camicia Nera, Antonio Pigafetta и Antonio da Noli. Семь подводных лодок было развернуто вокруг Мальты, еще четыре находились между Критом и побережьем Киренаики. Воздушное прикрытие должны были обеспечить самолеты ll-го авиационного корпуса Люфтваффе с аэродромов на Сицилии и Х-го авиакорпуса с Крита.

Главное отличие от ранее проводимых операций заключалось в том, что группа ближнего прикрытия двигалась в тесном контакте с конвоем, фактически в его ордере. Данная схема, предложенная адмиралом Бергамини и названная им «непосредственным сопровождением, включенным в конвой», должна была обеспечить надежную защиту судов в случае появления неприятельских надводных кораблей — так сильно было впечатление от разгрома ноябрьского конвоя «Дуйсбург». Кроме того, давала себя знать банальная нехватка эсминцев. Опасность нахождения быстроходных боевых кораблей в едином строю с неповоротливыми торговыми судами в случае воздушных атак принималась в расчет, но считалась менее существенной.

Операция «М.43» прошла без сучка и задоринки. Крейсера 7-й дивизии, покинувшие Таранто в 16:10 Зянваря, прибыли туда же в 17:30 6-го. Единственный нерешительный налет британских бомбардировщиков на возвращающиеся корабли утром 5-го числа был без труда отбит зенитчиками. Итальянские моряки связывали успех, прежде всего, с именем адмирала Бергамини, ставшего любимцем команд. Придуманная им система «непосредственного сопровождения» была признана удачной, что впоследствии сыграло немаловажную роль при его назначении командующим флотом.

Следующий большой конвой был собран спустя две недели. В его состав вошли быстроходные транспорты «Монджиневро», «Монвизо», «Пизани», «Равелло», а также океанский лайнер «Виктория» (13 098 брт), на борту которого находилось 1125 солдат и офицеров, в том числе 405 немцев, и 44 тонны различных грузов. Непосредственное охранение состояло из эсминцев Ugolini Vivaldi, Lanzerotto Malocello, Antonio da Noli, Aviere, Geniere, Camicia Nera, миноносцев Orsa и Castore. Группа ближнего прикрытия под командованием контр-адмирала Де Куртена снова включала Duca d`Aosta, Muzio Attendolo и Raimondo Montecuccoli с эсминцами Alpino, Bersagliere, Carabiniere и Fuciliere, но на этот раз маневрировала в стороне от конвоя, а вот группа поддержки, состоящая из линкора Caio Duilio под флагом Бергамини и эсминцев Antonio Pigafetta, Alfredo Oriani, Scirocco и Ascari, включалась непосредственно в ордер.

Операция, получившая кодовое обозначение «Т.18», началась 22 января. Два теплохода вышли из Мессины в 8 часов утра и соединились в проливе с двумя другими, выходившими из Неаполя. 7-я дивизия покинула Таранто в полдень, «Виктория» и группа Caio Duilio — в 17 часов. Час спустя на «Равелло» произошла авария рулевого управления, и его пришлось отправить назад в Мессину. К 15 часам следующих суток все группы прибыли в точку рандеву, находившуюся в 190 милях на ост-зюйд-ост от Мальты — на пределе, как считали итальянцы, радиуса действия британских торпедоносцев с острова. Однако еще ночью движение судов было обнаружено оснащенными радиолокаторами «Веллингтонами», поэтому вскоре после объединения конвоя начались воздушные налеты, в которых участвовало в общей сложности 53 самолета.

Первой в 16:15 атаковала пара четырехмоторных «Летающих крепостей» с британскими экипажами, поднявшаяся в воздух с аэродрома Фука в Египте. Огонь зениток линкора и крейсеров заставил их сбрасывать бомбы с большой высоты — без какого-либо результата. Однако около 17:30 конвой атаковали три «Бофорта», вылетевшие с площадки близ Бенгази (это был дебют самолетов данного типа на Средиземном море). Им удалось поразить «Викторию» в правый борт одной торпедой. Угрозы гибели лайнера при этом не возникло, но его скорость существенно снизилась. Англичане усилили нажим, а воздушное прикрытие конвоя, которое осуществляли немецкие тяжелые истребители Ju-88, оказалось малоэффективным. Правда, им удалось сбить один из «Бленхеймов», безуспешно атаковавших группу Caio Duilio. За ними на конвой вышли пять торпедоносцев «Альбакор» 826-й эскадрильи, действовавшей с североафриканских аэродромов. Хотя самолет ведущего был сбит зенитчиками кораблей, а второй — поврежден «юнкерсами», им удалось выполнить свою задачу. «Виктория» получила второе торпедное попадание и около 19 часов затонула. Aviere, Camicia Nera и Ascari спасли 1046 из 1455 человек, находившихся на борту лайнера. Последняя в тот день воздушная атака была произведена в 20:56 одиночным «Веллингтоном». Несмотря на плотный зенитный огонь, он все же сумел сбросить бомбы, но ни корабли, ни сам самолет при этом не пострадали.

Несмотря на досадную потерю, на другой день три транспорта благополучно прибыли в Триполи, доставив ценный груз, включавший 46 итальянских и 51 немецкий танк, а также 118 итальянских и 153 немецких автомобиля. Что же касается крейсеров 7-й дивизии, то они расстались с конвоем в 05:30 24 января и в 15:20 следующих суток отшвартовались в Таранто. Стоит лишь добавить, что в итальянских отчетах об операции «Т.18» содержится упоминание о двух торпедных атаках британских подводных лодок против кораблей отряда прикрытия (в 14:50 и 17:44 22 января), ни одна из которых британскими источниками не подтверждается.

Весеннее затишье

февраль - май 1942 г.

Muzio Attendolo в Таранто, весна 1942 г. Крейсер все еще несет камуфляжную окраску «Клаудус».

Вначале 1942 года стратегическое положение на Североафриканском театре военных действий коренным образом изменилось. Потеря в течение короткого времени нескольких ценных боевых кораблей[12] лишила британский Средиземноморский флот господства на море, а вступление в войну Японии заставило англичан бросить все резервы на Восток; прибытие на Сицилию ll-го авиационного корпуса Люфтваффе позволило силам «Оси» усилить нажим на Мальту, что, в свою очередь, обезопасило итальянские конвойные маршруты и облегчило доставку снабжения в Триполитанию. 21 января германо-итальянские войска под командованием фельдмаршала Роммеля начали наступление. Стремительно продвигаясь вперед, в течение двух недель они отбили всю Киренаику, в частности, Бенгази был взят уже 29 января, а 6 февраля англичане откатились на линию Газала — Бир-Хакейм. В немалой степени данному успеху способствовали ценные грузы, доставленные конвоями «М.42», «М.43» и «Т.18».

Для итальянских легких крейсеров первая половина 1942 г. характеризуется заметным снижением интенсивности использования. Не стала исключением и 7-я дивизия. Во-первых, после предыдущего напряженного периода ее кораблям требовался ремонт. Правда, 27 февраля завершились работы на Eugenio di Savoia, но сразу после окончания операции «Т.18» ремонт начался на Muzio Attendolo. До 6 апреля он оставался в Таранто, а затем ушел для продолжения работ в Неаполь (с остановкой в Мессине) и завершил их лишь 9 июля. Во-вторых, начал сказываться недостаток топлива. Итальянскому флоту был установлен ежемесячный лимит в 50 тысяч тонн, что вынуждало использовать крупные надводные корабли только для наиболее ответственных операций. И тут на первый план выходил третий фактор: обеспечение относительной безопасности собственных коммуникаций позволяло итальянцам переключить крейсера на противодействие перевозкам противника.

«Августовская конвойная битва»

июль - август 1942 г.

Торпедированные Muzio Attendolo и Bolzano (на заднем плане) у острова Стромболи, 13 августа 1942 г.
Вид с мостика на уже срезанную поврежденную часть носовой оконечности Muzio Attendolo.
Muzio Attendolo с оторванной носовой оконечностью у Угольного пирса в Мессине, 14 августа 1942 г.
Поврежденный Muzio Attendolo в Мессине, август 1942 г.
Поврежденный Muzio Attendolo в Мессине, август 1942 г.

Практически весь июль крейсера 7-й дивизии, к радости их экипажей, оставались в Неаполе, занимаясь ремонтом боевых повреждений. Сразу после боя у Пантеллерии Raimondo Montecuccoli был введен в док, где простоял до 17 июля. За неделю до этой даты его систершип — Muzio Attendolo — закончил продолжительный ремонт и в течение двух следующих дней выходил на послеремонтные испытания, в ходе которых также были произведены стрельбы башнями №2 и №3, а также запуск гидросамолета. К несчастью, 11 июля при пробеге полным ходом произошла авария: в котле № 5 лопнула трубка, вызвав небольшую деформацию корпуса котла и сотрясение фундамента. Девять кочегаров получили ожоги, в том числе четверо — серьезные. Поломку быстро устранили, и уже 21-го на повторных пробах Muzio Attendolo развил 32 узла.

Таким образом, единственный за месяц боевой поход Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli снова совершили вдвоем. Утром 18 июля воздушная разведка обнаружила выход HMS Welshman с Мальты, и в 14:55 крейсера в сопровождении эсминцев Maestrale, Alfredo Oriani, Vincenzo Gioberti и Fuciliere покинули Неаполь, рассчитывая перехватить его южнее Сардинии. Одновременно в Тунисском проливе развертывались торпедные катера. В течение ночи дивизия маневрировала в заданном районе, но встречи с противником не имела. Когда же в 09:20 HMS Welshman снова был обнаружен воздушной разведкой, он находился гораздо западнее итальянского соединения. По скорости «7000-тонники» не могли соперничать с самым быстроходным кораблем Королевского флота, поэтому получили приказ на возвращение в Кальяри...

К началу августа 1942 г. положение Мальты стало отчаянным, и англичане решили организовать проводку самого крупного конвоя. На рассвете 11-го числа из Гибралтара вышла настоящая армада, состоявшая из 62 кораблей и судов: 14 транспортов в охранении 2 линкоров, 4 авианосцев (с более чем 100 самолетами на борту), 7 крейсеров и 25 эсминцев. Так начиналась знаменитая операция «Пьедестал».

Из серии перехваченных радиограмм итальянское командование еще 5 августа сделало вывод о готовящейся противником масштабной акции. На возможном маршруте конвоя были развернуты подводные лодки, на аэродромах Сардинии и Сицилии приведена в готовность ударная авиация, в Тунисском проливе сосредоточено около 20 торпедных катеров, а в районы мыса Бон выставлены дополнительные минные заграждения. Из-за острой нехватки топлива, впервые с начала войны, главные силы итальянского флота даже не планировалось задействовать, ограничившись использованием крейсеров и эсминцев. По плану Супермарины, разработанному с учетом опыта июньской операции, удары подводных лодок, авиации и торпедных катеров должны были рассеять конвой, а затем мощное крейсерское соединение, состоящее из трех тяжелых крейсеров 3-й дивизии и трех легких 7-й дивизии, — завершить его уничтожение. Итальянское командование знало, что британские тяжелые корабли никогда не форсируют Тунисский пролив вместе с транспортами, а имеющихся сил было достаточно, чтобы смять непосредственное сопровождение конвоя. Начиналась масштабная морская операция, получившая в итальянской историографии название «Битва середины августа».

Сосредоточение сил в соответствии с планом началось вечером 11 августа. Eugenio di Savoia (под флагом контрадмирала Да Зара) и Raimondo Montecuccoli с эсминцами Maestrale, Alfredo Oriani и Vincenzo Gioberti вышли из Кальяри в 22:30. Находившийся на ремонте в Неаполе Muzio Attendolo получил приказ срочно завершить работы. В 09:30 следующих суток он покинул порт в компании с миноносцами Circe и Generale Achille Papa, провел учебные стрельбы и лишь после этого в сопровождении эсминца Grecale двинулся на соединение с 7-й дивизией. С севера, из Генуи, полным ходом спешил тяжелый крейсер Trieste с эсминцем Fuciliere. Самая многочисленная группа кораблей — Gorizia (флаг контр-адмирала Парона), Bolzano и эсминцы Aviere, Geniere, Camicia Nera, Legionario, Ascari, Corsaro — вышла из Палермо в 09:40 12-го числа. В 19 часов корабли соединились в 60 милях севернее о. Устика и направились на юг, чтобы встретить противника в районе Пантеллерии.

Еще вечером 11-го выходившие из Кальяри крейсера Да Зары были случайно обнаружены британскими «Бофайтерами», совершавшими налет на аэродромы на Сардинии. В течение следующих суток самолеты-разведчики с Мальты периодически восстанавливали контакт, и немногочисленные торпедоносцы были приведены в состояние готовности к немедленному вылету. Командующий мальтийской авиагруппой вице-маршал авиации Парк приказал передавать сообщение о движении итальянских кораблей открытым текстом, чтобы убедить противника, что его ожидает крупное соединение. Не известно, сыграла ли роль эта уловка, или сильны были воспоминания об июньских событиях, но опасение налетов британской ударной авиации стало решающим фактором, повлиявшим на судьбу операции.

Супермарина не сомневалась в успешном исходе морского боя, но просила Кессельринга обеспечить эскадре надежное прикрытие с воздуха. Штабы итальянских и германских военно-воздушных сил сходились во мнении, что число истребителей слишком мало, чтобы прикрыть и корабли, и бомбардировщики. Весь вечер 12 августа в Риме шли жаркие споры между представителями штабов различных видов вооруженных сил. Как писал начальник германского морского командования в Италии адмирал Вейхольд, «в ходе этих споров все объединились против моряков. У Муссолини по телефону запросили окончательное решение, и он высказался в пользу авиации». В 23:51 Супермарина отдала крейсерам приказ возвращаться. Отказ от операции флота не только снял самую страшную угрозу конвою «Пьедестал», и не только привел к бесцельной трате нескольких тысяч тонн драгоценного топлива, которые были израсходованы во время перехода эскадры на большой скорости, но имел и более неприятные последствия...

В 00:28 соединение разделилось: 7-я дивизия взяла курс на Неаполь, 3-я дивизия с присоединившимся к ней Muzio Attendolo — на Мессину. Примерно через час поворот итальянцев на обратный курс заметил один из британских самолетов-разведчиков, затем подтвердил другой, после чего командующий Мальтийской военно-морской базой вице-адмирал Литэм послал предупреждение на патрулировавшие к северу от Сицилии подводные лодки «Сафари» и HMS P42[13]: «Вражеские крейсера идут к вам».

Схема торпедной атаки подводной лодки «Анброукен» утром 13 августа 1942 г.

В 07:43 гидроакустик HMS P42, занимавшего позицию между островами Стромболи и Салина, услышал шумы винтов, и командир субмарины лейтенант Алистер Марс начал маневрирование для выхода в атаку. В это время итальянские крейсера двигались 18-узловым ходом двумя кильватерными колоннами. Левую составляли Gorizia и Bolzano, правую — Trieste и Muzio Attendolo; в охранении находилось 8 эскадренных миноносцев. Марс вывел субмарину на исходную позицию, выбрав в качестве цели ближайший тяжелый крейсер. Другой крейсер, шедший в дальней колонне, перекрывал его силуэт, что служило Марсу подстраховкой на случай промаха. В 08:05 HMS P-42 дала четырехторпедный залп. В момент пуска торпед эсминец Fuciliere обнаружил перископ по левому борту и даже обстрелял его из пулемета. Немедленный поворот на левый борт позволил Gorizia уклониться от торпед. Остальные крейсера начали поворот вправо, но слишком малая дистанция залпа сыграла свою трагическую роль. Через 2 минуты 15 секунд над Bolzano прогремел взрыв, еще через 15 секунд вторая торпеда поразила Muzio Attendolo. Как показало последующее расследование, с него не заметили ни сигнала тревоги с Fuciliere, ни следов торпед, поэтому запоздалая команда на поворот была отдана только после попадания в Bolzano.

Торпеда поразила Muzio Attendolo в носовую часть, оторвав ее на протяжении 25 метров. Листы обшивки по краям обрыва были отогнуты наружу, словно раскрытые лепестки огромного цветка. Троих матросов взрывом сбросило с палубы в воду, но их быстро подняли обратно. Больше никто из экипажа не пострадал. Аварийные партии быстро справились в возникшим в носу небольшим пожаром. К счастью, водонепроницаемая переборка на 194-м шпангоуте выдержала, и в 08:15 командир крейсера капитан 1 ранга Марио Скьявута получил доклад, что поступление воды остановлено и живучести корабля ничего не угрожает. Персонал машинных отделений оставался на своих местах. Вскоре удалось ввести в действие котлы и турбины, и Muzio Attendolo медленно двинулся в направлении Мессины. В сопровождение ему были приданы эскадренные миноносцы Grecale и Ascari.

Очень быстро выяснилось, что искореженная носовая оконечность делает управление кораблем совершенно невозможным. Попытки развернуться и двигаться кормой вперед тоже ни к чему не привели. В итоге Скьявута приказал командиру Ascari взять крейсер на буксир. В 10 часов корабли остановились и начали заводить концы, но спустя 12 минут наблюдатели доложили о замеченном слева перископе. Пришлось срочно запустить турбины, чтобы развернуться кормой к направлению возможной торпедной атаки. Еще через несколько минут зенитки Muzio Attendolo открыли огонь по пролетавшему неподалеку «Бленхейму» (в вахтенном журнале крейсера говорится, что тот сбросил бомбы в стороне, хотя никаких упоминаний о налете с британской стороны не имеется).

Вскоре Ascari завел буксир, и отряд 5-узловым ходом двинулся мимо острова Панареа, к берегу которого приткнулся поврежденный Bolzano, держа курс на мыс Милаццо. В 13:40 к эскорту присоединился эсминец Freccia, в 17:15 подошли Legionario и Corsaro. Без дальнейших происшествий Muzio Attendolo достиг Мессины и в 18:45 отшвартовался у Угольного пирса для производства неотложного ремонта.

Гибель

декабрь 1942 г.

Остов Muzio Attendolo, лежащего на правом борту в гавани Неаполя, лето 1943 г.
Полуразрушенный Muzio Attendolo вскоре после подъема. Неаполь, середина 1949 г.
Остов крейсера Muzio Attendolo на фоне транспортных судов союзников. Неаполь, 1944 г.
Muzio Attendolo после первой стадии подготовки к восстановительному ремонту. 26 августа 1949 г.
Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli в Неаполе 5 декабря 1942 г., на следующий день после налета. У Raimondo Montecuccoli нет носовой трубы. Из воды торчит винт Muzio Attendolo.
Разборка корпуса Muzio Attendolo в Специи. Видны носовой броневой траверс и продольные броневые переборки.

Перевод поврежденного Muzio Attendolo на восстановительный ремонт в Неаполь был обставлен как крупная операция. В полдень 5 сентября крейсер вышел из Мессины в сопровождении эсминцев Maestrale и Grecale. В 13 милях перед ними строем фронта шла четверка оснащенных гидрофонами охотников за подводными лодками (VAS-204, -210, -215 и -217), а с воздуха корабли прикрывались патрульным самолетом. На переходе Muzio Attendolo без труда поддерживал 15-узловую скорость и даже сумел кратковременно выжать 20 узлов. В 9 часов утра переход завершился. Уже на следующий день поврежденный крейсер был введен в док, где ему пристыковали новую носовую оконечность. Работы были выполнены весьма оперативно, и уже 27 ноября Muzio Attendolo вышел на пробы силовой установки и артиллерии.

Также находившиеся в Неаполе Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli за тот же период лишь дважды — 24 сентября и 13 октября — выходили в море для боевой подготовки. Во время этих выходов крейсера произвели дневные и ночные стрельбы и попрактиковались в запуске и приеме гидросамолетов. После этого на Eugenio di Savoia произвели замену лейнеров стволов орудий главного калибра, для опробования которых крейсер 26 октября снова выходил на практические стрельбы. 1 ноября на нем в очередной раз сменился командир — Франко Дзаннони передал обязанности капитану 1 ранга Пьетро Сандрелли.

Вскоре стратегическая обстановка на Средиземном море изменилась коренным образом. После англо-американской высадки в Северной Африке основные силы итальянского флота были переведены из Ионического моря в Тирренское. 12 ноября линкоры Littorio и Vittorio Veneto ушли из Таранто в Неаполь, где к ним присоединился недавно вступивший в строй Roma. Хотя недостаток топлива полностью сковывал их активность, Супермарина полагала, что само присутствие линкоров будет потенциальной угрозой для противника. Отчасти так оно и случилось: эти корабли вызвали серьезную обеспокоенность в британском Адмиралтействе. Чтобы нейтрализовать угрозу, союзники начали массированное воздушное наступление против портов Южной Италии, и главной мишенью стал Неаполь. 4 декабря именно его избрали объектом для своего первого налета бомбардировщики американской 9-й воздушной армии.

В этот день итальянцы отмечали день Святой Варвары (Санта-Барбары), считавшейся небесной покровительницей моряков. Двадцать «Либерейторов» 98-й и 376-й авиагрупп появились над гаванью в 16:45. Несмотря на своевременно выставленную дымовую завесу и плотный зенитный огонь, бомбардировка привела к трагическим последствиям. Все три крейсера 7-й дивизии получили попадания, и если Eugenio di Savoia отделался небольшой пробоиной в корме, то на двух других ущерб оказался куда более существенным.

На Raimondo Montecuccoli бомба взорвалась в помещении вспомогательных котлов. Взрывом была полностью уничтожена носовая дымовая труба, серьезно пострадала правая часть носовой надстройки. Проникшими сквозь броневую палубу осколками были выведены из строя котлы № 3 и № 4. Кроме того, другие бомбы множеством осколков изрешетили надводный борт и надстройки в кормовой части по правому борту, а одна из них угодила точно в 100-мм установку.

Одна или две крупнокалиберных бомбы поразили многострадальный Muzio Attendolo в район между кормовой турбиной и котлами, вызвав обширные пожары и затопления. Аварийным партиям удалось довольно быстро локализовать пожар, однако для предотвращения взрыва боезапаса пришлось затопить кормовой погреб. Казалось, что кораблю ничего не угрожает: он получил дифферент 1 м на корму и крен в 3-4 градуса на правый борт. Экипаж упорно трудился, укрепляя переборки поврежденных отсеков и откачивая воду. Однако в 21:17,во время следующего объявления воздушной тревоги, крейсер внезапно накренился на правый борт и опрокинулся, упершись в дно высокой носовой надстройкой. Над водой выступала лишь часть левого борта с винтом и кронштейнами гребного вала.

Кроме Muzio Attendolo, Eugenio di Savoia и Raimondo Montecuccoli, в ходе налета повреждения различной тяжести получили четыре эсминца. «Одним ударом 7-я дивизия была полностью разгромлена», — подытожил М.-А. Брагадин.

Вопрос о потерях экипажа Muzio Attendolo до сих пор остается открытым. Если количество раненых установлено точно — 91, то подсчет погибших оказался затруднен. Прежде всего, не было достоверно известно число находившихся на борту, так как часть команды была отпущена в отпуск или увольнение по случаю праздника, а списки личного состава погибли вместе с кораблем. Кроме того, на крейсере находились специалисты фирмы «О.Т.О.», осуществлявшие доводку артиллерийских систем. Согласно опросу очевидцев, в момент гибели корабля примерно 10-12 из них работали в одной из башен. В итоге, в списки погибших попали только те, чьи тела были преданы земле, или же чью гибель подтвердило не менее двух свидетелей. Однако и эти документы оказались утерянными в той неразберихе, что сопровождала выход Италии из войны. После подъема корпуса в нем были обнаружены многочисленные останки, не подлежавшие идентификации. В послевоенные годы было установлено, что на Muzio Attendolo погиб или пропал безвести 41 человек, однако Э. Андо и Ф. Гай — авторы наиболее авторитетной работы по крейсерам данного типа — подчеркивают, что эта цифра так и не была принята в качестве официальной и, по всей видимости, является заниженной. В числе погибших оказался и последний командир корабля капитан 1 ранга Марио Скьявута.

В заключение скажем несколько слов о дальнейшей судьбе корабля. Так как он затонул на небольшой глубине в хорошо оборудованной базе, вопрос о его подъеме был рассмотрен уже 14 января 1943 г., но до перемирия так и остался нерешенным. Снова к нему вернулись весной 1944 г. уже под эгидой союзников, стремившихся поскорее расчистить гавань для приема военных грузов, но техническая сложность мероприятия заставила отложить его до более спокойных времен. 18 октября 1946 г. Muzio Attendolo был официально исключен из списков ВМС Италии.

Летом 1949 г. остов крейсера Muzio Attendolo был поднят и отбуксирован в Специю. Поскольку корпус находился в относительно неплохом состоянии, был рассмотрен проект восстановления корабля с перестройкой его в крейсер ПВО подобно San Giorgio и San Marco, переоборудованным из недостроенных крейсеров типа Capitani Romani. Значительно более крупный Muzio Attendolo должен был нести более многочисленное вооружение из пяти-шести спаренных 127-мм универсальных установок американского производства. Однако в конечном итоге от восстановления отказались (по всей видимости, после оценки стоимости подобного переоборудования), и передали корпус на разборку.

Примечания

  1. Первые итальянские легкие крейсера получали свои названия в честь знаменитых кондотьеров (буквально: «находящиеся на контракте») — наемных военачальников на службе итальянских средневековых городов-государств. Хотя в дальнейшем имена кораблям стали присваиваться в честь знаменитых итальянских военачальников разных эпох, общее название «Кондоттьери» сохранилось, а чтобы различать серии, добавлялась буква в алфавитном порядке. Таким образом, крейсера типа Raimondo Montecuccoli полуофициально именовались «Condottieri С», типа Duca d`Aosta — «Condottieri D». Кроме того, их часто называют типом Raimondo Montecuccoli 1-й и 2-й группы.
  2. В статье принят следующий вариант перевода итальянских адмиральских званий: Contram-miraglio — младший контр-адмирал, Ammiraglio di Divisione — контр-адмирал, Ammiraglio di Squadra — вице-адмирал, Ammiraglio di Squadra designato di Armata — адмирал, Ammiraglio d’Armata — адмирал флота, Grand’Ammiraglio — гранд-адмирал.
  3. Луи Лиоте (1854-1935) — маршал Франции, военный министр (1916-1917), генерал-губернатор Марокко (1912-1916 и 1917-1921).
  4. Начало Второй мировой войны Вьенна встретит в чине контр-адмирала на должности командира военно-морской базы в Тобруке и будет взят в плен англичанами в январе 1941 г.
  5. В предшествующие часы итальянские крейсера выпустили шесть бортовых самолетов-разведчиков (один из них — с Eugenio di Savoia), но ни один из них не обнаружил британских кораблей.
  6. 19 февраля 1941 г. Raimondo Montecuccoli официально был возвращен в состав 7-й дивизии.
  7. Ю. Ровер и Г. Хюммельхен приводят другую цифру — 321 мина.
  8. Конвой в составе трех немецких и двух итальянских судов с грузами для Африканского корпуса под прикрытием двух эсминцев и трех миноносцев вышел из Мессины и Аугусты в Триполи 30 апреля. Дальнее прикрытие осуществляли тяжелые крейсера Bolzano, Trieste и три эсминца. В «Хронике войны на море» Ю. Ровера и Г. Хюммельхена в составе крейсерского прикрытия ошибочно указан Eugenio di Savoia.
  9. Единственная за все время проведения операции «Халберд» атака подводной лодки союзников в Западном Средиземноморье имела место утром 27 сентября, когда британская HMS Upright потопила близ Мессины итальянский миноносец (фактически - противолодочный корабль) Albatros.
  10. Формально конвой назывался «Бета», но в литературе за ним закрепилось название «Дуйсбург» — по имени самого крупного судна.
  11. Eugenio di Savoia не участвовал в операции, поскольку еще 15 октября встал в Таранто на ремонт машин, продолжавшийся до 27 февраля 1942 г.
  12. 13 ноября 1941 г. германской подводной лодкой был потоплен авианосец HMS Ark Royal, 25 ноября — линкор HMS Barham, 14 декабря — крейсер HMS Galatea; 19 декабря на минах погиб крейсер HMS Neptune, а подводными диверсантами были выведены из строя линкоры HMS Queen Elizabeth и HMS Valiant. Фактически, к началу 1942 г. в составе Средиземноморского флота осталось лишь пять боеспособных крейсеров и около десятка эсминцев.
  13. В январе 1943 г. субмарина получила название Unbroken, а в 1944 г. была передана по ленд-лизу советскому флоту.

Ссылки

  • navweaps.com
  • www.airwar.ru

Литература

  • Патянин С.В., Малов А.А. Суперлинкоры Муссолини. Главные неудачники Второй Мировой.. — Война на море. — Москва: ЕКСМО, 2010. — 176 с. — ISBN 978-5-699-39675-7
  • Патянин С.В. Прооклятые линкоры. «Цезарь» ставший «Новороссийском». — Война на море. — Москва: ЕКСМО, 2011. — 176 с. — ISBN 978-5-699-46587-7
  • Патянин С.В., Малов А.А. Суперкрейсера Муссолини. Если бы не адмиралы!. — Война на море. — Москва: ЕКСМО, 2011. — 128 с. — ISBN 978-5-699-50944-7
  • Малов А.А., Патянин С.В. Крейсера типов «Монтекукколи» и «Аоста». «Пожарная команда» итальянского флота. — Война на море. — Москва: ЕКСМО, 2019. — 160 с. — ISBN 978-5-04-100726-3
Категория: